КвазаРазмерность 5

Они покинули аппартаменты ранним утром, воспользовавшись пневмотоннелями общественного транспорта, где было проще всего избавиться от слежки, если она, конечно, была. За два часа до официально запланированного отбытия в жилой комплекс Isistius labialis, охотники за наживой прибыли в расположенный на окраинах официальный игровой терминал «Фив», выбрав в качестве персонажей представителей горного народа. Первым Размерность покинул Зевс. Выждав чуть больше часа, за ним последовала Ра. Разделившись, они смогли избежать ненужного внимания со стороны персонала, обслуживающего игровой терминал. Правда Зевс не хотел уходить первым, но Ра настояла, не скрывая, что не доверяет ему. Что если, отправив ее в игру, он решит расквитаться с теми, кто пытался выжечь им жидкие чипы?

- Я держу свое слово, - хмуро напомнил Зевс, однако спорить с Ра было бесполезно.

Опасений, что игровые системы защиты увидят в парной игре умысел или сговор, не было – Далекие земли, где находились Голиафские горы, выступали в качестве игрового отстойника, куда адаптивные алгоритмы ссылали нарушителей с игровых площадок Аида и закрытого города. Среди телебов не было ни имитаций, ни системного контроля. Конечно, Зевс и Ра выбрали себе в качестве игровых персонажей жителей Голиафских гор, отделявших Далекие земли от остального игрового мира. У горного народа были немного другие правила, но что могли адаптивные алгоритмы сделать, заподозрив игроков в сговоре? Куда высылать, если горы являются частью площадки Далеких земель? К тому же голиафцы – сильный и выносливый народ. Они смогут постоять за себя в землях диких телебов и вернуться в горы. Да и местные игроки, понимая, что голиафцы поставляют им оружие из Аида, не были настроены враждебно по отношению к ним.

«Остается надеяться, что слухи не врут и Прай-Ми стал телебом», - подумал Зевс за мгновение до переноса.

Тело осталось в капсуле игрового терминала, а сознание, благодаря игровой точке сборки, появилось на площадке, построенной в Подпространстве. Информационные протоколы вспыхнули в сознании пониманием игровой легенды.

У доставшегося Зевсу персонажа не было ни семьи, ни денег, чтобы заплатить калым за жену. Он мог либо умереть на каменоломнях, строя тоннели для контрабандистов внешнего мира, либо поступить в академию тайных агентов горного народа. Персонаж Зевса выбрал академию. Две с лишним недели он простоял перед закрытыми воротами, видя, как пришедшие с ним кандидаты сдаются и уходят. Вода и еда заканчивались. Одна девушка, стоявшая рядом с Зевсом, умерла от обезвоживания. Он смотрел, как она умирает, и знал, что если предложит ей свою воду, то тогда ему самому придется либо уйти, либо умереть. Поэтому оставалось только смотреть. Кто-то не выдержал и решил уйти, предложив девушке уйти вместе с ним. Она отказалась.

- Двери скоро откроются, – прохрипела девушка, разлепляя сухие губы. – Я знаю, что скоро откроются… – Но она так и не увидела этого.

Ее смерть, заставила сдаться еще добрый десяток кандидатов, и когда ворота наконец-то открылись, во внутренний двор крепости вошли не более дюжины из двух сотен. Их усадили на холодный пол и заставили ждать.

- Ты недостоин! – говорили кандидаты, завершившие первый круг испытаний, проходя мимо. – Ты просто жалок! Ты никогда не станешь агентом! Убирайся!

Один из них ударил Зевса в лицо и сломал нос. Хлынувшая кровь залила потрепанную одежду.

- Ты еще можешь уйти! – сказал кандидат. Зевс покачал головой. Получил еще один удар. – Уходи!

- Нет, – он закрыл глаза. Новый удар рассек бровь.

- Ты недостоин! Слышишь? Недостоин! – прокричал кандидат и ушел…

Вскоре от оставшейся дюжины отсеялось еще две трети…

- Теперь твоя жизнь принадлежит Учению, – сказали Зевсу, проводя его в основную часть дома.

Синтетический наркотик, созданный похищенными из Аида магами, одурманил разум, подчинил мысли и выпил до дна все страхи. Зевс очнулся в райских садах, вкусив любовь вечно молодых дев, на близость с которыми его игровой персонаж не смел надеяться при жизни. Они ласкали его, поили вином и обещали ждать.

- Я вернусь, – пообещал им Зевс. – Обязательно вернусь.

Его отвели в зал славы и показали портреты прославленных агентов. Они получили амулеты ин-незов, позволившие им выбраться далеко за пределы Голиафских гор, затерявшись среди игроков других локаций. Их обучали особенностям той или иной площадки, боевым искусствам, колдовству, кузнечному делу, актерскому мастерству…

Адаптивные алгоритмы добавили в точку сборки искусственные ядра воспоминаний, рассказывающие о лучшем агенте из голиафского народа. Его звали Саруг. Когда-то он был таким-же новичком, как Зевс. Закончив обучение, он получил амулет ин-незов и отправился в земли Аида. Иногда силой, иногда хитростью и притворством, он проник во дворец Сфинкс. Актерское мастерство и набор маскировочных амулетов позволяли ему скрывать принадлежность к горному народу. Саруг выглядел как отверженный – обычный житель Аида. Оказавшись в центре игровой цивилизации, он притворился одним из них, а когда настал нужный момент, он снова стал тем, кем был – Саругом, чья жизнь принадлежит Учению.

«Рай всегда покоится в тени сабель», – думал Саруг, приближаясь к своей жертве.

Отравленный кинжал пронзил сердце приближенного к Сфинкс торговца, мечтавшего силой получить доступ к тайным тоннелям в Голиафских горах. Совет горного народа приговорил его к смерти. Саруг стал исполнителем, и теперь выполнив свой долг, он не собирался бежать: стоял и улыбался, наблюдая за тем, как умирает торговец. Улыбка эта сохранилась, когда его привязали к столу и начали пытать, заставляя рассказать о том, кто его нанял. Он так и умер – улыбаясь и думая о данном обещании нестареющим девам. Он запомнил одну из них. Вот вернется и… Тьма застлала глаза, и Саруг погрузился в пустоту. И говорящие цветы Аида снова шептались об этом, разнося сплетни по всем локациям, заставляя игроков считаться с голиафским народом, потому что Саруг не был единственным. Подобные машины смерти могли находиться где угодно. Они были, как бомбы замедленного действия, о которых никто не узнает, пока они не сработают, совершив то, что им предначертано…

Зевс не знал, сколько времени продолжалось обучение в действительности. Информационные протоколы сменяли друг друга, восприятия линейного времени сбоили. В конце появившийся наставник сообщил ему, что он стал фидаином начального уровня. Специализация предполагала, что игрок, получив задание, должен пожертвовать собой, достигнув цели, как правило убийства противника. Стимулом для фидаинов выступало возрождение в храмах Голиафских гор, имея более высокий уровень мастерства, выносливости и магических навыков. По мере роста уровня степени посвящения и познания Учения, игрок поднимался на новые ступени власти, которые венчал трон Старца Голиафских гор, как прозвали его телебы. Старец был обыкновенным игроком, и в отличие от других игровых локаций, где узды правления, как правило, находились в руках имитаций, здесь занять место Старика мог любой желающий, выдержав ряд испытаний и пройдя долгий путь фидаина и посвященного в Учение мудреца.

Первым заданием Зевса стало внедрение в группу торговцев, пытавшихся организовать новый рынок на окраинах предназначенной для торговли долины Махайра в Далеких землях. Они планировали отделиться от основной группы торговцев, позиционируя рынок, как принципиально новый вид торговли, где предлагаются товары, которые невозможно найти на территории Далеких земель. Задание было несложным, но учитывая начальный уровень Учения, требовал бдительности, чтобы не допустить случайных ошибок. Особенно сложно было изменять внешний облик – голиафцы были почти в два раза выше телебов. Конечно, для визуального обмана существовали специальные заклинания, но на начальном уровне фидаин умел неприлично мало. Хотя Зевс по опыту знал – на первых этапах всегда немного скучно и очень сложно. Потом, адаптировавшись, дело начинает спориться, а процесс захватывает.

Общество считало охотников за наживой – машинами для зарабатывания денег. В оценке влияния охотников на игровой процесс аналитики делились на два лагеря: одни считали, что подобные игроки убивают интригу, мешая обычным игрокам разгадывать сложные квесты, другие полагали, что как раз благодаря охотникам игровой процесс оживляется. Оба конфликтующих лагеря аналитиков приводили в пример недавнее обрушение «Голода», причем противники охотников за наживой, сетовали на нарушение игровых базисов и выход за рамки дозволенного, а сторонники наперебой кричали, что это был самый интересный сезон в истории игровой площадки, если не считать первого бунта, когда люди еще не знали, чего им ждать от разработчиков.

Зевс никому не признавался, но он, в отличие от многих других известных ему охотников за наживой, получал удовольствие не только от заработанных на площадке бонусов, но и от самого процесса. Как бы там ни было, но начинал он, как игроман, пусть отец и платил ему и его друзьям за то, чтобы они приобретали ключи игроков конкурирующих проектов, выискивая интересные новшества… И только потом, когда Прай-Ми уничтожил проект отца, ему пришлось стать охотником за наживой.

Не встреться ему Ра, то он, возможно, давно бы завязал. В конце концов были неплохие предложения от нейронных новостных каналов. Ему предлагали собственную передачу, но Ра… Вряд ли она планировала завязывать. Охота за игровыми бонусами, при должном уровне подготовки – это легкий заработок, от которого отказаться не так просто. Поэтому продолжал играть и Зевс. По крайней мере, так было, пока они не столкнулись с Прай-Ми. Если бы Ра согласилась, то Зевс предпочел бы разделаться с братьями в Размерности, вот только она хотела сделать это на игровой площадке, да и сам Зевс, став до мозга костей охотником за наживой, смутно представлял, как можно осуществить свою месть в реальном мире. Разве что отловить Прай-Ми и дать ему по морде, но, учитывая с какой скоростью повреждения будут излечены нейронными медицинскими помощниками, вряд ли подобное сможет утолить жажду мести. Да и братья, кажется, действительно были замешаны в чем-то важном – противник настолько внушительный, что способен проглотить пару охотников за наживой и глазом не моргнув. Так что, оставалось спрятаться в игре, став фидаином, и надеяться, что удастся, хотя бы вначале, придерживаться намеченного плана.

Торговца, в доверие к которому должен был втереться Зевс, звали Донда, и он, как назло, был одним из самых подозрительных людей, которых когда-либо знал охотник за наживой. В первые дни, тратя полученные от наставников средства на выполнение миссии, Зевс смог узнать лишь, что по ту сторону Голиафских гор группа контрабандистов пытается организовать гильдию, надеясь заключить договор с телебами на торговые поставки. Сделка обещала стать взаимовыгодной, но детали пока были настолько туманны, что Зевс не исключал, что подобные разговоры могут быть отвлекающим маневром. К тому же очень странно, что торговцы Далеких земель договариваются с торговцами Аида, не принимая в расчет представителей горного народа. Кто, интересно, будет проводить их тайными тропами? Или они думают, что смогут силой проложить себе дорогу?

Зевс хотел убить торговца по имени Донда, к которому присматривался в последние дни, но затем понял, что если сговор с торговцами Аида действительно имеет место быть, то Донда в нем явно не главный. Хотя Донда не нравился Зевсу. Он напоминал ему брата Прай-Ми. Ничего личного, но… Если бы Донда был похож на самого Прай-Ми, то Зевс, возможно, просто ради спортивного интереса забрал его жизнь, а не стал следовать предписаниям, выслеживая более крупную дичь.

В идеале следовало втереться в доверие торговцев и убить при тайной встрече торговца из Аида, но Донда почему-то невзлюбил чужака с первого взгляда, словно нутром почувствовав в нем фидаина. Нужно было действовать – делать ход первым, пока Донда не выявил шпиона. Зевс собирался забрать жизнь этого торговца, но в последний момент в лагере появился высокопоставленный представитель от племени Экрон, контролирующего долину Цестус, расположенную вблизи Голиафских гор.

Переговоры проходили по вопросу предоставления коридора для торговцев в обмен на долю прибылей. Расчет предполагалось проводить товарами. Представителя экронцев интересовали клинки армии Тидея.

- С ними наши воины смогут стать лучшими в Далеких землях, - говорил он.

Предложение выглядело вполне разумным, если не считать, что экронцы требовали не долю в торговле клинками Тидея, пользующимися у телебов большим спросом, а планировали получить каждый из поставляемых в Далекие земли клинков.

- Иначе какой нам прок от хорошего оружия, если враг сможет получить себе такое же? – говорил экронец.

Переговоры готовы были зайти в тупик, но неожиданно лузитани, ведущие непрекращающуюся войну с экронцами, провели ряд успешных вылазок, существенно расширив свои владения, вторгшись на окраины долины Цестус, заявив, что теперь завоеванные территории являются частью долины Ксифос. Подобный успех противников заставил представителя экронцев, проводившего переговоры с независимыми торговцами, пойти на серьезные уступки. Армии его племени требовалось срочное усиление, и мечи Тидея обещали стать лучшим подспорьем. Договор был почти заключен, поэтому, чтобы сорвать не выгодную для голиафцев сделку, представитель экронцев стал приоритетной жертвой.

Зевс забрал его жизнь одним точным ударом клинка, а затем, согласно кодексу фидаинов, сложил оружие и стал ждать, когда охранники жертвы заберут его жизнь. Смерть была быстрой и почти безболезненной. Зевсу просто отсекли голову. Протоколы восприятия обнулились. Пустота на несколько минут стала абсолютной, но едва Зевс начал привыкать к новому состоянию, как персонаж возродился в Голиафских горах. Наставники встретили его, объявив, что он стал фидаином четвертого уровня. Второй и третий уровень были пропущены, так как убийство представителя экронцев было частью бонусной программы – первые две попытки забрать его жизнь провалились, хотя исполнителями были более опытные вассалы Старца Голиафских гор.

- Лучше и не придумаешь, - сказал Зевс, потирая шею, мучимый фантомными болями, оставшимися после того, как его персонажа недавно обезглавили. – Какое задание будет следующим?

В цитадели голиафцев, расположенной высоко в горах и прозванной телебами Гнездо орла, было мрачно и тихо. Зевс знал, что это промежуточная ступень, предназначенная для новичков, но обостренные протоколы восприятия не вызывали ничего, кроме желания побыстрее получить новое задание и убраться из этих мрачных, аскетичных чертогов.

Новым поручением Зевса стало внедрение в отступающие войска экронцев и организация вольного отряда, который станет грабить торговцев на подступах к Голиафским горам. Предполагалось, что задание будет сложнее предыдущего в несколько раз, но разгромленные силы телебов из долины Цестус, казалось, только и ждут, как бы выместить злость от поражения на ком-то менее сильном.

Зевс не лез в лидеры – будь он настоящим телебом, то действовал бы иначе, но маскировка требовала осторожности. Его могли рассекретить в любой момент, стоило только забыть необходимое заклинание или потерять часть заколдованной одежды. Тогда, каким бы сильным и ловким не был голиафец, телебы убьют его. И возрождения в Орлином гнезде не последует. Он просто вылетит из игры – и все. Так что проще было выбрать игрока, который станет лидером, втереться к нему в доверие и направлять, указывая в нужную сторону.

Изучив историю недавних сражений, Зевс притворился участником самого крупного сражения у стен последнего бастиона экронцев на окраинах долины Цестус. Количество погибших и раненых приближалось к рекордным цифрам со времен масштабных сражений между племенами. Смешавшись с раненными, Зевс выбрал лидера уже сформированного небольшого отряда, потерявшего во время сражения две трети игроков, и начал присматриваться, всячески стараясь примелькаться среди новых игроков.

Сложнее всего оказались первые шаги. Раненные солдаты относились подозрительно к чужаку, и Зевсу пришлось подкупить нескольких, чтобы они засвидетельствовали, что он сражался с ними плечом к плечу у главных ворот павшей крепости – оборонительная линия, находившаяся практически дальше всех от той, что защищал отряд в ряды которого собирался внедриться Зевс.

- Он дрался как черт! – сказал о нем лишившийся ноги телеб, который был лично знаком с Нугаем – лидером поверженного отряда.

В эту же ночь Зевс забрал жизнь калеки, избавившись от свидетеля. Грамотно выбранный яд помог списать смерть на обострение после тяжелого ранения. Следующие несколько дней он продолжал втираться в доверие к Нугаю, действуя по прежней схеме. Главным было не переусердствовать. Особенно, убивая своих фиктивных свидетелей. Двоим даже пришлось сохранить жизнь, оставив при себе, исправно оплачивая их молчание. По крайней мере, на первые дни.

 Неделю спустя Зевс оплатил покушение на Нугая, которое сам же и предотвратил, уничтожив нападавших. После этого Нугай перестал считать его чужаком, и от находившихся на содержании свидетелей можно было избавиться. Зевс прикончил их не без удовольствия, потому что с каждым новым днем они требовали платить им за молчание все больше и больше.

Дальше оставалось дело за малым – рассказать Нугаю о караванах торговцев и намекнуть, что расписание и карты маршрутов узнать не проблема. Теперь затаиться и дать алчным мыслям настояться в голове телеба. Главное сделать все так, чтобы игрок поверил, что решение принадлежит исключительно ему.

- Даже не знаю, целесообразно ли это, - притворно засомневался Зевс, когда Нугай предложил ему собрать группу экронцев, чтобы грабить торговцев. – Большинство хороших бойцов еще не зализали раны после сражений, а другие… - фидаин смерил телеба внимательным взглядом. – А других слишком мало. У купцов хорошая охрана. Они нанимают достойных воинов, которые приходят на базары Махайры, чтобы продать свои навыки…

- Ты считаешь, что не справишься? – спросил Нугай, обрывая нового знакомого на полуслове.

- Я? – изобразил удивление Зевс.

- Или ты не хочешь присоединиться к моей группе?

- Нужно подумать… - Зевс не знал, смог бы сыграть так вне игры, но сейчас приобретенные навыки актерского мастерства позволяли ему без особых усилий разыграть сомнения и лживую преданность потерявшимся во время последних сражений товарищам, которых в действительности никогда не было.

- Только не говори, что ты купил игровой ключ телеба, чтобы сражаться, - скривился Нугай. – Никто не приходит в Далекие земли, мечтая о подвигах. Здесь собираются в основном те, кто просто хочет отдохнуть от правил и порядков, выбраться из-под колпака системы, вдохнув свободу полной грудью.

- Я не мечтаю о подвигах, - осторожно улыбнулся Зевс. – Просто мы с бывшими товарищами планировали…

- Тоже грабить торговцев? – помог ему Нугай.

- Нет. Мы были новичками и понимали, что не сможем противостоять опытным телебам, которых торговцы нанимают для охраны. Но у нас был доступ к маршрутам караванов, и грех было этим не воспользоваться. Так что было решено, что сначала мы примем участие в паре великих сражений, что позволит нам серьезно повысить уровень силы и мастерства, а затем отправимся на базар и предложим торговцам свои услуги в качестве охранников. Конечно, подобный трюк мог сработать не больше одного-двух раз, но это дало бы нам возможность прилично заработать, продав захваченный товар и приобрести достойные оружие и амуницию, чтобы иметь возможность захватывать караваны, не внедряясь в их охрану.

- Звучит разумно, - сказал Нугай. – Думаю, я дам тебе на раздумья еще пару дней. Потом ты либо присоединишься к нам, либо станешь нашим соперником.

- Не забывай, что ты не знаешь расписаний и маршрутов караванов, - напомнил Зевс, продолжая игру.

- Мы можем пленить тебя, и выведать под пыткой все, что нужно, - пожал плечами Нугай, напоминая о том, что один из его отряда некогда работал палачом. – У него есть много отработанных систем, чтобы сломить твою волю.

- Не буду спорить, - сказал Зевс.

- И не вздумай сбежать. Мы будем следить за тобой, - предупредил Нугай.

Зевс не ответил, изображая глубокие раздумья.

- Мы все еще можем стать союзниками и, возможно, друзьями, - сказал Нугай перед тем, как уйти.

Один из верных ему людей начал следить за Зевсом. Некогда он служил в разведке и фидаин сомневался, что при необходимости сможет скрыться от слежки, впрочем, такой необходимости не было. Нугай захватил наживку, и задание было почти выполнено. Как только группа экронцев совершит первый налет на караван независимых торговцев, фидаину присвоят новый уровень и дадут новое поручение, выполнив которое он, вероятно, сможет стать наставником, поднявшись по лестнице власти на один пролет ближе к Старцу.

Глава седьмая

В отличие от напарника, Ра была женщиной и не могла стать фидаином, выбрав игровой ключ представителей горного народа. Голиафки не могли покидать свой дом. В их обязанности входила защита и расширение внутренних владений горного народа, а так же поддержание порядка. Еще они следили за строительством новых тоннелей и тронных залов, создаваемых в горах. Для этих целей выращивались гигантские черви, минхочао, поделенные на три категории: битата – червь начального уровня, использующий в качестве инструмента зубы, которыми перемалывает горную твердь, мбои-ассу – червь второго уровня, способный источать огонь, раскаляя камни и превращая в пыль (к недостаткам следует отнести невозможность работы вблизи горных рек, высокие температуры во время строительства и грубую обработку поверхностей, что компенсируется высокой производительностью) и олгой-хорхой – червь третьего уровня, эфемерное существо, созданное из электричества, обладающее лучшими качествами первых двух червей, но требующее высокого мастерства.

Мужчины голиафцы не могли управлять червями – разработчики решили, что подобной чести будут удостоены только женщины горного народа. Они должны были держаться вдали от внешних границ, отвечая за внутренний распорядок жизни: строительство, поддержание порядка, охота, защита от разнообразных кровожадных тварей, живущих в пещерах и горных реках. К последним относились монстры под названием буньипы – коварные хищники, заполонившие все водоемы горного народа. Никто не ходил за водой в одиночку – невысокие, похожий на тюленей с львиной пастью существа поднимались со дна и хватали жертву, стоило зазеваться хоть на мгновение. Поэтому за водой голиафки обычно ходили парами – одна зачерпывала воду ведрами, другая с увесистым копьем следила, чтобы буньип не застал их врасплох. Но монстры скрывались не только в водоемах.

В новых тоннелях и тронных залах можно встретить мантикору – потревоженные строительством чудовища выбираются из нор, где спали, и нападают на всех, кто оказывается у них на пути. Львиная грива монстров заканчивается пастью с тремя рядами зубов, хотя остальное лицо похоже на человеческое. Две пары лап сильные и крепкие. Хвост заканчивается жалом скорпиона. Никому не выжить, получив смертельный укол. Мантикору крайне сложно ранить, потому что тело ее исцеляется практически мгновенно. Они бессмертные и, потревоженные строительством, обычно находят себе новые норы для сна. Среди голиафцев есть каста дрессировщиков, которые специальными заклинаниями способны подчинить себе волю мантикоры. За всю историю горного народа подобное удалось троим – плененные монстры охраняют покои Старца горы, а имена дрессировщиков вошли в историю.

Повсюду в стране горного народа можно встретить сквадеров – крошечных существ, передняя часть которых похожа на зайца, а задняя на глухаря. Поодиночке они не опасны, но, собираясь в стаи, становятся грозной силой. Для борьбы со сквадерами голиафки разводят тяньгоу – двойственные существа, способные оборачиваться как белой лисицей, так и черной собакой. Они охотятся на сквадеров и редко встречаются представителям горного народа. Обычно их видят в образе белых лисиц, считая хорошим знаком. Встреча с тяньгоу в образе черной собаки означает скорые неприятности – обычно обвалы, случающиеся в чертогах горного народа достаточно часто.

Так же голиафкам доступна экспериментальная опция воспитания детей, которую разработчики игрового проекта планировали использовать по всей площадке, если нововведение будет пользоваться спросом. Суть опции заключалась в том, что женщина получала имитацию ребенка своего племени. Ей нужно было заботиться о нем, направлять, превращая в личность, согласно собственным интересам и убеждениям. Впоследствии, когда имитация нового персонажа будет завершена, женщина-игрок сможет совершить перенос и занять его место. Подобное предполагало тонкую систему расчета и выверенное развитие для более точной интеграции в игровой процесс в соответствии с интересами и запросами игрока.

Что касается Ра, то она, выбирая игровой ключ голиафки, предпочла стать координатором строительных червей, которые, в случае необходимости, превращались в грозную силу, способную сокрушить практически любого врага. Выбирая новых друзей, она решила не размениваться на ненужные связи, целеустремленно ища в каждом друге возможность потенциальной выгоды.

Голиафка по имени Жаргал была укротительницей мантикор – персонаж незаменимый для координаторов червей. Ее дружбы Ра добивалась не один день. Жаргал считалась ветераном, и смотрела на новичков свысока, так что нужно было срочно развивать своего персонажа.

Первым заданием Ра, как будущего координатора, стал спуск в опасные пещеры, где размножались минхочао. Ей нужно было отыскать детеныша битата – строительного червя начального уровня. На подготовку к этому заданию требовалось, как правило, несколько дней, но Ра, завершила базовое обучение за пару дней. Пара сокурсниц восхищались успехами охотницы за наживой, но голиафка-наставница качала головой, ворча, что спешка в подобных делах до добра не доводит. Наставницу можно было понять – она получала бонусные очки за каждого нового воспитанника, прошедшего испытание, и наказывалась внушительным списанием очков, если ученик проваливал задание.

Кроме будущих координаторов наставница обучала так же укротительниц мантикор, охотников на буньип и сквадеров, плюс, собиралась получить способность обучения разведению и дрессировки тяньгоу. Наставницу звали Чимэг, и Ра понимала, что заполучить ее в союзницы будет непросто, да и выгоды от этого можно было получить не так много, как казалось на первый взгляд, учитывая, что закончив обучение, они могут больше никогда не встретиться. Вот Жаргал могла стать верным другом на протяжении многих игровых дней. Опытная и решительная, она встретилась Ра на выпускных экзаменах координатора, когда охотница за наживой должна была доказать, что способна справляться с управлением взрослого строительного червя начального уровня.

Новички считали процедуру рутиной, но Ра, тщательно изучив базисы игры голиафцем до того, как приобрести ключи игрока, знала, что сдача экзаменов у горного народа является одним из самых сложных заданий. Никаких условностей – опасность будет настоящей.

Ра выдали молодого битата и отправили на учебный полигон. В напарники ей поставили Жаргал, предупредив, что это единственное поощрение за успешное и быстрое окончание обучения. Жаргал, не скрывая пренебрежения, сразу предупредила выпускницу, что не станет помогать ей управлять битатом.

- Моя забота – мантикоры и сквадеры. Остальное зависит от тебя.

Они забрались на червя начального уровня. Минхочао для приличия извивался несколько минут, затем позволил Ра взять управление в свои руки. Голова червя, размером в два человеческих роста, была значительно крупнее туловища, позволяя расположиться там координатору и пассажиру. Упряжь крючьями пронзала плоть минхочао, цепляясь к нервным отросткам внутри. Ра сама изготавливала упряжь – ничего сложного, скорее, наоборот. Проблемой, как говорила наставница Чимэг, было зафиксировать строительного червя на время операции. Впрочем, на экзамене подобного делать было не нужно.

- Будь внимательно, когда червь начнет питаться горной породой, - предупредила наставница за несколько секунд до начала экзамена.

Маршрут для предстоящего тоннеля должен был пройти в районах скопления спящих мантикор и снующих стаек голодных сквадеров.

- Сделай одолжение, не угробь нас обеих, - попросила Жаргал, забираясь на червя позади Ра.

Охотница за наживой кивнула и натянула длинные вожжи. Минхочао вздрогнул. Продольные мышцы напряглись, заставляя тело сжаться. Ра ослабила поводья – и следом за продольными, напряглись кольцевые мышцы, заставляя тело растянуться, продвигаясь вперед. Намеченная цель находилась левее, и Ра пришлось повозиться, чтобы направить битата в нужном направлении.

- Начало не впечатляет, - сказала Жаргал, однако тут же призналась, что другие обычно тратят на подобное намного больше времени. – Посмотрим, что будет дальше.

Ра кивнула, показывая, что оценила похвалу и потянула за дополнительные вожжи, соединенные с несущим ртом червя. Пасть послушно раскрылась, разрушая структуру камней, втягивая их внутрь. Ра ослабила дополнительные вожжи, затем натянула вновь, заставляя минхочао вгрызаться в горные породы, образуя тоннель. Пока сложного ничего не было, разве что… Ра вспомнила предупреждение наставницы, и едва червь начал пульсировать, готовясь исторгнуть превращенный в пыль камень, постаралась занять наиболее устойчивое положение. Битата замер, затем вздулся так сильно, что Ра с трудом удержалась на ногах. Пара разбуженных мантикор тут же выскочила из нор, щелкая пастями с тремя рядами зубов. Львиные гривы ощетинились, а человеческие глаза налились кровью.

Жаргал прочитала несколько заклинаний и мантикоры сникли, однако когда червь продолжил движение, оживились и провели первую атаку. Укротительница монстров взмахнула кнутом со стальным наконечником, рассекая мантикоре брюхо. Крови не было, но рана заставила монстра взвыть. Пролетев в грациозном прыжке над туловищем червя, монстр неловко приземлился на пыльную землю позади и закрутился волчком.

- Похоже, мы его разозлили! – подметила Ра.

- Мы напомнили ему что такое боль, показав, что можем заставить его страдать, - сказала Жаргал.

В подтверждение ее слов мантикора, поджав хвост, попятилась, а когда услышала новые магические заклинания, поспешила спрятаться за камни. Второй монстр, не испытавший на собственной шкуре кнута Жаргал, осторожно поплелся за вгрызавшимся в горную твердь червем.

Казалось, что минхочао продвигается невыносимо медленно, но вскоре, когда Ра обернулась, то не смогла заметить начало тоннеля, утонувшее во мраке. Стайка сквадеров выпорхнула из крошечного тоннеля и вцепилась острыми заячьими зубами в тело червя. Мускулы битата напряглись, снова едва не сбросив пассажиров. Кнут Жаргал защелкал с такой скоростью, что серия ударов слилась в один протяжный звук, сбив добрую дюжину сквадеров с битата. Не успели кружившиеся в воздухе перья осесть, а сквадеры прийти в себя, как на них набросились разбуженные мантикоры. Брызнула кровь на стены тоннеля. От писка сквадеров заболели уши. Тело червя вздулось и выбросило в воздух облако пыли – остаточный продукт от поглощенных горных пород. Ра натянула вожжи, заставляя битата энергичнее вгрызаться в камни, удлиняя тоннель.

- Не торопись, - посоветовала Жаргал. – Наставникам запрещено об этом говорить, чтобы добавить новичкам трудностей при сдаче экзамена, но если загнать червя, то он может лопнуть. Я сама видела подобное. Потом еле смогла выбраться из тоннеля, кишащего мантикорами и сквадерами. Координатор погибла. Так что если не хочешь повторить ее судьбу, то ослабь удила.

Ра прислушалась к совету.

- Жаль, в этот раз не получается приручить мантикору, - сокрушенно сказала Жаргал. – А то проблема со сквадерами была бы решена в два счета. Мантикоры и эти противные грызуны вечные враги, так что… - укротительница прервалась, отражая нападение невесть откуда взявшихся тяньгоу.

Обращенные в рыжих лисиц и черных собак они набросились сначала на стаю сквадеров, затем оттеснили следовавшую за червем мантикору, и наконец устремили свой интерес к Ра и Жаргал.

- А вот это уже что-то новенькое, - призналась укротительница.

- Ты не знала о них?

- Конечно, нет. Никто ведь не планирует, кого мы встретим в тоннелях. Экзамен приближен к реальной обстановке.

Тяньгоу разделились на три группы: две присматривали за сквадерами и мантикорой, а третья примирялась, как провести атаку на голиафок.

- Мне стоит быть начеку или ты обо всем позаботишься? – спросила Ра укротительницу.

- Здесь всегда нужно быть начеку, - сказала Жаргал. – Особенно, когда рядом дикие тяньгоу. Их натаскали охотиться на сквадеров, но иногда система играет с дрессировщиками злые шутки, лишая тяньгоу рассудка. Они сбегают из клеток и прячутся в заброшенных тоннелях. Говорят, что самые опасные – это те, что похожи на черных псов, но я, сколько бы раз не сталкивалась с ними, всегда убеждалась, что тяньгоу в виде рыжих лисиц более коварны и хитры. Они не нападают в открытую, а выжидают удобного момента, когда ты отвернешься или зазеваешься. Думаю, у них существует какая-то система общения между собой – очень слаженно они двигаются, если сравнивать со стаями сквадеров или группами мантикор.

В подтверждение слов Жаргал, тяньгоу перегруппировались и начали теснить сквадеров и мантикору, заставляя приближаться к строительному червю.

- Что они делают? – растерялась Ра.