Фантасофия. Выпуск 6. Трэш

«Деньги, деньги, – порою в раздражении думал Измайлов, – все упирается в эти, чертовы деньги! Когда ты обеспечен, то можешь жить полной жизнью. А без денежного достатка все мы лишь рабы своих обязанностей». И еще он понимал, что это было, есть и будет с подавляющей частью человеческого населения планеты.

Как-то Алена познакомила его со своим старшим братом, ровесником Игоря, тот жил отдельно со своей семьей. Леонид, так его звали, показался ему неординарным человеком. Помимо того, что он на пару со своим другом занимался обналичиванием денег, еще и являлся «черным» археологом. Игорь был премного наслышан от деда Ильи и других коллекционеров об этой категории пронырливых людей. Надо сказать, это был целый мир, своя «кладомафия», тесно связанная с аукционным, антикварным и коллекционным бизнесом с одной стороны, а с другой – с организованной преступностью и в частности с торговцами оружием. Под обобщающим названием – «черные» археологи – скрывалось несколько специализаций. «Черные» копатели производили неофициальные раскопки архитектурных объектов древности и средневековья – городищ, капищ, курганов. «Черные» следопыты занимались запрещенными поисками оружия и наград в местах боев. «Чердачники» и кладоискатели искали клады, зарытые в земле или замурованные в стенах, подвалах и на чердаках. Гробокопатели разворовывали могилы.

Об этой стороне своей деятельности Леонид рассказывал неохотно, оно и понятно, никто из них не стремится афишировать незаконные раскопки и поиск сокровищ и ценностей. Игорь узнал от него лишь, что тот со своими партнерами по столь сомнительному бизнесу заранее определяет места древних захоронений, остатков древних поселений и сооружений, устанавливая их с помощью археологических карт, исторических источников, таких как летописи, записи путешественников и этнографов, официальные документы. Наибольший интерес для них представляли городища, капища, могильники – курганы, погосты, скальные гробницы, ну и, конечно же, отдельные клады. О последних, таких, как клад Пугачева или клад Колчака, вообще ходят легенды, найти их – заветная мечта любого кладоискателя. Или вот еще знаменитая Золотая Будда (или Золотая Баба). Почему Будду (царевича Гаутаму, надо думать?) называют в женском роде – об этом Игорь узнал лишь впоследствии, когда до него дошли кое-какие сведения о таинственном сокровище. Кажется, о ней упоминали еще средневековые авторы Европы и Руси.

Во времена то ли римского владычества, то ли еще раньше во время походов Александра Македонского, статуя индийской богини (какой из них – Лакшми, Кали, Сарасвати – об этом доподлинно неизвестно), выполненная из чистого золота была вывезена в качестве трофея, или подарка, на Запад и установлена в Риме. Когда варвары вторглись в Римскую империю, среди них были хакасские (уйгурские) племена, считавшиеся умелыми лучниками и принявшие участие в нашествии гуннов. Во время разграбления Вечного города, хакасские воины и прихватили с собой эту статую, а затем, вернувшись в Сибирь, стали почитать как священную реликвию. Каждый из великих мужей сибирских народов считал своим долгом поклониться идолу и прилепить на его тело хотя бы один алмаз. Таким образом, гласит легенда, помимо золота, эта реликвия драгоценна тем, что вся облеплена сверкающими камушками.

Интересно, сколько миллионов, а то и десятков миллионов долларов она может стоить? Игорь даже представить себе не мог. Кто только не искал ее, в надежде разбогатеть, но все впустую. Говорили, что статую эту будто бы запрятали шаманы от жадных глаз и загребущих рук ищущих наживы авантюристов.

А Буддой ее прозвали, как всегда исказив первоначальный смысл чужеземных словечек. Будда для народов Российской империи представлялся кем-то вроде индийского Бога, а раз статуя – богиня из Индии, то есть женщина, то и нарекли ее Буддой или Бабой, да еще Золотой.

Леонид сотоварищи в своей нелегальной работе пользовались, так называемыми, щупами – армейскими миноискателями и самодельными металлоискателями, позволяющими проникать на глубину от полметра до нескольких метров и реагирующих на наличие в грунте или в кирпичной кладке какого-либо металлического предмета, даже небольших размеров, такого, как кружок монеты. Разумеется, это не шло ни в какое сравнение с западными аналогами, например, со специальной аппаратурой фирмы «Фишер». Да только ведь и стоила такая техника уйму денег, на порядок, а то и на несколько, выше стоимости отечественных приборов.

Как-то раз Леонид проговорился, поведав Игорю, что раньше пробовал себя в качестве «черного» следопыта. Эти всегда считались в среде «кладомафии» самой привилегированной группой. На местах былых сражений они занимались поиском холодного и огнестрельного оружия, которое затем продавали через дилеров – часть коллекционерам, часть же бандитам. Это самое криминализированное направление в кладоискательстве, и, смекнув, что к чему, Леонид по быстрому переквалифицировался в «археологи».

Еще подростком в Казани он посещал занятия в археологическом кружке во Дворце пионеров, затем учеба на истфаке Казанского университета. Так что в вопросах этих разбирался прекрасно, имея соответствующую научную подготовку, знал, где, как и что копать.

– Причем необходимо, – разоткровенничавшись за бутылкой вина, поучал он Игоря, – во-первых, быть очень осторожным, чтобы посторонние не «настучали» в «ментуру», а во-вторых, обладать навыками саперного дела, иначе можно запросто подорваться на мине. Металлоискатель ведь не расшифровывает, что там внизу зарыто в земле – ненужный хлам, добыча или твоя смерть. Немало следопытов – и «черных» и «красных» – таким образом, отправились на тот свет.

Слушая его, Игорь подумал, что как бы ни выглядело заманчиво это занятие кладоискательством, а все же лучше не соваться туда, где ты будешь выглядеть чужаком, да и опасное это ремесло. Вкладываешь уйму сил, тратишь столько времени, а результат чаще всего нулевой. Ну, нароешь каких-нибудь медяшек, откопаешь ржавый штык… Нет, не по нему это все. Его торговля коллекционным материалом в течение двух лет не принесла столько, сколько он заработал за несколько месяцев в рекламном деле.

Конечно, в обеих российских столицах антиквары, или как их сейчас принято называть, арт-дилеры в месяц имеют от тысячи до полсотни тысяч «баксов». Но ведь это серьезные люди, занимающиеся серьезным бизнесом, у них везде все прихвачено, сами они имеют достаточный вес в мире арт-бизнеса и наработанные связи, каналы скупки и сбыта антиквариата. Здесь же все совсем не так. И поэтому Игорь стал склоняться к той мысли, что, пожалуй, на этом и закончится в его жизни период коллекционной коммерции. Он нашел себя в ином, более интересном и прибыльном бизнесе, и это дело пришлось ему по душе.

И еще, набравшись опыта, Игорь понял, что вложение денег в коллекции и антиквариат не такое уж и выгодное дело, как его расписывают арт-дилеры и искусствоведы, и тем более далеко не самое прибыльное. Что бы там ни говорили, а доллар растет быстрее, чем стоимость монет, наград, икон или картин. Конечно, если речь идет о раритетах и уникальных вещах, о настоящих ценностях, то тут другое дело. Предметы же рядовые и распространенные, если и дорожают, то очень медленно, гораздо медленнее неуклонного роста американской валюты. Только будет нелишне напомнить о том, что доллары США занимают первое место в мире по числу подделок, и по предположениям некоторых специалистов почти половина всей долларовой массы в России – искусно или не очень выполненные фальшивки.

ТРАНСЦЕНДЕНЦИЯ Id

Мы с моим режиссером Лёшей Соколовым приехали к заказчику. Но вместо того, чтобы идти к прежнему офису (невысокое и неказистое на вид здание), заходим в более презентабельное на вид, ранее закрытое, а теперь открытое, полагая, что теперь они переехали сюда. Поднимаемся по лестнице, проходим по второму этажу. Кругом незнакомые люди, кабинеты. Поднимаемся на третий этаж – та же картина. Мы все хотим спросить, где приемная гендиректора Власова Владлена Леонидовича, но так и не решаемся и продвигаемся дальше. Тут снуют туда-сюда полно молоденьких девиц, и я стараюсь коснуться их и нечаянно прижаться. Наконец, я окрикиваю одну из них, но она почему-то не отвечает, я повторяю вопрос, опять безрезультатно. Тогда я легонько шлепаю ее по упругой попке, но она не останавливается и не реагирует. Я бормочу вслух: «Ёбнутая какая-то!». Мы с Лёшей направляемся к группке девиц, он говорит, что вот у них-то и спросим. Мы подходим ближе, и я замечаю, что все они уставились на какой-то висящий на стене религиозный символ. Они застыли, словно в трансе, повернув ладони кверху, словно молясь и одновременно черпая духовные силы у символа их веры. Я понимаю, что тут расположена какая-то секта. Замечаю, что Лёша тоже начинает подпадать под их гипноз. Беру его за рукав и тяну за собой, вывожу из состояния транса под неодобрительные взгляды сектантов. Мы уходим, спускаемся вниз, понимая, что здесь нам заказчика не найти. Выходим во двор, там натянуты тросы к какому-то агрегату (то ли трактор, то ли еще что-то подобное). Я сбрасываю с себя одежду и абсолютно голый хватаюсь за трос (он скользкий от смазки, я пачкаю в мазуте ладони), тяну его, картинно напрягая мышцы. На вопрос Лёши – зачем это делаю, говорю, что пусть они смотрят из окон (хотя мне и немного стыдно), какая, мол, картина – обнаженный мускулистый мужчина во всей своей силе и красе.

Через день я укатил в Москву, где со своими родственниками отправился на машине на стадион. Мы должны купить билеты, чтобы попасть туда, я спрашиваю у своего дяди, сколько стоят, он говорит, что недорого. У входа дежурят милиционеры, подозрительно оглядывающие каждого вновь прибывшего. Мы разбредаемся кто куда, со мной кроме тети с дядей еще одна молодая особа, как я понимаю довольно легкого поведения. Тетя неодобрительно к ней относится и жалуется мне, что не успел ее сын (мой брат Рудик, он женат, старше меня на много лет) приехать, а она сразу же стала целоваться с ним прямо в машине. Я возвращаюсь с этой девицей в квартиру, она – это заметно – жаждет уединиться с Рудиком. Я смотрю телевизор, по которому показывают анимационный фильм, состоящий из рисованных этой девицей картинок. Сюжет состоит из драматических эпизодов, но вместо людей фигурируют машины. Я думаю, какая это чушь и сюрреализм. Наконец, я прекращаю это занятие и иду к этой девице. Мы о чем-то болтаем, но, по-моему, я хочу ее трахнуть, хоть и понимаю, что с ней это нечто грязное и низменное. Не то что бы она была нечистоплотной, вовсе нет, а просто она – порочная особа и коварная, хочет женить на себе Рудика, он-то жених более завидный, чем я – у него квартира в Москве (хоть и родительская), зато я – более молодой и привлекательный, поэтому она заигрывает и со мной.

ЭКЗИСТЕНЦИЯ Ego

В «клубе» Игорь особенно сдружился с пятидесятипятилетним коллекционером Рамилем Хаимовичем Хакимовым. Рамиль Хаимович был разносторонним человеком: нумизмат, филателист, фалерист и библиофил, он слыл большим ценителем живописи, редких книжных изданий и антиквариата. Хакимов представлял собой редкий сегодня тип человека глубоких знаний во многих областях науки и искусства, весьма начитанного, этакого современного «энциклопедиста». По мере знакомства Игорь находил все больше точек соприкосновения в интересах обоих. В то же время, его новый знакомый не был чужд чисто человеческим слабостям – любил вкусно поесть и выпить по случаю, похвалиться приобретениями, отличался коммерческой смекалкой и был несколько скуповат. Не была чужда ему и некоторая доля краснобайства, желание покритиковать, поспорить.

Отличающийся плотным телосложением, с бородкой и в очках, он походил на университетского преподавателя, хотя никогда в сфере образования не работал. В то же время, Игорь знал, что по широте кругозора и интеллектуальному багажу Хакимов мог дать фору любому институтскому умнику. Таков был его новоприобретенный друг. Одним словом, колоритный типаж, ничего не скажешь.

Прознав про творческие наклонности Игоря, его старший приятель вызвался отредактировать уже написанное. С тех пор он сделался как бы личным критиком молодого писателя, разбирая его сочинения по косточкам, указывая на часто повторяющиеся ошибки – литературные ляпы, тавтологию, излишнюю заштампованность, увлеченность пространными рассуждениями и заумным философствованием. Не стесняясь в выражениях, разбивал его в пух и прах. И в то же время не забывал отмечать, что, несомненно, у того есть талант, который необходимо пробудить, раскрыть и развить дальше, став подлинным профессионалом пера. А для этого нужно как можно больше читать, учась слогу, словесности, лексике, построению сюжетной линии, и, конечно, писать, писать и еще раз писать, оттачивая свой индивидуальный стиль.

В беседах с Рамилем Хаимовичем, во время критических разборов своих произведений, Игорь многое почерпнул для себя и для своего творчества. Фабула, литературный язык, диалоги героев, раскрытие характеров – ко всему этому он теперь подходил с позиции не читателя, а сочинителя, специалиста. И за все это Игорь был искренне благодарен пожилому библиофилу, щедро одаривая его разными подарками, которые, как он знал, могли представлять для того определенный интерес.

Отдав на рецензирование свою последнюю вещь – первую часть нового детектива – Игорь в итоге остался доволен. Его критик, в очередной раз как следует, пропесочив автора, заявил, что тот значительно вырос, и с некоторыми поправками и дополнениями это произведение можно издавать хоть сейчас. Из его уст – скептика и в чем-то даже циника, много чего повидавшего на своем веку – это прозвучало как высшая похвала.

Игорь только теперь поверил в себя всерьез и рьяно взялся за написание второй части, а попутно – правку первой.

На какое-то время, полностью погруженный в повседневные заботы – реклама, творчество – Игорь потерял из вида своего приятеля-букиниста, перестав посещать его гостеприимное жилище, лишь изредка перезваниваясь. Он спешил поскорее закончить роман, отпечатать его на компьютере и отдать тому на рецензию целиком. Но осуществить это ему не удалось.

Хакимов частенько принимал коллекционеров и торговцев антиквариатом у себя дома, заключая сделки, покупая и продавая, порою редкие и ценные вещи. Предпочитал, конечно, предварительно договариваться по телефону. Бывали у него и посторонние люди, но, чаще всего, по рекомендации кого-либо из знакомых Рамиля Хаимовича. Совсем чужих он не пускал. Но однажды что-то не сработало. Вернувшись вечером с работы, члены семьи обнаружили его распростертым на полу в луже собственной крови. Кто-то, раскроив пожилому коллекционеру череп, обчистил квартиру, похитив все сбережения, коллекцию монет и наград, а также наиболее ценные вещи – картины, антикварные безделушки, аппаратуру.

К великому разочарованию следователей никаких следов убийца (или убийцы) в квартире не оставил. Опрос соседей тоже ничего не дал. «Следак» с приданными ему «операми» принялся отрабатывать различные версии, но пока все безрезультатно. Одно утешало, если преступники захотят сбыть награбленное, тотчас же «засветятся» – слишком приметные вещички, да и мир коллекционеров и антикваров достаточно узок и корпоративен. Подобные «грязные», запятнанные кровью, предметы не могут быть реализованы, не вызвав вопросов. Если только не всплывут где-нибудь совсем далеко отсюда.

ТРАНСЦЕНДЕНЦИЯ Id

Мы со всеми родственниками заселились в одном доме – он одноэтажный, но в нем много комнат. Я принес с собой лыжи и поставил их в кладовку рядом с другими. Все хорошо, но одно плохо и вызывает у всех большую тревогу (многие просто в ужасе) – в дом повадился ходить йети (снежный человек, саскватч). Мы устраиваемся на ночлег с мыслью, что он опять может появиться, причем для него не существует преград, он умеет проходить сквозь стены (телепортация). Мы с кем-то двоими выходим из дома и осматриваем одну из стен снаружи и палисадник. Кто-то говорит, что место это очень странное, а я, продираясь сквозь заросли, прямо заявляю, что это «заколдованная зона», здесь наложено кем-то заклятье. Затем мы с моим зятем Антоном Граховым запираем все выходы и окна, хотя и знаем, что это бесполезно, для йети нет преград. Мы кладем какие-то вещи на полку, и я замечаю, что ненужные детали от разломанного пылесоса, которые я накануне выкинул, кто-то забрал с помойки и принес обратно. Здесь я ощущаю некую холодность и неприязнь, хотя и скрываемую со стороны сестры и зятя.

Затем на следующие сутки я со своим другом Мануйловым Геннадием приехали на его машине в какую-то сельскую местность. Здесь также водится йети. Геннадий уходит по своим делам, а я слушаю леденящие душу рассказы деревенских о том, как он повадился к ним ходить (йети) и красть людей, убивать скот. Я дошел до полянки, отдельно от поселения, на краю которой примостилась сторожка (лесника?) или пасека. Хозяин – пожилой мужичок рассказывает мне, живописуя во всех красках о зверских выходках йети. Я живо представляю себе эту картину: мчится волк, за ним охотится овчарка, но вот появляется йети и бросается на волка. Тот вступает с ним в схватку, но силы неравные, йети убивает волка. Овчарка тут же переключается и, действуя заодно со своим бывшим противником, бросается на помощь волку, пытаясь перегрызть горло йети. Но тот убивает и ее. В это время мне говорят, не мужик, а какая-то старуха, что вот мол, йети захватил двух мужиков и использует их. Я переспрашиваю: «он использует их в качестве рабов?» «Нет», – отвечает пожилая женщина из деревни, – он их «матросит», в смысле «пидорасит». «Значит, он их трахает в задницу» – понимаю я и вижу перед собой йети – огромный, лохматый, со зверским выражением лица неандертальца он своим огромным членом буравит расширенный анус бедолаги. Я даже посочувствовал, пожелав пленнику попытаться максимально раздвинуть анальное отверстие, стоя «раком», чтобы йети не порвал его.

Самое главное, что йети обладает сверхъестественными способностями, и его практически невозможно изловить или уничтожить. Он – словно некий злобный демон, ужасный монстр, дьявол во плоти.

Затем мужичок (опять он!), хитро улыбаясь, говорит, что он знает меня, т. к. сам учился в городе, «в университетах». Мол, зря я думаю, что все здесь темные, деревенщина. Я говорю, что, вероятно, мы знакомы благодаря моему другу Геннадию, он здесь проводит трубы, и я приехал с ним. Мы поговорили еще ни о чем.

ЭКЗИСТЕНЦИЯ Ego

Узнав о гибели своего старшего приятеля, Игорь был потрясен. Он так давно не звонил ему и не посещал «клуб», что пропустил и похороны, и поминки, так и не простившись с покойником. Впрочем, все это были формальности, куда горше было свыкнуться с мыслью, что он никогда больше не увидит этого человека, не услышит его голоса, смеха, мудрых высказываний. Теперь не перед кем будет гордиться достигнутым в творчестве, ибо никому больше он не доверял редактирование своих творений.

Был человек, и в один момент не стало его, и ничего не осталось, кроме воспоминаний, да немногих результатов его деятельности в этом мире и кое-каких предметов, связанных с ним.

Игорь почему-то вспомнил один эпизод, когда он поздним январским вечером возвращался от Хакимова домой. Перед этим у них зашел разговор о России, ее судьбах. Пожилой коллекционер уважительно отзывался о своей Родине. И вот, выйдя из дома, молодой человек зашагал вдоль заснеженных улиц, любуясь окружающим его зимним пейзажем. Освещенный лунным светом и электрическими фонарями снег искрился, переливаясь тысячами маленьких огоньков, словно россыпи алмазов и серебра. Кругом сугробы, черные стволы деревьев, зеленые ели с шапками снега на разлапистых ветвях, темное небо с блестящими звездочками и полной луной, не хватало только саней с запряженными в них лошадьми – совсем как в России прошлого – начале нынешнего века. В памяти возникали картины передвижников, эпизоды, навеянные произведениями Гоголя, Пушкина и Некрасова. Дореволюционная, мещанская, патриархальная, загадочная и непредсказуемая, сказочная и такая милая сердцу Россия. Под влиянием нахлынувших на него чувств Игорь ощутил свою сопричастность к стране, куда был послан Господом родиться и жить.

«Родина, Отчизна, Мать! Ни на что не променяю ее. Не нужны молочные реки и сахарные берега, тропический рай. Мой Эдем здесь, в России-матушке!»

И сейчас, с грустью вспоминая об этом, он почувствовал, что со смертью старшего товарища, словно безвозвратно ушел из его жизни целый мир, это ощущение волшебства, сказочности российского бытия, и осталась лишь суровая и неприглядная в своей сущности реальность, а все эти несбыточные грезы о справедливой и доброй России разом растаяли, исчезнув без следа.

Игорь, будучи натурой чуткой, чувствительной, ощущал какую-то потерянность и одиночество, а вместе с тем и растерянность. Но постепенно жизнь брала свое – мертвые уходят, а живые остаются. Весна с каждым днем все сильнее заявляла о себе и где-то после середины апреля окончательно вступила в свои права. Произошел перелом – за какую-то неделю от снега не осталось и следа.

Трагедия, случившаяся с Хакимовым, так потрясла молодого сочинителя, что еще долгое время он не мог притронуться к ручке и бумаге, словно что-то внутри не позволяло вдохновенно излагать свои мысли и фантазии так же свободно, как и раньше. Но однажды он вспомнил слова покойного библиофила, с которыми тот с присущей ему горячностью обратился к собравшимся у него гостям: «А я говорю вам, что книгу не заменит ни телевизор, ни видео, ни пресса, ни компьютер, ни кинотеатр. Книга вечна, она всегда была, есть и будет, пусть хоть весь мир встанет с ног на голову! Книга – это слово, а Слово, как мы знаем, это – Бог. Создатель выражает Себя в звуках, цветах, ароматах, миллиардах вещей, но „В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог“. Лишь книга единственно верно и со всей полнотой и яркостью выражает Слово, Божественный Глагол, и никто и ничто не в состоянии заменить ее, Книгу».

И еще он как-то спросил Игоря:

– Как ты думаешь, кто самые порядочные люди в мире? Я имею в виду профессиональные категории.

– Ну, наверное, врачи, священники и судьи, – в недоумении пожав плечами, ответил тот.

– Нет, самые порядочные – это писатели. Именно благодаря им мир людей еще не поглотил окончательно мир зла.

И, немного подумав, добавил:

– Мы все приходим в этот мир, сказать свое Слово… Сказать слово миру. Но именно писателям удается это сделать лучше всех.

Вспомнив об этом, Игорь с отчетливостью осознал для себя, что, если умеешь делать что-то хорошо, и к этому у тебя лежит душа, то нужно сосредоточиться большей частью именно на этом занятии и стараться выполнить свою работу как можно лучше – в этом смысл человеческого призвания здесь, на Земле.

Вскоре он вновь принялся за работу, уверенный в своих литературных способностях. И все же, как нелегко было совмещать бизнес и творчество, отдавать всего себя сочинительству, находя для этого силы и вдохновение, и в то же время думать о том, как заработать себе на кусок хлеба. Воистину в этом мире нельзя быть слабым, иначе затопчут.

Порою, Игорь с горечью признавался самому себе, что писатель (как и всякая творческая личность), который вынужден думать о деньгах и о том, как их побольше заработать – это уже не писатель и не творец, это – литературный онанист. Бывали моменты, когда он со злостью и отчаянием клял про себя весь этот мир и общество, в котором жил и трудился, не в состоянии посвятить все свои силы и возможности призванию: «Творческие личности – это самые уязвимые и беззащитные люди. А вы, ублюдки, травите их каждый по-своему! Без творцов не было бы ничего. Каждый человек является творческой личностью в той или иной степени, но творцы от духовной культуры – самая основа всего человеческого бытия. И уничтожать их, издеваться над ними, обижать и обкрадывать их, бедолаг – значит убивать свою собственную душу».

Но уже через некоторое время он с удивлением замечал: «Я становлюсь похожим на какого-то мрачного Зоила, изливающего свою желчь на всех и вся!»

После этого он, махнув рукой на все заумные и отвлеченные рассуждения, продолжал упорно трудиться, как делал это в течение последних десяти лет.

Вскоре круговорот дел захватил его, и мысль о покупке квартиры заслонила все остальное. О своих планах Игорь решил пока ничего не говорить Алене, пусть это будет для нее приятным сюрпризом. Да и вообще, лучше больше делать и поменьше болтать языком – эту истину он уже крепко усвоил.

Однокомнатная «квартира-хрущевка» стоила десять тысяч долларов в хороших районах и восемь тысяч – в не престижных. У Игоря было накоплено всего лишь шесть «тонн». Для покупки не хватало двух пятых – он хотел жить в престижном районе. Неожиданно ему на помощь пришли родители, подарив две «штуки» «зеленых». У Игоря оставалась небольшая коллекция монет – самых лучших, которые он до сих пор не трогал, решив оставить себе. Но желание иметь отдельное жилье было сильнее, и он с некоторым сожалением вынужден был расстаться со своей коллекцией – четырьмя золотыми десятирублевиками Николая II, петровским рублем 1724 года и несколькими серебряными рублями Павла I и Екатерины Великой – всего за них он выручил чуть меньше тысячи «баксов». Но где же найти еще тысячу? Он был выжат до основания и ничего путного придумать не мог.

Прознав про его затруднения, Виктор Левин решил выручить своего коллегу, дав взаймы пятьсот «баксов».

– Вернешь, когда сможешь, – сказал он благодарному приятелю, – больше дать, к сожалению, не могу, у самого сейчас масса всяких планов на будущее, и везде нужны наличные.

Все равно Игорю не хватало еще пятисот долларов. Поиском подходящего варианта он занимался с помощью своего друга, риэлтера Саши Варламова. Тот и объявления давал в газету, и расклеивал десятки объявлений по конкретным домам, созванивался с продавцами; вдвоем они выезжали осматривать выставленное на продажу жилье, но все это было не то – либо слишком дорого, либо расположение квартиры или дома не подходило. И тут неожиданно удача улыбнулась Измайлову в лице пожилого спившегося художника, решившего продать квартиру и уехать к родственникам на Украину. За «хату» свою в кирпичном доме он просил ровно девять с половиной тысяч долларов. С помощью Варламова Игорь по быстрому оформил сделку, расплатился с продавцом и, подождав, когда тот отчалит, вскоре въехал в свою собственную однокомнатную квартиру в центре города. Денег на ремонт и обстановку уже не хватало, но это не было таким уж важным. Главное – он владелец отдельного жилья, принадлежащего только ему.

Теперь он полностью самостоятельный человек, осталось только жениться, создав свою семью. Что ж, к этому он уже давно был готов, холостяцкая жизнь ему порядком надоела. Когда был юнцом, мечтал иметь свою «хату», чтобы отрываться на полную катушку, приводить подружек, когда хочешь. И вот теперь мысли его и убеждения поменялись на прямо противоположные. Он хотел спокойствия, семейного тепла, домашнего уюта, совместной жизни с ОДНОЙ любимой женщиной. Вот как все повернулось! Скажи ему об этом кто лет десять назад, и он бы рассмеялся тому в лицо. А вот сейчас думал именно об этом. Чему удивляться, он просто повзрослел и стал относиться к жизни более серьезно.

ТРАНСЦЕНДЕНЦИЯ Id

Я нахожусь в комнате (с одним из друзей), а на кухне собрались три девицы, близко знакомые мне (одна – москвичка). Они обсуждают меня, отвергая все возможные кандидатуры в невесты – то инородка, то низкого «уровня» для меня – все они не подходят для женитьбы. Я в это время промываю в лотке драгоценности – ювелирные украшения: кольца, перстни, запонки и сережки. Та, что приехала из Москвы, заходит в комнату и, заигрывая со мной, спрашивает: «Это ты все мне приготовил?»

Потом я один в квартире (какой-то незнакомой, какие бывают в многоэтажках). Выхожу в коридорчик, за дверью на лестничной площадке стоит мой режиссер Лёша, затягивает шнурки на обуви, ожидая меня. Я сквозь прикрытую дверь рассказываю ему, что вот, мол, один из персонажей телесериала «Улицы разбитых фонарей» сотрудник угро Дукалис вылитый он – такой же мощный, крепко сбитый, мордатый. С ним якобы случилась такая история (далее рассказываю от себя): «Иду я бухой в жопу по улице, вижу какой-то мудак напал на девушку, кричу ему, он подскакивает ко мне, хлобысь по мордасам со всего размаху. А я ничего, пошатнулся маленько и снова иду на него. Он опять изо всех сил вмазал мне по физиономии, а я лишь немного отступил, помотал головой, развернулся, да как врезал ему, он полетел вверх тормашками». Лёша усмехается и спрашивает: «А дальше что?». «А дальше: я вызвал дежурный наряд, и его забрали».

Потом я говорю своим коллегам, что у меня нет пейджера, а сам в это время достаю пейджер, выясняется, что он мой. Но я все еще не уверен до конца – мой ли это пейджер, поэтому я так и говорю своим собеседникам. Я включаю пейджер, и на нем вспыхивает моя фамилия и инициалы.

Вечером я отдыхаю в новой квартире, двухкомнатной, но более просторной и современной, и раздумываю, а окончательный ли это вариант моего крова или все же лучше подкопить денег и обменяться с доплатой на трехкомнатную и в ней уже жить долго.

Я со своими знакомыми, коллегами (в т. ч. с режиссером Лёшей Соколовым) изготавливаем рекламу, но делаем это как-то странно. Помню, мы стоим перед грузовиком (типа ГАЗ-66) нового поколения (сделанного под лучшие зарубежные аналоги) и восхищаемся им. А грузовик переделан под какое-то укрепление, вмурован в стену. Рядом – недостроенная кладка стены, которой обнесено здание. Все это – постройка мэрии, она укрепляется, отделяется от улицы крепкими стенами. Мы забираемся в этот грузовик-крепость и среди каких-то металлических бочек и контейнеров начитываем текст (диктором здесь выступает Жупанов Маркел – флегматичный, грузный рекламный менеджер из РА «Весть»). Причем первый раз это не получается и мы делаем новый дубль. Периодически мы возвращаемся к себе – в здание на другой стороне улицы.

ЭКЗИСТЕНЦИЯ Ego

Что-то случилось в их отношениях после того, как Игорь приобрел квартиру, хотя дело здесь было вовсе не в этом. Алена первое время радовалась вместе с ним, а потом, вдруг, произошел какой-то сбой, нечто непонятное для него. Измайлов с головой ушел в работу и постепенное обустройство своей квартиры, не забывая и о творчестве. В заботах и делах он не сразу почувствовал некоторое охлаждение, возникшее между ними. Затем девушка принялась увиливать от встреч, а вскоре и вовсе перестала реагировать на его звонки.

Измайлов ломал голову, не в силах понять причины надлома. Может быть, она разлюбила его, встретила кого-то лучше, или он чем-то сильно обидел ее? Хотя, чем он мог обидеть – невниманием, что ли? Действительно в последние дни он мало уделял ей времени, весь погрязший в заботах, но ведь это не навсегда.

«Черт поймет этих баб! – в раздражении думал Игорь. – Какая-то вожжа попадет им под хвост, а ты, получается, во всем виноват».

Тем не менее, он очень страдал, тяжело переживая этот разрыв. Как-то раз, обсуждая создавшуюся ситуацию с Гульнарой, пристроившей его на телевидение, он пожаловался, что не в состоянии понять, в чем причина неудач. Та посоветовала ему сходить к экстрасенсам, может быть, они сумеют помочь в разрешении проблемы. Он лишь грустно усмехнулся в ответ, но в тот же день перед сном вспомнил об этом разговоре, размышляя над заманчивым предложением. В связи с этим он подумал об одном человеке, о котором ему рассказывали совсем недавно. Тот не был экстрасенсом в том смысле, который вкладывают в это понятие, а скорее считался специалистом в области судьбы и ее коррекции. Как слышал об этом Игорь, таких называли кармапсихологами.

И все же он сомневался, стоит ли раскрывать душу перед незнакомым человеком, который к тому же вообще непонятно кто – то ли действительно некий ясновидец, то ли шарлатан. Мучаясь в сомнениях, Игорь никак не мог заснуть, внутри нарастало глухое раздражение. Он лежал на кровати в темноте и слышал доносившуюся от соседей из-за стены громкую музыку.

«Господи, в каких унизительных условиях мы все проживаем!» – с отвращением подумал он, после чего повернулся на бок и, послав все к черту, заснул.

На следующий день ближе к вечеру он отправился по адресу, которым его снабдили знакомые. Пришлось часа полтора отсидеть в очереди, прежде чем удалось попасть в кабинет, в котором вел прием кармапсихолог.

– Проходите, пожалуйста, усаживайтесь, – дружелюбно приветствовал тот очередного посетителя, – меня зовут Владимир Васильевич Татаринцев.

– Измайлов, Игорь Викторович, – представился молодой человек, после чего скороговоркой сообщил, – мне двадцать семь лет, русский, холост, проживаю в отдельной квартире, работаю в области рекламы, образование высшее, по специальности – историк.

Татаринцев рассмеялся:

– Вы, Игорь, словно анкету читаете. Все, что нужно знать о вас лично, я надеюсь, выяснится в ходе нашей беседы, конечно, если вы будете не против. Гораздо более важной является причина, по которой вы решились на встречу. Расскажите мне, что вас тревожит, почему вы обратились за помощью и что вы ждете от этой встречи? Будьте откровенны, и, прошу вас, чувствуйте себя раскованнее, ни одно слово, произнесенное вами, не уйдет на сторону из этой комнаты. Я надеюсь, наш диалог будет строиться на полном доверии?..

– Да, конечно, – расслабляясь, кивнул Игорь, – проблем особых у меня нет, точнее не было, а вот сейчас…

Он без утайки поведал внимательно слушавшему его кармапсихологу о том, что произошло за последнее время. В конце он добавил, что не хотел бы потерять свою любовь, но не знает, что делать, и вообще не может понять, в чем причина случившегося.

– Понятно, – Татаринцев ненадолго задумался, затем произнес, – у вас ведь это не первый печальный опыт разрыва отношений с любимой женщиной, ведь так?

– Да, – утвердительно пробормотал удивленный прозорливостью собеседника Измайлов, – у меня было несколько подобных случаев. Несчастная любовь, неожиданные повороты в отношениях. Может у меня этот, как его – «венец безбрачия»? Кто-то проклял, наслал порчу еще в детстве?

– Порча, сглаз, проклятие действуют тогда, если для этого есть предпосылки внутри самого пострадавшего, – покачал головой тот, – они не работают, когда человек гармоничен в душе. Мы сами отвергаем в себе то, что, как нам кажется, не дает нам судьба, природа, Бог, общество.

– Подумайте, Игорь, – спустя мгновение продолжил он, – ЧТО внутри вас самого не пускает к себе любовь, что не позволяет достигнуть семейного счастья, найти нужную вам подругу жизни и заключить с ней союз? Подумайте над этим хорошенько. Ведь вы сами, вы и только вы не подпускаете к себе женщин, сторонитесь их, опасаетесь более близких связей, боитесь обязанностей. Отсюда неудачи в личной жизни, поэтому вы до сих пор не можете составить свою судьбу. Страх перед гармонией, духовной близостью, душевной теплотой и эмоциональными отношениями – вот что сидит в глубине вашей души, так глубоко засело, что сразу и не вытащишь наружу. Нужно избавляться от этого.

Вначале осознайте это, попытайтесь доискаться до причин этого, вспоминайте свое детство – в особенности раннее. Закройте глаза, сосредоточьтесь на ранних этапах своей жизни – младенчество, факт рождения, пребывание в утробе матери – помедитируйте над этим. Попробуйте заглянуть еще дальше. Корень ваших проблем кроется в прошлых жизнях. Вам перекрывают программу счастливого брака и радости любовных переживаний. Пока не осознаете это и не раскаетесь во многом, пока не пересмотрите свое отношение к жизни, к миру и к самому себе, ваша жизнь не изменится. Необходимо очистить свой сосуд кармы. Вы должны научиться принимать вещи такими, какие они есть, без оценок, предубеждений, обид и осуждения. Вам были с детства созданы такие условия, когда ребенок испытывает сильнейшие, эмоциональные потрясения – то, что в психотерапии называют психотравмами. Вас с матерью в детстве бросил отец, а до этого пил и оскорблял, унижая вашу мать. Поэтому у вас в юности был негативный сексуальный опыт, а с большинством подруг впоследствии не ладились отношения, которые всегда заканчивались разрывом.

– Откуда вам это известно – про отца и все остальное? Я ведь вам ни о чем таком не рассказывал, – севшим голосом вопрошал потрясенный молодой человек, – отец действительно покинул нас, но я с семи лет жил с отчимом, очень хорошим человеком.

– Игорь, поймите, я не был бы тем, кем являюсь, не обладая способностью видеть то, что недоступно большинству людей.

– Так вы – ясновидящий?

– Прежде всего, я – кармапсихолог. А вот ясновидение, а точнее умение считывать невидимую информацию – это уже результат упорного труда и отточенной техники. Я действительно научился или, если хотите, открыл в себе способность видеть и понимать кармические структуры личности – различные, глубинные слои человеческой сущности, тонкие тела людей. В них заключена вся информация о человеке. Понимая причину проблем, можно исправлять судьбу, а значит улучшать здоровье, материальное благополучие, отношения с людьми, личную жизнь, а главное – человек начинает понимать, КАК правильно нужно жить в этом мире и что из ценностей жизни – духовных и материальных – является приоритетным, соответствующим Закону Бытия. Если человек живет в гармонии со всей Вселенной, соблюдая Основной Закон – можете называть это Божьими заповедями – то у человека судьба становится благоприятной, а жизнь удачной, все проблемы легко решаются, и, в конечном счете, человек проживает свою жизнь счастливо и интересно.

– Пересмотрите свои отношения с бывшими подругами. У вас в душе накопилось очень много обид на них и недовольства ситуацией. Отпускайте эти негативные чувства от себя, всем все прощая. И еще, я полагаю, вы чересчур эмоционально привязаны к матери, хотя внешне наоборот пытаетесь всеми силами избежать родительской опеки и проявления нежных чувств. Уважать родителей, авторитетов, конечно же, нужно, но в то же время не забывайте, что это ВАША жизнь, и только ВЫ в ответе за нее. Вам жить, вам и решать, как дальше жить – в ладу с собой и со всем миром, или в разладе. Но разлад в душе, неприятие мира таким, какой он есть, несет болезни, неудачи, несчастья и развал по судьбе.

– А теперь подойдем к вашим неудачам с несколько иной позиции – характерологической. В современной психологии принято различать пять основных типов характера человека – шизоидный, оральный, психопатический, мазохистский и жесткий. Вы – типичный обладатель жесткого, или, как его еще называют, ригидного характера. Когда-то давно в плане любви вас очень сильно обидела мать или авторитетная родственница, вы расценили этот отказ и порицание как предательство и с тех пор закрылись, запретив своим чувствам свободно течь. Посмотрите на себя – ваше тело покрыто броней мышц, не таких впечатляющих как у культуристов, но достаточно развитых. Вы специально заключили свое тело, свой организм в мышечный панцирь – так внешне проявилось застывание чувств. В вас поселился подсознательный страх, что вас снова могут предать, обидеть, унизить, заставить страдать и мучиться. Поэтому вы стараетесь во всем контролировать себя, свои эмоции, не выпускаете чувства наружу. Закрытость и недоверие – основные критерии вашего отношения к жизни. Теперь вы, надеюсь, понимаете, в чем причина ваших неудач в отношениях с людьми и, прежде всего, в любовных связях? Вы должны заменить эти негативные предубеждения на прямо противоположные. Основные, положительные мысли для вас – это доверие, вера, открытость и расслабленность. Перестаньте напрягаться и сдерживать эмоции, дайте своим чувствам и переживаниям свободно течь наружу, живите полной жизнью. Принимайте с одинаковой благодарностью и улыбкой как огорчения и неудачи, так и радость и успех. И всегда настраивайтесь на лучшее, что бы ни случилось, и оно не замедлит прийти к вам.

Когда Игорь вышел от Татаринцева, то, бросив взгляд на часы, с удивлением отметил, что просидел у того почти час. Посещение кармапсихолога явилось для него настоящим откровением – столь многое он узнал о себе. Теперь перед ним со всей ясностью высветилась подоплека его неудач и ошибок, совершаемых, как казалось ранее, случайно и непредсказуемо. Он сам, благодаря своим мыслям, чувствам и действиям, создавал те или иные ситуации, в которые попадал, чтобы, проходя уроки жизни, учиться более широкому видению мира. И, если не принимать вещи и события такими, какие они есть и какими случаются, то и плоды пожинаешь горькие. Если ты идешь против мира, то и мир идет против тебя. Вопрос – кто кого задавит? Ответ очевиден. Так люди расплачиваются за свою спесь, гордыню, презрение и неприятие болезнями, неудачами и слишком ранней смертью.

Игорь многое вынес из этой беседы, но чувствовал, что знаний недостаточно. Поэтому они договорились о новой встрече. И еще кармапсихолог посоветовал ему прочитать определенные книжки, а, осмыслив их, приходить на следующий сеанс.

Измайлов приобрел все, нужные книги по кармапсихологии и принялся их усердно штудировать. Времени на это он потратил гораздо больше, чем предполагал – процесс чтения и осмысления работ авторов, специалистов в области коррекции судьбы, растянулся на добрых две недели. Книги эти, как и визит к Татаринцеву, буквально перевернули все мировоззрение молодого человека, заставив того взглянуть на мир совсем другими глазами. Когда он, наконец, снова попал на прием к кармапсихологу, тот удовлетворенно заметил:

– Вижу значительные изменения в ваших кармических структурах. Новые знания очень сильно повлияли на вас, не так ли?

– Не то слово, – кивнул тот, – у меня такое чувство, словно я заново родился, и уж, по крайней мере, мои взгляды на жизнь в корне изменились. И я прочитал все, что вы мне рекомендовали – книги Лазарева, Жикаренцева, Цветкова, Свияша…

– Удивительно, – покачал головой Татаринцев, – что за такой короткий срок вам удалось усвоить обилие новой информации, которая, кстати, не всегда и не вся воспринимается сознанием в должной мере. Значит, вы подошли к этому с «открытым умом», избрав совершенно правильный путь. Я рад за вас, Игорь. Полагаю, любые сентенции теперь будут излишни. Лучше, если на сей раз, мы проведем наш диалог в форме вопросов-ответов. Спрашивайте, о чем угодно, а я постараюсь дать вам исчерпывающие разъяснения.

Это предложение как нельзя лучше отвечало мысленному настрою Измайлова, у которого на языке вертелось множество вопросов. Среди них был и касающийся темы коллекционирования, увлеченности многих людей собирательством каких-либо предметов.

Татаринцев ненадолго задумался, затем, кивнув своим мыслям, ответил:

– Психоаналитики объяснили бы это проявлением анального характера. Вместо того чтобы удовлетворять свои потребности в нормальной любви и сексуальной разрядке, личность переизбыток либидо направляет на замещающие их объекты и занятия. Если же судить с точки зрения традиционной психологии, то получается, что любое увлечение, хобби есть не что иное, как компенсация стремления человека к богатству и власти. Впрочем, существует еще одна точка зрения. У меня есть друг, он причисляет себя к «постъюнгианцам». Так вот он вывел свою собственную теорию на этот счет.

Дело в том, что психика человека устроена многослойно: имеется индивидуальное сознание, индивидуальное подсознание и коллективное бессознательное. Первое – это разум человека (Эго), включающий также понятие совести и самоконтроля (Супер-Эго). Второе – область личного бессознательного (Оно), состоящего из огромного опыта развития человеческой личности – от внутриутробного состояния и по сей день. Третье – это коллективная душа (Астрал), охватывающая весь невидимый, потусторонний мир. Именно из Астрала, который связан с Оно, к нам в подсознание поступает огромное количество неосознаваемой информации. Путь ей преграждает некий предохранительный клапан, иначе человек просто сошел бы с ума от этого хаоса энергоинформации. Возможно, у отдельных личностей этот напор астральных влияний слишком силен, и тогда человек пытается привязать свой разум к «земному» миру, сосредоточиться на материальных вещах, чтобы не рехнуться. Любые предметы коллекционирования – марки, монеты, значки, да хоть окаменевшие экскременты животных или пивные пробки – как раз и служат этим целям, уводя мысли людей от давления чересчур сильных духовных импульсов из Астрала, направляя их на объекты материального мира, «приземляя» их.

– Прав он или нет, не мне судить, но нужно признать, что теория его выглядит достаточно стройной и не лишенной смысла в рамках глубинной психологии.

Игорь запоминал каждое слово из уст кармапсихолога, понимая, что помимо избавления от психических проблем и общеобразовательной пользы, все услышанное здесь пригодится и в творчестве.

Несколько дней спустя он встретил после работы Алену возле здания телерадиоцентра.