Луг духовный: Достопамятные сказания о подвижничестве святых и блаженных отцов

– Твои чудные очи – они очаровали меня… Монахиня, услыхав это, схватила гребень и тотчас вырвала свои глаза… Лишь только увидал это юноша – пораженный в самое сердце, удалился в Скит и там сделался добрым иноком.

Александрия – знаменитый город при устье Нила в Египте, основанный Александром Македонским (336–323 до P. X.), центр всемирной образованности и торговли.

Поистине, изумительный пример самоотвержения! Подобный же пример см. в главе 179.

О Ските см. прим. к гл. 54.

Глава 61. Жизнь аввы Леонтия киликиянина

Сорок пять лет подвизался он, не отходя от Ее храма, весь погруженный в себя самого.

Некоторые отцы передавали нам об авве Леонтии киликиянине, что он особенно усерден был к службам в обители Госпожи нашей Пресвятой Богородицы Марии, Новой. Сорок пять лет подвизался он, не отходя от Ее храма, весь погруженный в себя самого…

Рассказывали нам еще про него, что, если приходил к нему бедный слепой – он сам подавал ему милостыню. Если же нищий был зрячий, то клал фолеры (foler) или на подставку колонны, или на скамейку, или на ступени храма, и оттуда брал их нищий. Один старец спросил его:

– Отчего ты, отец, не подаешь из рук?

– Прости меня, отче, – отвечал Леонтий, – то не я подаю, но Госпожа моя Богородица, питающая меня и их.

О киновии Пресвятой Богородицы Марии, наз. Новою, см. во введении.

О нестяжательности древних иноков см. прим. к гл. 9-й.

Весь погруженный в себя самого. См. прим. к гл. 180-й.

Глава 62. Жизнь аввы Стефана, пресвитера идиотского

Христос, Сын Бога живого, сокрушит тебя!

Один старец рассказал нам следующее об авве Стефане, пресвитере лавры Илиотской. Однажды сидел он в келье, и диавол внушил ему мысль: «Уйди отсюда, здесь ты не получишь пользы».

– Не послушаюсь тебя, – отвечал старец. – Я знаю, кто ты. Ты не хочешь видеть спасения кого-либо, но Христос, Сын Бога живого, сокрушит тебя.

К главам 62–65

О лавре Илиот, или Ильинской, см. во введении.

О состоянии духовного восторга и о видениях см. прим. к гл. 51.

Глава 63. Старец сотворил молитву, и нечистый дух исчез

Рассказывали нам еще о нем, что он однажды сидел в своей келье и читал, и вот снова видимым образом явился ему демон и сказал:

– Уйди отсюда, старик, здесь тебе не будет пользы.

– Если, как я хорошо знаю, ты желаешь моего удаления отсюда, то вот сделай так, чтобы стул, на котором сижу, начал ходить.

А сидел он на плетеном стуле. Выслушав слова старца, диавол сделал так, что заходил не только стул, но и вся келья.

– Ловок же ты! – сказал старец, увидав хитрость диавола. – А я все-таки отсюда не уйду.

Старец сотворил молитву, и нечистый дух исчез.

Глава 64. Старцы, получив урок, удалились

Три старца однажды пришли к пресвитеру авве Стефану. Они долго сидели у него, ведя беседу о спасении души. Авва Стефан молчал.

– Что же ты, отче, нам ничего не ответишь? Мы пришли к тебе ради душевной пользы.

– Простите меня – я не слыхал ничего, что вы до сих пор говорили. Впрочем, что знаю, скажу вам. Днем и ночью я ни на что более не взираю, кроме Господа нашего Иисуса Христа, пригвожденного к древу крестному.

Старцы, получив урок, удалились…

Глава 65. Хочешь ли видеть, какой славы достоин брат твой?

Авва Иоанн, по прозванию Молива, рассказал нам о том же старце, т. е. о Стефане, следующее. Он очень ослаб и заболел. Тогда врачи заставили его есть мясное. У блаженного старца был в миру брат, человек благочестивой, богоугодной жизни. Однажды брат-мирянин пришел к брату-пресвитеру и, застав его за вкушением мясной пищи, смутился. Его очень огорчило то, что после великих подвигов воздержания под конец жизни брат разрешил себе мясную пищу. И вот, внезапно, в состоянии духовного восторга он увидал перед собой незнакомца, говорившего ему: «Зачем ты соблазняешься тем, что старец вкушает мясо? Или ты не знаешь, что он делает это по необходимости и послушания ради? Воистину, тебе не следовало соблазняться. Хочешь ли видеть, какой славы достоин брат твой? Оглянись назад и смотри».

И, обратившись, он увидал своего брата пригвожденным ко кресту, как Христос.

– Вот какой славы сподобился брат твой! Воздай же славу Тому, Кто прославляет истинно любящих Его!

Глава 66. Жизнь отшельника аввы Феодосия

Вот, с ним тебе предстоит борьба.

Авва Антоний, основатель и настоятель лавры Илиотской, рассказал нам об авве Феодосии молчальнике то, что слышал от него самого. «Прежде чем удалиться в пустыню, – рассказывал авва Феодосии, – в состоянии духовного восторга я видел Юношу, лицо Которого сияло светлее солнца. Взяв меня за руку, Он сказал: «Пойдем, тебе предстоит состязание», – и привел меня в театр, обширности которого я не могу описать. Весь театр был наполнен зрителями. Одна часть их была в белых одеждах, другие были черны, как эфиопы. Юноша привел меня на середину театра. Здесь я увидел эфиопа необыкновенного роста: голова касалась облаков. Он был безобразен и имел вызывающий вид. Явившийся Юноша говорит мне: «Вот с ним тебе предстоит борьба». При виде исполина я пришел в ужас и задрожал…

– Кто же из людей с одними человеческими силами может бороться с ним?! – воскликнул я, обращая умоляющие взоры на приведшего меня Юношу.

– А ты все-таки бодро выходи против него. Я буду при состязании… Сам буду Судьей и вручу тебе победный венец.

Мой противник также выступил на середину, и мы начали борьбу. Быстро явился дивный Судья и вручил мне венец. И вот – все множество эфиопов с воплем вдруг исчезли. Тогда люди, облеченные в белые одежды, воссылали хвалы Тому, Кто помог и доставил мне славную победу.

О видениях см. прим. к гл. 51. Подобного рода видения часто встречаем в рассказах о св. мучениках.

Глава 67. Он тридцать пять лет провел в уединении

Об этом же авве Феодосии молчальнике поведал нам ученик его авва Кириак, что он тридцать пять лет провел в уединении, причем постился по два дня и хранил совершенное молчание – не говорил ни с кем. Если же хотел что-либо сказать, выражал это знаками. И авва Кириак видел его в лавре Илиотской, потому что прожил в ней десять лет.

Древние подвижники высоко ценили безмолвие. Оно служило явным выражением того, что человек отвратил свои взоры от всего земного, чувственного. В «Лествице» говорится: «Есть безмолвие внешнее, когда кто, от всех отделившись, живет один; и есть безмолвие внутреннее, когда кто в духе один с Богом пребывает не напряженно, а свободно, как свободно грудь дышит и глаз видит. Они совместны, но первому без последнего нельзя быть. Посему, собственно, безмолвник тот, кто существо бестелесное – душу свою – усиливается удерживать в пределах телесного дома. Пусть келья безмолвника заключает в себе тело его, а сие последнее имеет в себе храмину разума» (гл. 27).

«На безмолвие не потянет того, кто не вкусил еще сладости Божией, – говорит преосв. Феофан. – Сладости же сей не вкусит тот, кто не победил еще страстей. Недугующий душевной страстью и покушающийся на безмолвие подобен тому, кто соскочил с корабля в пучину и думает безбедно достигнуть берега на доске.

Никто из тех, которые подвержены раздражительности и возношению, лицемерию и памятозлобию, да не дерзнет когда-либо увидеть и след безмолвия без того, чтобы не впасть в исступление ума» (Путь ко спасению. 386).

«Истинный безмолвник, – говорит Иоанн Лествичник, – не желая лишиться сладости Божией, так удаляется от всех людей, без ненависти к ним, как усердно другие с ними сближаются».

Вкусивший сладости Божией стремится на безмолвие, чтобы ненасытно насыщаться Им без всяких препон и непрестанно порождать в себе огонь огнем, рачение рачением и вожделение вожделением. Посему, безмолвник есть земной образ ангела; на хартии вожделения, рукописанием тщания, освободил он молитву свою от лености и нерадения… Безмолвник – тот, кто духодвижно вопиет: готово сердце мое, Боже! Безмолвник – тот, кто говорит: аз сплю, а сердце мое бдит.

«Таким образом, – прибавляет преосв. Феофан, – все занятие безмолвника – быть с единым Господом, с Коим и беседует он, как любимцы царя говорят ему на ухо…

Возлюбившие блаженное безмолвие проходят делания умных Сил и подражают образу их жизни. Не насытятся они во веки веков, восхваляя Творца: так и восшедшие на небо безмолвия не насытятся, воспевая Создателя…

Только те, кои сочетались с безмолвием для наслаждения любовью Божией, для утоления жажды этой любви, будучи влекомы сладостью ее, суть настоящие безмолвники. Такие, если проходят безмолвие с разумом, скоро начинают вкушать и плоды его, кои суть: ум неволнуемый, мысль очищенная, восхищение ко Господу, молитва ненасытная, стража неокрадаемая, всегдашние слезы и проч.» (Путь ко спасению. 386–387.)

«Как рыбы, – говорит св. Антоний, – оставаясь долго на суше, умирают, так и монахи, находясь долго вне кельи или пребывая с мирскими людьми, теряют любовь к безмолвию. Посему как рыба рвется в море, так и мы должны спешить в келью, дабы, оставаясь вне оной, не забыть о внутреннем бдении. Уединение освобождает от трех искушений, от искушения слуха, языка и взора». (Дост. сказ, о подв. отц. стр. 4.)

Примеры безмолвия мы можем видеть в жизни древних подвижников. Св. Макарий Египетский ежегодно проводил время Великого поста в безмолвии. В Нитрийской пустыни жил авва Ор, отверзавший уста только при крайней необходимости. Отшельник Феона в течение 30 лет, прп. Феодосии – 25 лет, Иоанн Молчальник – 37 лет пребывали в постоянном безмолвии. Чтобы облегчить подвиг безмолвия, св. Пахомий ввел между иноками язык жестов, который отчасти должен был заменять разговор.

Греко-российская православная Церковь в последнее время возрастила затворника и безмолвника в лице преосв. Феофана, более 20 лет проведшего в безмолвии.

Глава 68. У него не было зимнего плаща

Авраамий, настоятель киновии Пресвятой Богородицы Марии – Новой, рассказал нам об этом авве Феодосии, что у него не было зимнего плаща, и он купил ему. Однажды, прикрывшись им, старец заснул, а спал он при храме. Пришли разбойники, сняли с него плащ и ушли. И старец ничего не сказал об этом.

Преподобный Авраамий жил в VI веке. Он был одно время настоятелем киновии Пресвятой Богородицы Новой. Это был великий подвижник, высокой степени нравственного совершенства. Впоследствии он был избран на святительскую кафедру и поставлен епископом в Эфесе.

Любя иночество, прп. Авраамий устроил две обители: в Палестине на горе Елеонской – киновию Византийскую и в Константинополе монастырь, известный под именем Авраамиева и прославившийся между обителями столицы. Об Авраамий см. также гл. 97 «Луга Духовного».

Одежда, отнятая разбойниками, называется кусуллий, Κουσοúλλιον – не от слова ли κοúτζος, укороченный, обрезанный? Род короткой одежды.

Об отношении к ворам см. прим. к гл. 212-й.

Глава 69. Жизнь аввы Палладия и солунского затворника Давида

Они получили награды за свои подвиги несравненно большие, чем ожидали.

Вместе с господином софистом Софронием, еще до отречения его от мира, прибыли мы в Александрию, к авве Палладию. Этот боголюбивый муж и раб Божий имел свой монастырь в Лифазомене. Мы просили его сказать нам назидание, и старец начал говорить нам: «Чада, временная жизнь наша кратка: будем недолгое время здесь подвизаться и трудиться, чтобы удостоиться великих благ в вечности! Посмотрите на мучеников, посмотрите на святых, посмотрите на подвижников: как они были мужественны! Их хорошо знали минувшие века – мы также не перестаем никогда удивляться им. И кто бы ни слышал о них – изумляется терпению блаженных мучеников, терпению, превышающему силы человеческие. Чего только не претерпели они! Одним выкалывали глаза, другим перебивали голени; одним отрубали руки, другим – ноги. Одних скоро пожирало пламя, других сжигали на медленном огне. Топили их в реках и в морских пучинах. Иных, как злодеев, живых терзали кровожадные звери, других, после всевозможных мук, по смерти пожирали хищные птицы. Словом – нельзя ни вообразить, ни пересказать все виды мук, каким враг диавол подвергал боголюбезных мучеников и подвижников. Но с каким мужеством и терпением они подвизались, торжествуя силою духа над немощью плоти! И вот теперь они получили награды за свои подвиги несравненно большие, чем ожидали. Своими подвигами они оправдывают несокрушимую веру, во-первых, в то, что, пострадав здесь короткое время, можно достигнуть вечных благ, во-вторых, – что врага можно одолеть: сверхчеловеческие муки, которым враг наш диавол подвергал их, мужественно перенесены. Таким образом, если и мы перенесем все скорби и пребудем тверды в испытаниях, то воистину «други Божий» будем, Сам Бог будет споборствовать нам и сверх меры воздаст нам за подвиг… Мы знаем, каких трудов требует настоящая жизнь: испытаем самих себя в безмолвии! Прежде всего, нам необходимо искреннее раскаяние, чтобы сделаться храмами Божиими, потому что великая награда ожидает нас в вечности…

– Вспомним о Том, – продолжал старец, – Кто не имел где главу преклонить…

– Скорбь, по слову апостола, порождает терпение, – сказал еще старец, – сделаем наш дух причастным Царствия Небесного…

Чада, не будем любить мира, ни того, что в мире…

– Будем хранить себя от помыслов, – сказал в заключение старец, – это – спасительное средство ко спасению…»

– Сделай милость, отче, скажи нам, зачем, по каким побуждениям принял ты иночество? – спросили мы.

– В моем отечестве, – старец был из Фессалоник, – за три версты от городской стены жил отшельник, родом из Месопотамии, по имени Давид. То был муж весьма добродетельный, любвеобильный и строгой жизни. Он провел в затворничестве около семидесяти лет. Однажды ночью военная стража охраняла стены города от варваров. Воины стояли на стене, обращенной к той стороне, где в затворе жил старец. Вот и видят воины в одну ночь, что огонь исходит изо всех окон кельи. Вообразив, что варвары подожгли келью старца, лишь только рассвело, они бросились к келье и, увидев, что старец невредим и келья цела, остановились в изумлении. В следующую ночь воины снова видят огонь в келье старца – и это повторялось потом не раз. Необычайное явление стало известно всему городу и всей той стране, так что многие проводили ночи на стене, чтобы видеть дивный огонь. Явление продолжалось до самой кончины старца. Я сам видел это чудо не раз и не дважды, а много раз. И сказал я сам себе: если и в этом еще мире Бог прославляет рабов Своих столь великой славой, что же будет в грядущем веке, когда лицо их просияет, как солнце?! Вот, чада мои, это и было поводом к тому, что я принял иноческий образ.

Глава 70. Жизнь затворника Адолы

Простертая рука вдруг осталась без движения.

Вот что еще рассказывал нам старец. После аввы Давида пришел некий инок по имени Адола, также родом из Месопотамии. Поселившись в окрестностях города затворником в кленовом дупле, он устроил себе оконце, через которое и говорил с приходившими к нему. Однажды во время варварского нашествия та местность подверглась страшному погрому. Варвары случайно проходили мимо затворника. Увидав выглянувшего из оконца старца, один из варваров извлек меч и замахнулся, чтобы поразить отшельника, но его простертая рука вдруг осталась без движения. При виде этого чуда, пораженные изумлением, остальные варвары поверглись перед старцем с мольбою. Сотворив молитву, старец исцелил наказанного и отпустил их с миром.

К главам 69 и 70

Авва Палладий, родом из Солуни, настоятель монастыря в Лифазомене, в Египте. Жил в VI веке и отличался даром учительства.

Затворники Давид и Адола – оба родом из Месопотамии. Месопотамия, или Междуречье, лежит на востоке от Сирии, между реками Тигром и Евфратом. Сюда в начале IV века из глубины египетской пустыни прибыл ученик Антония Великого Аон, или Антоний, и близ Харрана, в Фадане, основал общежительную обитель. Здесь и ранее его были обители, но они не имели правильного устройства. Таким образом, Аон, дав надлежащее устройство своей обители, справедливо считается насадителем иночества в Месопотамии. В Месопотамии особенно было развито отшельничество – именно здесь явились впервые так называемые воски. См. прим. к гл. 19. Подробнее о месопотамских подвижниках см. «Душ. чт.», 1890 г.

О небесном свете, озарявшем отшельников, см. прим. к гл. 51.

Глава 71. Поучение от разбойника

После того как, вочеловечившись, Он умер за нас, человек уже не умирает вечной смертью.

Тот же авва Палладий рассказывал нам, что в фиваидской области, в городе Арсиноэ схвачен был убийца. После многих пыток он приговорен был к отсечению головы. Его нужно было отвести для казни за шесть миль (1/5 нем. мили) от города – на то место, где он совершил убийство. Вместе с другими за осужденным шел монах посмотреть на его казнь. Идя на казнь, преступник увидал монаха.

– Отче, должно быть, у тебя нет ни кельи, ни рукоделия?

– Прости меня, брат, – возразил инок. – У меня есть и келья, и занятие.

– Так что ж ты не сидишь в келье и не предаешься сокрушению о грехах? – спросил осужденный.

– Правда твоя, брат мой! – отвечал монах. – Я вовсе не забочусь о душе своей. Потому-то и иду посмотреть на твою казнь, чтобы хоть через это придти в сокрушение.

– Ступай-ка лучше, отче, сиди в своей келье и благодари Бога, Спасителя нашего: после того как, вочеловечившись, Он умер за нас, человек уже не умирает вечной смертью.

Арсиноэ – в среднем Египте, по левую сторону от реки Нила, в древности – Крокодилополис, теперь – Фигом. Обители иноческие в Арсиноэ современны Антонию Великому. До нас дошло послание Антония к арсинойским инокам.

О фиваидской области см. прим. к гл. 16-й.

Глава 72. О старике-убийце, оклеветавшем юношу-христианина

Получив спасение сверх ожидания, юноша сделался иноком.

Авва Палладий рассказал нам также следующее. Один старик-мирянин задержан был за убийство. Во время пытки, по александрийским законам, он заявил, что у него был еще сообщник в убийстве. Тот, на кого указывал старик, был юноша лет двадцати. И тот и другой подвергнуты были жестоким истязаниям. Старик продолжал стоять на своем: «Ты был со мною при совершении убийства!» Юноша не признавался. «И в убийстве я не участвовал, и с ним вместе не был». После многих пыток они оба были присуждены к повешению. Их отвели за пять миль от города, на обычное место казни. В одной стадии от города находились развалины храма Крона (Сатурна). Прибыв на место казни, толпы и воины пожелали, чтобы первым повешен был юноша. Бросившись к ногам воинов, юноша вскричал:

– Ради Господа, сделайте милость – повесьте меня лицом к востоку, так чтобы мне смотреть в ту сторону, когда буду висеть.

– Зачем это? – спросили воины.

– Ох, милостивые государи, не прошло и семи месяцев, как я, несчастный, удостоился св. крещения и стал христианином.

Это признание до слез тронуло воинов. Между тем, старик затрясся от злобы и громко крикнул:

– Ради Сераписа, повесьте меня лицом к Крону! Тогда воины, услыхав это богохульство, оставили юношу и сперва повесили старика. Лишь только они покончили со стариком, как вдруг прискакал всадник, посланный наместником Египта (августалием).

– Юношу не велено казнить. Возвратите его обратно!

Воины и народ чрезвычайно обрадовались этому и, вернувшись с юношей, представили его в судилище, откуда он был освобожден августалием. Получив спасение сверх ожидания, юноша сделался иноком.

Мы записали это для пользы многих.

Об Александрии см. прим. к гл. 60.

Крон – языческое божество – считался отцом верховного еллинского бога Зевса.

Серапис – верховное божество в Египте, впрочем, уже в позднейшее время. В Александрии был воздвигнут ему величественный храм – Серапеум, считавшийся одним из чудес света. Разрушен был при епископе Феофиле.

«Χολάσας μέγα», сильно разозлился. Очевидно, старик был язычник. Во всяком случае, его поведение было оскорблением христианской религии, что и возбудило против него общее негодование воинов и народа.

Auqustalis – императорский наместник.

Глава 73. Жизнь воина Иоанна

Господи, от тайных моих очисти мя!

Вот и это рассказ аввы Палладия. В Александрии был воин по имени Иоанн. Он вел следующий образ жизни: каждый день с утра до девятого часа сиживал он в монастыре близ входа во храм св. Петра. Он был одет во вретище и плел корзинки, все время молчал и совсем ни с кем не разговаривал. Сидя у храма, он занимался своей работой и только одно возглашал с умилением: Господи, от тайных моих очисти мя (Пс. XVIII), да не постыжуся в молитве. Произнеся эти слова, он погружался в продолжительное молчание и затем снова, по прошествии часа и более, повторял то же восклицание. Так он возглашал раз семь в течение дня, ни слова не говоря ни с кем. В девятом часу он снимал вретище и одевался в воинские одежды, т. е. в свою хламиду, и шел к месту своей службы. С ним я пробыл около восьми лет и нашел много назидания и в его молчании, и в его образе жизни.

В Церкви с древнейших времен известные часы посвящены были молитве. Такими часами были – утро, полдень и вечер. Папы Лев I, Геласий I, Григорий I установили, чтобы западные клирики совершали в день от 7 до 8 молитвословий. В некоторых монастырях установлено было проводить целые сутки на молитве. Для этого иноки разделялись на отдельные хоры, или лики, которые по очереди должны были пребывать в молитве. Другой вид молитвенного бодрствования составляет то, что иные лица ставили себе за правило повторять как можно чаще молитву, нередко тождественную по содержанию. Так, Палладий говорит об одном иноке Моисее, бывшем атамане разбойников, что он совершал молитву пятьдесят раз в день… Превосходные наставления о том, как совершать молитву, можно найти в творениях преосв. Феофана, см., например, книгу: «Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться?»

Память священно мученика Петра, архиепископа Александрийского (300–311), – 25 августа.

Глава 74. Плоды ересей

Расколы и ереси ведут к ослаблению любви.

Вразумляя нас однажды, старец говорил нам: «Поверьте мне, чада! Расколы и ереси ни к чему не ведут во святой Церкви, как только к ослаблению любви к Богу и ближнему».

Увы! История как нельзя более подтверждает эту печальную истину…

Глава 75. Небесный покров

Поручаю вас Владычице Богородице!

Когда мы в другой раз пришли к авве Палладию, он рассказал нам следующее. Однажды жил один человек в Александрии. Он был христолюбив, сострадателен и радушно принимал иноков. У него была жена, отличавшаяся скромностью и соблюдавшая ежедневный пост. Дочери его было около шести лет. Однажды ему понадобилось отправиться в Константинополь, потому что он был купцом. Оставив в доме жену с дочерью и при них одного раба, он собрался в путь. При отплытии жена спрашивает его:

– На кого же ты нас оставляешь, господин мой?

– Поручаю вас Владычице Богородице, – отвечал муж.