Хозяин астероида

— Нам лучше отлететь подальше! — воскликнул Дан.

— Согласен! — поддержал его Мастерсон и нажал несколько кнопок. Корабль задрожал, но курс его не изменился.

Дан и Грег обменялись взглядами.

— Что случилось? — воскликнул Мастерсон. — Проклятье! «Крошка», похоже, здорово намагничена, — пробормотал он. — Магнитное поле! — крикнул он уже в полный голос. Однако в следующее мгновение он кое-что вспомнил. Мысли его неслись, словно подстегиваемые бичом. — Если это магнитное поле, то это не тот магнетизм, который мы знаем. Космические корабли…

— Да, конечно! — воскликнул Дан. — Космические корабли защищены от магнитных наводок!

— Что бы нас ни притягивало — это не магнитные силы, какие мы знаем. Возможно, это какой-то вид притягивающих лучей.

— Ты думаешь, они искусственного происхождения?

— Понятия не имею. Я только знаю, что там, снаружи, имеется нечто, что затягивает нас на поверхность этого астероида. Нечто такое, что сильнее наших атомных двигателей. Что-то притягивает наш корабль, хоть он и не должен притягиваться. И нас расплющит, как спичечный коробок, если мы не сможем что-нибудь предпринять, и как можно быстрее.

Ему удалось резко повернуть корабль. Теперь они стали двигаться кормой вперед.

— Связист! — крикнул капитан.

Юный астронавт немедленно подбежал к нему.

— Да, сэр!

— Сообщите на все другие корабли, сообщите на Землю… Нас удерживают притягивающие лучи, природу которых мы не знаем. Я не знаю, почему это происходит, но мы приближаемся к этой штуковине. Сообщите, что, по всей вероятности, мы разобьемся. Другие корабли должны немедленно вернуться на Землю!

— Есть, сэр, — ответил астронавт. — Вы считаете, что…

— Я ничего не считаю! Возможно, мы еще сможем уйти. А теперь как можно быстрее передайте сообщение.

Связист заторопился на свое место. Дан и Грег обменялись многозначительными взглядами.

— Похоже, сообщение Бюро контроля не было ложной тревогой! — произнес Грег.

— Не обстрелять ли нам эту штуку? — спросил Дан.

— Возможно, мы еще успеем ускользнуть от этой штуки. — Грег не обратил внимания на заданный ему вопрос.

Он заставил двигатели корабля работать на полную мощность. Бесполезно. Двигатели заглохли.

— Проклятье! — взревел он. — Что это за чертовщина?

— Возможно, простая авария? — предположил Дан.

Грег покачал головой:

— Это не авария. Это что-то, к чему мы не были готовы. Наши движки абсолютно надежны.

Связист лихорадочно работал в своей кабинке. Вдруг лицо его стало бледным.

— Другие корабли тоже попали в сети излучения, сэр! — крикнул он.

— Да? Что с ними?

— Они падают, точно так же как и мы! Их двигатели отказали! Их притягивает, так же как и нас!

— Постарайтесь установить связь с Землей. Передайте SOS! Передайте на Землю, что эта штука должна быть немедленно уничтожена. Вместе с нами, если это потребуется! Они должны немедленно поднять все ракеты с боеголовками!

— Есть, сэр!

Грег знал, что он только что подписал свой смертный приговор и одновременно смертный приговор для всех своих людей. Но Солнечная система оказалась в опасности, а это было единственное, что он мог сделать. Корабль продолжал падать.

— У нас на борту несколько трехсотмегатонных ракет, не забудь об этом! — напомнил Дан.

— Конечно, они у нас есть.

Грег нажал пусковую кнопку. Раздалось легкое шипение… Смертоносные ракеты поразили астероид — и не взорвались!

Глава 3

Астронавтам не оставалось ничего другого, как только ждать. Они ждали смерти и знали об этом.

Дан смотрел на Грега, а тот на него. Они не разговаривали. Им не нужно было говорить. Они знали, что им предстоит.

— Мне нравилось с тобой работать, — спокойно сказал Грег.

— Мне тоже, — отозвался Дан.

— Сколько у нас осталось времени? — спросил Грег.

— Около двух минут, — ответил Дан.

Потом воцарилось молчание. Связист оставил свою аппаратуру и вышел в обзорный зал.

— У нас есть еще две ракеты… может, попытаемся еще раз?

— Я держу палец на спусковой кнопке, чтобы нажать ее при падении, — сказал капитан.

Но нажатие кнопки не вызвало никаких последствий. Спусковой механизм не действовал. Не действовал так же, как и приборы управления кораблем. Был отдан приказ надеть скафандры.

— Попытаемся покинуть корабль через запасной люк? — спросил кто-то.

— В этом мало толку. Притягивающая сила продолжает действовать. Если мы выберемся в космос, то разобьемся, как метеориты, без всякой защиты. Если же мы останемся на корабле, то у нас есть ничтожный шанс пережить столкновение. По меньшей мере одному или двум из нас.

Так они и сидели, бесформенные, одетые в пластик фигуры, ожидающие своей смерти.

Глаза за пластиковыми, крепкими как сталь щитками казались спокойными.

— Еще несколько секунд, — тихо заметил Дан.

Потом произошло столкновение — ужасная катастрофа. Казалось, все вокруг взорвалось. Скрежетали заклепки, вылетающие из корпуса. Космический корабль начал разваливаться на части. С чудовищной силой металл был скомкан, словно лист бумаги.

Пять груд обломков и искореженного металла отметили места падения патрульных кораблей.

Среди груд разбитого металла неподвижно лежали двадцать четыре трупа в искореженных звездных доспехах. Двадцать четыре из двадцати пяти! Один человек еще шевелился. Вначале он застонал, потом, шатаясь, поднялся на ноги. Голова у него раскалывалась от боли. Все окружающее расплывалось перед глазами. Ему казалось, что он видит все сквозь красный туман. Он знал, что этот туман был кровью на пластиковом щитке его шлема, льющей из двухдюймовой раны на его лбу. Рана еще кровоточила. Он поднял руку, но тотчас опустил ее, так как все еще находился в скафандре. Было удивительно, что скафандр остался неповрежденным.

Грег Мастерсон выжил. Когда он взглянул на своих погибших товарищей, колени его подогнулись и он упал перед разбитой приборной доской.

Когда он пришел в себя, то первым делом включил внешнюю связь. Что-то в наушниках потрескивало. Он попытался думать. Это было необычайно тяжело. Мысли разбегались. Грег никак не мог оправиться после столкновения. И треск не прекращался. Что это было? Что могло трещать? Проклятие, он не мог никак сосредоточиться!

Грег плыл в море боли. Наконец, собрав все силы, он снова поднялся.

Счетчик Гейгера, вот что трещала! Мастерсон увидел аппарат. Странно, как он мог остаться целым! Оказалось, что вся поверхность астероида была радиоактивной. Он, Грег, должен был немедленно убраться прочь отсюда. Но как и куда?

— Думай, Мастерсон, — громко сказал он сам себе. — Скафандр покрыт свинцовым напылением, и с тобой ничего не может случиться, если не подвергаться излучению слишком долго. Девяносто процентов излучения будет отражено, ты в безопасности. Теперь докажи на деле, что ты умный парень. Прикинь, куда тебе двигаться дальше.

Грег автоматически взял счетчик Гейгера, завязал узлом порванный ремень и повесил счетчик на плечо. Он поставил громкость на минимум, чтобы треск не действовал ему на нервы.

Что ему еще нужно? Оружие! Он наклонился над одним из погибших. Это был Дан Ричарде. Его мертвое лицо было совершенно спокойным. Глаза пристально всматривались в бесконечные дали Вселенной.

«Бедный старый Дан!»

Мастерсон поднял лазер мертвеца и всунул его в пустую кобуру на левой стороне пояса. Потом проверил свое оружие. Оба лазера действовали.

Астронавт медленно осмотрел обломки. Теперь он был вооружен, но нужен был еще и запас кислорода. Грег взял у Дана баллон со сжатым воздухом, прикрепил его к себе на спину и, пошатываясь, двинулся прочь от обломков.

Астероид был так же мал, как и другие, он, должно быть, имел в диаметре всего несколько миль. Силу тяжести Грег определить не мог, но она казалась ему почти равной земной. Но такого же не может быть! Это, несомненно, было как-то связано с таинственной силой, притянувшей и разбившей их корабли. На этом планетоиде законы пространства и времени не действовали.

Мастерсон сделал глубокий вдох, набрав полные легкие кислорода. Он почувствовал себя лучше, голова стала яснее. Еще несколько раз глубоко вдохнул, и силы стали медленно возвращаться в его тело. Он совершенно не понимал, как мог остаться в живых, но, наверное, это было простой случайностью.

Он должен поскорее добраться и обследовать обломки других кораблей. Последнее, что он видел, это то, что они тоже падают на астероид.

Он медленно двинулся дальше.

Неизвестно, сколько времени прошло, пока он добрался до ближайших обломков. Он не имел понятия, есть ли в этом мире атмосфера, пригодная для дыхания. Возможно, есть, но скорей всего нет. Он решил не рисковать, не открывать шлем.

Здесь не было ничего, кроме твердой, зернистой поверхности. Астероид напоминал гигантский кусок сахара — почти прямоугольный, он производил впечатление искусственного, но лишь впечатление. В Поясе существовало множество подобных астероидов.

Обломки одного из земных кораблей находились перед Грегом. Они выглядели точно так же, как и обломки его собственного корабля. Все люди были мертвы. Грег отвернулся.

— Бедные ребята, — пробормотал он.

Был ли у них вообще шанс на спасение? У капитана Мастерсона больше не было эскадры.

Он пошел дальше. Зернистый грунт под его ногами оставался неизменным.

Вот Грег добрался до третьего, четвертого, пятого корабля… Повсюду одно и то же. Корабли разбились, люди погибли. Он, Мастерсон, оказался единственным уцелевшим. Единственным оставшимся в живых на своем корабле и из всей экспедиции.

Не считая раны на лбу, он остался практически невредимым. Грег медленно пошел дальше.

Он думал о том, подчиняется ли движение этого астероида каким-то законам. Тут было что-то неладно, обычно радиоактивность астероидов не бывает такой высокой.

Грег вновь включил счетчик Гейгера. Треск не стал слабее, наоборот, он был громче, чем прежде. Астронавт упорно шел дальше. Захрустели зерна под его ногами. Грег ненавидел их, ему нравилось их давить. Повинуясь неожиданной мысли, он вынул из кобуры лазер и выстрелил.

Образовался кратер, сланцеобразные зерна разлетелись во все стороны. Грег рассмеялся. Он преподнес астероиду урок, и эта детская мысль обрадовала его. Охотнее всего он бы разрушил весь астероид.

Его мысли постепенно начали проясняться. Что-то было неладно, это несомненно. Но что?

Астронавт присел на кромку только что возникшего кратера и задумался. И вдруг ему в голову пришла одна мысль… Конечно, лазер!.. Ведь он тоже нуждался в зарядке. Ведь он воздействовал на поверхность таинственного астероида! Почему?

Грег Мастерсон глубоко вздохнул. Перед ним лежал кратер пяти-шести футов в диаметре. Почему же не сработали ракеты? В этом и заключалась проблема. Он заскрежетал зубами — все должно иметь свои причины. Причины порождают следствия. Вся Вселенная подчиняется закону причинно-следственных связей. Если что-то будет не так, то пропадет всякий смысл. Он должен найти ответ, разгадку этого ребуса. А разгадать можно любую загадку, если у человека есть время как следует подумать.

Грег верил в человеческий интеллект. Он верил в хомо сапиенс и его способности. Благодаря своему мужеству и уму человек стал хозяином мира. И он должен обладать и тем и другим, чтобы утвердиться в двадцать третьем столетии. Но ведь если бы ракеты проскочили мимо, они должны были в конце концов взорваться. Но этого не произошло. Тут должна быть какая-то другая причина. Возможно, силовое поле могло включаться автоматически. Или эта сила начинает действовать только тогда, когда нужна? Грег взвесил все возможности, но это не приблизило его к разгадке. Тогда он наклонился над кромкой кратера и посмотрел вниз.

— Я и не знал, что лазер может быть настолько эффективен, — пробормотал он. — Что это тут… дыра! Она, должно быть, глубиной около двенадцати футов. — Однако астронавт не мог разглядеть дна кратера. Вероятно, он был намного глубже. — Что же это такое? — И тут Грегу стало ясно, что он разговаривает сам с собой. — Нужно прекратить это, — громко сказал он, — а то еще сойду с ума. Каков бы был заголовок в теленовостях! — Он покачал головой.

Он сделал несколько шагов назад и прицелился пустой рукой, как будто держа пистолет, направленный на кратер. Кратер должен был бы выглядеть совершенно по-другому. А здесь он почти вертикально уходил вниз! С краю, куда ударил заряд, зерна сплавились от жара в единое целое. Так и должно было быть. Однако двенадцатифутовая глубина шахты вела совершенно в другом направлении.

«Фантастика, — подумал Мастерсон. — Это судьба. У меня был один шанс из миллиона попасть случайным выстрелом в верхний конец вентиляционного канала, ведущего внутрь астероида».

Он нашел вход внутрь астероида.

Внизу Грега могло ожидать только разумное существо. Хотя поверхность была радиоактивной, но внутри, возможно, все было не так. Но не лучше ли будет пренебречь опасностью радиации и остаться на поверхности в относительной безопасности?

Внешние микрофоны его скафандра были включены на максимальное усиление. Неожиданно Грегу показалось, что он слышит странный шум. Возможно, это был всего лишь плод его воображения, но астронавт так не считал. Это были глухие раскаты, от которых начала вздрагивать почва. Что это такое может быть? Отдаленные шаги? Бумм! Три или четыре секунды, потом снова — бумм!

Он понял, что здесь должна быть атмосфера, иначе он не мог бы слышать.

Бумм!

Шаги, совершенно точно! Шаги какого-то гиганта? Какие шаги производят подобный шум? Это были не человеческие шаги. У Грега остался лишь один выбор — туннель. Там он мог спрятаться. Он сполз вниз через край и повис на руках, чтобы наблюдать за происходящим через кромку кратера.

Потом он увидел того, кто топал. Кровь застыла у Грега в жилах. Глаза его чуть не вылезли из обрит. Ему показалось, что ледяная рука сжала его сердце.

К нему двигалось ужасное создание. Такого он и представить себе не мог. Перед Грегом появилось доисторическое чудовище, которое, казалось, вынырнуло из прошлого и теперь двигалось к Грегу, чтобы уничтожить его.

Его пальцы разжались, и он начал падать — падать в неведомые глубины астероида.

Глава 4

Джонга и Крулль работали без отдыха. Их нервы, прежде расслабленные монотонностью работы, теперь были до отказа напряжены. Джонга в четвертый раз за последние двенадцать часов включил счетчик.

— Если мы что-нибудь поймаем, то разве что донесение от патруля.