Околдовать разум, обмануть чувства

Испорченную обувь пришлось выкинуть. Легче от «мести» не стало, а вера в разумность животного навевала мысли о собственной неадекватности. С таким настроением и отправилась в Колледж.

По дороге постоянно боролась с желанием оглянуться и посмотреть, не идет ли кто следом. Было страшно, а когда старую рощу проходила, вообще паранойя разыгралась. Казалось, за каждым деревом по храну стоит. Только чувство собственного достоинства и поселившийся где-то в глубине души после встречи с Мариком протест удержали от глупого поведения. Я гордо расправила плечи и просто шла, не быстрее, чем каждый день.

Учебный день, по традиции, начался с Ковира. Вернее, с представления «Ковир и аллиночки».

Все, кроме меня, свои наказания уже отработали, но это не разубедило девушек в том, что новый учитель — лапочка, красавчик и далее по списку. Нет, издеваться над своими нарядами ученицы Колледжа больше не стали. Так же как и строить глазки, зазывно улыбаться или что-то еще в похожем духе. Теперь они самые прилежные ученицы, готовые с открытыми ртами и широко распахнутыми глазами ловить каждое слово Гардиана Ковира. Все девичьи уловки отныне практиковались исключительно на мальчиках, которые вид имели бледный и невыспавшийся и в большинстве своем к уроку были не готовы.

Любимому учителю выпало другое испытание…

Я еще, когда входила, заметила на краешке его стола бутылку с охлажденным чаем, самым вкусным, и яблочный пирог. Ладно, думаю, кто-то заранее позаботился об обеде. Но как бы не так!

Феталлин Ковир ответил на приветствие, проводил меня подозрительным взглядом, но я сделала вид, что страшно занята повторением домашнего задания, и он вернулся к прерванному занятию. Принялся вычерчивать какую-то формулу на доске. Еще и вздохнул с облегчением!

Хм, не поняла…

И тут вошла Виса.

— Доброе утро, куратор Ковир! — пропищала толстушка.

— Доброе, — ответили ей сдержанно, даже не обернувшись в ее сторону. — Проходите, присаживайтесь.

Но девушка продолжала стоять на месте.

— Куратор Ковир!

— Что? — В этот раз он все-таки обернулся, на лице мелькнуло раздражение.

— А я вам колбасок домашних к обеду принесла. С картошечкой! — огорошила несчастного аллиночка. — Все в контейнер положила, так оно точно не остынет.

Рядом с чаем и пирогом появилась внушительных размеров коробка. Половину класса накормить можно!

— Эм… хм… — Ковир явно пытался придумать, за что бы ее наказать, но причины не нашлось, и он ограничился взбешенным: — Я не голоден, заберите!

— Ну так это сейчас, а то к обеду, — философски пожала плечами Виса. И чтобы он не вздумал и дальше отнекиваться, продемонстрировала блестящие глаза и чуть подрагивающий подбородок.

Главное девичье оружие в некоторых случаях.

— Сядьте! — рыкнул Ковир и продолжил свою деятельность.

По мере того как приходили другие аллиночки, на его столе горка «обеда» неумолимо росла. Печенье, парочка домашних пирогов, запеканка, бережно завернутая в фольгу, еще чай, бабушкина настойка… Я сжимала губы изо всех сил, чтобы не рассмеяться.

Девчонки при этом награждали такими яростными взглядами «конкуренток», что соблазн становился непреодолимым. Кажется, в этот раз аллиночки сговариваться не стали…

Ковира было почти жалко. Да, почти! Потому что новый учитель все равно мерзкий, поделом ему. И веской причины наказать учениц вроде бы как нет: заботятся!

— Что здесь происходит? — очень тихо и оттого особенно устрашающе осведомился куратор, когда очередная девушка, скромно краснея, водрузила на его стол кексы с черникой.

Мнямк! Я, как тот лисенок, внутренне облизнулась, хоть и позавтракала. А эти запахи… мм, отвлекают.

Аллиночки принялись невинно хлопать глазками.

И вот тут меня все-таки пробило на хи-хи!

— Катарина? — тут же прошипел над ухом гадкий Ковир. — Вам весело? Может быть, поделитесь со мной?

Ну… могу и поделиться.

— Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок! — прохрюкала я и уткнулась лицом в ладони. Смешно!

Куратор застонал, но, как ни странно, наказывать никого не стал.

— Пока не забыл, — выдал он по пути к своему месту. — Домашним заданием на завтра будет небольшой опыт. Крем. Возьмете основу в хранилище, добавите чернику, чертополох и рьянку. Испытаете и опишете результат. Работы мне сдать при входе в класс. Всем понятно?

Народ согласно загудел. А Ковир мстительно добавил:

— Задание только для девушек. Алины учат теорию, следующий раздел в учебнике.

Похоже, он решил бороться с нами нашим же оружием. И меня, как и раньше, не выделил из общей массы, хотя отлично понимал, что вертеть перед ним хвостом я не собираюсь. Очень надо! У меня же есть Марик!

Стоп, Катарина! Думаем про третью Сортировку. Привязанности здесь излишни.

Но как бороться с тем, что уже есть?

Пока срисовывали с доски формулу и записывали за Ковиром материал, я обдумывала сбор. С черникой и чертополохом все понятно. То есть ничего особенного от них ждать не стоит. А рьянка… тоже в общем-то простое растение, почти сорняк. Что-то вроде крапивы. С той лишь разницей, что растет исключительно в нашем королевстве и полезных свойств в ней по минимуму. Насколько помню, ни в одном составе не используется, только если надо перебить какой-нибудь слишком приторный запах.

Однако внутри что-то прямо-таки вопило: здесь есть подвох!

Остаток дня прошел, можно сказать, спокойно. Аллиночки шипели друг на друга из-за кормежки Ковира, наши парни жаловались, что как на свидание до полуночи, так с ними, а как вкусненькое — так учителю, другие наставники потихоньку расспрашивали о новом коллеге.

Но меня это все мало интересовало.

В перерывах между уроками я бродила по коридорам, надеясь хоть краем уха услышать что-то о судьбе той девушки. Тщетно. Придется поговорить об этом с куратором.

И Анна за весь день ко мне ни разу не подошла, а так хотелось получить наконец послание от Марика! Второе свидание… От одной мысли на лицо выплывала мечтательная улыбка.

Между последним уроком и отработкой образовалось примерно полчаса свободного времени. Я купила пирожок с вишней, кофе и присела во дворе у фонтана. Как-то не заметила, что на другой стороне за статуей красивой аллиночки в пышном платье сидит кто-то еще.

— Привет, Катарина, — прозвучало противное, шепелявое.

Я вздрогнула.

Этот голос в Колледже знали все. Глэни Блат. Сочувствующая.

Так называли людей, которые считали, что «ненормальных» притесняют несправедливо, и не боялись говорить об этом вслух. Они тут же становились изгоями. Их игнорировали и никогда не упускали случая унизить прилюдно. Вот и в нашем Колледже училась одна такая. Я знала Глэни в лицо, но ни разу не заговаривала с ней.

И сейчас промолчу. В отличие от некоторых, мой инстинкт самосохранения еще жив.

— Не знаешь, ту девушку уже казнили?

Жар опалил лицо. И руки. Или это я кофе пролила?

Молчу!

Больше заговорить Глэни не попыталась.

Не чувствуя вкуса, я запихала в рот остатки пирожка, вытерла салфеткой руки и пошла в класс. Вряд ли Ковир рассердится за то, что ученица явилась на десять минут раньше.

Постучала, получила разрешение, вошла.

Ковир сидел за столом. Он снял пиджак и остался в одной рубашке. Я заметила, потому что у него он был интересного кроя: застегивался от горла до пола, и не на обычные пуговицы, а серебряными булавками с ониксами. Красиво и непривычно. Вся обстановка в классе показалась какой-то неформальной: немного встрепанный учитель, книга перед ним явно не из учебников, разлитый по чашкам чай и нарезанный пирог. Тот самый, яблочный.

И хотя куратор привычно хмурился, мне вдруг стало не по себе. Захотелось убежать. Ну или хотя бы отсрочить неизбежное еще на десять полагающихся мне минут.

— Проходите уже наконец, аллиночка Катарина! — потерял терпение Гардиан Ковир.

Нехотя я переступила порог и сделала еще два шага.

За спиной щелкнул замок.

Я обернулась. Никого. Но как?! Ковир сидит за столом, он бы не дотянулся, а остальные разбрелись по мастерским, в это время Колледж почти пуст. Неужели он тоже «ненормальный» и может двигать предметы на расстоянии?! Иного объяснения у меня просто нет…

— К-как… в-вы это сделали?

— Под учительским столом есть кнопка, блокирующая двери, — невозмутимо ответил куратор. А мне стало стыдно не за то, что подумала, просто чуть не ляпнула вслух! — Садитесь, аллиночка Брей.

И он указал на стул за первым столом. Как раз тем, на котором дожидался чай с пирогом.

Положа руку на сердце, было немного страшновато, но я подчинилась.

— В этом и заключается отработка? — А что, имею я право поинтересоваться своей судьбой?

Впервые он искренне улыбнулся. Почти незаметно уголки губ приподнялись.

— Вы должны помочь мне справиться с последствиями заскока других аллиночек! Думаю, это будет справедливо.

Учитывая, что проступка за мной нет и Ковир прекрасно осведомлен об этом, чай с пирогом — идеальное наказание. Рука сама потянулась к понравившемуся куску. Но я не такая дурочка, чтобы решить, будто все окажется так легко. Он будет говорить гадости?

— Логичнее было бы пригласить кого-то из учителей, — сообщила куратору, прожевав первый кусочек. — Или учительниц.

Поскольку остальной учительский состав все еще активно интересуется новым коллегой, я сделала вывод, что Гардиан Ковир не торопится вливаться в их ряды. Новый учитель предпочитал держаться особняком, на переменах отсиживался в классе и уже считался нелюдимым. Это плохо. Очень плохо, если он собирается остаться здесь насовсем.

— Не поверите, аллиночка Брей, я так и сделал… — сказал он и досадливо поморщился.

Если бы не это, я бы не стала спрашивать!

— И что? Неужели они не пришли?!

Второй раз за день мне стало его жаль… Немножко, самую малость.

— Шутите? Конечно, пришли, им же любопытно. — А вид у нового учителя все равно оставался такой, словно у него зуб болит. Сильно. — Или думаете, мне одному под силу справиться со всей снедью, которую здесь оставили ваши подружки?

Я окинула взглядом опустевший стол. Ладно, признаю, сыщик из меня никакой.

— Но колбаски, которые принесла Виса, оказались с курицей, а ваш директор ее не ест. Все знали, а я нет. Откуда?! В итоге ему стало плохо, а я с этого дня не только нелюдимый, но и подлый, заносчивый… Ну и так далее.

О, теперь мне его правда жаль! Я говорила, что у нас тут одна большая семья? Так вот, у всего этого есть и обратная сторона. Если не влился, жизнь малиной точно не покажется.

— Ужас! — выдохнула искренне.

— Ага, — кивнул учитель, на секунду забывшись. — Вот пожаловался и вроде полегчало.

Чай был удивительно ароматный, и пирог домашний, Вкусный. К собственному удивлению, я смогла расслабиться. Но рано, Ковир снова стал собой.

— Что ж, вернемся к отработке, — проговорил медленно, со вкусом наблюдая за моей реакцией. А фиг тебе! Я сделала вид, что интересуюсь исключительно угощением. — У меня к вам деловое предложение, аллиночка Катарина.

— Правда?

Ковир поерзал на стуле, устраиваясь удобнее, и начал издалека:

— Поскольку с моим появлением в Колледже был введен новый предмет, мне предложили свою мастерскую. Все необходимое будет готово примерно через неделю, если, конечно, после случившегося я не впал в немилость.

Учитывая, какие люди тебе покровительствуют? Вряд ли. Произнести эту мысль вслух я не осмелилась, но ободряющей улыбки не пожалела. Хотя бы в благодарность за то, что поделился пирогом, он действительно замечательный.

— Катарина, вы в какой мастерской занимаетесь?

— В кремной, а что?

Вид у куратора стал искушающий и хищный одновременно: черты лица еще больше заострились, глаза прищурены, губы — ниточки. И этот голос… Завораживающий!

— Не хотите всерьез заняться опасными ароматами? Высокая отметка по всем моим предметам гарантирована. Как приятный бонус, оплата больше на десяток монет. И перспектива получить работу при Бастионе в дальнейшем. Ну же, Кат, соглашайтесь! Третий курс, пора уже задуматься о будущем!

Его голос журчал, приятно вибрировал, будто укачивая на своих волнах. А я сидела как громом пораженная. Он это серьезно?

Почему я?!

— От таких предложений не отказываются, Катарина, — подвел итог Гардиан Ковир.

В глубине души я это понимала, но…

— Опасные ароматы — это яды?

— Зачастую.

— И Сортировка может закинуть меня не только в Бастион, но и в один из Департаментов? — Этого я боялась больше всего, но и хотела втайне.

Такой успех! К тому же у себя под носом даже храны редко ищут.