Помоги проекту - поделись книгой:
Да-а… подобных монологов, оглашавших некогда улицы старой махалли, теперь вряд ли кто когда-нибудь услышит. А может быть оно и к лучшему? Пусть этот кусочек маленькой «бухарской Одессы» останется только в моей памяти, в моём сердце.
Я совершенно один стою посреди некогда оживлённого квартала и нежно провожу рукой по ветхой стене, обмазанной вперемешку глиной с соломой и тихо, как сумасшедший, разговариваю с нею. А она продолжает упорно молчать, словно уснула, впав, в летаргический сон или обиделась на кого-то. На кого?
Успокаивает только то, что новому поколению теперь живётся хорошо. Так может быть, я напрасно переживаю по поводу забвения традиций и прочего?
То, с чем мне в последнее время приходится сталкиваться, что я нахожу в интернете, по разговорам друзей, все это говорит о том, что мои опасения, напрасны. Это меня радует, вселяя надежду на то, что старая махалля может быть ещё проснётся? И аисты ещё вернутся?
Нет пророка в родном отечестве…
Из многочисленных баек про бухарских евреев, почему-то, на память пришла давняя история, рассказанная мне другом, которая произошла в Бухаре с Исааком. Нет, не с библейским, а вполне конкретным.
В далёкие и мрачные годы застоя, которые сегодня принято поливать грязью нынешней властью, в одном из городов Средней Азии, прославившимся своей тысячелетней историей и шедеврами древней архитектуры, преспокойно себе продолжала жить своей тихой и размеренной жизнью многочисленная община бухарских евреев. У них был свой квартал и своя синагога, которая находилась в самом центре города, возле Ляби-хауза.
Синагога представляла собою старое и невзрачное глинобитное здание каркасной постройки и была совсем неприметной. Скромно, как бы притаившись сбоку, она не мозолила глаза советской власти, а потому и не привлекала к себе особого внимания. Как и сами евреи, проживающие в квартале.
Одно время, раввином в этой синагоге являлся упомянутый мной выше Исаак-плотник. Не пугайтесь: просто, раньше, в молодости он был обычным столяром, а потом, в «перестроечные годы», окончив какие-то трёхмесячные курсы в Израиле, вновь вернулся на «родину», переквалифицировавшись в раввины.
Среди местных жителей, отличавшихся плохо скрываемой завистью к случайным выскочкам и саркастическим отношением к подобного рода метаморфозам, прошлое новоиспечённого ребе являлось излюбленной темой разговоров в узком кругу: это была та самая отдушина, та помойная яма, куда бедный еврей мог слить свои негативные эмоции.
– Ин каса бинетон, кани: беганки Исоки-дурезгар имруз одам шуд! («Нет, вы только гляньте: вчерашний Исаак-плотник, сегодня вышел в люди!»)
Такое нередко можно было услышать за его спиной. В глаза же, все с ним подобострастно здоровались и улыбались.
Однако, как всякий еврей, он прекрасно знал истинную цену этим улыбкам, внутренне обижаясь на своих сородичей и искренне полагая, что «нет пророка в своём отечестве».
Однажды, уже в годы горбачёвской «гласности», бухарскую синагогу посетила группа туристов из Америки. Одна из женщин этой группы, на прощание протянула раввину десять долларов. Все это видели. В совершенстве изучив подлый нрав своих соплеменников, Исаак, едва только нога последнего туриста покинула синагогу, демонстративно встал в центр и, высоко вскинув свою руку с зажатой зелёненькой бумажкой, поспешно обратился к своим землякам:
– Эй, жувуто, бинетон! Хаммотон бинетон: ин хазор доллар не, сад доллар не. Ин факат дах доллар! Баъд, пага нагўетон-ки, «Исок – миллионер»!
(«Эй, евреи, смотрите! Все смотрите: это не тысяча долларов, и даже не сто. Это всего лишь десять долларов! Потом не говорите, «Исаак – миллионер»!)
И… сунул купюру в карман.
В эту минуту он как никто понимал и сочувствовал Моисею: как, все-таки, тяжело жить с собственным народом и, таская это «стадо» по пустыне, тщетно пытаться наставить его на путь истинный!
Рўған-кабоб (жаркое)
Ещё одним из самых распространённых блюд еврейской кухни, несомненно, является «рўған-кабоб». Данный рецепт, как нельзя ярко и наглядно свидетельствует о влиянии местных кулинарных традиций на еврейскую кухню, ибо, нижеследующий рецепт, лишь в самой небольшой степени отличается от тех кабобов, что широко распространены среди основного народа, проживающего на данной территории. Что лишний раз подтверждает известный тезис о безусловном взаимовлиянии этих двух народов не только в сфере культуры и искусства, но и в не меньшей степени, в кулинарной области.
Из продуктов нам понадобятся:
Итак, для начала, необходимо вычистить и промыть овощи и подготовить мясо.
В разогретый казан влить масло, накалить его и в два-три этапа обжарить в нём вначале картофель. Если картофелины набольшие, то лучше, обжарить их целиком. Крупные картофелины можно разрезать пополам. Обжаривать следует до того момента, пока картофель хорошенько не схватится румяной корочкой и не покроется красновато-коричневой корочкой. Почти готовый картофель изъять шумовкой на широкое блюдо, а масло остудить и слить в отдельную миску: оно ещё вполне пригодится в хозяйстве.
Поставить снова казан на плиту и опустить в него порезанный на небольшие куски (по 25 – 30 г) курдюк. Подождать, пока он не вытопится наполовину, после чего, можно опускать куски баранины (по 30 – 40 г), вместе с косточкой. В первую очередь, следует закинуть мясо с трубчатыми и мозговыми костями, а уже следом – остальное. Помешать пару раз и оставить в покое.
Когда, через некоторое время, сок испарится, а само мясо начнёт покрываться корочкой, можно забросить нашинкованный полукольцами лук. Посолить, поперчить и перемешать таким образом, чтобы лук оказался снизу. Ещё через 10 – 12 минут, добавить пару столовых ложек томатной пасты (30%), тщательно перемешать содержимое казана, выждать с минуту-две, и затем, опустить порезанные произвольно помидоры. Вновь перемешать, добавить пару чайных ложек сахара-песка и через 1 – 2 минуты, залить стаканом воды. Как только вода закипит, убавить огонь до самого минимума, в последний раз всё перемешать, добавить остальные специи, уложить аккуратно сверху на мясо весь картофель и плотно прикрыть большой глубокой миской так, чтобы диаметр миски идеальным образом совпал по окружности казана в том самом месте, где заканчивается верхняя граница соуса. Другими словами говоря, миска, которая в данном случае будет служить одновременно крышкой, должна плотно накрыть содержимое казана.
В дальнейшем, остаётся только выждать минут 25 – 30, пока картофель и мясо не дойдут до готовности. За это время, можно промыть зелень и мелко её порубить. Иногда, для пущей пряности, вместе с кинзой, также мелко рубится молодой чеснок. По готовности, огонь можно выключить, выложить кабоб на широкое плоское блюдо и посыпать сверху ароматной зеленью. Перед подачей, можно украсить блюдо свежими овощами (помидоры, огурцы), а также перьями зелёного лука.
Кийма-кабоб
«Двери в Историю». Фото автора
В поисках утраченного…
Давным-давно, кем-то удачно было подмечено, что жизнь наша подобна реке, в которой стремительно несутся воды (годы), а сами мы, уподобившись утлым судёнышкам, барахтаемся, стараясь противостоять стихии (судьбе): кто – изо всех сил пытается грести, чтобы пристать к берегу, надеясь обрести там своё спасение; кто-то упорно сопротивляется, со злостью вступая в единоборство с судьбой, назло всем, пытаясь плыть против течения; ну, а кто-то, осознав бессмысленность и всю тщетность усилий, покорно смиряется, отдав себя течению этой самой реки.
Меня, наверное, можно причислить к третьей категории. И пришёл я к этому осознанию, когда мне перевалило за сорок. До этой цифры я был полон сил и планов: мне казалось, что ещё переверну кучу гор.
Удивительно, но чем старше становится человек, тем более требователен он к себе и менее – в чём нуждается. Видимо, осознание данного факта не случайно приходится на достаточно зрелый возраст. Раньше никак не положено. Как тут, в этой связи, не вспомнить А. Данте и его «Божественную комедию»:
И в самом деле: перешагнув некий жизненный рубеж, человек неизбежно начинает задумываться над смыслом жизни. Над тем, с каким он «багажом» завтра предстанет перед Ним. Ведь, по большому счету, конец у всех один. И, только вплотную столкнувшись с данной аксиомой, каждый из нас рано или поздно ставит перед собой эти извечные вопросы, мучившие не одно поколение людей: «А так уж, ли я правильно прожил свою жизнь? Что ещё я в состоянии изменить, для того, чтобы попытаться спасти свою душу?»
И этот шанс, который Он предоставляет каждому из нас, говорит о Его безграничной любви, милосердии и терпимости.
«Стучите – говорит нам Христос – и двери откроются».
Но, пока мы уверены в себе и своих силах, и – как правило – не задумываемся над такими «мелочами»: ведь, мы молоды, красивы и сильны, а потому надо ковать своё счастье сейчас, чтобы потом…
А что «потом»? Потом мы неизбежно приходим к тому, с чего я начал. И сужу я исключительно по себе.
Было время, когда судьба была мне настолько благосклонна, что я буквально сорил деньгами, поскольку (как мне тогда казалось) они сами шли мне в руку. И я также легко и свободно расставался с ними.
Затем, на некоторое время фортуна отвернулась от меня, и я автоматически вынужден был считать чуть ли не каждую копейку. К тому времени у меня была уже семья, а это, как известно, накладывает на человека определённые обязательства.
Прошло ещё немного времени, и я вновь приобрёл прежнее положение. И таких периодов спада и подъёма в моей жизни было немало. Но вот что характерно: и в самый худший из периодов и в пору наивысшего достатка, я всегда мысленно старался урезонивать себя, живя по принципу: «Надейся на лучшее, но будь всегда готов к худшему». И это помогало мне морально выстоять, как, пред всякого рода, соблазнами и искушениями, так и перед возможной угрозой нищеты. По всей вероятности, это меня и спасло, ибо я сделал самый главный вывод, заключающийся в том, чтобы определить для себя – что является главным смыслом твоего существования.
Ведь, можно не имея за душой ни копейки, прожить легко и быть воистину свободным, а можно и как Крез, «чахнуть над златом» и оставаться при этом рабом собственного богатства, ежесекундно находясь в напряжении и испытывая постоянный страх.
Этим во многом объясняется – почему простым людям, не обременёнными, материальными благами этого мира, в определённом смысле жилось во все времена легче.
Принимать от Бога всё, что Он нам даёт (горести и радости, счастье и невзгоды) с радостью и благодарением – как «урок», даваемый свыше – это поистине высочайший дар, ибо разве мы можем хоть на секунду остановить бег времени и повернуть его вспять?
Мне кажется, что человек рождён на этот свет только для того, чтобы неустанно благодарить Его: каждый день, каждую минуту, каждую секунду, каждый миг. Разве не является величайшим чудом из чудес тот факт, что мы живём, дышим, мыслим и ощущаем себя автономной единицей этого ладно устроенного мироздания? Ведь, для чего-то дано нам это ощущение обособленности, в виде отдельной овеществлённой души? Не для того ли, чтобы, осознать, что источник, откуда произошло всё многообразие форм и качеств, один, и в конце концов попытаться вновь вернуться к нему? Мне искренне хочется верить, что всё обстоит именно так.
Не случайно, в США празднуется «День благодарения». К сожалению, в России приблизительного аналога пока не существует. А ведь, как было бы здорово! Вы только представьте себе: пускай, на один лишь только день все существующие конфессии объединившись, поблагодарили бы Всевышнего. А там, глядишь, и до всеобщей братской любви недалеко…
Прости меня, дорогой читатель, ибо я чего то, сегодня размечтался. Что поделаешь: видать, моё жизненное светило уже давно перешагнуло свой зенит и устало клонится к закату. Ну, как тут не вспомнить по аналогии известный анекдот?!
С одной стороны лежит бескрайнее море, с другой – бесконечная холодная тундра. Сидит чукча у костра, трубку курит, думу думает меж собою:
– Э-эх, чукча, чукча – вздыхает он, вытащив трубку изо рта, – старый стал. Совсем плохой стал. Совсем гавно стал.
И, глубоко затянувшись, вновь погружается в свои думы, поглядывая на играющие языки пламени.
Вдруг, видимо вспомнив что-то очень родное, но далёкое-далёкое, он резко вскидывает свою голову:
– А вот раньше, когда молодой был…
Застывает в такой позе на несколько секунд, перебирая в памяти события минувшей молодости и, наконец, устало махнув рукой:
– Да что там «раньше»… И раньше – гавно был!
Кийма-кабоб
Я ведь, не случайно коснулся здесь темы бренности бытия и смысла жизни, превознося бедность и противопоставляя её богатству. Хотя, против богатства, как такового, я совершенно не возражаю. Однако рассматриваемое на этой страничке блюдо, все же, более соотносится с бедностью и относительной нищетой. В том плане, что все составляющие ингредиенты данного рецепта идеально подходят для людей, имеющих пролетарское происхождение и гордящихся этим фактом. Ибо, за отсутствием ежедневно принимать в пищу мясо, бедные люди устраивали для себя небольшой праздник, приобретя совсем немного фарша, и смешав его с тем, что имели в своём доме. А уж, лук, чеснок, вода да чёрствая лепёшка никогда не переводились в доме бедняка.
Кстати, слово «кийма» как раз таки и переводится с таджикского, как «фарш». Таким образом, данное блюдо можно перевести как «фарш-кебаб». Не менее распространено и другое название этого самого блюда, именуемое, как «нон-кабоб» («хлебное жаркое»), поскольку главной составляющей этого блюда является лепёшка.
И, несмотря на это, данное «второе» заслуживает внимания, потому как является чрезвычайно вкусным, калорийным и питательным. Вдобавок ко всему, несомненным «плюсом» служит простота в его приготовлении.
Итак, что же нам понадобится?
Поделиться книгой: