Копи царя Комусова

Марго нашла в папке удивительный документ о том, как проводилась оценка вывозимых алмазов. Оказывается, для этого в Россию специально приехала команда оценщиков из Израиля. В выходные дни они работали в хранилище «Росдрагмета», отбирая лучшие алмазы для вывоза за рубеж. Мало кто из граждан России смог бы когда-нибудь посетить хранилище Госхрана. В том числе и депутаты Госдумы вряд ли смогут там побывать, даже если захотят. Но израильским оценщикам были созданы все условия и очень быстро.

В папке находилась справка «об официальной стоимости алмазов».

Марго было потянулась к трубке, что бы позвонить Тарасу, но передумала и позвонила знакомому ювелиру. Она просто называла ему количество каратов в камне и указанную стоимость в долларах.

Даже эти неточные данные позволили ей установить, что стоимости драгоценных камней наглым образом занижались в разы.

«Да, иноземные оценщики отработали свой гонорар сполна, – на женщину опустилась волна гнева. – Какие прохвосты, своих ювелиров в стране не нашлось или все они там были повязаны? Однако, сколько лет прошло, всех уж давным-давно пересажали и выпустили. Или я еще чего-то не знаю?».

Она вновь погрузилась в чтение.

Стоимость каждого камня может варьировать от тысячи до ста тысяч долларов в зависимости от размера. Вывозились же алмазы весом более десяти карат. По существующему на тот период положению, вывоз каждого такого камня должен был регулироваться отдельным постановлением правительства. Каждого. Но все ценности вывозились, в это просто невозможно поверить – общим весом!

«Наш суд – самый гуманный суд в мире, – подумала женщина. – Если там кого и судили, то ущерб все равно оценивается по официальным данным, то есть, по этим „фитюлькам“».

Глава 3

Немного подумав, она все же позвонила в комитет и попросила соединить ее с Тарасом. Но как оказалось, того срочно вызвали в столицу, а ее попросили без промедления вернуть документы, полученные от генерала.

Марго разозлилась не на шутку. Она сказалась больной и сообщила, что лично приехать и привести папку не может. Пусть за папкой приезжает тот, кому она так срочно понадобилась.

Как ни странно, но ровно через час в офис вошел господин адвокат из московской конторы. Как и полагается, он отдал ей официальное письмо – доверенность на право забрать документы обратно. А за тем вручил ей еще одну папку, не забыв при этом взять с нее письменное согласие не разглашать содержимое новой папки.

Быстро откланялся и исчез.

Марго подошла к окну. Циклон с Атлантики встретился в небе над городом с холодными массами воздуха из Северо-Запада России, в результате этой борьбы образовался дождь, который лил не переставая, невольно наводя на мысль, что всемирный потоп очень запросто может повториться.

«Тарас так ничего конкретного мне и не сказал. Кого надо ловить, возбуждено ли старое дело по новой, и, вообще, в чем моя задача конкретно? В каких консультациях?».

В ее прошлых делах все было понятно. Вот кого-то убили или ограбили, или что-то украли. Надо найти преступника. А здесь украли так много и так давно. Эх, жаль планшет, Лилия утащила. Может быть всемирный разум что-то подсказал бы.

За окном разметая лужи, проехал фургон с логотипом известной компьютерной компании.

«Интересно, а почему у меня до сих пор нет офисного компьютера или лучше ноутбука?».

Рука сама собой потянулась к телефону.

Ноутбук привезли удивительно быстро и с уже установленной кучей нужных или совсем не нужных программ. Часа два Маргарита осваивала новую игрушку, и только убедившись, что в Интернете практически нет информации о хищении из страны огромного количества золота и драгоценных камней, открыла новую папку, которую доставил ей адвокат взамен старой.

В Соединенных Штатах создается компания «Аурум». Учредителем её становится гражданин России Артем Козельский вместе с братьями Арменом и Давлетом Шагрянами, эмигрировавшими в США в начале 90-х годов.

Господин Козельский, как говорится, был своим человеком во многих правительственных сферах. Его хорошо принимали в руководстве МВД и особенно в ГУВД столицы. Неоднократно его видели и на «Петровке, 38». Одно время на одном из этажей этого помпезного здания он имел свой собственный кабинет.

Фирма «Аурум» начала свою деятельность в 1992 году. Конечно, за такой короткий срок пребывания на рынке ювелирных изделий громкое имя в столь тонком деле сделать невозможно. Тем не менее, этот факт нисколько не помешал господину Богданову заключить с фирмой «Аурум» от имени Росдрагмета многомиллионную сделку.

На следующем листе Марго обнаружила показания самого Козельского. Бывший бизнесмен рассказал, что за границей он встречался с неким господином Чернышенко, который выступал в качестве официального уполномоченного Российского правительства и вскоре стал членом совета директоров компании «Аурум».

Из слов Козельского следовало, что этот уважаемый господин должен был уничтожить всю документацию, касающуюся сделок с золотом и алмазами, завладеть пакетом принадлежащих ему акций, передать их предпринимателю из одной из стран бывшего социалистического лагеря, а в конечном счете – ликвидировать компанию. Как показал Козельский, это афера почти полностью удалось. В августе 1995 года было организовано похищение руководителя фирмы «Аурум» и из Соединенных Штатов он был доставлен в соседнюю Мексику. Козельский утверждал, что его жену и сына держали до тех пор, пока он не подписал необходимые бумаги.

Далее, согласно документам, следовало, что в совет директоров компании «Аурум» вошли совсем другие люди, которые, не мешкая, значительную часть имущества фирмы продали. Вырученные средства были переведены в Швейцарию. Козельский показал, что по поручению представителей Российского правительства фирмы «Аурум» перечисляла деньги в фонд президентских программ России. По его словам, часть денег была переправлена в фонд «Победа», курируемый российскими спецслужбами. Следователи из Генеральной прокуратуры эту информацию бывшего руководителя фирмы ни подтвердить, ни опровергнуть не смогли, или не захотели.

После того, как Козельский и братья Шагряны были выведены из состава учредителей, они почувствовали за собой слежку и решили скрыться. Несмотря на все эти выверты, денег в их распоряжении было достаточно. Они нашли специалистов и те срочно изготовили поддельные греческие и доминиканские паспорта. Но по представлению российских правоохранительных органов в дело уже включился Интерпол. Вскоре Козельского арестовали в Бельгии. Но, почему-то, сразу отпускают под подписку о невыезде.

Неудавшийся бизнесмен бежит в Грецию, где его задерживают во время прохождения паспортного контроля в аэропорту. В Англии арестовывают Армена и депортируют в США, где предъявляют обвинение в неуплате налогов на сумму 63 миллионов долларов. Давлет Шагрян до настоящего времени не арестован и находится в международном розыске.

Марго положила папку.

«Почему мне эту информацию дают по частям? Чего от меня хотят? Чтобы я разыскала этого беглого Давлета или вернула в страну украденные миллионы? Если их не смогли найти наша доблестная прокуратура вместе с ФСБ, то что могу я? И какой им от меня прок?».

Додумать до конца эту мысль не дала влетевшая в комнату дочь:

– Мама, мама! Я буду поступать вместе с Иннокентием на исторический. Вернее, не на исторический, а на археологический. Он будет разыскивать в земле разные неизвестные науке артефакты, а я буду их зарисовывать. Мы уже все решили и «Бедная Тая» нас в этом поддерживает!

Марго тут же вспомнила, что преподаватель истории в школе у ее дочери по кличке «Бедная Тая» все еще числится сотрудником сыскного бюро «Крулевкая и партнеры», правда, по совместительству.

«Голова у этой девушки варит на все сто. Вот бы ей рассказать про все эти алмазно-золотые сделки, но нельзя. Подписку ведь давала, аж, два раза».

Глава 4

Марго выслушала дочь и ни в чем ей не перечила.

«Лилия у меня холерик до мозга костей, – подумала женщина. – Сегодня она хочет быть археологом, завтра – великим художником, а послезавтра захочет пойти по стопам отца. Продолжить, так сказать, династию и подаст заявление на факультет „Технологии хлебопродуктов“. Конечно, плохо, что она до сих пор не определилась с выбором профессии, но не это главное. Ей сейчас о выпускных экзаменах думать надо. Это пресловутое ЕГЭ определенно ставит на уши не только учеников, но и их родителей. Опять же – выпускной вечер. Хорошо парням, надел почищенный костюм, с помощью старших завязал-таки галстук и все – вперед. Ах, да надо еще через плечо ленточку надеть „Выпускник такого-то года“. А девушка должна быть неотразимой, неповторимой. Для нее этот вечер, как бал „Наташи Ростовой“, он должен остаться в памяти всех, кто ее видел в тот вечер. Тут важна каждая мелочь».

Она пыталась вспомнить свой выпускной, но потом отказалась от этой мысли. Тогда времена были совсем другие. Прошлое время и нынешнее сравнивать нельзя.

Отправив дочь в свою комнату наверх, Марго подошла к окну. Дождь монотонно и упорно продолжал свою работу.

«Наверное, в Божьей канцелярии есть свой план по погоде – за квартал должно выпасть столько-то осадков в виде дождя и снега, столько-то должно быть солнечных дней. Но, наверное, и там есть нерадивые чиновники, которые равномерных график выпадения осадков не соблюдают, а в конце квартала – план, есть план. Будь добр, неделю другую непрерывного дождя».

Марго смотрела, как во двор въезжала большая черная машина.

«Неужто сам Силуянов изволил почтить своим присутствием старую женщину? Он обычно для своих машин выбирает светлые тона. Да мало ли к кому могла приехать эта машина? Бог с ней».

Женщина уже хотела отойти от окна, но из машины появилась знакомая фигура и, стараясь убежать от дождя, понеслась к подъезду.

«Тарас! Надо же, как он быстро вернулся из своей столицы. И ведь даже не позвонил. Вот, чем его кормить или опять в ресторан топать? Выходить под дождь? Брр!».

Звонок телефона и звонок входной двери зазвучали одновременно.

Марго, впуская «московского гостя», отвечала на телефонный звонок. Звонила учительница истории Таисия Сергеевна. Спрашивала, не нужна ли агентству ее скромная помощь?

Крулевская мигом вспомнила, что «Скромная Тая» помимо всего прочего еще весьма прилично готовит и быстренько попросила ее купить необходимые продукты и приготовить для столичного гостя подобающее угощение.

– Ты, как метеор, уехал, приехал. Не генеральское дело носиться туда-сюда в твои-то годы, – Марго протянула гостю стакан горячего чая. – И вообще, ты обязан рассказать мне все подробно. Из твоих папок мне совсем не понятно. Чем, собственно, я могу тебе помочь?

– Собственно, за этим я сюда и вернулся.

Тарас, усаживаясь поудобней на стуле, отхлебнул из кружки обжигающий горячий чай и продолжил:

– Теперь я могу тебе рассказать, что генеральские погоны я получил именно за это дело. Нашей бригаде удалось возвратить в страну различных ценностей на 44 миллиона долларов. Поверь, для меня это был просто «Сизиф труд» – в Комитете найдется не так много дел, когда нам хоть что-то удается вытащить из цепких лап капиталистов. Тем более, что в данном случае алмазы были вывезены в различные страны. Козельский эти злополучные камушки очень быстро реализовывал и жил на широкую ногу. Если хочешь знать, он от имени фирмы подарил полиции города Сан-Франциско вертолет.

До сих пор не знаю, кто ему помог, но этот тип сбежал после допроса. Это был единственный его допрос по возвращению в Россию. Проводили его самые лучшие следователи прокуратуры. Тогда мы еще не имели полной картины деятельности преступной группы, поэтому решили его пока не арестовывать, а установить слежку. Все, как полагается.

Он жаловался на больную печень, показывал медицинские справки, что у него цирроз, доказывал, что дома есть импортные лекарства. Адвокат все это подтверждал. Мы беседовали с ним до девяти вечера. За тем отпустили Козелького. Он клятвенно обещал прийти в следственное управление Генпрокуратуры в девять утра для продолжения следственных действий. И можешь себе представить, свое обязательство он частично выполнил: мы попросили передать нам некоторые документы и он их передал со своим водителем.

Марго увлеклась подробным рассказом старого друга и внимательно его слушала.

– Понимаешь, королева, этот Козельский очень профессионально тянул время. Водитель привез документы, мы ждем, Козелького нет. «Наружка» докладывает, что он из дома еще не выходил. Я бегом к руководству, требую немедленно принять решение и объявить его в розыск. Дали команду перекрыть аэропорты, но было уже поздно.

После побега Козелького оперативно-следственная группа провела обыск в представительстве компании «Аурум». Конечно, сегодня это сделали бы более тщательно. В те годы опыта работы у нас с зарубежными структурами не было вообще. Теперь можно только сожалеть, что не сразу была обследована комната отдыха этого типа. Следователь, присланный нам в помощь, не сумел найти еще одну секретную комнату, прикрытую развешанными на стенах американскими флагами. Спустя некоторое время нам удалось узнать, что в этой комнате находились большие ценности – только золота в слитках было пятьдесят семь килограммов. Этот факт, сама понимаешь, увы, нигде не запротоколирован. Когда комнату вскрыли, там уже ничего не было.

Меня постоянно дергали и спрашивали – будет ли отвечать в суде руководитель «Росдрагмета»? Когда мы изымали первые материалы, там было достаточно много документов с его подписью. Следователь Генпрокуратуры по особо важным делам много раз допрашивал Богданова, и даже беседовал с самим Черномырдиным. Но несовершенство законодательства того времени не позволило привлечь к ответственности всех, кого следовало бы. Скажу тебе откровенно, следователь Генпрокуратуры сделал тогда все, чтобы довести дело до суда. К сожалению, в нашей стране чиновники – неприкасаемая каста. Чем выше уровень чиновника, тем спокойнее он себя чувствует.

Господин Богданов в то время был в списке руководства страны. Сама понимаешь, его поступки по этой операции и по другим подобным, весьма вероятно, были одобрены на самом верху. Следовательно, за рамками этого уголовного дела, я думаю, остались некоторые темные пятна. Со временем все тайное становится явным, но на следствии этого не произошло. Не стоит тебе объяснять, что такая информация может стоить жизни многим людям.

Из кухни выглянула Таисия и пригласила всех за стол.

Приготовленные ею блинчики из гречневой муки с различными наполнителями привели Тараса в полный восторг. Он немедленно попросил записать рецепт с тем, чтобы по приезду домой незамедлительно обязать свой «женский батальон» подавать ему сей французский деликатес ежедневно на завтрак, обед и ужин.

Как всегда, вихрем влетела на кухню дочь Лилия.

– Ой, здрасьте.

Девушка сделала книксен и села рядом с матерью.

– Таисия Сергеевна, а вы меня научите так блинчики готовить, что бы хрустящие были. Такие даже наша знаменитая Вера Марковна делать не умеет.

«Скромная Тая» покраснела от смущения и тихо произнесла:

– Я была на практике в Провансе, там и научилась. В Марселе их на каждом углу готовят. Дешево и очень вкусно.

Генерал увидел в ушах девушки серьги с довольно приличными по размеру камнями.

– Лилия, а скажи, пожалуйста, сколько карат в каждом таком бриллианте?

– Это не мои, это мамины. Ей их Силуянов подарил, они из клада самого Корнилова (см. повесть «Дело о сельском монументе»). Мама их сама никогда не одевает и мне только дома разрешает носить. Говорит, что преступность еще в нашем городе не побеждена – вырвут вместе с ушами. Вот приходится в них по комнате ходить, чтобы дырки в ушах не заросли.

– Ты не ответила на мой вопрос.

Тарас еще раз посмотрел на серьги.

– Ювелир говорил, что не менее десяти карат, – ответила за дочь Маргарита. – К чему ты это спрашиваешь? Если честно, мне эти бриллиантовые дела во, где сидят.

Женщина провела рукой по горлу.

– Если бы не общая комсомольская молодость, я бы сейчас спокойно выслеживала неверного мужа одной состоятельной дамы.

– Муль, ты была комсомолкой? Как интересно. Расскажешь потом. Лилия поднялась из-за стола, держа тарелку в одной руке.

– Я к себе, ладно?

Маргарита с укором посмотрела на дочь, но ничего не сказала.

Тарас доел последний блин, поблагодарил Таисию, напомнил о рецепте и увлек Маргарину в комнату.

– У меня не очень много времени, а рассказать тебе еще есть чего. Поэтому давай, мотай на ус – пригодится.

Глава 5

– Я тебе говорил, повторю еще раз, – продолжил он разговор в комнате. – Известные юристы еще на начальной стадии следствия предполагали, что здесь не обошлось без большой политики. Ведь операция прикрытия бриллиантовой аферы простирается настолько высоко, что выявить первичную документацию, проливающую свет на сделку Росдрагмета с фирмой «Аурум», нам не удалось. Похоже, что бриллиантовая операция готовилась тщательно и профессионально, с соответствующей правдоподобной легендой и надежным прикрытием.

Российское золото и бриллианты были предназначены, конечно же, не для Козельского с его примитивной фирмой «Аурум». Сам «Росдрагмет» был создан только в 1991 году, что удивительным образом совпадает по времени с попыткой антидемократического путча. В 1993 году, когда войска штурмовали наш Белый дом, тайная бриллиантовая операция была проведена. Однако нам все же удалось против руководителя «Росдрагмета» завести уголовное дело.

И что дальше? А вот что. В августе 1996 года Президентским указом «Росдрагмет» упраздняется со всеми вытекающими последствиями. Ты же прекрасно знаешь, что происходит с имуществом и бумагами упраздненного ведомства.

Если верить нашему бывшему министру финансов, то решения Правительства о вывозе алмазов и золота за границу по договору с фирмой «Аурум» вообще не было. Существовало лишь поручение Министерству финансов подготовить такой документ. Но драгоценные камни и золото все же ушли в Соединенные Штаты. Обычно, санкцию на вывоз ценностей из страны дает Государственный таможенный комитет. Перевозит такого рода груз спецтранспорт и служба инкассации. Хорошо известен и отправитель – уже не существующий «Росдрагмет».

Лично мне несколько раз по-хорошему советовали «рубить концы». С большим трудом, но мы все же нашли этого беглеца Козельского.

Состоялся закрытый суд. Он вынес решение. Главными, если не единственными, ответчиками стали Козельский и бывший директор компании «Созвездие Плеяды» Николай Феоктистов. Господин Богданов отделался чисто символическим наказанием, не говоря уже о более высокопоставленных особах.

Знаешь, почему суд был очень сильно закрытым? Один из свидетелей сказал на суде: «Чтобы вывести такое количество драгоценностей за границу, должно быть распоряжение, как минимум, премьер-министра».

– И ты мне предлагаешь это распоряжение найти? – съязвила Марго. – Дорогой мой Тарас, хоть ты мне и друг, но согласись, вряд ли я смогу тебе чем-то помочь в этом деле. Тем более, я до сих пор не услышала от тебя конкретное задание.

– Какая, однако, ты стала торопыга на старости лет. Ну, тогда бери ручку и записывай.

Первое. До сих пор неизвестно, где находится Давлет Шагрян. А он знает, поверь мне, не мало. Второе. Очень интересная и ныне здравствующая фирма «Тантал». Завтра тебе принесут еще одну папку, из нее узнаешь много интересного. Сразу отвечу на твой вопрос.

– Так я же еще его не задала.

– Ой, Крулевкая, если я не твой муж, это не значит, что я не знаю, что вертится у тебя на язычке.

По третьей папке никакой секретности не будет. Можешь привлекать к работе по ней своих помощников, разумеется, кроме Силуянова. Его я не потерплю ни в каком виде. Ты меня знаешь!

– Но он учредитель бюро, он вправе знать, чем занимается учрежденная им контора.

– Марго, ради меня, сделай так, чтобы он по этому делу остался не у дел. Во как сказал – красиво! Ты же знаешь, что бывших «законников» не бывает. А там, поверь мне, лакомые кусочки имеются. Правда, и ртов на них хватает. Короче, мне новых войн и бандитских разборок не надобно.

– Тарас, он же уже много лет, как законопослушный бизнесмен и мне помогал, да и органам тоже.

– Не уговаривай меня, не надо. Я тебя попросил, а ты постарайся исполнить мою просьбу. Пожалуйста. Однако, засиделся я у тебя. У меня, между прочим, и другие дела есть. А ты, понимаешь, меня французскими гречневыми блинами отвлекаешь. Все, меня уже нет. Я уехал. Жди новую папку.

Он заглянул на кухню, галантно поцеловал Таисии ручку и забрал листок с рецептом.

Закрыв за гостем дверь, Марго вернулась к столу. На нем лежал желтый квадратик бумаги – напоминалки. Знакомым тарасовским почерком на нем было начертано всего два слова: «Прииск Малышева».

После вкуснейших гречневых блинов хотелось пить. Заваривая себе разовый пакетированный чай, Маргарита протянула листок учительнице истории.