Помоги проекту - поделись книгой:
Максим Коломиец
МАНЕВРЕННЫЕ ТАНКИ СССР Т-12, Т-24, ТГ, Д-4 И ДР
ВВЕДЕНИЕ
Первые проекты танков собственной разработки появились в СССР в середине 1920-х годов. В то время бронесилы Красной Армии (танковых войск еще не было) подчинялись артиллерийскому управлению, и единственные материалы, которыми располагали отечественные конструкторы — это опыт гражданской войны в России да публикации в иностранной прессе тех лет. Но прежде, чем приступить к проектированию боевых машин, были утверждены типы танков, которые требовались для вооружения Красной Армии. Среди них значились и «маневренные танки» — машины, предназначенные для поддержки пехоты при прорыве укреплений полевого типа и развития успеха в глубину.
Первый проект такой боевой машины был разработали в 1925 году, но он получился громоздким и сложным в изготовлении, в результате чего остался лишь на бумаге.
Первый образец маневренного танка изготовлен на Харьковском паровозостроительном заводе осенью 1929 года, и после испытаний его приняли к производству под обозначением Т-24. Машина оказалась довольно сложной, но при должном подходе могла бы быть «доведена до ума». Однако интерес руководства Красной Армии к танку американца Кристи, принятому на вооружение под индексом БТ-2, поставил крест на отечественных маневренных танках.
В данной книге прослеживается вся линия развития маневренных танков в СССР — от первого проекта ГУВП до английских 12-тонных «виккерсов», которые рассматривались как альтернатива отечественным разработкам.
История советских маневренных танков закончилась в 1931 году — на смену им пришли другие боевые машины. Тем не менее, опыт работ по Т-12/Т-24, Д-4 и ТГ помог нашим конструкторам получить определенный опыт проектирования, а военным уточнить требования к танкам данного класса.
Автор выражает благодарность за помощь в работе над книгой работникам Музейно-мемориального комплекса «История танка Т-34» и лично заместителю директора по научной работе И.Г. Желтову.
Принято считать, что первый советский танк — «Борец за свободу тов. Ленин» — появился в 1920 году. В общем-то, это конечно так, но данная машина фактически являлась копией французского «Рено ФТ» с другим двигателем. На самом деле, проекты танков в Советской России начали разрабатываться еще раньше — 2 ноября 1919 года в газета «Известия Народного комиссариата по военным делам» опубликовала условия конкурса на разработку проекта танка для Красной Армии. Конкурс был открытым, в нем мог принять участие любой желающий. Среди присланных вариантов первую премию получила разработка инженера Ижорского завода Г.В. Кондратьева «Теплоход АН». Постройку такой машины начали в 1921 году там же, на Ижоре, но из-за тяжелого времени (гражданская война, разруха промышленности) дело шло очень медленно. В 1924 году артиллерийское управление РККА (к этому времени в его ведение передали все бронечасти) распорядилось прекратить работы по танку АН. На достройку машины требовалось около 40000 рублей, которых тогда не было.
Согласно проектных данных танк АН должен был иметь массу 12 т, оснащаться двигателем «Фиат» мощностью 70 л.с. и расчетную скорость до 9 км/ч. Машина была плавающей, и наряду с прочим оборудованием оснащалась якорем и водооткачивающим насосом. «Армейцы» предложили достроить танк представителям морского ведомства, но те тоже им не заинтересовались.
К 1923 году остро встал вопрос о снабжении Красной Армии новыми современными типами боевых машин. Трофейные танки, оставшиеся еще со времен гражданской войны, уже сильно износились и нуждались в ремонте, а запасных частей к ним не было. Кроме того, было ясно, что созданные в годы Первой мировой машины уже и морально устарели, и не отвечают современным требованиям.
В августе 1923 года был поднят вопрос о создании специального конструкторского бюро по проектированию танков. В начале 1924 года такое бюро, получившее наименование «Центральная комиссия по танкостроению», было создано в составе Главного управления военной промышленности Всесоюзного совета народного хозяйства СССР (ГУВП ВСНХ СССР). В составе бюро, которым руководил профессор военно-технической академии Е.К. Смысловский, работали также и представители военного ведомства. Результатом работы комиссии стал доклад «Об организации работ в области танкостроения», заслушанный 8 октября 1924 года на заседании руководства ГУВП.
Среди нескольких типов боевых машин, фигурировавших в докладе, впервые были упомянуты и «маневренные танки». Ими назывались «танки, способные оказать требуемое содействие при преодолении укрепленных позиций маневренного типа, то есть сооруженных в течение непродолжительного промежутка времени. Такие танки не должны составлять постоянного организационного соединения с войсковыми частями, а должны придаваться им в виде специальных танковых средств в мере надобности» (во всех приводимых документах орфография, грамматика и стиль изложения приводятся без изменений. —
Кроме того, в докладе определялся и рад характеристик маневренного танка:
«Вес 16,4 т — не больше предельной нагрузки обыкновенной железнодорожной платформы грузоподъемностью 1000 пудов, размеры не должны превышать пределов, допускающих свободную перевозку по русским и заграничным железным дорогам, то есть высота не более 3 м, ширина не больше 3,15 м, переезд самоходом на расстояние до 300 км, преодоление канавы шириной до 2,5 м, уклон до 45 градусов, крен до 30 градусов, броня — лоб, борт 20 мм, башня 26 мм, крыша, дно 6–8 мм, скорость до 30 км/ч, двигатель 4-тактный, низкого сжатия, быстрого сгорания, трансмиссия механическая».
В конце 1924 года при Орудийно-оружейно-пулеметном объединении (в 1929 году переименовано во Всесоюзное орудийно-арсенальное объединение — ВОАО. —
«Особо ценным работником является инженер Заславский В.И. — зав. отделом мехтяги. Большой практический стаж, большая эрудиция, знание иностранных языков и талантливость делают его неотъемлемым работником в КБ. Можно сказать, что Заславский является стержнем КБ и без его руководства оно никакой ценности не имеет».
Кроме Заславского в отделе работали конструкторы О. Иванов, А. Гаккель, Б. Андрыхевич, М. Зигель и другие, внесшие большой вклад в развитие отечественного танкостроения. Все они были репрессированы в 1937 году.
В 1924–1925 годах ГКБ выполнило свои первые проекты:
«Маневренный танк со 150-сильным мотором «Рикардо» был разработан Конструкторским бюро ГУВП первым из танковых проектов, но вышел громоздким и тяжелым, и Комиссией по танкостроению был забракован.
Одновременно начато было проектирование 45-мм танковой пушки к этому танку по заданию Комиссии, разработкой проекта которой решено было продолжить независимо от забракования проекта маневренного танка, так как сроки готовности новой пушки были значительно большими, чем для нового танка».
Представленный в 1925 году проект маневренного танка известен под обозначением ГУВП. Этот вариант имел следующие характеристики: боевая масса — 17,8 т, длина — 6670 мм, ширина — 2730 мм, высота — 2650 мм, бронирование — 13 мм, двигатель — 150 л.с., расчетная скорость движения — 20,9 км/ч (предусматривалось использование реверса для движения задним ходом), вооружение — 76,2-мм орудие в башне с углом обстрела в 220 градусов по горизонту и три 6,5-мм спаренных пулемета Федорова, боекомплект — 80 снарядов и 9000 патронов, экипаж — шесть человек.
При проектировании ходовой части машины ГУВП в ее основу положили ходовую часть танка МК-А «Уиппет» — такие машины достались Красной Армии в качестве трофеев в боях гражданской войны. В качестве силовой установки предполагалось использовать карбюраторный двигатель воздушного охлаждения в едином блоке с коробкой перемены передач. Проектированием такого мотора мощностью 100 л.с. занимался в 1925–1926 годах А. Микулин, но довести эту работу до завершения не удалось. В результате на ГУВП решили использовать двигатель «Рикардо» в 150 л.с. с английского танка MK-V — эти машины также были трофеями гражданской войны. Судя по сохранившимся чертежам существовал и другой вариант размещения основного вооружения — в башне, установленной на корме.
2 марта 1926 года в народный комиссариат по военным и морским делам были представлены тезисы о работе конструкторского бюро. Среди проектов, намеченных «к разработке в течение 1926 года», там фигурировал и «маневровый танк».
Работа шла медленно, так как четкого технического задания для создания этой машины не было. К тому же состав ГКБ был небольшой, а заданий, по которым велась работа — наоборот, более чем много.
Помимо танков конструкторы разрабатывали зенитные самоходки на базе тракторов, тракторные и конные повозки, зарядные ящики для орудий, орудий и пулеметные установки.
2 июня 1926 года командованием РККА и руководством ГУВП принимается к исполнению проект программы так называемой «трехлетней программы танкостроения». Программа предусматривала в течение трех лет вооружить Красную Армию всеми видами современной бронетанковой техники.
В основу соображений о количестве и качестве нужных танков были положены средства, необходимые для прорыва укрепленной полосы обороны противника на участке 10 километров силами двух стрелковых дивизий с возможностью развития успеха на глубину до 30 километров. При этом предусматривалось придать одной из них батальон танков сопровождения, а второй — «пулеметок сопровождения» (иначе говоря, танкеток). Каждый батальон включал три роты и резервные машины, всего 69 танков. Кроме того, при разработке программы учли и возможные потери в течение года войны (основывались, прежде всего, на опыте гражданской войны в России), в результате чего необходимое число танков и «пулеметок» определили по 112 штук каждых. Именно танки и «пулеметки» разрабатывались в первую очередь отечественной промышленностью — эти машины должны были поддерживать пехоту на поле боя.
Чуть позже планировалось начать проектирование «маневренных танков» — их предполагалось использовать в случае прорыва полосы обороны с полевыми укреплениями полного профиля, подавления крупных узлов сопротивления и нарушении коммуникаций противника в случае выхода на оперативный простор. Маневренные танки должны были действовать самостоятельно или придаваться пехоте, коннице, а также при необходимости усиливать подразделения танков сопровождения и «пулеметок». По расчетам составителей «трехлетнего плана» батальон маневренных танков должен был включать в себя 60 машин. Стоимость одного маневренного танка определялась довольно высокой — 50 тысяч рублей. Для сравнения танк сопровождения «оценивали» в 18 тысяч, а «пулеметку» — в шесть тысяч.
Решением Революционно-военного совета (РВС) СССР от 9 марта 1928 года артиллерийскому управлению получалась разработка «танка маневренного типа». Артуправление выдало комиссии по танкостроению требования для проектирования такой машины 3 апреля, после чего комиссия поручила разработку машины ГКБ ОАТ. Первый проект был рассмотрен в августе 1928 года.
Компоновочную схему машины, получившей обозначение Т-12, заимствовали у американских танков M1921 и M1922 — с двухъярусным расположением вооружения в двух независимо друг от друга вращающихся башнях. Кстати, схема маски 45-мм пушки, проектируемой для Т-12, также заимствовалась у американцев:
«45-мм пушка начала разрабатываться в 1924 г., и щитовое прикрытие этого орудия проектировалось по доминировавшим в то время американским образцам с шаровыми щитами».
В качестве предприятия, которое должно было изготовить опытный образец танка и освоить его серийный выпуск, выбрали Государственный Харьковский паровозостроительный завод (ГХПЗ, далее по тексту ХПЗ).
Следует сказать, что если ГКБ уже имело хотя бы какой-то опыт работ по танкам, то для харьковчан это дело было новым. Весь их опыт сводился лишь к ремонту трофейных английских боевых машин, да проектированию и обеспечению производства гусеничных тракторов «Коммунар» (последний являлся переработанным вариантом немецкого трактора ВД-50 «Ханомаг»).
Поэтому в декабре 1928 года из числа конструкторов тракторного производства на ХПЗ создается новый коллектив — танковая конструкторская группа, руководителем которой назначили молодого инженера Ивана Никаноровича Алексеенко. К началу 1929 года в составе танковой группы числилось восемь человек. Она занималась совместно с ГКБ проектированием танка Т-12, который в документах ХПЗ обозначался как 1-12-32 или просто 1—12.
Но общее руководство работ по новому танку осуществляло ГКБ во главе с С. Шукаловым, ведущим конструктором машины был В. Заславский, а от ХПЗ за создание Т-12 отвечали заместитель главного инженера завода М. Андриянов и инженер С. Махонин.
ТАНК Т-12 — «ПЕРВЫЙ БЛИН»…
Как уже говорилось Т-12 проектировался с размещением вооружения в двухъярусных башнях, такая компоновка хоть и обеспечивала воплощение в жизнь идеи маневренного танка, но все же имела значительные недостатки. В первую очередь, вращение главной башни неизбежно сбивало наводку малой.
Кроме того, установка башен одна на другую приводила к увеличению высоты танка до трех метров, что делало его очень заметным на поле боя, да и маскировка его на местности представляла определенные трудности.
К осени 1928 года чертежи нового танка передали на ХПЗ, где началось изготовление опытного образца. Параллельно с проектированием машины разрабатывалась и система «танко-тракторно-автоброневооружения» РККА. Она предполагала оснащение армии всей гаммой техники — от танков и бронемашин до грузовиков и тракторных прицепов. В январе 1929 года проект такой системы рассматривался на заседании Реввоенсовета СССР. Любопытно, что в этом документе термин «маневренные танки» уже заменен на «средние». Предполагалось поставить на вооружение Красной Армии 16-тонную машину с броней 25–30 мм, скоростью до 30 км/ч, вооруженную 45-мм пушкой и тремя пулеметами. Назначение таких машин виделось следующим:
«…3. Средний танк — средство прорыва укрепленной полосы в условиях маневренной и позиционной войны».
К документу прилагались таблицы с тактико-техническими характеристиками иностранных танков. Последние делились на следующие типы: «сопровождения», «прорыва», «вспомогательные» и «маневренные». К последним руководство РККА тогда относило английские «виккерсы» MK-I, MK-Ia, MK-II (позже стали именоваться как «Виккерс 12-тонный»), машины периода Первой мировой войны — МК-А «Уиппет» и его дальнейшее развитие «МК-В и МК-С, а также американские М1921 и М1922. Возможно, что при проектировании Т-12 советские конструкторы и использовали схему многоярусного вооружения по типу американцев, но документально это никак не подтверждено. К тому же идея разнесения вооружения в 1920-е годы была весьма популярна в мировом танкостроении.
25 ноября 1929 года недавно сформированное Управление механизации и моторизации (УММ) РККА направило в Реввоенсовет СССР справку о ходе работ по изготовлению танков.
По поводу Т-12 там говорилось:
«1. Заказ дан 1 ноября 1928 г. на опытный образец Орудийно-арсенальному тресту. Изготавливается танк на ХПЗ. Срок исполнения 1 декабря 1929 г., дабы танк был готов к полным войсковым испытаниям.
2. Тов. Толоконцев сократил сроки НКВМ в изготовлении образца для вышеуказанных целей до 1 сентября 1929 г., то есть взял обязательство выполнить скорее установленного срока на четыре месяца:
3. На основании этого РЗ СТО приняло программу строительства 30 штук средних танков со сроком сдачи 1 октября 1930 г.
4. Фактическая сторона дела не соответствует действительности, ибо на сегодняшний день вполне законченного образца, по которому нужно строить серию, нет.
5. Танк ожидается только для заводских испытаний в декабре — январе месяце (по заявлению завода и конструкторского бюро Орудийно-арсенального треста).
6. Что же касается войсковых испытаний, то танк предполагается предъявить как законченный образец для войсковых испытаний в мае-июне месяце 1930 г., и только после этого можно говорить о сроках первой партии серийного производства. Таким образом, по самым оптимальным расчетам, на сегодняшний день мы имеем запоздание на девять-десять месяцев.
Из всего вышесказанного совершенно очевидно, что серийный заказ в 30 штук средних танков срывается».
Как видно из приведенного выше документа, предполагалось запустить Т-12 в серийное производство, не дожидаясь завершения полного цикла испытаний новой машины.
20 июня 1929 года директор ХПЗ направил в артуправление сводку о ходе работ по Т-12:
«Настоящим сообщаем, что постройка машины 1—12 на 20.6. с.г. характеризуется следующим состоянием:
1. Ходовая часть. Обработка закончена, производится сборка. Сборка может задержаться отсутствием пружин каретки.
По гусенице — отливка траков задерживается, и по настоящее число полностью не закончена, меры к улучшению отливок и ускорению принимаются.
2. Трансмиссия. Заготовки тракторным цехом получены на 100 %, механическая обработка прошла полностью, после закалки деталей коробки передач при шлифовки обнаружены трещины, что позволяет собрать коробку только предварительно, окончательная сборка будет производиться по получении годных деталей.
3. По корпусу. Котельным цехом предварительная сборка закончена, приступлено к клепке. Корпус без башен котельным цехом будет выпущен 5.7 с.г.
4. Башни. Малая башня — листы, угольники котельным цехом заготовлены, к сборке будет приступлено 5.7 с.г.
Орудийная башня — чертежи спущены в цеха 7.6. с.г. На настоящее число разметка, обрезка и сверловка закончены, производятся кузнечные работы. К сборке корпуса башни предполагается приступить с 5.7 с.г.
5. По механизмам управления — заготовки тракторным цехом получены полностью, обработка закончена, приступлено к сборке.
6. По электрооборудованию — заводу известно, что оно заказано за границей.
7. Двигатель. Чертежи фрикциона, помпы, регулятора смазки выпущены только 8.6 с.г. Исполнение заготовки спланировано на 15.7 с.г. С незначительной частью тракторный цех ведет обработку.
8. По радиатору — изготовлена модель, отсутствие трубок красной меди 14/15 мм задержит сборку.
9. Чертежей глушителя еще нет».
Поделиться книгой: