Помоги проекту - поделись книгой:
к тебе вернулась юность грозовая,
и снова враг набросился, настиг.
Тебя учили боем, смертью, адом –
и научили за короткий срок.
Ведь танки гитлеровские снарядом
сжигал не раз ты, башенный стрелок:
Не стерпишь ты, чтоб был наш танк разбит!
А зал не понимает ветерана.
И дамочка гусынею шипит –
чего, мол, в кинозал пускают пьяных?
Иван ВАВИЛИН
(1911–1975)
Родился в 1911 году в деревне Баяркерос Усть-Сысольского уезда Вологодской губернии. После окончания начальной школы работал в крестьянском хозяйстве отца, затем был возчиком и шпалотёсом в Четдинском лесопункте. В предвоенные годы – сотрудник районных и республиканских газет. Участник Великой Отечественной войны. После войны – редактор, ответственный секретарь журнала «Войвыв кодзув».
Первые произведения опубликовал в 1925 году. Автор поэтических сборников «Ни шагу назад» (1942) и «Советский воин» (1944), «Моя парма» (1957), «Дед Тарас» (1959). Автор лиро-эпических поэм «Современная элегия» (1965), «Ленин в Коми» (1967), «Вторая молодость» (1968).
С 1949 года – член Союза писателей СССР, а в 1973 году стал лауреатом Государственной премии Коми АССР.
В освобождённой деревне
Мы взяли деревню,
Противник далече,
Но чьи это пули
Несутся навстречу?
Виднеется хата
Вдали за оградой –
Там враг притаился,
Там вражья засада.
Смести приказали
Гнездовье лихое,
И некогда медлить
Средь жаркого боя.
Привычна отвага
Для сердца солдата.
Приказ командира
Я выполню свято.
А пули всё чаще,
Всё ближе ложатся.
Нельзя шевельнуться,
Нельзя приподняться.
Но всё ж подползаю,
Сжимаю гранату...
Метнуть её мигом?
Да жалко мне хату.
В открытую схватку
Врага не заманишь.
Засел он. И пулей
Его не достанешь.
А хату разрушить
Мне жалко до боли –
Мне с детства знакома
Крестьянская доля.
Быть может, вдали
От родного порога
Идёт он в шинели
По дальним дорогам.
Вдруг кто-то нежданно
Прервал мою думу.
Я голос услышал –
Суровый, угрюмый.
– Души супостатов! –
Доносится глухо.
Гляжу – подползает
Седая старуха:
– Он занял деревню,
Лихой и постылый.
В свой дом я ни разу
С тех пор не вступила.
Бросай же, сыночек,
Скорее гранату:
Коль враг в моём доме –
Не надо мне хаты.
Пусть крыша, обрушась,
Злодеев задавит,
Сыны возвратятся
И хату поставят...
Тут слово прервалось
Слезою нежданной.
И вздрогнул я, гневом
Святым обуянный.
Всё яростней в сердце
Огонь занимался,
Не помню, что было,
Как в дом я ворвался.
И штык мой с размаху
Вонзился в злодея,
Другой под прикладом
Упал, цепенея...
Старуха, прощаясь,
Меня обнимала.
И сердцу отрадно
И радостно стало.
Настигла врагов
Ненавистных расплата.
В деревне, как прежде,
Виднеется хата.
Теги: фронтовая поэзия
Ловкость рук
Поделиться книгой: