Кейт. Ну ты даешь…
Агнес. Сколько лет на эти танцы не ходила и вообще на танцы. И мне плевать какие они: грязные, пьяные, все в поту. Я хочу танцевать. Это же праздник. Праздник Урожая. Мне всего лишь тридцать пять. И я хочу танцевать.
Кейт
Агнес. Решено. Мы идем, все пять сестер семейства Мандей.
Крис. Как раньше.
Агнес. Как раньше.
Роуз. Агги, я тебя люблю! Больше, чем шоколадное печенье!
Кейт. Нет, нет, и еще раз нет! Никуда мы не идем!
Крис. Но нам так хочется…
Кейт. Да вы только посмотрите на себя. Только посмотрите! Танцевать в разгаре дня? Кто может позволить себе такое? Только бездельники у которых ветер в голове.
Агнес. Кейт, я думала что мы…
Кейт. Вы что, хотите чтобы вся округа смеялась над нами? Взрослые женщины и вдруг танцуют? Что на вас нашло? Все-таки это дом Отца Джека, и мы никогда не должны, слышите никогда, не должны забывать об этом. Нет, нет и еще раз нет. Никуда мы не идем.
Роуз. Но ведь ты только что сказала…
Кейт. И хватит об этом. Вопрос решен. Не хочу об этом больше слышать.
Мегги. Лиса опять появилась.
Мальчик. А ты ее видела?
Мегги. Прогрызла дыру в двери курятника.
Мальчик. Тетя Мегги, а ты ее видела?
Мегги. Даже поговорила. О тебе спрашивала.
Мальчик. Ха-ха. А что это у тебя с руках?
Мегги. Нашла тут кое-что.
Мальчик. Что?
Мегги. Тихонько сидела у подножия священного дерева.
Мальчик. Покажи.
Мегги. Скажи „пожалуйста“ три раза.
Мальчик. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.
Мегги. А теперь на суахили.
Мальчик. Да ну тебя.
Мегги
Мальчик. Вроде да…
Мегги. А что именно?
Мальчик. Ну что-то.
Мегги. Точно?
Мальчик. Точно, точно. Ну покажи.
Мегги. Ладно. Приготовился? Отодвинься. Еще. Готов?
Мальчик. Да.
Что это было?
Мегги. Видел?
Мальчик. Ну, вроде…
Мегги. Здорово, правда?
Мальчик. Это птичка была?
Мегги. Какое красивое оперение.
Мальчик. Что это было?
Мегги. А ты не понял? Просто игра твоего воображения. Вот мы и квиты.
Кейт
Мегги. Как же мне надоел твой белый петух, Роузи. Он у тебя ручной, вроде кошки. Смотри как клюнул меня в руку.
Роуз. Ему особый подход требуется.
Мегги. Будет ему подход, ботинком под зад. Крисси, подкинь торфа, хлеб буду печь.
Роуз
Кейт. А это Мегги тебе, „Уайльд Вудбайн“, твои любимые сигареты.
Мегги. Здорово. Спасибо что не забыла.
Роуз
Мегги. А что тут было?
Роуз. Мы все собрались на танцы по случаю урожая, как раньше. И вдруг Кейт…
Кейт. Роуз, на ботинки свои посмотри. Как говорит наш сапожник, „какая нога б ни была, все равно подметки стаптываются“.
Роуз. Это что, плохо?
Кейт. Ни хорошо, ни плохо. Просто характер человека угадывается, как ни крути.
Кукурузная мука, крахмал, почему-то на пенни дороже стал… сахар для черничного варенья, если в этом году собирать будем…
Мегги
Роуз. А что такое?
Мегги. Только девять сигарет, одной не хватает. Решила на ней зло сорвать.
Крис. Мегги, а Джек тебя Окавой иногда не называет?
Мегги. Называет. А что это значит!
Крис. Кейт говорит, так звали его мальчика-слугу.
Мегги. Вот черт. Я думала, что на суахили это значит „красивая“.
Агнес. Правда?
Мегги. Вот кого у нас в доме явно не хватает, так это мальчика-слуги.
Кейт. И аккумуляторной батареи. Продавец из магазина говорит, что она у нас садится быстрее всех.
Крис. Какие мы молодцы.
Кейт. Повстречала я приходского священника. Его словно подменили. Как Отец Джек вернулся, все глаза отводит.
Мегги. Это, Кейт, потому что ты ему все время подмигиваешь.
Крис. Да он всегда был каким-то затюканным.
Кейт. Возможно… бумага… свечи… спички. Этому мальчишке из семьи Суини здорово не повезло. Всего мазью обмазали.
Мегги. Он что, при смерти?
Кейт. Весь обгорел. Ни одного живого места не осталось.
Агнес. А кто-нибудь толком знает что произошло?
Кейт. Доигрался, дурачок. Лежит, стонет, только о смерти и говорит.
Крис. А как это все случилось?
Кейт. А я откуда знаю?