Что ж голос тот, Мой друг, нашептывает вам болтливо? Сикс Что вы жуир, что вы немножко мот. И это всё, к несчастью, справедливо. Закон следит за вами каждый час! Намедни мне докладывает пристав, Что он в ночлежках замечает вас, Муж дочери почтенного юриста. Муж Саскии ван Эйленбург. Что вы На Каттенбурге[41] шляетесь, подвыпив, И, позабыв о голосе молвы, Рисуете каких-то грязных типов. Хотите слышать мнение мое? И вас и Саскию всё это губит. Скажите мне, вы любите ее — Супругу вашу? Саския Он меня не любит! Рембрандт (бросается к ней) Клянусь — люблю! Одной тобой полно Всё это сердце! (Обращается к Сиксу) Прекратите споры! (Подходит к столу, уставленному едой и винами.) Ну, Баннинг Кук, давайте пить вино, Не хмурься, Людвиг! Мы своротим горы! (Наливает в бокал вина.) В бокал хрустальный нежно-голубой Налитая, пусть эта влага пляшет!.. Саския сильно кашляет.
Скажи, моя голубка, что с тобой? Саския Пустое: кашель. Рембрандт Снова этот кашель! Поди ко мне. На грудь мою приляг. Хлебни глоток из моего бокала Сядь на руки ко мне. Черт знает — как Твое колье на шее засверкало! (Усаживает ее на колени.) Я нарисую так тебя. Стократ Прелестней ты с воздетой к небу чашей! Саския (вырываясь) Оставь меня! Пусти меня, Рембрандт, С твоих колен! Что скажут гости наши? Рембрандт Не отпущу! Пусть слышит целый мир, Как пиршества ночного грянут трубы! Сикс! Улыбнитесь, и начнемте пир, Пир сына блудного! Сикс А как же Рубенс? Баннинг Кук Видать, не по нему наш скромный круг. Друзья мои, не ожидайте, бросьте! Такой гордец, не будь я Баннинг Кук, К нам не придет, клянусь игрою в кости! КАРТИНА ВТОРАЯ
ГЕЗ И ПРИНЦ
1
Мастерская Рембрандта. У окна стол и кресло. Мольберт с завешенной картиной. На стенах палитры. Висит картина Ван-Дейка. В углу бюст Гомера. На столе модель фрегата. Дверь в комнату закрыта портьерой. Мортейра сидит в кресле. Рембрандт стоит у окна.
Рембрандт Почтенный реб Мортейра! Я затем, Не пощадив больные ваши ноги, Зазвал к себе вас, чтоб дознаться: с кем На Бреедстратен[42] возле синагоги В четверг прошедший я заметил вас? Мортейра В четверг, вы говорите? Я не помню. Рембрандт Красивый мальчик. Он гранил алмаз У домика, где вход в каменоломню. Блондин с глазами аспида серей И с нежным ртом, как маленькая роза. Мортейра А, вспомнил! Этот молодой еврей — Мой ученик, мой мальчик, мой Спиноза. Ему от бога многое дано! Рембрандт Вы знаете, какая мысль мелькнула В моем уме! Я собрался давно Писать безумного царя Саула. Натурой для Саула служит мне Маньяк один, благообразный с вида. Чтоб развернуться в этом полотне. Мне не хватает лишь царя Давида… Мортейра Я понял вас. Конечно, лучше всех Спиноза мой Давида вам сыграет, Когда ему не вменит это в грех Фанатик наш Манассе бен-Израиль. «Кумира, — скажет он, — не сотвори!» Но Барух не в ладах с вероученьем, Скажу вам по секрету: раза три Ему уже грозили отлученьем. Он страшно непокладист, мой юнец! Я попрошу его. Рембрандт Просите очень! Мортейра (встает) Ну, я пойду! Я истомлен вконец Событьями тревожной этой ночи. Рембрандт (глядит в окно) Пушкарь идет. Вот кто расскажет нам, Какую принц сыграть задумал шутку[43]. (Кричит в окно.) Ты с форта Вепп? Голос с улицы Всю ночь дежурил там, Домой спешу. Рембрандт Зайди-ка на минутку! 2
Мортейра садится, входит пушкарь.
Пушкарь Ну, разве на минутку, господа! Не выспался, не ел, жену не видел. Рембрандт Проголодался? Это не беда! Сейчас устроим завтрак в лучшем виде. Сосиски есть, яичницу подам, Пивка прикажем нацедить в подвале. А ты нам расскажи, как Амстердам Вы, пушкари, от принца отстояли. (Кричит.) Фабрициус! Молчание.
Пушкарь Заспался, сатана! Рембрандт Флинк! Молчание.
Пушкарь Тоже дрыхнет!.. Вечером вчерашним Смазливая служаночка одна Явилась к нам в сторожевую башню. Ну, мы, понятно, бросили вино, Забыли кости и решили было Ее пощупать, как заведено. Но тут девчонка эта нам открыла, Что принц Оранский, неусыпный страж Свободы нашей[44], грузит на телеги Своих солдат, чтоб вольный город наш Лишить его старинных привилегий, Что он к нам подойдет в ночную тьму, Что, словно Каин, предающий брата, Пароль и отзыв выдали ему Тузы из армии и магистрата. Тогда мы запалили фитили, Штыки проверили, как говорится, И, не шумя, у пушек прилегли, Готовые достойно встретить принца. Боясь измены, не сказали мы И ни словечка Сиксу или Куку. Рембрандт Не миновать бы вам, орлы, тюрьмы, Когда б им кто шепнул про эту штуку! Пушкарь Мы так и думали. Глядим: как волк, Бряцая медью копий для острастки, Крадется рейтарский особый полк, И впереди — вельможный принц Оранский, Здесь для начала наш дозорный пост Их обстрелял. Рембрандт И поделом: не суйся! Пушкарь Потом поднялся наш висячий мост И громыхнули пушки Нисверслуйса[45]. Не стал протестовать высокий гость, Откланялся и повернул обратно. Лишь со скабрезной ручкой в поле трость Нашли мы утром. Рембрандт Принца, вероятно. Пушкарь Отчаянной пальбы услышав звук, В одном белье, с дежурной полуротой На башню к нам явился Баннинг Кук И грозно приказал открыть ворота. Он заорал, но тут, не обессудь, Братва его послушалась не шибко: Ребята взяли дурака за грудь И объяснили — в чем его ошибка. Как изменился он! Рембрандт Смешная роль! Пушкарь На что смешнее! Вспомнишь — хохот душит! Он проворчал, что принц ведь знал пароль, Но наконец велел стрелять из пушек. Он опоздал с приказом этим: тот И так немало получил гостинцев. Кук всякий раз хватался за живот, Когда ядро летело в войско принца. Тихо отворяется дверь, и входит доктор Тюльп. Прислушавшись к разговору, становится за портьеру и подслушивает.
Приехал Сикс. На башне у перил Он долго в трубочку смотрел невинно. Он очень пушкарей благодарил, Но почему-то с крайне кислой миной. Наш бургомистр, казалось, был бы рад, Когда б врага впустили мы без звука. Рембрандт Да, Сикс — лиса! Он — тонкий бюрократ! Его накрыть куда трудней, чем Кука: Он тут соврет, а там подпустит лесть… Мортейра А что ж служанка? Пушкарь Канула как в воду!.. Да ты, Рембрандт, хотел мне дать поесть. Я даром, что ль, сражался за свободу? Рембрандт (кричит) Эй, Флинк! Фабрициус!.. Всегда заснут! 3
Входит Хендрике. Увидев пушкаря, отворачивается. Тот внимательно в нее всматривается.
Хендрике Их нет, хозяин. Рембрандт А коль нет, так живо Распорядись, чтоб через пять минут Стояли тут яичница и пиво. Хендрике кланяется и уходит.
Пред Хендрике пасуют повара!.. Пушкарь Девчонка эта — из твоих домашних? Рембрандт Да. Пушкарь Это та служанка, что вчера Явилась к нам в сторожевую башню!
