Помоги проекту - поделись книгой:
Профессор, доктор философских наук
М. И. Шахнович
МИФЫ О СОТВОРЕНИИ МИРА
УГАСАНИЕ ВЕРЫ В БОГА-ТВОРЦА
Однако, несмотря на все проклятия, вера в творца угасает. Встревоженное ростом атеизма, духовенство тщетно старается уверить всех будто современная научная картина мира подтверждает творение богом природы. 25 сентября 1967 г. радиостанция «Ватикан» передавала для советских слушателей проповедь на тему: «Материя в ее философском понимании». Проповедник оспаривал взгляды Ленина, изложенные им в труде «Материализм и эмпириокритицизм», о том, что материя вечна, не имеет ни начала, ни конца. В качестве главного аргумента католический теолог использовал путанные, ошибочные рассуждения Богданова о материи. Как был прав Ленин, утверждавший, что Богданов расчищает дорогу поповщине, служит ей!
Ленин писал, что «учению религии, например, о прошлом земли и о сотворении мира не соответствует никакой объективной реальности»[1].
3 октября 1967 г. радиостанция «Голос Америки» передавала статью на русском языке Сергея Левитского «О происхождении Вселенной». Восхваляя блаженного Августина, богословствующий доктор философских наук Левитский утверждал, что время было сотворено вместе с пространством в результате взрыва, произведенного богом, превратившим духовную энергию в материю. Попытки ухватиться за теорию расширяющейся Вселенной для обоснования веры в сотворение мира богом заставляют вспомнить слова М. В. Ломоносова: «посмеяния достойны… католицкие „философы“, которые ссылаются ка физику в комментариях Библии».
Такое «радионаступление» в защиту догмата о сотворении мира объясняется тем, что духовенство понимает неизбежность крушения веры в творца в наши дни. В буржуазной печати опубликовано множество статей о «кризисе веры». Авторы пишут, что лишь сравнительно небольшая часть людей действительно верит в божественное сотворение мира, все чаще и чаще встречается в наш технический век мировосприятие, лишенное ощущения творца, существует много миллионов людей, не признающих бытие бога. В 1967 г. лондонское телевидение организовало дискуссию на тему «Есть ли бог?» Передачу смотрели миллионы англичан. В ней приняли участие профессора университетов, философы, богословы, писатели, члены парламента. Присутствующим в студии было предложено голосование. Половина аудитории высказалась, что бога нет.
Несколько лет назад много шума вызвала в англиканской церкви книга Джона Робинсона, епископа Вулвичского, «Честность по отношению к богу», в которой он усомнился во всех догматах христианства. «Мы стоим, — писал он, — на пороге эры, когда будет все труднее защищать христианскую веру. Особенно в век космических исследований, разрушивших представление о всемогущем боге, сидящем где-то там наверху».
В 1966 г. в Канаде опубликована книга католического философа Лесли Дьюарта «Будущее веры». Дьюарт доказываем что христианское понятие о боге-творце устарело. Чем больше люди учатся воздействовать на природу и сознательно планируют свое будущее, пишет Дьюарт, тем больше они отказываются верить в верховное существо, которое руководит Вселенной. Дьюарт предлагает для спасения христианской религии отказаться от веры в троицу, в бога-творца и вседержителя в том понимании, как это проповедуют в церкви. Католический философ не отвергает полностью существование бога, но рекомендует освободиться от конкретных представлений о нем, чтобы сделать религию приемлемой для современного человека, обладающего научными знаниями. Дьюарт хочет, чтобы люди «чувствовали около себя присутствие бога». Это попытки спасти бога путем пропаганды «относительного теизма» — яркое доказательство постепенного угасания веры в него.
Еще дальше пошли деятели так называемого «атеистического христианства» в США — богословы Томас Олтайзер, Уильям Гамильтон, Пол Ван Бюрен. Провозгласив лозунг Ницше «Бог умер!», они предлагают создать «богословие после смерти бога». Отказываясь от буквального понимания бытия творца, царящего над миром и вмешивающегося в его дела, эти теологи проповедуют, что не следует отбрасывать моральные выводы, вытекающие из христианского взгляда на мироздание. Нетрудно догадаться, чем объясняется эта забота сохранить хоть что-нибудь из веры в сотворение природы богом.
Эта вера необходима эксплуататорским классам. Философствующий богослов Уолтер Ван Кирк в книге «Религия и мир завтрашнего дня», провозгласил: «Всегда возникает опасность революции, когда исчезает у народа вера, что мир управляется разумной сверхъестественной волей, проявившейся в сотворении мира».
Духовенство внушает народным массам, что только вера в бога-творца служит «утешительницей и сестрой милосердия» в современном «безумном мире». В энциклике «Прогресс народов» 26 марта 1967 г. папа Павел VI писал: «Великое множество людей сегодня вынуждены жить в условиях, которые превращают в иллюзию желание быть свободным от нищеты, обеспечить свое существование, здоровье, постоянную работу… Крестьяне приходят к осознанию своей незаслуженной нищеты. Привилегированные олигархии наслаждаются плодами утонченной цивилизации, остальная часть населения… прозябает в условиях жизни и труда, недостойных человеческой личности
Участие народных масс в борьбе против империалистического гнета и эксплуатации, безработицы и нищеты, экономических кризисов и войн подрывает веру в помощь несуществующего бога-творца. Поэтому папа Павел VI заявил: «Социальные конфликты приняли мировые размеры. Живое беспокойство овладело бедными классами… Религиозные устои слишком часто, под натиском нового, уступают свои позиции… Существует опасность… народных волнений, междоусобий, смут, мятежей…»
В 1967 г. на Всемирной выставке в Монреале в объединенном павильоне христианских церквей были красочно изображены муки и страдания человечества. В телевизионных дискуссиях вокруг выставки, устраиваемых в Монреале, одни из посетителей так выразил свое впечатление об этом павильоне: «Неужели, окинув взглядом все эти убийства, насилия и страдания, господь бог не раскается, что создал мир, не усомнится В том, что он создал человека по своему образу и подобию?» Современным людям становится все труднее верить в то, что существует добрый боженька, парящий над землей и отечески опекающий ее. Теолог Доротея Зелле, мать трех детей, заявила на последней конференции лютеранской церкви в ФРГ в городе Кельне: «Как можно после Освенцима считать, что есть творец?» В 1966 г. в ФРГ 31 % опрошенных католиков и 57 % протестантов сказали, что больше не верят в существование творца, хотя и ходят в церковь. Поэтому в ФРГ некоторые протестантские теологи тщетно ищут пути «демифологизации» христианских мифов с тем, чтобы после утери веры в них сохранить моральный смысл религиозных сказаний, найти, например, «новую модель» для идеи сотворения мира.
БЫЛ ЛИ ПРАМОНОТЕИЗМ?
Христианские миссионеры давно проповедуют, что первобытный человек якобы обладал мистическим видением мира, которое они изображают как различные формы пратеизма: прамонотеизма, прапантеизма и прадеизма, т. е. почитания единого божества («всеобщего отца»), отождествления его с природой или признания его только первопричиной мира. Такие миссионерские вымыслы в конечном счете восходят к пресловутой теории изначального единобожия, будто бы открытого патером В. Шмидтом (1868–1954) у наименее культурных племен. Он опубликовал двенадцатитомное сочинение «Происхождение идеи бога». Последний том посвящен космогоническим мифам.
Теорию прамонотеизма Шмидт заимствовал у английского историка религии Э. Лэнга, который писал в 1898 г., что у австралийских туземцев сохранились отголоски представлений о едином боге-творце. Утверждения Лэнга критиковали известные историки первобытной культуры Тейлор, Леббок, Фрезер, Вундт, Ван Женепп и другие. Тейлор указывал, что нет ни одного «дикого племени», к которому можно было бы применить название монотеистов. Леббок писал, что у аборигенов Австралии нет понятия о боге. Беджетс, семнадцать лет проживший среди калифорнийских индейцев, установил, что у них отсутствует идея бога. Кодрингтон писал, что представление о высшем существе совершенно чуждо меланезийцам, они не знают понятий «всевышний», «первотворец». Браун, изучавший андаманцев, пришел к такому же выводу.
Шмидт получал сведения о мировоззрении наименее культурных племен прежде всего от христианских миссионеров, искавших в мифах «дикарей» следы первобытной веры в бога-творца и его антипода — дьявола. Миссионеры сообщили, что австралийским туземцам известен великий дух зла, рогатый и хвостатый Варругура, живущий под землей. Однако среди местных животных нет с рогами. Источник этого суеверия —. проповеди христианских миссионеров.
В 1858–1898 гг. на Огненной Земле среди племени яганов жил Т. Бридже, составивший словарь яганского языка. Он выяснил, что яганы верят в духов, но не имеют никаких представлений о едином боге. В 192.4 г. на Огненную Землю приехал Патер В. Копперс и сразу же обнаружил прамонотеизм у яганов. Он писал в книге «Вера в бога яганов на Огненной Земле»: «Живая вера в единого бога у яган — сенсация в области сравнительного исследования религии в новое время».
Это «открытие» Копперса основано на сведениях, полученных им от яганки, двадцать пять лет находящейся в браке с сыном английского миссионера Лауренса. Пастор Лауренс часто объяснял ей, что есть «добрый старик там наверху», что зовут его так же, как и пастора, «отец». Не удивительно, что Копперс обнаружил у нее представление о «высшем существе». Остальные яганы, опрошенные Копперсом, давно были прихожанами Лауренса.
Вера наименее культурных племен в единого бога существует только в воображении духовенства. Известный буржуазный этнограф Ф. Гребнер писал, что о первобытном единобожии не может быть и речи. Видный итальянский историк религии Р. Петтаццони назвал теорию прамонотеизма «научным мифом XX века».
Наука отвергает вымыслы о том, что космогонические мифы — вечные спутники людей. Легенда о небесном царе, создавшем Вселенную, не могла сложиться до возникновения царской власти на земле. В первобытном обществе забота о пропитании настолько поглощала человека, что он не интересовался вопросом о том, как образовался мир. Небо и земля считались искони существующими, фантазия человека не представляла их отсутствия.
У коренных жителей Австралии нет еще понятия о начале мира в целом, нет идеи миросотворения. Они говорят, что земля существовала всегда, ко когда-то имела не тот вид, как теперь: она была покрыта водой, которая позже ушла, освободив поверхность земли. Племя дайери рассказывает, что земля открылась посреди озера и из трещины вышло одно животное за другим. У папуасов Новой Гвинеи нет представления о сотворении мира. У киваи существуют сказки о происхождении каждого из возделываемых ими растений, но нет мифов о создании мира в целом. У меланезийцев также, по существу, нет космогонических мифов. У веддов на Цейлоне отсутствуют представления о сотворении мира. На вопрос: «Кто создал небо
У наименее культурных племен Южной Америки также нет космогонических мифов. У караибов мир мыслится готовым с самого начала, вместе с людьми, животными и растениями. «Я спросил проводника караиба, — рассказывает английский натуралист Бейтс, — кто создал солнце, звезды, деревья?» Он не знал и не слыхал, чтобы в его племени говорили об этом. Нет космогонических представлений у гуайяков и сирноно. Индейцы Калифорнии отвечали отрицательно на вопрос: думали ли они о том, кто создал солнце и луну?
Исследователь эскимосов Ф. Боас писал, что они говорили: «Мы не знаем, откуда взялось все, что вокруг. Как мы себя помним, все было, как сегодня». У индейцев Северной Америки имеется много мифов, из которых следует, что земля предполагается существующей с самого начала. Шошоны рассказывали, что земля существовала извечно, а люди появились на ней, проникнув через отверстие в земле. Они пришли из подземного мира.
По африканским мифам небо и земля существуют искони. В одних мифах земля прежде была мягкой, в других — пустынной, лишена воды, пребывала во тьме. Один зулус так сказал миссионеру, проповедовавшему о сотворении мира: «Мой отец, наши деды и прадеды смотрели только на землю и заботились только о еде. Что же было на небе и кто создал солнце, о том они никогда не думали. Мы никогда не спрашиваем, кто сотворил звезды». Капитан Гардинер однажды спросил зулуса: «Вы видите, как солнце всходит и заходит, знаете ли вы, кто все это делает и кто этим управляет?» «Нет, — отвечал зулус, — мы видим это, но не знаем, как это бывает. Мы думаем, что это происходит само собою». «Верите ли вы, что духи сотворили мир?» «Нет». «Согласны ли вы с тем, что вы никакой силы не имеете над солнцем и луной? Разве вы не знаете верховного существа, которое все это может сделать?» «Нет, мы ничего не знаем об этом. Мы знаем очень хорошо, что мы сами не могли бы сделать этих вещей, но мы думаем, что они сами собой существуют так, как они есть».
В языках наиболее отсталых племен отсутствуют такие слова, как Вселенная, космос и т. д., и только наличие подобных общих понятий позволяет поставить вопрос о возникновении мира в целом. У этих племен множество мифов о том, откуда взялись их предки, о происхождении отдельных предметов и явлений природы, но нет поисков объяснения всего мира как совокупности. Этот вопрос даже и не ставится, так как он возникает лишь на более высокой ступени развития человеческого сознания.
КОГДА ВОЗНИК МИФ О СОТВОРЕНИИ МИРА?
Только когда человек стал осознавать себя творцом вещей, изготовленных своими руками, различать предметы, созданные им самим, независимо от существующей природы, он мог постепенно начать воспринимать ее как результат деятельности неведомой «руки творца».
Понятие «сотворение мира» сложилось в эпоху разложения первобытнообщинного строя. Гончарное производство способствовало образованию представления о том, что мир был вылеплен из глины. В Элефантине рассказывали о древнеегипетском боге Хнуме, который сформовал мир из нильской глины на гончарном круге, как горшечную посуду. В индийском мифе Пуруша замесил глину шестью пальцами и из нее изготовил землю. Русское слово «сотворение» восходит к понятию «творить», т. е. размешивать сухое с влажным. Такое же значение имеют датское слово «tvöre» или исландское — «thvari»—. тесто. Русское слово «творилка» означает раствор жидкого о сухим, «творог» употребляется в смысле мягкой грязи. В украинском фольклоре первоначальная материя понимается как смесь воды и земли, ее сравнивают с квашней, которую месят руками. Большинство иудеев и христиан понимают сотворение мира как изготовление его руками бога из хаоса. В иудейском культе изображение руки было символом бога-творца, царя и правителя. Умершему иудею обязательно сгибали большой палец так, чтобы его рука приняла форму имени бога-творца— шаддай. Христианские отцы церкви Григорий Нисский и Августин протестовали против того, что христиане понимают сотворение мира буквально, как результат действия руки бога. Но даже в 1951 г. папа Пий XII в своей речи «Доказательства бытия бога в свете современного естествознания» говорил, что «Вселенная вышла из рук создателя».
Идея творца мира есть одно из проявлений антропоморфизма, т. е. перенесения на природу представления человека о себе и своем творчестве. Люди считали, что если они изготовили орудия, утварь и т. д., то значит и весь мир был создан каким-то существом, но только гораздо более могущественным, чем обычный человек. Конспектируя лекции Л. Фейербаха о о сущности религии, Ленин отметил его объяснение происхождения представления о творце мира из антропоморфизма как «простые доводы против бога». Фейербах писал, что нет никакой необходимости приписывать природе «первопричину (бога)», «у природы нет ни начала ни конца. Все в ней находится во взаимодействии, все относительно, все одновременно является действием и причиной, все в ней всесторонне и взаимно». Выписав эти слова Фейербаха, Ленин заметил: «Не к чему тут бог»[3].
Ленин выписал также слова философа: «Бог есть… причина вообще, понятие причины как олицетворенной сущности, ставшей самостоятельной…»[4]. Категория причинности не вымышленное понятие. Причина существует объективно и независимо от человеческого сознания, но первоначально она олицетворялась в мифологическим образах.
Первобытные люди отождествляли причину с началом, причину со следствием. Даже в V в. до н. э. «причина» и «начало» в древнегреческом языке обозначались одним словом, а еще раньше вообще не различались. Ленин отмечал, что «у Фалеса, например… нет еще понятия
По древнеегипетским воззрениям небо — порождение солнца, но солнце — порождение неба. По мере осознания конкретных явлений, люди стали различать причину и следствие. В древнегреческих космогонических мифах причины и следствия изображаются в виде богинь и богов, олицетворяющих различные стихии природы, которые все порождены «первой причиной» — «отцом всех богов». В процессе познания причин явлений природы человеческая мысль часто вместо истинных причин создавала фантастические образы божественных творцов.
БОГИ — КОПИИ ИХ СОЗДАТЕЛЕЙ
Большинство мифов возникло у разных племен и народов самостоятельно, имело различное содержание и форму в зависимости от социально-экономических условий, от конкретных особенностей их развития.
Житель островов представлял сотворение мира иначе, чем обитатель засушливого плоскогорья. Первый, который видел вокруг себя широкое бесконечное море, предполагал, что сначала все состояло из воды — великого первичного моря — и лишь впоследствии из нее вынырнули острова. Напротив, обитатель плоскогорья представлял первоначальную землю в виде голой, пустынной равнины, которая сделалась плодородной лишь благодаря пробившимся ключам воды или дождя. По мифам обитателей Маршаловых островов изначально были море, рифы и раковины, а по мифам племен Восточной Африки — иссохшая пустыня.
Жизнь и быт людей, их занятия часто отражаются в космогонических сказаниях. Так, например, у одних скотоводческих народов Сибири записаны предания о том, что их предки создали землю, разъезжая по небу на оленях, а у других — во время сотворения земли белый небожитель скакал в облаках на лошади. Сахалинские нани (ороки) рассказывали о своем предке Хадау, что он «ехал на нартах, в руках у него был легкий шест из черемухи для управления оленем. Где Хадау затормозит, там образовывались реки, где земля была тверда, — излучины, а там, где ложились удары шеста — притоки». Якуты говорили, что, когда появились небо и земля, «мать Вселенная натянула на себя попону, а белый небожитель выпил кумыс сивой кобылы и расправил ее волнистый хвост», Г. В. Плеханов писал, что «характер первобытной космогонии вообще определяется характером первобытной техники»[6]. В космогонических мифах упоминаются рыболовные удочки, гончарные круги, железные молотки. Полинезийцы на вопрос о том, откуда взялась их земля, отвечали: однажды Мауи сидел с удочкой на берегу моря и вдруг вытащил на крючке землю вместо рыбы. Маори даже показывали место, где их герой тащил землю из воды. У древних германцев бог Тор также выудил землю из моря. У ирландцев Портолон («дитя моря») извлек их зеленый остров из воды.
В древнем Вавилоне рассказывали, что бог сотворил землю так же, как делают плотину: положил на поверхность воды тростниковую плетенку, которую посыпал землей. В Мемфисе верили, что египетский бог Птах построил мир, как каменщик строит здание, в Саисе утверждали, что мир был соткан богиней-ткачихой. В Ригведе сказано, что боги построили мир, как плотники.
По Ригведе бог Висвакарман (всемирный мастер) «выковал своими руками и крыльями небо и землю». Он употреблял свои крылья вместо мехов. В Древней Греции боги были не творцами, а демиургами. Точный перевод этого слова «ремесленник», «мастер мироздания», т. е. устроитель мира из готового материала. По греческому мифу божественный кузнец Гефест приковал к небу светила. В «Калевале» также говорится, что кузнец Ильмаринен молотом выковал небесный свод, украсил его солнцем, луной и звездами.
В христианских легендах крестьян небожители иногда обладают чертами землепашцев. Еще в XIX в. в одной украинской колядке пели о том, что «господь бог за плугом ходит, пресвятая деза хлеб косит, а святой Спас волов пас». В украинской сказке говорится, что было время, когда не существовало ни неба, ни земли. «Не маючы що робити», бог решил насыпать землю и вырастить деревья. В старину многие русские крестьяне также верили, что земля образовалась в результате деятельности бога-сеятеля: «взял бог песок и насеял всю землю с травами и лесами». Бога-творца представляли настолько человеком, что на иконах «Сотворение мира» богомазы иногда изображали слова Библии: «почил господь от дел своих» так: господь спит на постели и подушках или на лавке. В Сибири в 1825 г. один богомаз изобразил бога в виде старого крестьянина, лежащего на лавке после сотворения мира. Около лавки стоят валенки.
В наше время традиционные представления о боге-творце меняются, так в США его начинают изображать божественным атомщиком. В 1948 г. один американский живописец намалевал картину «Зодчий Вселенной творит первый атом». На фоне причудливых геометрических чертежей и алгебраических формул стоит призрак, властной рукой указующий на огненное пятно. Однако в настоящее время в большинстве стран значительная часть верующих отказалась от представления о боге-творце как человекоподобном существе, считая, что такой образ божества устарел, отжил и утратил свое значение. В СССР, по данным выборочного обследования дипломантов заочников философского факультета Ленинградского Государственного университета, изучавших в 1956–1966 гг. этот вопрос только 20–25 % православных представляют творца человекоподобным существом, 10 % —абстрактным, остальные имеют неопределенные представления о сотворении мира: «кто-то создал все», «что-то было началом». Такие верующие говорят о «первом толчке», о тождестве бога-творца с природой.
Материя никогда не нуждалась в толчке извне, она всегда находилась и находится в состоянии беспрерывного саморазвития и самодвижения. Движение тел так же несотворимо и неразрушимо, как сама материя; оно ее основное качество, способ существования. Материя сама по себе порождает бесконечную смену движения, нет материи без движения, как нет движения без материи.
Верования современных христиан в бога все больше приближаются к представлениям о нем, близким деизму и пантеизму. Нередко отказ от веры в человекоподобного бога-творца — дорога к атеизму.
ПРЕВРАЩЕНИЕ ЗВЕРЯ В НЕБО И ЗЕМЛЮ
У многих народов есть мифы о том, что труп чудо-животного, полудракона-получеловека или первочеловека-великана, которого кто-то растерзал или убил непобедимый герой, или же принесли в жертву боги, превратился в окружающий мир. Череп трупа стал небесным сводом, тело — землей, кости — горами, кровь — морями и реками, глаза — солнцем и луной, зубы — скалами и камнями, волосы — лесами. В Австралии «люди-кенгуру» инсценируют во время колдовских обрядов миф: на великого первопредка кенгуру напали собаки.
Они разорвали его на части. Там, где упала печень кенгуру, вырос холм, где шкура — скалы, где кости — камни, а из камней — люди. Многие племена североамериканских индейцев знают миф о том, что их тотем-животное, принявший вид прекрасного юноши, был растерзан великанами. Части его тела превратились в различные элементы Вселенной. На Марианских островах записан миф о первом человеке Пунтан, который просил перед смертью свою сестру сделать из его головы и плеч небо и землю, из глаз — солнце и луну, из ресниц — радугу. Сестра осуществила желание брата.
Во многих мифах боги для создания мира пользуются трупом своего противника. В древневавилонском сказании бог Мардук использовал для этой цели тело чудовища Тиамат. В скандинавском мифе, изложенном в Эдде, говорится: «В начальное древнее время жил великан Имир. Тогда не было неба и земли, а всюду зияла бездна». На Имира напали его враги и из трупа Имира возник мир: из черепа — твердь небесная, из мяса — земля, из крови — моря и озера, из костей — горы, из зубов — скалы и утесы, из волос — деревья и леса.
В Ригведе говорится, что боги убили для жертвоприношения первозданное существо — великана Пурушу, имевшего 1000 голов, 1000 глаз и 1000 ног, рассекли тело и из его частей создали мир. В Китае был миф о сыне неба Пань-гу, имевшем голову дракона, а тело змеи. Когда он умер, то из его головы возникло небо а из ног — земля, из глаз — солнце и луна, из волос — деревья и трава, из зубов и костей — металлы и камни, из крови — реки. На Руси в «Стихе о голубиной книгe» сказано, что солнце красное родилось от лица божьего, светел месяц — от белой груди божьей, звезды частые — от риз божьих, зори белые — от очей господних, ветры буйные — от дыхания, дробен дождик и росы — от его слез.
Подобные мифологические воззрения — пережитки представлений, свойственных первобытному сознанию, уподоблявшему природу человеку. Ленин писал, что «инстинктивный человек, дикарь, не выделяет себя из природы»[7]. Таинственная всемогущая природа, перед которой первобытные люди были беспомощны, представлялась им таким же существом, как они сами, части которого уподоблялись тем или иным элементам Вселенной. Первозданные великаны Пуруша, Пань-гу, Имир и т. д. были тотемами, в образах которых олицетворялась окружающая природа. Например, северные племена представляют себе землю в виде лося, спина его — горы, шерсть — леса, мошкара, вьющаяся над ним, — птицы.
Мифы о превращении частей трупа тотема в предметы или явления природы возникли как объяснение, почему одни и те же названия одновременно обозначали части человеческого тела и окружающего мира.
Когда-то существовало одно слово для головы и неба. Поэтому в индийском мифе небесный свод создан из черепа Пуруши, в скандинавской «Эдде» — из черепа Имира, в греческом сказании Атлас держит небесный свод на своей голове. Понятия — глаз, солнце и луна обозначались одним словом, солнце считалось оком дневного неба, луна — оком ночного. В Древнем Египте слово «солнце» употреблялось в значении «правый глаз», «западный глаз», а луна — как «левый глаз», «восточный глаз». В древнеегипетских амулетах изображения правого и левого глаза означали солнце и луну — глаза бога Ра. В ведийских мифах глаза подобны солнцу и луне. В китайском иероглифическом письме есть связь между знаками глаза, солнца и луны. Поэтому глаза индийского Пуруши или китайского Пань-гу превращаются в солнце и луну.
Откуда же взялся сам миф об убийстве тотема?
Советский этнограф А. М. Золотарев в книге «Родовой строй и первобытная мифология» доказал, что истоки древних космогонических мифов восходят к сказаниям, сложившимся в родовом обществе, о борьбе двух тотемов-первопредков, в образе которых фантастически отразились кровнородственные и производственные связи, существовавшие тогда среди людей.
Древний род делился на две половины, получившие в науке названия фратрий (от греческого слова «братство»). Браки внутри фратрий были запрещены. Мужчины одной фратрии вступали в брачные отношения с женщинами другой фратрии. В языке и мышлении разных племен найдено множество грамматических форм, «двойных понятий», отражающих эту дуальную организацию раннеродового общества. Она повлияла на классификацию имен существительных, на разделение их на мужской и женский род. Все предметы и явления природы, считавшиеся взаимопротивоположными (свет и мрак, солнце и луна, небо и земля, суша и вода, черное и белое и т. д.), принадлежали к двум разным фратриям.
Дуализм организации раннеродового общества породил и мифы о двух тотемах-первопредках, олицетворяющих две фратрии, между которыми шла ожесточенная борьба, оканчивающаяся убийством одного и превращением частей трупа убитого тотема в различные предметы и явления природы.
Особенно много таких мифов у североамериканских индейцев. У них члены каждой фратрии выводили свое происхождение от одного из двух братьев-демиургов. Во главе каждой фратрии стоял вождь или колдун, который считался избранником этого тотема. Так, например, племя ахотави почитает койота (лугового волка) и лису. По словам ахотави, первоначально существовали только ясное небо и безбрежное море. Маленькое облако появилось на небе, но постепенно увеличивалось в размере, а затем спустилось и превратилось в серебристо-серую лису. Поднялся туман, сгустился и превратился в койота. Лиса просверлила дырку в нижний мир и спустилась вниз. Кругом простиралось безбрежное море, но был маленький остров, на котором поселились лиса и койот. Они поссорились, когда лиса стала устраивать мир.
Алгонкины верят, что владыка всех зверей — Манабуш (заяц или кролик огромного размера) застроил мир. На языке алгонкин «кролик» и «мир» обозначаются одним словом. Дом Манабуша находится там, где восходит солнце. Он однажды победил чудовище, похитившее солнце. Когда Манабуш охотился, то попал в великое озеро, которое вышло из берегов и затопило весь мир. Кролик стал носиться на плоту по безбрежным водам и превратил в землю горсть песку, принесенную ондатрой, после того, как попытка ворона найти песок не удалась. У Манабуша есть злой брат-близнец, с которым он враждует и ссорится. Манабуш разрывает своего брата на куски, и его кости и внутренности превращаются в растения и животных.
Постепенно с исчезновением дуально-родовой организация зооморфные образы тотемов, которые всему научили своих сородичей, изобрели орудия, открыли огонь, показали приемы охоты, установили обычаи и правила поведения, вытесняются человекоподобными образами предков, а затем богами-демиургами. Ключ к тайнам происхождения древнейших космогонических сказаний оказался в дуальной организации раннеродового общества, в отождествлении природы с человеком.
ПТИЦЫ-ДЕМИУРГИ
У многих племен и народов небо чаще всего олицетворял орел. У индейских племен Северной Америки и у сибирских народов орел считался хозяином и повелителем солнца, огня, грома и молнии. В Ригведе о солнце говорится как об орле, приносящем огонь на землю. У древних греков орел воплощение Зевса, в скандинавской Эдде бог Один оборачивается в орла.
Зачатки дуалистического мифа о птицах обнаружены уже у некоторых австралийских племен. У племени кулин записан миф о двух братьях-птицах. Оба брата — орел или ворона Бунджиль и сойка или цапля Палиан ведут между собой ожесточенную борьбу из-за женщин. Орел с помощью колдовства создает землю, деревья, зверей и людей, а сойка — моря, реки, озера, рыбу. В меланезийском фольклоре два брата-близнеца орел и сокол То Кабинана и То Карвуву — демиурги. Один мудрец, другой глупец, один добрый, другой злой. Один создает плодородную землю, другой портит ее.
У североамериканских индейцев особенно много записано мифов о вороне-демиурге. Так, например, племя атапаски ведет от нею свое происхождение. Тотем атапасков — ворон, глаза которого — огонь а шум крыльев вызывает гром. Когда он опустился на море, то мгновенно выросла земля. Ворон спас людей от потопа и помог добыть им огонь. Племя тлинкитов состоит из двух фратрий — Ворона и Вол. ка. Тлинкиты рассказывают, что во времена молодости Ворона был потоп, от которого он спасся тем, что взлетел до неба, ухватился за облака ч переждал пока воды спадут. Ворон создал свет, закинул луну ка небо, образовал твердь посреди воды, добыл для людей пресную воду и огонь, которые украл у Волка, хранившего их.
У наших северных народов также сохранился миф о великом вороне. Это Кутху у ительменов, Куйкиль у коряков и т. д. Кутху считается создателем земли и всего, что на ней находится, но его за это не только не почитают, но часто ругают, обвиняя в том, что он устроил все очень неудачно. Если бы, говорят ительмены, Кутх был умен, то создал бы мир гораздо лучше, не поставил бы так много непроходимых гор и утесов, не было бы так много бешеных потоков и длительных бурь. С. П. Крашенинников писал: «Никого глупее не представляют, как своего Кутху, чего ради и не воздают ему никакого почтения, ничего у него не просят, и ничем так, как именем его не забавляются, рассказывая про него такие непристойности, о которых и писать гнусно»[8].
В мифах многих наших северных народов роль демиурга играет орел (якуты), гагара (ненцы, селькупы, буряты), гусь (алтайцы, манси), селезень (марийцы), утка (эвенки, ханты, мордва) и т. д. В этих мифах рассказывается, что вначале были две птицы: белая и черная. Белая летала в вышине, над водой, а черная плавала внизу, в воде. Одна птица просила другую: «Нырни на дно и принеси немного ила». Черная птица принесла его в собственном клюве потом выбросила ил перед белой птицей. Белая совершила над ним заклятие. Ил начал расти и превратился в землю. Но черная птица утаила часть ила в клюве для себя. И эта часть ила под действием заклинания начала расти и душить птицу. «Выплюнь, выплюнь», — кричала ей белая птица. Черная выплюнула ил, и из этой части выросли горы и камни. Обе птицы поссорились. Белая птица создала все доброе для человека, а черная — все злое.
Для древних людей была невозможна мысль о творении земли из ничего. Поэтому они выдумали, что земля появилась в результате того, что одна птица достала со дна моря крупицу ила, которую другая с помощью колдовства превратила в землю. Такое объяснение происхождения земли известно в Северной Америке, Восточной Европе, на Кавказе, в Индии, Индонезии, у племен и народов, относящихся сейчас к разным языковым семействам. В старинных русских памятниках, в легендах украинцев, белорусов, болгар, сербов, румын рассказывается, что бог спустился с неба, увидал на море сатану, плавающего в виде птицы, приказал ему нырнуть на дно моря и достать со дна песку, из которого и создал землю. В одной украинской колядке поется, что еще в то время, когда не было ни земли, ни неба, и только одно сине море, среди этого моря стояли два дуба, а на дубах сидели два голубя, голуби спустились на дно моря, вынесли оттуда синий камень и желтый песок, из синего камня создали небо, а из желтого песка — землю.
В мифах маздеизма, иудаизма и христианства образы птиц-демиургов приобрели антропоморфические черты всемогущих творцов, расправляющихся со своими антиподами, олицетворяющими тьму и зло. Дуализм света и тьмы, добра и зла известен многим древневосточным религиям и философским учениям, но нигде он не получил такого полного выражения, как в маздеизме.
В середине VI в. до н. э. легендарный основатель древнеиранской религии Заратустра (греч. Зоарастр) проповедовал, что в мире происходит постоянная ожесточенная борьба между светом и тьмой, жизнью и смертью, добром и злом. В «Авесте» говорится, что «вначале было два духа, два близнеца». Оба брата создали весь мир в борьбе друг с другом. Один создавал все светлое и хорошее, а другой все темное и плохое.
Еще Э. Тейлор в «Первобытной культуре» сопоставлял этот дуалистический миф с мифами ирокезов о борьбе врагов близнецов. Образы братьев-близнецов в мифологии маздеизма были отражением дуально-родовой организации. Они восходят к двум первопредкам-тотемам, которых почитали фратрии древних иранцев. Впоследствии эти тотемы превратились в бога добра, владыку неба и бога зла, владыку подземного царства, создавших мир из себя. Вера в непрекращающуюся борьбу двух начал особенно сохранилась в маздеизме, потому что в Иране шли бесконечные войны между иранцами — оседлыми земледельцами и индийцами — кочевниками-скотоводами. Курды-иезиды, которые также верят в извечную борьбу бога и сатаны, отдают, однако, предпочтение последнему, почитая его в образе «царя павлина».
В религиозных верованиях иранцев сохранились глубокие следы почитания птицы, высидевшей яйцо, из которого вылупился мир. Ахурамазду часто изображали с головой ястреба и перьями орла, а иногда петуха. Петух считался священной вещей птицей бога света Ахурамазды, петушиный крик будто бы обладает способностью изгонять злых духов Анхромайньи. В «Авесте» рассказывается, что небо, земля, воды и все, что есть на небе, сделано по образцу птичьего яйца; небо над и под землей создано Ахурамаздой наподобие яйца. Земля внутри неба, как бы желток в яйце. Сам Ахурамазда родился из яйца. Поэтому древние иранцы прославляли яйцо в священных гимнах, держали в храмах металлические изображения яйца.
МИРОВОЕ ЯЙЦО
В Древнем Египте в одном магическом папирусе упоминается яйцо из земли и влаги, которое было снесено на первом холме, поднявшемся из безграничного водного пространства. Этот предвечный холм показывали в разных частях Египта. В «Книге Мертвых» говорится, что на этом холме было свито гнездо, в котором из гусиного яйца «великого Гоготуна» появилось солнце, создавшее богов и людей. По верховьям Нила рассказывали о боге-горшечнике Хнуме, который вылепил на гончарном круге из нильской глины огромное яйцо, откуда вылупились солнце, звезды, земля и люди. Известен был и миф о боге Хнуме, выплюнувшем изо рта мировое яйцо, из которого вышел бог Птах, создавший небо и землю.
В Вавилоне говорили, что на небе, состоявшем из воды, вылупилась из яйца богиня Иштар в образе голубя. Он положил в реку Евфрат яйцо и высидел из него небо и землю. В Финикии считали началом всего темный и движущийся воздух. Над ним носился ветер, который смешал воздух с эфиром, в результате чего родилось яйцо, из которого воссияли солнце, луна и звезды. Геродот рассказывал, что по древним преданиям греков мир был создан из яйца, снесенного птицей феникс в святилище Гелиоса. Орфики верили, что в начале всего было могучее время Хронос. Оно родило эфир, огненную стихию и хаос — темную, беспредельную бездну. Из них образуется блестящее, серебряное яйцо. В яйце заключаются семена всех вещей, оно раскрылось, и из него вышел двуполый змей Протогон, или Фанес. Из верхней половины скорлупы яйца образовалось небо, а из нижней — земля.
В Упанишадах говорится, что мировое яйцо произошло от Пуруши. «Яйцо разбилось, она половина была из серебра, другая из золота. Серебряная половина стала землей, золотая— небом». По китайским мифам мир возник из «хунь-дуня» (хаоса), имевшего вид крупного яйца. В нём зародился Пань-гу с телом змеи и головой дракона. Он вырос и заснул в этом огромном яйце. Прошло 18 тыс. лет, прежде чем Пань-гу проснулся. Не зная как выбраться из яйца, он схватил огромный топор и с силой ударил им мрак перед собой. Яйцо раскололось. Все легкое и чистое поднялось вверх и образовало небо, а тяжелое и грязное опустилось вниз, образовав землю. Мифы о всемирном яйце известны у японцев и других народов.
Средневековые ученые считали, что этому мифу присуща глубоко философская концепция, возникшая в древних храмах и распространившаяся по всему миру. В действительности миф о вселенском яйце был у многих племен, олицетворявших небо в образе птицы. Туземцы Фиджи рассказывали, что земля появилась из скорлупы яйца, плававшего в море. Жители Гавайских островов говорили, что земля возникла из яйца морской птицы. Племена Новой Зеландии верили, что их острова произошли из скорлупы яйца, которое снесла морская птица. В яйце был дух, разбивший скорлупу. Полинезийский дух Таагароа в образе ястреба выходит из яйца, снесенного морской птицей, и сносит яйцо, из которого появляется мир. На острове Борнео записан миф о том, как дух в образе птицы разломал скорлупу яйца, в котором была земля. На острове Ниаса, расположенном юго-запад лее Суматры, верховный бог Луо Захо вылетел из яйца и сотворил мир. Батаки верят, что огромная курица снесла яйцо, из которого произошла Вселенная. В Африке племя хуаса рассказывало об огромной птице Фуфунде, снесшей яйцо, из которого возникли небо и земля.
В первой руне «Калевалы» говорится о том, что «мать воды, дева творенья» Ильматр носилась по голубому простору и опустилась на морские волны. Мимо нее пролетела дикая утка, искавшая места для гнезда. Ильматр высунула из воды колено, и утка положила на него шесть золотых яиц и седьмое железное. Ильматр просидела на яйцах два дня, и они скатились вниз в глубину. «Не погибли яйца в тине… Из яйца, из нижней части, вышла мать-земля сырая, из яйца, из верхней части стал высокий свод небесный, из желтка, из верхней части, солнце светлое явилось; из белка, из верхней части ясный месяц появился, из яйца, из верхней части звезды сделались на небе, из яйца, из темной массы тучи в воздухе явились». В древнейших вариантах этой руны фигурирует не дикая утка, а орел. Сам герой «Калевалы» — Калев был принесен в клюве орла, он тоже орел, который творит мир из яйца.
Возможно, что миф о мировом яйце сложился еще у охотников. Они отождествляли небо, солнце и луну с яйцами, снесенными когда-то птицей-великаном. Круглый свод неба, солнце и луна напоминали людям своей формой яйцо. Многие племена имеют одно слово для обозначения небесных светил а яйца. Тождество названий по форме луны, солнца и яйца — источник возникновения и культового почитания яйца. Пережитки отождествления солнца с яйцом сохранились в окрашивании яиц в красный цвет на пасху, в обычае при пожарах обносить вокруг здания яйца, веря, что огонь далее не распространится, бросать яйца в пламя пожара, чтобы погасить его.
Миф о птицах-демиургах и о мировом яйце проливает свет на то, почему в Библии бог-творец изображается как орел: «Я носил вас на орлиных крыльях», «люди укрываются в тени твоих крыльев» и т. д., а «святой дух» олицетворяется в образе голубя. Голубь почитался «священной птицей» в культах вавилонской богини Иштар, греческой богини Афродиты. В старину в православных «святодуховских» церквах были идолы этого божества, имевшие форму голубя.
В Библии сотворение мира начинается с того, что «дух божий носился над водой» (Бытие, 1, 2). Более точно эти слова переводят: «Душа (существо женского рода) или дух божий высиживал воду». «Руах элохим» — душа, или дух божий, представлялась в виде птицы, а создание чира уподобляли высиживанию наседкой огромного яйца. В славянском переводе книги Еноха сотворение мира прямо изображается в виде появления яйца.
Известный московский митрополит Филарет указывал, что слова «Дух божий ношашеся на верху воды» следует понимать как то, что мир был сотворен святым духом, который изображается в виде голубя. В семитических языках «святой дух» — женский образ, о нем говорится только в женском роде. В апокрифическом «Евангелии евреев» Христос называет святого духа своей матерью. В средневековом христианском искусстве бога-творца иногда изображали в качестве третьего лица троицы в виде голубя, летающего над хаосом.
В 1907 г. протоиерей И. Соловьев писал в книжке «Вера и церковь», что непонятные слова о боге, носившемся над водой, при сотворении мира следует связывать с действием птицы: словом «носился» обозначается действие, подобное действию птицы, носящейся над гнездом, сидящей на гнезде и теплотой своей согревающей и оживляющей яйца, и указывается на оживление богом новозданного вещества, на сообщение ему жизненной силы, потому, между прочим, в VII члене символа веры дух святой и называется «животворящим».
Слова «дух божий носился над водой» иногда переводят «ветер божий носился над водой», сравнивая «Руах элохим» с Нисруком (духом, ветром) из вавилонского мифа о сотворении мира. В Библии есть места, где «руах» означает ветер, дуновение, воздух. В Упанишадах говорится, что вначале была вода, над которой дышал, как ветер, Прагапати — творец мира. Он высидел золотое яйцо, из которого вышли боги и люди. По мусульманским представлениям бог в образе белого павлина творит Вселенную. В Иране мусульманские мистики суфии учили, что бог — «птичка без крыльев и перьев» — создал мир из «белой жемчужины» — яйца
ЧТО ТАКОЕ ХАОС?
Изначальный хаос в древних мифах изображается как огнедышащий дракон или змей, который, как птица, парит в воздухе. В образе его олицетворялись тьма, мрак, ночь, небо, вода, дождь, радуга, туча, молния. Отождествление радуги со змеей объясняется тем, что радуга формой и цветом напоминает некоторые виды змей. Многие племена принимали радугу за гигантскую змею которая опускается на землю, чтобы выпить воду.
В Китае дракон — символ этой страны — почитался хранителем вод, символом плодородия. Вода будто бы находится в распоряжении дракона. Он повелевает дождем, удерживает напор рек во время их разлива, чтобы они не прерывали плотины и не затопляли окрестности. У китайцев змеи считались виновницами исчезновения воды.
У многих племен совершаются магические обряды со змеями для вызывания дождя. Например, племя анула в Северной Австралии ловит змей для этой цели и колдует над ними. Это колдовство со змеями отразилось в мифах, рассказывающих о борьбе людей с драконами за воду. В Северной Осетии на одном топоре в Кобанском могильнике (начало первого тысячелетия до н. э.) изображено семь змей, с которыми борется человек, вооруженный луком. Может быть, это одна из древнейших иллюстраций мифа о борьбе героя с семиглавым змеем, дошедших до нас.
В мифах герой, рассекая дракона на две части, как бы отделяет свет от тьмы, создает небо и землю. Основное содержание древнеегипетских космогонических сказаний — борьба солнечного бога с его вечными врагами — мраком и водной стихией, олицетворенных в образах змеи, крокодила или гиппопотама. В виньетке к 17 главе «Книги Мертвых» (Египет) изображен бог солнца Ра в образе ярко-красного кота, отрезающего ножом голову зеленой змее. В тексте сказано: «Я этот великий Кот, который сражался в день истребления врагов Вседержителя». О нем говорится, что «он сотворил небо и землю, уничтожил хаос воды». В заговоре против укуса змеи восхваляется бог, «создавший себя самого, сотворивший небо, землю» и т. д.
Индийский бог Индра убивает первозданного змея ударом молнии и освобождает воды. После этого появляются небо и солнце, начинает лить дождь. В Ригведе говорится, что «могущественный Индра вздыбил волнующиеся воды, он пригнал море, змееборец сделал солнце видимым» (II, 198), «Тваштри сделал молнию из золота, ей искусник тысячу зубов выточил, схватил Индра эту палицу и убил дракона Вритру, воды выпустил» (1,85).
Иранский миф о сотворении мира рассказывает о борьбе бога света, солнца и огня Ахурамазды с богом мрака Анхромайнем и его сообщником драконом Ази-Дахану, олицетворявшим водную стихию. В Древней Греции в орфических мифах о сотворении мира рассказывается, что Зевс победил двуполого змея Эхидну, рожденного из мирового яйца, что Хронос (время) победил Офионе, змеевидное чудовище.
Библейское сказание о сотворении мира — это миф о борьбе бога Яхве с водным хаосом, воплощенном в образе змеи, дракона или чудовищной рыбы. В Библии упоминается, что во время сотворения мира бог бился с драконом Рахаб: «Десница Яхве, пробудись, как во дни давние… не ты ли сокрушила Рахаба, поразила змея. Не ты ли иссушила море, воды великой бездны», «Ты сокрушила, как труп Рахаба… Тебе принадлежит небо, тебе же земля; Вселенную и все, что наполняет ее, ты основал». Псалмы прославляют творца за то, что он раздробил голову чудовищной рыбы Левиафана: «Ты расторг силой твоей море, ты сокрушил головы змиев в воде, ты сокрушил головы Левиафана… Тебе принадлежит день, тебе же и ночь, ты образовал светло и солнце, ты установил все пределы земли, ты учредил лето и зиму» (Пс. 73, 13–17).
В псалмах описывается, как Яхве боролся с драконом. Он сидел на облаке, поражая дракона огненными стрелами — молниями и грозным гласом — раскатами грома (Пс. 17, 8—16). Бог содрал шкуру с убитого врага и сделал из нее для себя шатер. «Где ты был, когда я полагал основания земли?.. Кто положил ее краеугольный камень, при общем ликовании звезд, когда радостно восклицали все сыны божии? Кто затворил вратами море, когда оно исторглось, как бы вышло из чрева, когда я сделал одежду его облаком, пелену его — анафелом…и поставил засовы и ворота и сказал: „доселе дойдешь и не перейдешь, и здесь предел надменным волнам твоим?“» (Иов, 38, 4—11).
Поделиться книгой: