Помоги проекту - поделись книгой:
Чтобы завершить знакомство с механизмом функционирования вашей ложной сущности, позвольте рассказать о злоключениях Филиппа. Однажды, разговаривая с сестрой по телефону, он обмолвился, что вечером едет к друзьям, Винсену и Фло. Сестра в восторге: «Прекрасно! Раз уж ты едешь к Винсену, не мог бы ты сделать небольшой крюк и заехать к родителям: забери мой купальник, я оставила его у них, посмотри в шкафу…», и т. д. Небольшой крюк, о котором идет речь, – это расстояние в целый час! Филипп ушел с работы слишком поздно и поэтому поехал прямо к Винсену и Фло, но про просьбу сестры не забыл. И вот, выйдя от друзей в час ночи, он делает тот самый крюк, чтобы забрать купальник. И только когда этот купальник лежит, наконец, у него в машине, то есть миссия его уже почти выполнена, его охватывает ярость. Что за зануда – его сестрица! Могла бы сама сто раз съездить к родителям и забрать свой купальник. И вообще, наверняка, у нее есть другие купальники. Что за привычка приставать к нему с идиотскими просьбами в самый неподходящий момент! Но только рассказывая эту историю мне, Филипп вдруг понял, что легко мог бы отказать сестре, а он даже не подумал о такой возможности.
Я рассказала эту историю Натали, еще одному сверхэффективному уму. Она всплеснула руками: «Ну, конечно! Я бы тоже поехала за купальником! Когда меня просят что-нибудь сделать, я даже не задумываюсь, могу ли выполнить просьбу. Это мне и в голову не приходит, я сразу отвечаю „да“. Более того, я бы сразу стала прикидывать, как вставить это дело в свое расписание!»
Квентин – инженер. Я рассказываю ему историю Филиппа и реакцию на нее Натали. Он криво улыбается: «Да я только этим и занимаюсь. На работе только и делаю, что езжу забирать купальники. Дохожу до того, что то и дело спрашиваю коллег, не нужно ли им тоже привезти какой-нибудь купальничек!»
Вот как появилось понятие «синдром купальника», преддверие «burn out» (эмоционального выгорания) у сверхэффективных умов. Теперь, когда вы почувствуете, что падаете с ног, вам будет ясно: это на вас давит купальник!
От синдрома купальника к стокгольмскому синдрому
Этот синдром получил свое название от одного удивительного случая. В одном из банков Стокгольма преступники взяли заложников, которые через шесть дней стали ярыми защитниками идей своих похитителей. Почему люди потеряли способность мыслить критически и восприняли логику преступников? Это связано с длительным стрессом. Кстати, в многочисленных случаях плохого обращения с детьми также заметен парадоксальный механизм стокгольмского синдрома.
В случае сверхэффективных умов страх быть отвергнутым, критика со стороны взрослых и насмешки сверстников сродни психологическому насилию. Даже если речь идет о небольшой агрессии, последующий за нею стресс может породить стокгольмский синдром. Именно им объясняется то старание, с которым сверхэффективные удовлетворяют ожидания окружающих и уже после нескольких фраз проникаются их идеями, не в состоянии ничему противостоять. Страх быть отвергнутыми и покинутыми делает их очень внушаемыми, и, следовательно, они становятся чрезвычайно легкой добычей для ментального манипулирования.
Обуздание своей ложной сущности и обретение истинного «Я» придает чувство уверенности и покоя.
Именно этими чувствами вы проникаетесь сейчас, читая эту книгу. Постепенно вы примиритесь с тем потрясающим человеком, каким являетесь на самом деле, и дадите ему свободно самовыражаться. Вот ключевая и довольно простая фраза, способная расширить пространство для жизнедеятельности вашего истинного «Я». Вместо того чтобы повторять: «Да, я согласен», говорите: «Знаете, меня это не устраивает». Попробуйте произнести эту сильнодействующую фразу.
«Можно тебя попросить заехать за моим купальником?» Ну, а теперь ваша реплика…
Как только осознаете, что ваши чувства и желания принадлежат не кому-то другому, а вам, истинное «Я» начнет исцеляться. Чтобы излечиться от латентной депрессии, высвободите запретные и подавленные чувства и прислушайтесь к своей природе. Именно из такого умения слышать человек черпает внутреннюю силу и самоуважение. Вы имеете право грустить, впадать в отчаяние или ждать помощи, не боясь кого-то побеспокоить. Нормально испытывать страх, когда тебе угрожают, так же, как испытывать злость, когда к тебе не проявляют должного уважения или грустить из-за непонимания. Постепенно вы узнаете, чего вам не хочется, а уже затем – чего хочется. А потом вы позволите себе выражать эти желания, не боясь быть изгоем. Только ребенок в период формирования нуждается в безусловной любви. А взрослый может без нее обойтись. Вам больше не нужно нравиться всем подряд, чтобы выжить.
Депрессии можно избежать, когда чувство самодостаточности укореняется в искренности испытываемых нами чувств, а не в обладании теми или иными качествами. Вам не нужно доказывать свою ценность, свое достоинство. Вы совершенны в вашем несовершенстве.
Довольствуйтесь тем, какой вы есть на самом деле. И с этого дня ваша идентификационная пустота заполнится.
Глава 5. Идеализм
Жажда абсолюта
Одновременно с этой железобетонной ложной сущностью люди со сверхэффективным умом обладают стальной системой ценностей. Если и есть что-то, в истинности чего они уверены на все сто, так это она!
Эта система ценностей состоит из абсолютов, и у нее очень высокие критерии. Сверхэффективные четко представляют себе, что такое справедливость, искренность, порядочность, честность, дружба и любовь; они отстаивают свои критерии, полагая их очевидными и безусловными. Нередко то, что они наблюдают в повседневной жизни, разочаровывает их: оказывается, не все разделяют их убеждения. Тогда, обнаруживая несправедливость, человеческую злобу и предательство, они спускаются с небес на Землю и бунтуют. Но они не в состоянии отказаться от своих идеалов, они уверены в своей правоте. «Я не желаю знать, что мир не таков, как я думаю!» – воскликнул пришедший ко мне на прием один из этих утопистов.
Эта жажда абсолюта толкает их на крайности: то они выказывают безмерное доброжелательство и становятся очень милыми, сострадательными, терпеливыми и понимающими, то превращаются в непримиримых моралистов, раздражаясь, если кто-то нарушает их моральный кодекс: ату их, грубиянов, халявщиков и обманщиков! С возрастом перед этими искателями истины открываются два пути: либо они становятся мудрецами, либо озлобленными ворчунами. Среди них встречаются такие, которые умудряются перескакивать с одного варианта на другой, как пинг-понговый мячик.
Именно из-за требующей совершенства системы ценностей эти филантропы производят впечатление пришельцев с других планет и с таким трудом находят свое место в социуме. Существующие в обществе кодексы поражают их или возмущают: слишком много недоговоренностей, двуличия, малодушия, глупых лицемерных обычаев! И полное отсутствие простоты и искренности!
Создается впечатление, что их идеал совершенства где-то высоко, под потолком, а реальность – внизу, под ногами. Они зависли посередине и делают немыслимые акробатические телодвижения, чтобы, уяснив расхождения и несовершенства реальности, все же установить свою систему ценностей. Когда надо уладить разногласия и конфликты на работе или в семье, их гибкости нет равных. Разумеется, наши «гуттаперчевые акробаты» очень от этого устают, но убеждать их снизить свои требования или уступить – безнадежно.
Нередко сверхэффективных называют «инвалидами по зрению оттенков», а они считают такое определение оскорбительным и абсурдным. Система ценностей не может иметь нюансов, которые ослабляют понятие и со временем становятся призывом к скрытому его искажению. Вы думаете, я преувеличиваю? Тогда посмотрите, во что превратится самый фундаментальный запрет: «Не убий», как только у него появится вариант: «Не убий. Впрочем, смотря в каком случае!» Именно так фундаментальные запреты превращаются в повсеместно растущую вседозволенность. К счастью, сверхэффективные на это не поддаются, и большинство из них – благодаря своей моральной целостности. Они могут жить лишь в согласии со своей системой ценностей.
Маризу часто оскорбляет и бьет муж. С недавнего времени я подвожу ее к мысли набраться смелости и уйти от него. Это непросто. По ее этическим нормам, она дала слово, и у нее есть обязательства. Она пересказывает мне одну неприятную сцену, когда муж снова ругал ее, утверждая, что она плохая хозяйка, потому что не умеет правильно складывать салфетки. И, несмотря на это, она продолжает ухаживать за ним, вести хозяйство, стирать и готовить. Я удивляюсь такой самоотверженности. На мой взгляд, этому сварливому мужу стоило бы самому сложить салфетку и сварить себе яйца! Может быть, она боится, что если взбунтуется, то муж применит насилие? «Да нет, вовсе нет, – отвечает она, – просто я терпимая». Я замечаю, что терпимость до такой степени – это уже иначе называется. Она восклицает: «Поверьте, это не из-за него! Я так поступаю для себя. Именно так я представляю себе супружескую жизнь. Мне не хотелось бы опускаться до его уровня и отвечать ему тем же. Я следую своему представлению о том, как надо себя вести!»
В систему ценностей сверхэффективных входят врожденная честность и невероятная бескорыстность.
Иногда я ради шутки предлагаю им решить такую дилемму:
– Вот вы в полном одиночестве прогуливаетесь по парку и вдруг видите на дороге кошелек с деньгами, а внутри – ни имени, ни адреса. Что вы сделаете?
– Буду искать владельца.
Я настаиваю на своем:
– Но ведь там не написано имени. Ведь любой нечестный человек может сказать, что это его кошелек и просто заберет деньги себе.
Я прилежно играю роль адвоката дьявола, доказывая, что они могли бы оставить деньги себе, поскольку их владельца найти практически невозможно, да и сумма не столь значительна. Но результат нулевой.
– Я знаю, это очень глупо, но я никогда не мог бы оставить эти деньги себе!
– Ладно, а теперь скажите, вас шокировало бы так же, если кто-то все же оставил бы эти деньги себе?
– Ну, немного меньше!
Большинство людей со сверхэффективным умом абсолютно бескорыстны. Деньги их нисколько не интересуют. «Нормально мыслящие» никогда этого не поймут. Такие люди – просто находка для манипуляторов. Мне приходится тратить очень много сил на то, чтобы сверхэффективные поняли: те финансовые проблемы, которые они переживают в браке, в дружеских отношениях, в семье или даже на работе, сильно смахивают на мошенничество. Даже если деньги для них не важны, они не так богаты, чтобы позволять себя обворовывать. Защищаться их могут заставить только такие аргументы: деньги, которые у них воруют, – это деньги их детей, и бескорыстие поощряет мошенников.
Как не упустить того, без чего, как нам кажется, мы будем несчастны? Достаточно не навязывать другим свое видение мира. Именно так идеалисты могут отстаивать свое право быть тем, кто они есть, не поступаться своей прямолинейностью, доброжелательностью, жаждой абсолюта, сохранить контакт с реальностью и смириться с тем, что другие ведут себя иначе.
«Именно так я и делаю, – объясняет мне Кристина. – Я не сужу других, но если вижу ошибку, даже в мою пользу, на кассовом чеке или на счете, сообщаю об этом и прошу ее исправить. Я понимаю, все думают, что я идиотка, но по-другому я не могу».
Слабые места в системе ценностей
Если послушать этих пушистых Заботливых мишек[16], у них единственно правильная система ценностей. В общем-то, нельзя сказать, что это не так: если бы все человечество разделяло ее, земля стала бы Эдемским садом. И все же, поскольку этого пока не произошло, я позволю себе сделать несколько критических замечаний по поводу этой системы ценностей.
Она создана только для великодушных людей, разделяющих их взгляды. И совершенно не пригодна для мелких и нечестных, пожалуй, даже опасна, если вокруг есть хищники. Со львом нельзя обращаться как с котенком. Одним словом, в этой системе не хватает программы «Обнаружение и управление нечестными и злыми людьми». К тому же в этой системе ценностей нет точных границ благожелательности. Но вы же прекрасно знаете народную присказку: «Слишком хорошо – тоже нехорошо»… Так все-таки: «Где граница?» Кстати, эта система ценностей соответствует ложной сущности, запрограммированной в «безусловной VIP-приемной».
Другой отрицательной стороной этой системы ценностей является то, что она рискует стать доминирующей над существующими правилами и законами. Если какой-то установленный порядок или правило кажутся сверхэффективному несправедливыми, нелогичными или беззаконными, он не в состоянии подчиниться, чего бы ему это ни стоило. Зато он покорно примет наказание за нарушение этого правила. В системе его ценностей предусмотрено, что такое возможно и с этим нужно смиряться. Со свойственной им проницательностью сверхэффективные замечают абсурдность, опасность и несправедливость там, где никто другой этого не увидит. И поэтому их протест будет воспринят, как прихоть или каприз. Фрустрация гарантирована!
Как правило, умственная сверхэффективность сопровождается абсолютной честностью и добросовестным соблюдением законов. Кроме тех случаев, когда сверхэффективный находит существующий порядок глупым или какой-то закон – неправильным.
Диву даешься, насколько эти нерешительные, во всем сомневающиеся люди становятся несговорчивыми, если что-то идет вразрез с их представлением об идеале.
У них всегда торжествует их личная этика. Они могут поплатиться за свое неординарное поведение штрафом или даже тюрьмой. Наказание свое они понесут с достоинством, так и не признав свою вину. В конце концов, именно благодаря таким, как они, диктатуры наталкиваются на сопротивление. Их храбрость не уступает силе их убеждений. Но в некоторых случаях они преувеличивают, и создается впечатление, что они желают навязать свои собственные законы.
Франсуа вспоминает, как во время переменок он всегда защищал тех, кого обижали, собственноручно наказывая притеснителей. Следовавшие за этим наказания никак не могли поколебать его убеждения. Он полагал, что делает то, что должен. Но его чистая душа не осознавала, что он участвует в играх драматического треугольника. Ему казалось правильным быть преследователем преследователя и спасать жертву, которая, вполне вероятно, была не так невинна, как он думал[17].
И, наконец, довольно щекотливы их отношения с начальством. В системе ценностей, где нет места ревности, зависти и играм власти, в порядке вещей общаться с людьми на равных, каково бы ни было занимаемое ими положение. На сверхэффективных можно произвести впечатление лишь прямотой, смелостью или очевидным профессионализмом, которым они искренне восхищаются. Если ничего этого нет, они будут обращаться одинаково как с секретаршей, так и с генеральным директором. Их спокойствие неправильно понимается теми, кто привык к поклонам и реверансам. С самого детства у них происходят конфликты со старшими. Это начинается с родителей и воспитателей в детском саду и продолжается до зрелого возраста, когда на работе возникают проблемы с иерархией. Им мало кепки начальника на голове. Нужно, чтобы он был компетентен и давал умные распоряжения, по возможности, не в обидной форме. Иерархическая лестница не имеет в глазах сверхэффективного никакого значения.
Это подтверждают слова Филиппа: «В столовой я столкнулся с начальником отдела кадров и сказал ему, что хотел бы взять учебный отпуск. Это взбесило моего непосредственного шефа: он уверен, что я так поступил с целью навязать ему свою волю, но ведь это не так! Мне просто представился случай! Все равно я бы обязательно особо поговорил с ним об этом». По мнению Филиппа, в том, что он поговорил сначала с высшим начальством, нет ничего предосудительного. Это глупости и пустая трата времени.
Такая манера вести себя одинаково со всеми может сбить с толку и обескуражить тех, кто, желая найти свое место под солнцем, привык подчиняться иерархии. Можно было бы избежать многих недоразумений, если бы сверхэффективные взяли на себя труд выразить своим шефам то почтение, которое им так нужно для самоуважения. Неприятности начинаются с того самого момента, когда уровень требовательности подчиненного оказывается выше, чем у начальника. И почти всегда так случается со сверхэффективными. Их ум, здравомыслие, скорость исполнения и перфекционизм создают массу проблем на работе.
И последняя проблема этой системы ценностей: сверхэффективные, благодаря своей врожденной прозорливости и благожелательности, быстро понимают потенциал других людей.
«Совершенно верно! – говорит мне Вероника. – Как только я вижу кого-нибудь, даже по телевизору, у меня появляется желание улучшить его внешность, объяснить, как за собой ухаживать, как лучше говорить и вообще – рассказать ему о его возможностях. Он мог бы измениться в лучшую сторону!»
Сверхэффективные ведут себя так, будто их собеседник сам имеет доступ к этому потенциалу и осознает свои скрытые способности. Это чрезмерно позитивное отношение нередко ставит в неловкое положение их собеседника: удивленный чрезвычайно теплым к себе отношением, он принимает сверхэффективного за банального льстеца, имеющего задние мысли. А может быть, причина в том, что их сканирующий, проницательный взгляд заставляет увидеть разницу между тем, кем этот человек является и тем, кем мог бы быть, что тоже вызывает беспокойство. Одни только манипуляторы получают удовольствие от наивности сверхэффективного и вовсю этим пользуются.
Глава 6. Трудности в общении
Все характеристики, о которых мы только что говорили, будь то неврологические или этические, создают трудности на уровне межличностных отношений. Большинство сверхэффективных переживают проблемы в общении. Кому-то из них повезло больше: понимающие, позитивно настроенные родственники смягчают удар от неудач в общении. Но с большинством людей добиться взаимопонимания все же очень трудно. Основное препятствие идет от незнания правил, регулирующих поведение в «нормально мыслящем» обществе.
При общении с другими людьми у сверхэффективных постоянно возникает чувство неловкости. Кажется, что-то случилось, но что именно? Промашка за промашкой, и вот наши бедолаги уже теряют свою непосредственность. Скоро у них разовьется сверхбдительность, ведь попадать впросак им больше не захочется. Впрочем, это ни к чему не приводит, поскольку скрытые, подразумеваемые по умолчанию правила поведения так и остаются им непонятны.
Другие неприятности происходят из-за завышенных требований сверхэффективных. Они уверены, что когда люди любят друг друга, дружат или когда у них добрососедские отношения, нужно, чтобы… Список ожидаемого поведения во всех этих ситуациях длинный и весьма субъективный. И вот, рано или поздно сверхэффективный будет немало разочарован поведением любимого человека, друга, товарища или соседа. Список этот утопический, потому что состоит из одних абсолютов, а значит, вряд ли выполним. Но надо понимать, что одинокие, никем не понятые сверхэффективные не в состоянии подогнать свои требования под отношения с внешним миром. А между тем, эти люди могут даже ранить друг друга, потому что у каждого из них свой собственный кодекс. Разница между их ценностями и приоритетами большинства также создает обоюдное непонимание. «Как можно любить такие вещи?» – удивляются они, глядя друг на друга.
Нередко сверхэффективные проживают всю жизнь отверженными и под градом насмешек. В самых тяжелых, но, к несчастью, довольно частых случаях, люди со сверхэффективным умом попадают под влияние хищника, который прекрасно знает, как, используя их промашки, манипулировать ими.
Умственная сверхэффективность и психологическое давление
В моей предыдущей книге «Как избавиться от манипуляторов»[18] я сконцентрировалась на теме психологического насилия, ментального манипулирования и отношений при психологическом давлении. Раньше меня интересовали манипуляторы и их поведение, но с некоторых пор я стала интересоваться и свойствами их жертв. Посвятив жертвам психологического давления целую главу, я составила список личных качеств, являющихся в случаях манипуляции отягчающими факторами. К своему величайшему удивлению, я открыла, что эти отягчающие характеристики в принципе – скорее позитивные качества: необыкновенный динамизм и веселое настроение, естественная доброжелательность и приветливость, способность не настаивать на своем мнении и искреннее желание разрешить конфликт.
Сейчас я уверена, что основными жертвами НИ – нарциссических извращенцев – являются сверхэффективные умы. Подтверждение тому можно найти в книгах многих авторов, пишущих о сверходаренных детях: сверходаренные малыши – спокойные, как правило, одинокие мыслители, они, ввиду своей доброжелательности, притягивают к себе других детей. С другой стороны, их черты характера беспокоят и притягивают детей-хищников. Благодаря свидетельствам, которые я получаю на своих приемах, я думаю, что мы недооцениваем количество и серьезность случаев преследования в школьных коридорах. Тони Эттвуд в своей книге «Синдром Аспергера» целую главу посвящает преследованию, которому подвергаются дети с синдромом Аспергера в школе.
За какие ниточки дергают манипуляторы
Ментальная структура сверхэффективных словно создана для того, чтобы они оказались под психологическим давлением. Их идентификационная пустота – просто находка для манипулятора. Жаждущие разнообразных, очень близких и теплых отношений, сами до болезненности искренние, сверхэффективные умы не замечают ни банальных приемов соблазнения, ни продуманной лести манипулятора. Все происходит очень быстро, мимикрия у хищника прекрасная. Никем не понятый, вечно в поисках родственной души, сверхэффективный считает, что наконец-то нашел себе подобного, способного принять его таким, каков он есть, и это будет его друг до конца жизни.
Но со временем отношения портятся, и вот наш сверхэффективный силится понять товарища и во всем винит себя. Интеллектуальные разветвления толкают его на долгие размышления и бесконечные переживания. Жажда гармонии заставляет его делать уступки перед лицом угрожающе напряженной атмосферы. И, поскольку он всегда готов чувствовать себя виноватым, его легко обвинить во всех несчастиях. Именно так действия манипулятора смогут заполнить идентификационную пустоту этих людей. И в один прекрасный день сверхэффективному вдруг кажется, что манипулятором является он, и именно он виновен в ухудшении отношений. Такого осознания с его стороны добиться нетрудно, ведь ему с самого детства присущи эти опасения.
Удивительная взаимодополняемость
Я уверена: нарциссические извращенцы испытывают глубокую ненависть к людям со сверхэффективным умом, потому что являются их полной противоположностью. Нарциссические извращенцы недоброжелательны, злобны, недоверчивы, ворчливы и подлы. Как же они могут оценить по достоинству тех, кто доброжелателен, ласков, доверчив, весел, храбр и, главное, полон жизни? Манипуляторы – похитители и осквернители жизни. Им нужно пачкать, уничтожать, убивать все, что представляет собой любовь и радость.
Я заметила, что между нарциссическими извращенцами и сверхэффективными умами существует опасная взаимодополняемость. Это две части одного пазла: черная и белая. По сути, это встреча ангела и демона. И, как правило, за этим следует неравное и беспощадное сражение между добром и злом, жизнью и смертью, расчетом и наивностью.
Вот пример этой удивительной взаимодополняемости: в начале книги я рассказывала о гиперестезии сверхэффективных. В предыдущей своей книге я объясняла, как манипуляторы, наполняя сенсорное пространство жертвы шумом, запахом, одним своим присутствием, доводят его до помешательства. Конечно, гораздо проще наполнить сенсорное пространство сверхэффективного, имеющего дефицит латентного подавления, чем пространство «нормально мыслящего» человека, менее чувствительного к шумам и запахам и способного от них абстрагироваться.
Приведу другой пример. В этой книге я уже говорила о чутком сне сверхэффективных. Так вот: манипуляторы стараются, прежде всего, лишить жертву сна (как делают в некоторых сектах). Они умело провоцируют ссору как раз перед тем, как лечь спать, тем самым толкая своего сверхэффективного на бесконечные переживания. Они тяжело вздыхают, нервно ворочаются в постели, храпят, без всякой причины включают свет, хлопают дверями… (Да-да, они делают это нарочно!) И сверхэффективный со своим слишком чувствительным миндалевидным телом резко просыпается и потом снова засыпает с большим трудом. Несомненно, это один из основных посылов для самоубийства, так как недосыпание непосредственно сказывается на содержании серотонина.
Сверхэффективные, опасайтесь манипуляторов, бегите от них как можно дальше!
Такая взаимодополняемость многообразна: манипуляторы притворны, неискренни и недоброжелательны. Сверхэффективные открыты, искренни и до болезненности доброжелательны. Манипуляторы уверены в себе, решительны и категоричны. Сверхэффективные не уверены в себе, в них нет твердости, они всегда и во всем обвиняют себя. Список взаимодополняемых качеств очень длинный, и именно поэтому я пришла к выводу, что извращенцы ни с кем не входят во взаимодействие так, как со сверходаренными. Я убеждаюсь в этом всякий раз, принимая у себя в кабинете человека-жертву подавления в личной или профессиональной жизни; очень быстро становится ясно, что передо мной – человек со сверхэффективным умом, столкнувшийся с непостижимой для него злобой, потому что в его представлении злоба и вредительство абсолютно непродуктивны.
Услужливая ложная сущность
При психологическом давлении сверхэффективные умы парализует их ложная сущность. Мы уже рассматривали ее: она функционирует автоматически и запрограммирована на то, чтобы отвечать всем ожиданиям окружающих. Этот «механизм» предлагает нарциссическим извращенцам упоительную власть и могущество – они испытывают отвратительное удовольствие, изводя свою жертву.
Каждый раз, когда эти страшные люди что-то просят, причем, необязательно выражая просьбу вербально, сверхэффективные сразу бросаются ее исполнять. Это очень любопытный феномен! Сверхэффективные до потери сознания стараются исполнить все их пожелания, даже не осознавая, насколько они порой противоречивы. У «нормальных» людей есть определенные границы, у извращенцев их нет. Они уважают лишь тех, кто ставит их на место. А сверхэффективный не в состоянии нажать на кнопку «стоп».
Чтобы остановить извращенца, уверенно и твердо поставьте свою ложную сущность на «Выкл.». Для этого отбросьте вежливость, учтивость, дипломатию и, главное, попытайтесь найти компромисс.
Осмельтесь твердо сказать «нет», даже если придется вступить в конфликт, надавите на хищника, заставьте его отступить.
В большинстве случаев нужно стать резким и грозным, а это идет вразрез с представлениями сверхэффективного о мире и гармонии. Чтобы освободиться от чужого давления, нужно говорить с извращенцем на его же языке, а это претит человеку со сверхэффективным умом. Но как только сверхэффективный выйдет из-под пагубного влияния такого человека, он с трудом сможет поверить, что мог повести себя агрессивно.
Как в дальнейшем не стать легкой добычей НИ
Прежде всего, признайте тот факт, что на свете есть зло. А это непросто. Вам, сверхэффективным, кажется, что все люди по своей натуре добры, и нельзя без веских причин быть злым. В вашем мире нет места ненависти, зависти и злобе. А уж если человек злой, это оттого, что он очень несчастен. Эта причинно-следственная связь в корне неверна.
Сверхэффективный чувствовал бы себя несчастным, испытывая злобу. Но дело в том, что даже будучи очень несчастным, он никогда не станет злым. Манипуляторы же очень злы и даже жестоки. Они-то как раз очень довольны собой и нисколько не чувствуют себя несчастными. Как раз наоборот: злость и порожденная ею иллюзия всемогущества доставляют им острое и пьянящее удовольствие. Когда они обманывают или издеваются, им кажется, что они очень сильны и умны – и это вводит их в состояние эйфории.
Еще труднее объяснить сверхэффективному ложь и то, что извращенцы никого не любят. Им так тяжело поверить в то, что все может быть просчитано: от сильнейшего приступа отчаяния до горячего объяснения в любви. Очень часто мне приходится играть зловещую роль, растолковывая им, что на свете есть такие недобрые люди!
Как ужасно, когда нужно закрываться! И, тем не менее, вы и сами теперь понимаете, что рано или поздно нужно установить границы своей доброжелательности. На этой планете живут не только добропорядочные люди. Я вам уже говорила: то, что годится для котенка, не подходит тигру. До сих пор в отношениях с другими людьми вы подписывали лишь незаполненные чеки. Ваша благожелательность работала автоматически, самостоятельно одаривая окружающих. Пора перейти к ручному управлению. Ваше доброе сердце того достойно.
Вот несколько вопросов, которые вам надо поставить перед собой для контроля над своей благожелательностью:
• Вам известно выражение «святая простота»? Так вот, задумайтесь: «До какой степени я доброжелателен, с какого момента становлюсь глупым?»
• Второй вопрос: «С какого момента я становлюсь покорным? Когда моя ложная сущность велит подчиняться, вместо того чтобы уважать себя?»
• Затем спросите себя о боязни конфликтов: «С какого момента я становлюсь трусом? Не берет ли надо мной верх боязнь получить отпор?»
• И, наконец, дополнительный вопрос: «А заслуживает ли моей благожелательности этот человек?»
И не забудьте еще одну маленькую фразу: она оставит вашему истинному «Я» жизненное пространство: «Эй, вообще-то меня это не устраивает!» Вот начало самоутверждения.
А теперь я должна избавить вас от последней иллюзии: нет, все сразу измениться не могут. Более того: человеку с черной душой опасно давать второй шанс.
Даже если проявить к манипулятору любовь и приложить терпение, он не изменится.
Во-первых, потому что он доволен и горд собой. Все вокруг дураки, кроме него! Во-вторых, потому что он закрыт для самокритики и считает себя совершенством, а все проблемы создают другие люди. Он обещает измениться? Чушь, просто усыпляет вашу бдительность. И если сверхэффективные этого не поняли, их водят за нос.
Трудно представить, что вы не поможете тому, кто попал в беду. Но, уверяю вас, столкнулись с манипулятором, единственно правильное решение – бежать!
Но в случае, если на сверхэффективных оказывается психологическое давление, гораздо более опасная ловушка – их интеллектуальная стимуляция. Нередко они признаются: в терзающем их извращенце им нравится его очевидная сложность. Это еще один вызов их жаждущему трудностей уму! Вот так сверхэффективные и запутываются в собственных умственных способностях, даже не успев понять, что в человеке, которому доставляет удовольствие обманывать других и противоречить самому себе, нет никакой сложности. Основным способом не попасть под давление является осознание великолепных умственных способностей, ваших умственных способностей.
Вызывающие беспокойство умственные способности
Хоть вы и отказываетесь это признавать, все же ваша главная проблема – умственные способности. Вне всякого сомнения, вы гораздо умнее среднестатистического человека. Этому есть объективное объяснение: разветвленная мысль гораздо эффективнее, чем последовательная, потому что:
• одновременно обрабатывает большее число данных;
• богата ассоциациями, отчего в десятки раз возрастает способность запоминать и выдавать варианты ответов;
• способность порождать ассоциации трансверсальных[19] идей увеличивает креативность;
Поделиться книгой: