— Коты-воители ладили между собой лучше, когда были объединены против Сумрачного Леса, — услышала Голубка, как пробормотал Терновник. — Мирное время дает волю старым ссорам.
Мотылинка выступила из-за спины своей предводительницы. Целительница встала на середину поляны, и лунный свет осветил её хрупкую фигурку.
— Мне кажется, эти коты должны принести новую клятву верности, — негромко произнесла она. — Их не нужно наказывать — и ни одно племя не должны пострадать, потеряв еще больше воинов — но мы должны понять, что можем снова доверять своим соплеменникам.
Голубка с облегчением перевела дух. Это было самым очевидным и мудрым решением! Остальные предводители закивали, казалось, им тоже пришлись по душе слова золотистой целительницы.
Крысоус взмахнув пятнистым хвостом.
— Эта клятва… Неужели мы должны приносить ее прямо здесь, перед котами, с которыми не имеем ничего общего?
— Нет, — покачал головой Ежевичная Звезда. — Мне кажется, это нужно сделать, когда племена вернутся в свои лагеря. Что ты думаешь об этом, Чернозвезд?
Казалось, белый кот только и ждал того момента, чтобы ответить.
— Конечно. Это будет сделано сразу же после того, как мое племя придет к себе в лагерь.
Однозвезд опустил голову.
— Присоединяюсь к словам Чернозвезда.
Голубка снова почувствовала вспышку гнева, бросив взгляд на Ветерка. В его нападении на Грозовых котов не было ничего благородного! Он даже не раскаивался и не заслужил прощения! Кошка постаралась успокоиться. «По крайней мере, отца и Искру снова примут в племя, — пронеслось у нее в голове. — Сейчас у нас слишком много забот. Мы должны отремонтировать стену лагеря и набраться сил перед сезоном Голых деревьев, и некогда размышлять о том, что было до этой ужасной Битвы».
Коты стали расходиться. Когтегрив, поравнявшись с Голубкой, поймал взгляд молодой воительницы, и та увидела множество невысказанных вопросов в его янтарных глазах. Голубка отвернулась. Когтегрив был частью ее прошлого, так же, как и битва с Сумрачным Лесом.
Глава 5
— Пусть все коты, способные охотиться самостоятельно, соберутся на общее собрание!
Эхо зычного голоса Ежевичной Звезды еще эхом разносилось по главной поляне лагеря, когда Грозовые коты начали появляться из наполовину разрушенных палаток и зарослей терновника. Предводитель созвал свое племя непривычно рано; даже рассветный патруль не успел уйти в лес, и луна была еще видна на бледном рассветном небе. Голубка взглянула на темного полосатого кота, стоящего на скале и спросила саму себя, что же чувствует Ежевичная Звезда, созывая Грозовое племя на том месте, где раньше всегда стоял Огнезвезд. Как бы то ни было, если Ежевичная Звезда и волновался, он никак не показывал этого.
Когда взъерошенные со сна воители, позевывая, собрались возле скалы, Ежевичная Звезда по камням спустился на несколько шагов вниз.
— Предводителями всех четырех племен было решено, — начал он, — что коты, сражавшиеся на стороне Сумрачного Леса, должны снова принести клятву верности. — По рядам котов пронесся шепоток, и предводитель поднял хвост, призывая всех к тишине. — После этого прошлое должно быть забыто, и коты-воители снова смогут спокойно смотреть в будущее. Мы должны быть сильными, чтобы выжить после всех наших потерь и справиться с будущими трудностями сезона Голых Деревьев. Я все понятно сказал?
Ежевичная Звезда скользнул взглядом по своим соплеменникам, и Голубка заметила, как несколько котов, среди которых были Дым и Ягодник, недовольно прижали уши.
— Ты требуешь от нас слишком многое, Ежевичная Звезда, — подал голос Дым. — Как можно простить такое большое предательство?
— Нет, — ответил Ежевичная Звезда. — Эти коты были вместе с приспешниками Звездоцапа по неведению. Как только они узнали правду о Сумрачном Лесе, то сразу же перешли на сторону своих соплеменников, и их храбрость была достойна уважения.
Но Дыма, казалось, не удовлетворил ответ предводителя. Старший воитель продолжал все так же недовольно махать хвостом, а Ягодник что-то возмущенно шептал на ухо Маковке. Березовик, Искра, Пестроцветик, Мышеус и Терновник стояли напротив своих соплеменников. От Голубки не укрылось, как они нервно подергивают хвостами от тревоги.
— Надеюсь, эта клятва поможет, — пробормотал Шмель. Голубка положила хвост на плечо воителю.
«Я тоже очень хочу этого».
Ежевичная Звезда кивнул пятерым котам.
— Выйдите вперед.
Предводитель взбежал по камням вниз, и уже через несколько секунд стоял на земле перед Грозовыми котами. Терновник и остальные выстроились в линию перед Ежевичной Звездой. Голубка увидела, что предводитель взволнован: такую церемонию он проводил первый раз в жизни и даже не знал толком, что следует говорить.
— Коты Грозового племени, — начал Ежевичная Звезда. — Мы не знаем, что побудило вас встать на сторону Сумрачного Леса. Что бы это ни было, сейчас все недоразумения должны быть забыты. Сейчас важно то, что вы — преданные своему племени и Воинскому закону воители. И так должно оставаться всегда, независимо от того, что бы вам ни пообещали, — в голосе предводителя скользнула железная нотка.
Пятеро котов кивнули. Ежевичная Звезда помолчал несколько секунд, а затем продолжил:
— Повторяйте за мной. Начиная с этого момента, я предан своим товарищам, племени и Воинскому Закону. Так будет до того, пока мне не настанет пора отправиться в угодья Звездного племени.
Березовик повторил обещание первым, затем к нему присоединились остальные. Правда, в их голосах Голубка отчетливо слышала неловкость, граничащую с раздражением. Это было нормально: ведь они были очень смущены. Голубка почувствовала укол недовольства, подумав о том, что Искра должна приносить клятву верности вместе с остальными. Ее сестра рисковала жизнью, шпионя против Сумрачного леса! Уже это являлось доказательством ее верности, и никакие клятвы были не нужны!
Когда воители закончили, Ежевичная Звезда взмахнул полосатым хвостом.
— С этого момента все раздоры забыты. Вы знаете, что надо сделать, чтобы Грозовое племя вновь стало сильным. Верно служите своим товарищам, и Звездное племя осветит ваш путь!
Ежевичная Звезда повел ушами, давая понять, что собрание закончилось. Гудящая толпа котов разделилась. Кто-то вернулся в палатку, чтобы привести себя в порядок, кто-то заступил в патруль. Но все же несколько котов остались стоять возле скалы. Среди них были Дым и Ягодник.
— Разве такое можно взять и забыть? — недовольно проворчал Дым. — Если бы эти коты не выдали наши секреты Звездоцапу, то он бы вообще не напал!
Голубка не могла поверить в то, что кто-то из ее соплеменников намеренно рассказал котам Сумрачного Леса тайны своих товарищей, но Маковка, похоже, не разделяла ее мнение.
— Вот-вот! Эти коты должны доказать, что мы снова можем им доверять! — сердито прорычала она и тут же испуганно оглянулась, прижав уши к голове, будто бы боялась, что кто-нибудь из злых котов, приглашенный Березовиком, в любой момент может ворваться в лагерь.
Дым наклонился к кошке и что-то тихо сказал ей, что Голубка не смогла услышать. Серая воительница сердито скривилась.
«Мои уши!»
Голубка чувствовала, как боль пульсировала у нее в голове. Что же с ней не так? Она обязательно должна поговорить с Воробьем и Львиносветом, чтобы узнать, потеряли ли они свою силу. А вот и Львиносвет! Голубка уже было открыла рот, чтобы позвать золотистого воителя, идущего мимо нее, как вдруг услышала громкий голос Пеплогривки, идущей к ним.
— Львиносвет! Я же говорила тебе отдохнуть! Никаких патрулей сегодня, ты помнишь?
Львиносвет, хромая и волоча за собой раненую лапу, подошел ближе.
— Со мной все в порядке, — прорычал он. — Не напоминай мне о ране!
Пеплогривка сузила глаза и дернула хвостом.
— Не держи меня за мышеголовую дурочку. Если в рану попала инфекция, ты должен сходить к целителю!
— У меня нет времени, — буркнул Львиносвет, посмотрев на затянутое серыми тучами небо, которое, став низким и тяжелым, казалось, вот-вот заденет верхушки высоких деревьев. — Мы должны охотиться, пока держится хорошая погода.
— Давай я пойду с тобой, — предложила Львиносвету Голубка. Если они останутся наедине, может, у них будет шанс поговорить?
— Вы никуда не пойдете без меня, — запротестовала Пеплогривка. — Сейчас я схожу к Белке и скажу, куда мы пойдем.
Львиносвет, сощурившись, посмотрел на серую кошку, направляющуюся к краю поляны, где стояла глашатая, затем повернулся к Голубке.
— С тобой все в порядке?
— Нет, я…
— Эй! — прервал ее громкий голос Искры, показавшейся из воинской палатки. — Слышала, вы собираетесь в лес? Можно мне с вами?
Кошка выбралась наружу и подошла к Голубке с Львиносветом, вся распушившись от холода.
— Мышиный помет… ветер пробирает до костей!
— Конечно, можешь пойти с нами, — кивнул Львиносвет. К ним подошла Пеплогривка, и процессия котов во главе с Львиносветом направилась к выходу из лагеря.
Сердце Голубки сжималось всякий раз, когда она видела, как Львиносвет спотыкается на ходу и каждый раз вздрагивает от боли. Никогда она не видела, чтобы его рана не заживала так долго.
Коты достигли зарослей папоротника и разделились, чтобы им было удобнее ловить добычу. Голубка учуяла слабый запах мыши. Кошка пригнулась к земле и поползла вперед, позволяя папоротнику хлестать ее по спине. Она обогнула ясень, ища свежий запах добычи. Вдруг воительница услышала за своей спиной топот маленьких лапок. Резко развернувшись, она бросилась на белку и прикончила ее одним укусом.
Искра подошла к сестре, держа в зубах тушку убитой дичи. Затем опустила добычу на землю и выпрямилась, вытирая кровь с усов.
— Добрая охота, — промурлыкала Голубка.
Искра наклонила голову.
— Не могу поверить. Голубка, разве ты не услышала, как белка была за тобой? Ты обернулась, когда она почти прыгнула тебе на голову! У тебя что, мох в ушах?
Голубка почувствовала, как от смущения у нее горят уши.
— Я… я просто отвлеклась… потому что выслеживала мышиный след.
Искра встала и принялась забрасывать свою добычу листьями.
— Ну так почему бы не пойти и не поймать эту мышь сейчас?
Голубка уловила нотку напряжения в голосе сестры и похолодела.
«Неужели она догадывается, что я потеряла свою силу?»
Голубка встала и вошла в заросли папоротника, чувствуя облегчение от того, что сестра не она снова почувствовала запах мыши и поймала крохотного зверька, пока тот, ничего не подозревая, грыз зернышки из стручка, валявшегося на земле.
«Звездное племя, спасибо за эту добычу», — прошептала Голубка обычную фразу для любого кота-воителя, благодарящего своих предков за удачную охоту.
Голубка решила поохотиться еще, но не сумела больше отыскать след добычи. Кошка петляла по земле, пока Львиносвет не позвал ее. Золотистый воитель успел поймать голубя, тушка птицы лежала возле его лап. Пеплогривка стояла позади воителя; в пасти у нее болтались тельца детенышей полевок. Голубка почувствовала укол вины за то, что сумел поймать так мало. Неприятное чувство усилилось после того, как она увидела Искру, которая, пыхтя, тащила за собой из зарослей белку.
Львиносвет одобрительно кивнул.
— Если станет холоднее, нам будет нужна вся свежатина, которую мы поймали. Молодцы, вы все хорошо поработали.
Коты стали возвращаться в лагерь. Голубка видела, как Львиносвет напрягает мышцы, стараясь не хромать. Кошка замедлила шаг, стремясь поравняться с золотистым воителем. Когда Искры и Пеплогривка скрылись из виду, она опустила на землю свою добычу и повернулась к Львиносвету.
— Львиносвет, мне нужно поговорить с тобой.
Воин неохотно опустил на землю своего голубя, давая понять, что готов слушать.
— Как ты думаешь, мы теряем наши способности? — встревоженно спросила Голубка.
Вспышка гнева мелькнула в янтарных глазах Львиносвета, но Голубку это не остановило.
— Я не могу слышать, как раньше. Ты поранился о корень дерева. А Воробей? Посмотри на него! Он выглядит очень встревоженным! Может, он тоже больше не может путешествовать во сны других котов?
Львиносвет, вздохнув, положил тяжелую лапу на грудь бледно-серого голубя.
— Эта битва была тяжелой, мы все устали. Неизвестно, сколько потребуется времени, чтобы мы могли восстановить свои силы.
— Но это не раны! — запротестовала Голубка. — Что-то просто изменилось внутри меня. Я не могу описать это, но… я просто это чувствую.
Львиносвет перевел взгляд с мёртвого голубя на свои лапы.
— Если ты так беспокоишься, поговори с Воробьем. Он знает об этом лучше нас. Как-никак, мы являемся частью пророчества, что могло измениться?
Голубка хотела возразить, но Львиносвет поднял с земли голубя, показывая, что разговор окончен, и пошел вперед, прихрамывая. Вздохнув, Голубка подняла с земли свою мышку и, волоча хвост по земле, потрусила вслед за старшим воителем.
— Воробей! — Голубка вздрогнула, когда ледяной порыв ветра со всего размаху хлестнул её по шерсти, и поближе придвинулась к ежевичной стене, будто бы ища защиты. — Воробей, мне нужно с тобой поговорить!
— Прямо сейчас? — донесся до нее недовольный голос.
Кошка постаралась взять себя в лапы.
— Да. Сейчас.
— Тогда войди. Но ничего, слышишь, ничего не трогай!
Голубка осторожно вошла внутрь и на несколько секунд стояла на месте, моргая, пытаясь привыкнуть к полумраку. Она увидела, что по земле разбросаны пучки целебных трав. Некоторые из них были еще свежими и приятно пахли, а некоторые — пожелтевшими и превратившимися чуть ли не в труху. Воробей склонился над Лисохвостом, который, закрыв глаза, лежал в моховом гнездышке. Целитель сосредоточенно накладывал повязку на бок рыжего воина.
Голубка сделала шаг назад. Вонь, исходившая из раны, была почти невыносимой.
— Великое Звездное племя, — еле слышно прошептала она.
— Точно, — сухо ответил Воробей. Не поворачивая головы, кот протянул лапу и подобрал с земли комок недавно разжеванных листьев. — Так чего ты хотела? — спросил он, начав втирать зеленую кашицу в рану Лисохвоста.
Голубка старалась не подавиться.
— Неужели Лисохвост это чувствует? — прошептала она.
— Слава Звездному племени, нет, — ответил Воробей. — Я все время даю ему мак как обезболивающее. Так что он даже редко просыпается. И хорошо, я хочу, чтобы так было подольше, пока его рана не начнет затягиваться. Так чего ты хотела? Что-то не так? Видишь ли, я очень занят. Листвичка отправилась в лес за травами, Яролика сидит с котятами, а Иглогривка вместе с Ромашкой отправилась в лес размять лапы. Так что у меня дел невпроворот.
Голубка пододвинулась ближе.
— Воробей, — начала она. — После битвы я изменилась. Мои способности исчезли. Понимаешь, я… слышу и вижу, как другие кошки, не более того. А Львиносвет поранил лапу о корень дерева. Вот я и пришла к тебе спросить, вдруг ты тоже заметил, что твоя сила ушла?
Воробей резко замер, не окончив втирать лекарство в рану Лисохвоста. Затем дернул ушами.