Забытые учителя

— И как же теперь сыночка кличут? — заинтересовался Леший. — Сыночек?

— Нет, Ерофей Павлович Хабаров. Всё, теперь отставить разговорчики, и в путь. Кстати, хотелось бы узнать, куда путь-то держим?

— Да тут не далеко, два коридора, три поворота. Пошли, Клён ждёт.

Комната, куда они попали, поражала обилием мониторов на стенах. Посреди неё на вертящемся кресле сидел Ахмад. Не отрывая взгляда от мониторов, он поднял руку, поздоровавшись сразу со всеми. И тут же воскликнул:

— Клён, есть! Они в апартаментах Элькина. Смотри!

Из тёмного угла на середину шагнул Клён. Он поздоровался со всеми, потом повернулся к монитору.

— Молодец, мальчик! — сдержанно похвалил он Ахмада. — Теперь найди мне Ивлева. Пойдемте, господа военные, в сторонку, Ахмаду нужен простор.

Ворон за спиной Клёна взглядом указал Максу на мониторы и покачал головой: мол, видишь, Клёнушка не промах, как ловко и просто можно получать информацию.

— Система наблюдения была смонтирована не нами, — спокойно произнес Клён, — мы только интегрировались в неё. Это не единственный пункт наблюдения. То есть наш единственный, но за всем также наблюдает служба Элькина. После его отъезда в Раменки три дня назад она осталась в бункере. Сейчас её действия координирует майор Быков. Он подмял под себя подполковника Ивлева и собирается вас, Максим, провозгласить единоличным управителем бункера. Они же с Ивлевым будут ближайшими вашими советниками. Если вы желаете этого и чувствуете в себе способности к такого рода деятельности, я дам вам возможность уйти. Я уважаю чужой выбор. Но всё же я хочу, чтобы вы остались со мной и возглавили вооружённые силы как тут, в бункере, так и наверху. Я полагаю, что должно иметь место единое командование. А выборы управляющего предлагаю провести открыто, но предупреждаю, что буду выставлять свою кандидатуру и настаивать на этом.

Максим видел, что Клён внимательно следит за его реакцией и определенно желает, чтобы он согласился с ним.

— Знаете, Клён, — Макс посмотрел вначале на Ворона, потом в глаза Клёну, — не объясняйте мне прописных истин. Мы сейчас теряем время. Я не стремлюсь стать управляющим и не чувствую к этому позывов. Вас я видел в деле и помню, кто помог мне найти семью… — Максим не успел договорить, так как из центра комнаты вновь раздался голос Ахмада:

— Вот он!

Все трое подошли к монитору, на который указывал компьютерщик.

— Во блин да пирог, он ломится в твою дверь, Макс! — озвучил увиденное Ворон.

Клён посмотрел на Максима:

— Действуйте. Ивлев и Быков нужны живыми. Ахмад, передай «уши». Я буду координировать действия.

Макс выскочил в коридор, на ходу объясняя задачу:

— Леший, ведешь основную группу обычным путём, занимаете позицию, чтобы просматривался весь коридор в этой части Премиума, ждёте команды. Ворон, мы с тобой по предыдущему маршруту, бегом!..

Последнюю команду Максим отдавал, уже несясь по коридору. Ворон поспешил за ним.

— Макс — Клёну. Как слышите? Прием, — пропищал наушник.

— Слышим, — за обоих ответил Макс.

— Объект пытается открыть дверь ключом.

— Ага, фигу! Мы дверь заблокировали изнутри, да ещё и забаррикадировали, — прокомментировал сзади Ворон.

— Ты наддай, и без комментариев, — Макс повернул за угол. — Куда теперь?

Ворон обогнал Макса, зашарил рукой по стене:

— Сезам, откройся! — и удовлетворённо хмыкнул, когда раздалось тихое шипение. — Битте-дритте, прошу, шеф! — И, обогнав Макса, побежал вперед. — Ты сам, команданте, не отстань!

— Поторопитесь! — хлестнул голос Клёна в наушнике.

Запыхавшиеся Максим и Ворон вывались из вентиляционной шахты, распугав чутких кошек. В спальне Ольга наспех сооружала переноску для Володьки, чтобы его можно было привязать к Косте и нести на спине. Она вздрогнула и отбежала к кровати, закрыв собой ребёнка, который спокойно спал, посапывая и чему-то улыбаясь во сне. Потом узнала мужа и Ворона, тихо осела на кровать.

— Спокойно, Олюшка. Закрой дверь в спальню за нами и ничего не бойся. — Максим успокаивающе коснулся губами её лба. Сразу развернулся и бросился в холл вслед за Вороном, который, прежде чем исчезнуть, бросил то ли Ольге, то ли Ерофею:

— Чао, бамбина! Я скоро вернусь!

В холле Костя, спрятавшись за нагромождением мебели перед дверью, занял оборонительную позицию, приготовившись стрелять, если вдруг дверь дрогнет. Из коридора раздавались удары.

— Николаев, откройте, надо поговорить! — кричал Ивлев.

— Ага, и для этого надо ломать дверь? — спросил Максим. — А как же моя изоляция? Вы уже не считаете, что я зараженный?

— Николаев, дело серьёзное! Я не могу с вами разговаривать через дверь!

— С ним десяток бойцов, — подсказал наушник.

— Да, и для разговора вы привели вооружённых бойцов? — спросил Максим.

— Если желаете, я скажу моим людям, чтобы они отошли, — предложил Ивлев.

— Хорошо, я открою дверь, если ваши люди уйдут в конец коридора, — ответил Максим.

— Договорились.

За дверью послышалась возня.

— Пятеро отошли, а пятеро остались, — наябедничало «ухо».

— Вот сволочь! — не сдержался Ворон. — Пристрелил бы, если бы не приказ!

— Тихо! Тебя здесь нет! — одёрнул его Максим. — Послушай, Ивлев, если ты с добрыми намерениями, то отведи оставшихся с тобой бойцов, только тогда состоится разговор.

— Бойцы отходят, — сообщило «ухо».

Макс потыкал пальцем в сторону кухни. Костя вначале недоумённо на него посмотрел, потом, сообразив, что от него требуется, сгонял на кухню и вернулся с картофелинами и ножом. Парни споро нарезали картошку пластинками и подтолкнули под ножки мебели. Стараясь не производить шума, откатили мебель от двери.

— Внимание, всем готовность! — отдало «ухо» команду голосом Клёна. — Макс открывает дверь. Пошли!

Максим распахнул дверь и шагнул в сторону, Ворон тут же прыгнул на спину вошедшего Ивлева, не давая тому возможности воспользоваться оружием.

— А теперь Горбатый! Я сказал — Горбатый! — прокомментировал Ворон, выбивая пистолет из руки Ивлева. — Что же вы, сударь, в гости — и с оружием?

Макс захлопнул дверь и услышал в коридоре топот бегущих. Захлопали выстрелы.

— Сдавайтесь! — загрохотал усиленный мегафоном голос Лешего. — Оружие на пол, лицом к стене! Не подчинившихся расстреливаю на месте!

Послышался стук, звуки выстрелов и вопли раненого.

— Ну, кто ещё желает лишиться самого дорогого? — спросил Леший за дверью.

— Что он имел в виду? — заинтересовался Ворон, туго связывая Ивлева. — Надо будет на досуге спросить…

— Можешь спросить прямо сейчас. Слышь, как тарабанит?

— Макс Лешему! Открой дверь. Здесь свои, — раздался весёлый голос Лешего. А потом и сам боец ввалился в приоткрытую дверь. — Всё, командир, операция здесь завершена. Один раненный в ногу. Остальные отделались испугом.

— Это ноги, что ли, самое дорогое? — Ворон с иронией смотрел на Лешего.

— Это нога в её верхней части, где она прикрепляется к телу, — всунулся в дверь Крол.

— А ты откуда здесь, Николаша? Ты же вроде должен быть на периметре? При мне с утречка собирался в командировочку, поупражняться в стрельбе с оптическим прицелом по тарелочкам. Удалось поупражняться?

— Да вот, вышел «загоревший» из санпропускника, а тут у вас заварушка. Не успел поучаствовать! — пригорюнился Крол. — А на периметре поупражнялся. Только поднялись да стали расставлять мишени, как полезли мутанты. Да так много, одну волну отстреляем, вторая идёт. Кондор поливает огнём из вертолёта, он таки соорудил коктейль Молотова, а они сквозь пламя так и лезут, голодные, видимо, не жравши несколько дней. Кто-то среди них попался с навыками и с огнестрельным оружием, ранил Краса. Жалко не я, а Дед его снял!

Дедом бойцы прозвали молчаливого прапора, который обычно выводил их по подземке на периметр. Вдруг оказалось, что он бывший чемпион по стрельбе из винтовки. Незадолго до бегства Аликберова с компанией из бункера он набрал способного молодняка и стал обучать их навыкам снайперов. Вот на такую учёбу и отправился с утречка Николай, попал в бой на периметре, а когда спустился в бункер — оказался в заварушке по переделу сфер влияния.

— Крас куда ранен? — спросил Максим. — Тяжело?

— Нет, зацепило руку, но кровотечение быстро остановилось. Крас позиций не покинул, продолжал командовать бойцами.

— Внимание, второй этап операции, — прервал рассказчика голос Клёна в «ухе». — Всем выдвинуться на позиции! Ивлева — под конвоем в Ультра!

— Леший, Крол, в конвой! Ворон, Медуза, Дылда — найдите ход по шахтам, для неожиданности и непредсказуемости. Остальные за мной! — отдал команду Максим.

Всё сразу пришло в движение. Макс подхватил автомат и заглянул в спальню:

— Олюшка, возьми на всякий случай, — он протянул ей автомат и запасные магазины. — Сейчас мы уйдём, запри все двери. Ребята уйдут через шахту. Поставь решетку на место.

Ольга прижалась к груди мужа, вдохнула его запах:

— Возвращайся быстрее! О нас не беспокойся. У нас кошки на страже.

Кошки, будто поняв, что говорят о них, синхронно подняли головы и посмотрели на Максима. В свете ночника глаза у Анфиски горели зеленым, а у Ерофея Павловича — фиолетовым огнём.

Макс поцеловал Ольгу и шагнул за порог.

— Иди, Максим. Мы дверь запрем и отправимся через шахту. — Ворон поднял взгляд от телефона, который разглядывал.

— Что там у тебя?

— Навигатор. И не у меня, а у Костьки. Ему Ахмад закачал схему вентиляции. А ты думаешь, как мы нашли твою квартиру? Сейчас маршрут уже составили, так что ты иди, а мы подтянемся.

— Удачи!

Максим вышел в коридор и услышал, как за ним щелкнули дверные замки. Он бегом добрался до лифта, где его ждала группа.

— Задача: спускаемся в ВИП. Первая группа, командир — майор Власов, рассредоточивается в лифтовом пространстве и аккуратно стягивается в нишах возле апартаментов Элькина. Вторая группа со мной в обход, старший — капитан Зарецкий. Штурм по команде координатора. Вопросы есть?

— А кто такой координатор? — рыжий боец, почти мальчишка, преданно смотрел на Максима.

— Тебе, салажонок, знать это не обязательно, — строго ответил Власов, — для тебя координатором буду я — твой командир.

— И ребята, постарайтесь не подставиться, — совсем не по-уставному напутствовал группу Максим. — Удачи!

Он повел группу через анфиладу залов казино — так они могли максимально быстро оказаться на месте с другой стороны коридора, — размышляя на бегу: «Интересно, где набрали такой молодняк? Лицо у мальчишки больно знакомое». Гулкое эхо вторило их топоту, неслось за ними, взлетая под потолок, возвращалось, будто отразившись от люстр. Зеркальный потолок в свете хрустальных светильников на стенах, включавшихся автоматически от датчиков движения, преломлял отражения бежавших с оружием бойцов, создавая какую-то нереальную картину. Максим вспомнил, как тут сверкали люстры, отражаясь в собственных подвесках, хрустале рюмок, бриллиантах бомонда. Казино было закрыто по распоряжению Элькина с тех пор, как здесь погибли его сын и любовница. «Такое ощущение, что с того момента прошла целая жизнь, а не какие-нибудь две-три недели. А теперь рояль в чехол затянут, как в саван». — Максим перехватил автомат и приготовил карточку-ключ.

— В коридоре чисто, — поведало «ухо».

— Макс Ворону. Вышли в точку «икс».

— Хорошо, Ворон. Мы тоже на месте. Ждите команды, — распорядился Максим, знаками указывая бойцам группы, где кому занять позицию. — Клён Максу. Что внутри?

— Десять человек. В холле пятеро, прячутся за диванами, креслом и тумбой телевизора, готовы к стрельбе. Трое в приёмной перед кабинетом — один в углу за шкафом, двое за креслом. Один в кабинете. Быкова не вижу.

— Быков в спальне, любуется собой в зеркало. Мы как раз позади него, — зашептал в «ухо» Ворон.

— Все слышали расположение? — Максим осторожно выглянул в коридор. Бойцы обеих групп по стенке, осторожно и тихо, подбирались к двери. Перед дверью на коленях стоял давешний любопытный рыжеволосый парнишка и колдовал с замками. Максим увидел, как он медленно поднял руку.

— Штурм! — коротко скомандовал Максим.

Одновременно с его командой мальчишка толкнул дверь, но вместо того, чтобы откатиться в сторону, рванул в квартиру, откуда сразу же зазвучали выстрелы.

— Ёшкин кот! — почти сразу же послышался голос Ворона. — Макс, Быков застрелился, как только мы прыгнули!..

— У нас «двухсотый», — вклинился кто-то из бойцов.

Максим на спринтерской рванул по коридору в апартаменты.

— Макс, уже ничего не сделаешь! — услышал он голос Клёна в «ухе». — Будь осторожен!

Первое, что Макс увидел, влетев в дверь, — лежавшего на полу прямо напротив входного проёма рыжеволосого парнишку и стоявшего возле него на коленях майора Власова. Мгновенно осмотрев помещение, Максим увидел, что ещё двое бойцов лежат на полу без движения: «Не мои», — автоматически отметил он. Трое под прицелом автоматов стояли лицом к стене, упершись в неё лбами и локтями. Из приёмной бойцы выводили четверых, подталкивая их прикладами для ускорения.

Максим нагнулся над рыжеволосым, лицо его было бледным и строгим, как давеча у Власова. «Вот он кого мне напоминает, — обдало будто кипятком. Он поднял глаза на Власова: лицо того было землистым, глаза — потухшими. Максим вновь посмотрел на паренька: — Какие-то раны странные. Нет крови». Он приложил пальцы к артерии на шее и почувствовал пульс.

— Клён Максу. Срочно нужен врач! Он жив…

Максим услышал рядом всхлип, поднял глаза, Власов, закрыв лицо ладонями, сотрясался в рыданиях. Сзади подошёл Ворон, поднял его, довёл до кресла, проворчал:

— Неча раньше времени хоронить, ёхарный бабай! Поживёт ещё мальчишка…

Из двери вынырнули двое медиков в белых халатах и захлопотали над раненым.

Максим поднялся и прошёл в спальню. Перед зеркалом на стуле сидел Быков с простреленной головой, возле его ноги валялся пистолет.

— Макс, мы ничего не успели сделать. Только решёточку выдавили, а он посмотрел в зеркало и стрельнул… — обнаружил себя Костя.