Опасное задание

– Эм, это мне для работы, – осторожно ответил Винс, мгновенно покрывшись холодным потом: а ну как здесь запрещено со своим приезжать?! Кто их знает, баб чокнутых, на этом Цикламене…

– Да-а-а? – сосредоточенно нахмурившись, Соланж начала тщательно осматривать содержимое несессера, все выложила, чуть ли не обнюхала…

Циль напряженно наблюдал за ней, опять подумав, а не напихал ли Серж в этот чертов несессер сюрпризов по давней привычке. Обошлось. Таможенница отложила его в сторону и опять нырнула в сумку. Венсан снова занервничал, задавшись вопросом, зачем собственноручно копаться в багаже, когда рядом есть рентгеновский аппарат. И почти сразу получил ответ на этот вопрос.

– О! А эт-т-то что такое? – с восторгом в голосе и взгляде произнесла Соланж, а остальные зрительницы подвинулись ближе, вытянув шеи.

Из сумки появилась прозрачная упаковка с бельем. Венсан мысленно застонал, но пока еще сохранял невозмутимое выражение на лице. Дамочки же чуть ли не начали плотоядно облизываться, глядя на находку Соланж.

– Прошу прощения, по-моему, понятно, что́ это, – все-таки счел нужным ответить Винс, едва сдерживаясь, чтобы не выдернуть упаковку из цепких пальчиков таможенницы.

– Ага, – радостно подтвердила Соланж и… открыла пакет!!! – О-о-о-о-о-о… – раздался дружный вздох, и женщины все как одна покраснели, стыдливо опустив ресницы.

Циль взвыл – опять же мысленно, воспитание не позволяло ему настолько красноречиво выражать эмоции. Вместо этого он, нахмурившись, спросил:

– В чем проблема, позвольте поинтересоваться?

– Это… это неприлично… – выдохнула Соланж и начала доставать из пакета трусы, раскладывая их на столе. – Это просто ужасно неприлично, у нас мужчины такого не носят вообще!

Венсан дернулся было, дабы предотвратить вопиющее непотребство – чтобы кто-то касался его нижнего белья! – но неожиданно круг засветился, и его ноги словно приросли к полу. Циль начал тихо сатанеть от происходящего. Дамочки хихикали, страшно смущались, но бросали заинтересованные взгляды на предметы его гардероба, и их в общем можно понять: трусы доблестный агент никогда не покупал в обычных магазинах, ему шил на заказ один из лучших портных. Ибо Венсан очень трепетно относился к тому, что соприкасалось с самым дорогим для мужчины. Никаких тесных плавок, достаточно свободные, чтобы не стеснять движений, шелковые, с вышивкой…

– Послушайте, прекратите немедленно! – возмутился наконец бедный Винс, красный как рак. – Это мои личные вещи! Верните все обратно! И не вижу в них ничего неприличного!

Мелькнула досадливая мысль, что придется раза три постирать после такого досмотра.

– Они слишком короткие и просторные, и вообще, я же говорю, это ужасно неприличные вещи! – Соланж покраснела и осторожно отодвинула белье на край стола, потом подняла на него взгляд, подперев подбородок ладонью. – У нас запрещены такие на Цикламене. Я конфискую их. А скажите, на вас такое же? – Таможенница смутилась, но храбро не отвела глаз.

Остальные тихо захихикали, перешептываясь, и Винс судорожно сглотнул, осознав вопрос и заподозрив, к чему ведет Соланж.

– П-при чем здесь это?! – заикаясь, пробормотал он.

Межпланетный шпион был растерян, зол и, пожалуй, впервые в жизни не знал, что делать. Да чтоб шеф провалился с этим заданием!

– Придется тоже снять, – Соланж пожала плечиками и аккуратно сгребла богатство обратно в пакет. – Таковы правила, к сожалению.

Винс передернулся, глядя на то, как обращаются с его любимым нижним бельем. С тоской проводил пакет взглядом – таможенница скинула его в ящик стола и снова уставилась на бедного Циля. Глаза Соланж, да и всех остальных таможенниц сошлись где-то чуть ниже пояса Венсана.

Лицо Винса закаменело.

– Что? – ровным голосом переспросил агент.

– То, что на вас, тоже снять придется, – терпеливо повторила Соланж.

Циль на мгновение прикрыл глаза, сделал несколько глубоких вдохов и обвел тоскливым взглядом помещение, где особо и уединиться-то негде.

– Как вы себе это представляете? – неосторожно буркнул разозленный до крайности Венсан.

Послышался дружный вздох, и красавца практически взяли в кольцо.

– Ой, очень хорошо представляю, – томно протянула Соланж, демонстративно облизнувшись. И куда только подевалось недавнее смущение?! – Ну, чего вы ждете?

Одновременно она нажала на какую-то кнопочку, видимо отключив круг, на котором стоял Венсан.

– Прямо здесь? – недоверчиво переспросил он, подавив порыв судорожно прикрыть ладонью то место, которое пристально изучали двадцать леди в форменной одежде.

Предвкушающие улыбки послужили достаточно красноречивым ответом, но Венсан был категорически не согласен с такой постановкой вопроса. Ему срочно требовалось хоть какое-нибудь подобие загородки! Светить голой задницей или чем еще ему совсем не улыбалось. Такое ощущение, что эти крокодилицы в форме полгода мужика не видели и готовы изнасиловать его прямо тут…

– При вас не буду, – категорично заявил Венсан, скрестив руки на груди и вздернув подбородок. – Мне нужно уединиться.

На мордашке Соланж появилось разочарованное выражение.

– А нет, – развела она руками. – Только за пределами этого помещения. Но я вас не выпущу, пока…

– Да, да, – раздраженно прервал ее Циль, злой до чертиков. – Тогда отвернитесь хотя бы! Все! – добавил он, с мстительной радостью отметив вытянувшиеся лица таможенниц.

Ей-богу, Венсан уже готов был лететь обратно, если бы Соланж со товарищи не отказалась от бесплатного стриптиза. Кошмар, он еще даже толком не приступил к заданию, а уже сложности на каждом шагу. Черт бы побрал проклятый звонок Марселы и упавший шейкер!

Перешептываясь, таможенницы повернулись к нему спиной. Винс некоторое время с подозрением осматривал получившийся кружок, оттягивая неприятный момент, но потом с обреченным видом взялся за ремень брюк. «Надеюсь, здесь скрытых камер не натыкано и никто не наслаждается этим балаганом!» – мелькнула мысль, пока он снимал брюки, а потом и многострадальные трусы… Шелковые, темно-синие, с вышивкой. Одни из самых любимых. Закралась тревожная мысль, что же здесь тогда мужики носят, если его нижнее белье считается неприличным, и Венсан решил не расстраиваться еще больше домыслами на щекотливую тему. Вот выберется из этого чистилища под названием таможня и на месте разберется.

Застегнув пряжку и чувствуя определенное неудобство, он сухо проинформировал:

– Все. Теперь я могу идти?!

Последние слова больше походили на рычание. Дамочки, обмениваясь разочарованными взглядами, расползлись по своим местам, и Циль обрадованно подумал, что уже все…

– А точно сняли? – задумчиво вдруг спросила Соланж, изучая его ширинку.

Винс побагровел и молча указал на аккуратно сложенное на краю стола белье.

– Еще вопросы? – ледяным тоном поинтересовался он.

Соланж вздохнула и покачала головой, подвинув ему сумку.

– Приятного пребывания на Цикламене, – с грустным лицом произнесла она дежурную фразу, а сама словно невзначай утащила трусы Винса с края стола. Только не в стол, а к себе в карман.

Доблестный добыватель промышленных секретов закатил глаза и решительным шагом, стараясь не срываться на бег, последовал к вожделенному выходу на свободу.

Цикламен встретил его ярким солнышком, голубым, с легким зеленоватым отливом небом и двумя полупрозрачными лунами раза в полтора больше привычной земной. У здания стояло одинокое такси, и Циль направился к нему. Вдалеке виднелись здания столичного города, к великому облегчению Венсана, имевшего одинаковое название с планетой, и эту информацию он успел прочитать до того, как уронил на флешку шейкер. Рванув дверцу такси на воздушной подушке, он плюхнулся на переднее сиденье, бросив сумку назад.

– Куда, милок? – раздался хриплый прокуренный бас, и Винс от неожиданности вздрогнул, уставившись на водительницу.

Бабуля лет семидесяти с абсолютно седыми кудряшками, делавшими ее голову похожей на одуванчик, с морщинистым лицом, сухонькая, миниатюрная, совсем-совсем не сочеталась с прозвучавшим голосом. Но при этом в углу рта ее торчала длинная папироса, судя по виду, вообще самокрутка, и бабуська активно дымила этой гадостью, наполняя салон сизым дымом. Винс поспешно открыл окно со своей стороны, буркнув:

– В гостиницу.

Таксистка пыхнула, кивнула и выжала газ так, что машина рванула практически с места, а Винса вжало в кресло.

– Осторожнее! – завопил он, вцепившись в ручку на двери.

– Да не боись, я тридцать лет за рулем, и из аварий только поцарапанный бампер. – Бабуля добродушно усмехнулась. – Чего злой-то такой, милок?

То, что Венсан ответил как на духу, объяснялось только повышенным градусом раздражения, никак не хотевшего проходить, да еще не прошедшей злостью.

– На таможне до трусов докопались, – сквозь зубы процедил он, глядя прямо перед собой на прямую ленту дороги. – Конфисковали, сволочи…

Поймал косой взгляд бабули и нервно огрызнулся:

– Что?!

– А чего ж ты их в открытую потащил, в первый раз, что ли? – Таксистка лихо заложила вираж, огибая неторопливо ехавшую впереди машину, и Винса чуть не впечатало в дверцу. – Надо было сверху приличные надеть, никто бы не увидел. И шо, неужели развратные такие были? – Глаза божьего одуванчика заинтересованно блеснули.

– Бабуля, вам в гроб скоро, а о том же! – простонал бедный Венсан, окончательно озверевший от, похоже, всеобщей озабоченности женского населения Цикламена от восемнадцати до восьмидесяти.

– Цыц, малек, я, знаешь ли, еще ого-го! – Она грозно нахмурилась, выпустив клуб дыма. – На следующей неделе на омолаживающую операцию записана, выйду, не узнаешь, – она усмехнулась. – Так что, первый раз, что ли, к нам? И зачем?

– Да поработать хочу. – Циль решил не комментировать остальные слова бабуськи, чтобы не нарваться на грубость.

– И кем же? – Бабуля, удерживая руль одной рукой, вынула изо рта остаток папиросы и ловким щелчком выбросила его в открытое окно.

– Барменом-собутыльником, – буркнул Винс.

– О-о-о, – захихикала таксистка и игриво подмигнула. – Работа-то сложная, силенок хватит, а, милок?

– Сложная? – Венсан хмыкнул. – Бабуля, да я, знаешь ли, легко десяток обслужу, и на своих двоих уйду! – Циль откинулся на спинку сиденья. – Подумаешь, велика сложность! Развлекать дамочек!

Собеседница издала странный звук, потом снова закурила. Дома стали ближе, и Венсан уставился вперед, разглядывая столицу Цикламена.

– А не сотрешь инструмент-то свой? – ехидно осведомилась бабушка.

– Он крепкий, – рассеянно отозвался Винс. – Выдержит…

Ага, особенно вспомнив, как этот проклятый шейкер расколотил очки и флешку. Шпион тряхнул головой, изгоняя неприятные воспоминания. Бабуля хихикнула.

– Ну-ну, гигант, гляди, зайду на следующей недельке после омоложения! Проверим, насколько он крепкий.

Венсан вздрогнул, покосился на таксистку с откровенным ужасом – даже скинув лет десять, она все равно останется пожилой леди, – и ничего не ответил. Тем временем они въехали в город Цикламен.

Высокие спиралеобразные небоскребы, стеклянные купола каких-то зданий и обычные жилые высотки – столица представляла собой причудливое нагромождение различных архитектурных стилей. По улицам сновали машины, по тротуарам спешили жительницы, мерцала реклама на огромных голографических щитах. Город оглушил, а еще Циль сразу обратил внимание, что вокруг, среди прохожих и водителей, были сплошь женщины. Мужчин он не видел ни разу, пока такси лавировало между другими авто, продвигаясь вглубь столицы. Это весьма озадачило Циля и заставило задаться вопросом, что же такое происходит с мужчинами на этой в высшей степени странной планетке. Но спрашивать об этом бабулю посчитал нецелесообразным. И так наломал уже дров, похоже, его появление на таможне породит рассказов на целый месяц.

Таксистка ловко лавировала в потоке машин, закладывая виражи, от которых у Винса начался нервный тик и чуть ли не откалывалась эмаль от крепко стиснутых зубов. Они продвигались вглубь столицы…

– Милок, а что за бар-то? – поинтересовалась бабуся, свернув в очередной раз.

– «Томный вечер», – буркнул Венсан.

– Угу, запомню, – хихикнула она и притормозила около скромного трехэтажного здания приятного темно-синего цвета, с балкончиками и крыльцом. – Вот твоя гостиница.

Расплатившись и сухо попрощавшись с водительницей, Циль захватил сумку и вышел. Бабуля помахала ему рукой из окна, послала воздушный поцелуй и унеслась. Венсан вздохнул, поднялся по крыльцу к двери. Отчего-то внутри ворочалось мерзкое ощущение, что и с гостиницей ждет подлянка, уж как-то слишком странно реагировала бабуля на его ответы о работе. Сделав глубокий вдох, Циль позвонил.

Через несколько минут за дверью послышались шаги, и она распахнулась. Венсан уставился на первого представителя мужского пола, встретившегося ему на Цикламене. Широкоплечий, гладко выбритый, темные волосы тщательно уложены, тонкая футболка обтягивает рельефные мышцы так плотно, что, кажется, одно движение, и одежда расползется по швам. Венсан не нашел ничего сверхнеобычного, кроме, пожалуй, излишней ухоженности владельца гостиницы, но ведь метросексуалы встречались и на его родной планете.

– К нам? – низким бархатистым голосом поинтересовался мужчина, окинув Циля пристальным взглядом, отчего доблестный агент слегка занервничал.

Кто их знает, мужиков этих, может, они тут поголовно неправильной ориентации, потому и женщины такие… озабоченные.

– Д-да, – чуть запнувшись, ответил все же Венсан.

– Отлично. – Мужик с воодушевлением улыбнулся и пропустил нового постояльца вперед. – Новенькие нам нужны.

Винс аж споткнулся от такого заявления, но дверь за ним уже захлопнулась, отрезав путь назад. В конце концов, если тут что-то не так, всегда ведь можно съехать.

В холле он огляделся: приглушенный свет, окна задернуты плотными портьерами, откуда-то льется ненавязчивая тихая музыка, паркет натерт до блеска, до лестницы ведет бордовая ковровая дорожка. Повсюду цветы в горшках, расставлены низкие диванчики, обитые бархатом. Для обычной гостиницы интерьер показался Венсану слишком роскошным. Хотя кто их знает, жителей Цикламена, вдруг тут так во всех гостиницах. Циль последовал за хозяином к стойке, его взгляд рассеянно скользнул по широкой спине, обтянутой все той же футболкой, опустился ниже. Венсан чуть не споткнулся повторно, обнаружив, что штаны на мужике сидят так плотно, что возникает закономерный вопрос, как они не лопаются по швам. И тут же Циль невольно задумался, а под этими штанами вообще что-то есть?.. Ибо, по его мнению, кроме мужских стрингов, под НАСТОЛЬКО облегающей одеждой носить другое просто нереально. Подозрения и беспокойство зашевелились с новой силой. Венсан остро ощутил, как с него самого совсем недавно самым подлым образом сняли нижнее белье, и агенту стало еще неуютнее. Сразу подумалось, что мужик это понял.

– Так, – хозяин зашел за стойку, открыл шкафчик на стене и снял с гвоздика ключ, – второй этаж, тридцать четвертый номер. Две комнаты, раздельный санузел, в общем, все как полагается. На первом этаже бар. – Мужик махнул рукой в сторону деревянной, со стеклянными вставками двери, сейчас закрытой. – Еще у нас имеется спортзал и салон красоты.

От последнего у Винса чуть снова не начался нервный тик, стоило вспомнить подготовку к полету на Цикламен, и он поспешно покачал головой, забрав ключ:

– Н-нет, вот салон мне точно не нужен.

– Да? – несколько удивился хозяин гостиницы, еще раз окинув Венсана пристальным взглядом. – Ну как скажешь. Хотя зря, буквально вчера туда завезли новые лампы для солярия…

Нервно дернув головой, Венсан поспешно схватил ключ и направился к лестнице, не дослушав мужика. Вот только солярия ему еще не хватало сверху, ага.

Найдя нужную дверь, Циль зашел. И в который раз за день устало удивился. В номере царила такая же роскошь, как и в холле, если не сказать больше. Обитые шелком стены, бархатные портьеры, толстые ковры на полу, мебель деревянная с гнутыми ножками, только отделанная плюшем бордового цвета. Оставив сумку в гостиной, Винс с видом обреченного проследовал во вторую комнату, оказавшуюся спальней.

Роскошная кровать, на которой легко могли бы поместиться человека четыре, покрытая бархатным, бордовым же покрывалом с вышивкой золотой нитью, изголовье резное, с массой завитушек, а на потолке зеркало – увиденное ввергло посланца Сержа в ступор. Подобный интерьер он видел только в дорогих борделях своей родины.

– Э-э-э… – выдавил Циль в пространство, уже не зная, что и думать. А вдруг на Цикламене так и положено в приличных гостиницах?! И если осторожно поинтересоваться у хозяина, а точно ли это она, мужик может обидеться.

Почесав в затылке, Венсан решил пока повременить с выяснением, куда же он попал: в гостиницу или все-таки в бордель, и заняться решением насущных вопросов. Например, купить наконец нижнее белье, хоть какое-нибудь, потому как штаны грубыми швами нещадно терли самые нежные места. Винс перенес сумку в спальню, зевнул – пара часов сна в шаттле после бессонной ночи не восполнила дефицит недосыпа, – и вышел обратно в коридор, а оттуда в холл. Хозяин сидел там же, за стойкой, и… подпиливал ногти пилочкой. С очень сосредоточенным лицом. У Циля опять мелькнула мысль, а все ли в порядке с ориентацией у мужика, и к стойке он приближался с определенной опаской. Нет, ну, маникюр, конечно, нужное дело, но обычно тем, чем сейчас занимался мускулистый широкоплечий хозяин, занимались секретарши. Остальные женщины посещали салоны красоты.

– Простите, – осторожно спросил Циль, остановившись у стойки. Темноволосый встрепенулся и вопросительно посмотрел на Венсана. – У меня такой вопрос. – Доблестный агент замялся, не зная, как лучше сформулировать мысль. – Понимаете, я сюда работать приехал…

– Угу, – кивнул мужчина и усмехнулся. – Я так и понял.

– У меня на таможне отобрали… нижнее белье. – Цилю на мгновение показалось, усмешка у хозяина слишком уж какая-то довольная, что ли. – Где можно купить, не подскажете?

– Подскажу, конечно. – Хозяин встал и достал из ящика стола карту города. – Тут буквально в двух шагах, сам туда захаживаю иногда. – Он вдруг неожиданно подмигнул Винсу, отчего тот аж вздрогнул, покрывшись потом.

«Точно, голубой», – уверился в подозрениях доблестный агент. Осталось только надеяться, к нему приставать не будут.

– Вот, выйдете из гостиницы, пройдете направо один дом, свернете на перекрестке, не переходя, и за углом увидите. Там ступеньки вниз, и вывеска такая желтенькая, не пройдете мимо.

– Благодарю, – сухо ответил Винс и поспешил выйти.

Пусть хозяин доверия и не внушал, больше спросить не у кого, и Венсан направился по указанному адресу.