Помоги проекту - поделись книгой:
Дом-музей И.С. Тургенева
Ежегодная литературоведческая конференция "Всероссийские Тургеневские чтения" по традиции состоялась в Государственном мемориальном и природном музее-заповеднике И.С. Тургенева «Спасское-Лутовиново» в конце января, и они были уже XXV, юбилейными!
Начиная с 1990 года на орловскую землю, в родовое имение русского писателя из разных точек России и из-за рубежа съезжаются известные и начинающие тургеневеды, чтобы поделиться с коллегами новыми открытиями[?]
На этот раз впервые в центре внимания конференции оказалась драматургия прозаика. Конечно, за 25 лет та или иная пьеса становилась предметом обсуждения, но так, чтобы всецело, общими усилиями рассмотреть роль и наследие писателя в этом литературном направлении, такой специальной задачи прежде не ставилось. На выбор было предложено множество интереснейших тем: драматургическая система Тургенева: жанры, темы, характеры; женские типы в пьесах Тургенева; проблема «маленького человека» в драматургии Тургенева; драматургические опыты 1860-х годов: незавершённые пьесы и неосуществлённые замыслы Тургенева; проблемы восприятия, толкования, комментирования драматических текстов Тургенева; сценическая история тургеневских пьес; проблемы формирования и музейного экспонирования театральных коллекций…
Открыл конференцию доклад доктора филологических наук, профессора Московского городского педагогического университета Ирины Беляевой «Комедия как основа театра Тургенева». Многие исследователи считают, что именно Тургенев стал предтечей, родоначальником новой русской драмы, которая впоследствии закрепилась в драматургической традиции, в частности, в творчестве Чехова и Горького. Доклад доктора филологических наук, главного научного сотрудника ИРЛИ (Пушкинский Дом) РАН (Санкт-Петербург) Ростислава Данилевского назывался «Тургеневский «Сценарий» для И. Брамса. Наблюдения». Речь идёт о сценарии двухактной оперы (которая осталась неосуществлённой), написанном Тургеневым во второй половине 1860-х для молодого тогда композитора Иоганнеса Брамса. Этот текст был обнаружен сравнительно недавно, хранится он в частном собрании в Англии. По мнению Данилевского, та история несостоявшейся дуэли, что отражена в сценарии, говорит об отрицательном отношении Тургенева к этому дворянскому обычаю и может являться косвенным откликом на реальные трагические события - гибель Пушкина и Лермонтова, а также – на сюжет «Евгения Онегина».
В своём докладе Татьяна Трофимова, кандидат филологических наук, научный сотрудник ИРЛИ (Пушкинский Дом) РАН, проанализировала историю создания пьесы «Где тонко, там и рвётся», контекстно связанную с 1840-ми. В частности, докладчик обратил внимание на тот факт, что пьеса имеет прямое посвящение – «Наталье Алексеевне Тучковой». Отсюда возникает догадка: возможно, в образе главной героини Веры Либановой присутствуют черты характера и особенности личности Н.А. Тучковой-Огарёвой. Воспоминания самой Тучковой свидетельствуют о большом внимании писателя к ней в ту пору, до её благополучного замужества…
Библиотекарь ИРЛИ (Пушкинский Дом) РАН Елена Саламатова зачитала доклад «К вопросу о роли монологов в «драматическом очерке» Тургенева «Неосторожность». «
Мария Степина, кандидат филологических наук, младший научный сотрудник ИРЛИ (Пушкинский Дом) РАН предложила сравнительный анализ: «Драматические опыты Н.А. Некрасова 1850–1860 гг. в контексте его критических суждений о Тургеневе». Алла Полосина, кандидат филологических наук, научный сотрудник Государственного мемориального и природного заповедника музея-усадьбы Л.Н. Толстого «Ясная Поляна», обратилась к вопросу восприятия драматургии Тургенева его современниками Белинским, Достоевским, Толстым, с каждым из которых Иван Сергеевич находился в сложных взаимоотношениях. А работа аспирантки ИРЛИ (Пушкинский Дом) РАН Томоо Канадзава посвящена восприятию творчества Тургенева в Японии. При этом особое внимание докладчица уделила двум японским писателям Фтабатей-Симей и Осанай-Каору, которые внесли большой вклад в знакомство японцев с прозой и драматургией русского писателя.
Евгений Конышев, кандидат филологических наук, доцент Орловского государственного университета, выступил с докладом «К вопросу об эстетической проблематике пьесы Тургенева «Месяц в деревне». Сложный психологический рисунок произведения говорит о двойственности, противоречивости человеческой натуры, что особенно ярко проявляется в образе Натальи Петровны Ислаевой. И здесь уже вполне очевидны типологические параллели с женскими образами Достоевского и «Анной Карениной» Толстого. Эту же пьесу рассмотрела Людмила Решетова, кандидат филологических наук, доцент Тульского государственного педагогического университета им. Л.Н. Толстого, но уже как сценическую постановку в МХТ, находящуюся в контексте художественных исканий начала XX века. Спектакль явился выражением определённой тенденции в современной театральной культуре и репрезентацией эстетических принципов системы К.С. Станиславского. Особое внимание уделено работе режиссёра с ремарками, образной трактовке текста в сценографии спектакля, оформленного художником М.В. Добужинским, соответствию характера сценического действия с замыслом драматурга. В докладе доктора филологических наук, профессора МГГЭИ Олега Егорова «Драматургия Тургенева в советском театре и кино (1959 – начало 1980 г.) рассматривались специфика и стилевое решение пяти постановок тургеневских пьес в московских театрах: Театре-студии киноактёра, Театре на Малой Бронной, Театре им. М.Н. Ермоловой, МХАТе. В центре исследования – соответствие актёрских работ литературно-историческим образам пьес.
Об экспозиционной интерпретации темы «Тургенев и театр», о раритетах, которые в скором времени увидят посетители литературной экспозиции музея-заповедника «Спасское-Лутовиново», рассказали специалист отдела экспозиционной работы Марина Голокоз и заведующая сектором «Редкая книга» Ирина Харькова. Интереснейший доклад хранителя фондов Риммы Борзёнковой «О Грёзе, «грёзах» и грёзовых головках» был посвящён недавно приобретённой для экспозиции дома-музея Тургенева работе известного французского живописца XVIII века Жана-Батиста Грёза «Девушка с розовой лентой в волосах». Обобщающий эту многоуровневую тему доклад «Проблемы формирования и музейного экспонирования театральных коллекций» был сделан младшим научным сотрудником Орловского краеведческого музея Ниной Лысановой.
О любопытных находках, предполагающих дальнейшее глубинное изучение новых направлений тургеневедения, рассказала учёный секретарь музея-заповедника «Спасское-Лутовиново» Елена Кирюхина. В собрании музея оказались два письма Тургенева, одно из которых адресовано немецкому романисту и путешественнику Фридриху Герштеккеру. Ранее исследователям биографии и творчества Тургенева не был известен даже сам факт знакомства русского писателя с Герштеккером, поэтому появляется возможность неожиданных открытий. Но это уже, как говорится, темы будущих Тургеневских чтений – по-прежнему в гостеприимном «Спасском-Лутовинове».
Президент Государственного мемориального и природного музея-заповедника И.С. Тургенева «Спасское-Лутовиново» Николай Левин, вот уже четверть века возглавляющий это учреждение культуры площадью в 83 гектара, идейный вдохновитель и основатель чтений, на закрытии конференции сказал: «
Напоследок с сожалением заметим, что лишь очень малое число музеев и библиотек проводят подобные литературоведческие семинары и конференции, да и то – с «дежурным» посвящением какой-либо юбилейной дате. Но регулярные ежегодные полновесные профессиональные съезды специалистов, помогающие объединить, обобщить их знания в вопросах изучения творчества того или иного представителя отечественной литературы, ввести в научный оборот ценную и доступную информацию путём публикаций ежегодных сборников (а «Спасский вестник» заслуженно имеет высокий статус научного издания) – это исключительный род деятельности, просветительской по отношению к учёным и читательской аудитории и благотворительной по отношению к российской культуре, на которую государством деньги всегда выделяются «по остаточному принципу». В 2018 году мы будем отмечать 200-летие Ивана Тургенева – и до сих пор финансирование, выделенное ещё в марте прошлого года Указом Президента РФ, до Государственного музея-заповедника «Спасское-Лутовиново», одного из особо ценных объектов культурного наследия народов Российской Федерации, уникального памятника русской культуры, единственного мемориального музея великого писателя в мире как до адресата не дошло, странно «затерявшись» в бумагах начальства Орловской губернии…
Теги: И.С. Тургенев , музей
Митинговать или работать?
Первый звоночек горбачёвско-ельцинской гиперинфляции прозвучал для меня, сотрудника ленинградского Института прикладной химии (ГИПХ) в январе 1987 года. Я был командирован в Новосибирск. Мой приятель, старший научный сотрудник одного из институтов Сибирского отделения АН СССР Валерий, рассказал, что начал работать по хоздоговору в рамках Движения научно-технического творчества молодёжи над усовершенствованием нового изделия. Позднее я понял, что работа была своего рода тестированием готовившегося постановления по Центрам НТТМ. Оно вышло в свет в марте того же года.
Тогда было ясно лишь то, что за свою работу Валерий и его коллеги должны будут получать (дополнительно к окладу) примерно по 300 рублей в месяц. С одной стороны, я порадовался за приятеля, с другой - был в ужасе. Если бы Валерий работал, к примеру, над проблемой увеличения выпуска дефицитного тогда автомобиля "Жигули", то его премия могла быть выплачена из средств, полученных от продажи сверхплановых автомобилей. Выплата же большой премии за усовершенствование изделия означала открытие краника между наличными и безналичными деньгами. А это – рост инфляции, которая в год прихода Горбачёва к власти была незначительна.
Я хорошо понимал, что одна из основ плановой экономики – разграничение кругооборота наличных и безналичных денег, в частности, планирование на год вперёд фонда зарплаты в стране и объёма товаров и цен в розничной торговле. Ту большую зарплату, которую должен был получать Валерий и его коллеги, в то время в стране получали только научные сотрудники ВНИИ, расположенного в Сарове. Им платили за особый характер работы и за жизнь в «закрытом» городе.
Следующий звонок прозвучал в марте 1987-го: опубликовали Закон об индивидуальной трудовой деятельности. Согласно ему краник между наличными и безналичными деньгами открывался уже для всех предприятий СССР. Кроме того, «индивидуалы» могли теперь покупать дешёвые комплектующие по регулируемым ценам в магазинах, из них делать товары и продавать по свободным ценам. Было также очевидно, что вступление в действие закона приведёт к резкой дифференциации доходов и, как следствие, к росту преступности. Неужели Горби и этого не понимал?
Последствия проявились уже осенью: в электромагазинах Ленинграда исчез многожильный провод и розетки, которые раскупили «индивидуалы», но появились сделанные ими с использованием дешёвых розеток и проводов очень дорогие удлинители («государственные» стоили дёшево, но в продаже были не всегда). Стало очевидно, что на удлинителях наваривались приличные суммы.
Я не политолог, но, по-моему, событием, которое сделало перестройку необратимо разрушительной, стали погромы в Сумгаите в конце февраля 1988 года. В то время МВД и КГБ были ещё сильны, и не составляло особого труда трагедию предотвратить. Но, видимо, с самого верха была дана команда «не вмешиваться». И потянулась страшная цепочка: Сумгаит, Фергана, Таджикистан, Приднестровье и Абхазия, Чечня, Будённовск, Москва, Волгодонск, «Норд-Ост», Беслан, Лыкошино, Москва, Волгоград... Раны не зарубцевались и поныне. А началось всё с бездействия Горби в Сумгаите.
В ноябре 1989 года первый секретарь Ленинградского обкома КПСС Б.В. Гидаспов и Объединённый фронт трудящихся Ленинграда организовали митинг в защиту социализма. Я знал о нём из сообщений СМИ, но не пошёл – дескать, надо работать, а не тратить время попусту.
Конечно, присутствие ещё одного человека не сделало бы митинг представительнее. Но ведь таких, как я, пассивных людей, были миллионы. Прояви мы гражданский долг, возможно, история пошла бы иным путём. На митинге произносили жёсткие речи, давали нелицеприятные оценки горбачёвским нововведениям, разрушавшим СССР. Среди лозунгов был и такой: «Долой кооперацию-спекуляцию!» И тогда, и сейчас я абсолютно уверен в его справедливости применительно к тем конкретным обстоятельствам. При фиксированных государственных ценах на сырьё и товары возможности продавать товар по рыночной цене и перекачки «безнала» в «нал» большинство кооператоров были обыкновенными спекулянтами.
И сейчас спекуляция процветает в России: министерства, мэрии городов и госпредприятия на фиктивных конкурсах продают за копейки недвижимость, которую новый владелец (за его спиной нередко стоят чиновники) сразу же перепродаёт уже по рыночной цене, в десятки раз дороже. Но сейчас, хотя бы на бумаге, существуют законы, ПРЕПЯТСТВУЮЩИЕ подобной спекуляции. А в 1987–1991 годах появились законы, спекуляцию ПООЩРЯВШИЕ.
12 июня 1990 года. Съезд народных депутатов РСФСР принял Декларацию о суверенитете РСФСР. В газете я с ужасом прочёл: «...устанавливается[?] верховенство Конституции РСФСР и Законов РСФСР на всей территории РСФСР; действие актов Союза ССР, вступающих в противоречие с суверенными правами РСФСР, приостанавливается Республикой на своей территории...» От кого господа Ельцин и Ко отгораживаются суверенитетом, спрашивал я себя. От моего товарища лазерщика Вадима, который родился в Эстонии в семье пограничника, окончил восьмилетку на Камчатке, среднюю школу во Львове, учился в МВТУ и осел в Киеве? От моего университетского друга Рашида? Он родился в Пенджикенте, окончил ЛГУ и в 1990 году заведовал кафедрой в Самаркандском университете. А может быть, Ельцин и его группа отгородились суверенитетом от сестры моей мамы и её сына Кости? Моя тётя перед войной окончила в Ленинграде педагогический институт, по распределению уехала в Хабаровск, вышла замуж за офицера ВМФ (он был ростовчанином). После 30 лет службы главы семьи на Дальнем Востоке они в 1971 году обосновались «в солнечной Молдавии», где в 1990 году уже кипел псевдодемократический антисоветский шабаш. Ответ был очевиден: Ельцин ради достижения карьерных планов продолжал начатую Горби чудовищную практику по разрушению СССР, созданию предпосылок для кровавых конфликтов и экономической катастрофы.
19 августа 1991 года по дороге на работу, в троллейбусе, я услышал, как пассажиры несколько раз упомянули фамилию Горбачёва. В ГИПХе включил репродуктор и узнал, что власть в руках ГКЧП. Правда, после работы увидел, что ничего не изменилось: те же ларьки, кооператоры и сникерсы. 20 августа Собчак собрал на Дворцовой площади многолюдный митинг. В тот день к нам заглянула коллега по работе Сильва: «Саша, пошли на митинг!» Я заметил: «Ты понимаешь, что если Ельцин и компания окончательно придут к власти, то, вероятнее всего, мы с тобой станем безработными?» Сильва махнула рукой и вышла из комнаты. Замечу, спустя три года её из лаборатории уволили, поскольку она (в советские времена – добросовестный сотрудник, кандидат химических наук) при демократах стала появляться на работе только к обеду и трудилась спустя рукава. Платили нам мало, хотя большинство сотрудников по привычке пахали на всю катушку.
В центре Питера мало зелени. Каждое дерево на вес золота. Рядом с моим домом на набережной канала Грибоедова после войны разбили небольшой сквер, туда приходили пенсионеры и мамы с детишками. В 1995 году мы узнали, что на его месте решили построить особняк. В соседнем со сквериком доме находилась одна из кафедр Института физкультуры имени П.Ф. Лесгафта, По слухам, её энергичный заведующий инициировал строительство особняка, часть помещений которого планировалось сдавать в аренду и использовать полученные деньги для своих целей. Жители отреагировали: письма с просьбой скверик сохранить ушли сначала нашему депутату в Законодательном собрании С.Б. Тарасову, затем мэру Питера А.А. Собчаку и, наконец, президенту России Б.Н. Ельцину. Отовсюду получали ответы, из которых было ясно, что скверик уничтожат.
Мой сосед по дому, участник Великой Отечественной войны, боевой лётчик Виктор Михайлович, решил, что сам пойдёт к депутату, и попросил меня напечатать и вместе с ним подписать письмо с просьбой сохранить скверик. Я пытался объяснить, что мы, жители – не более чем пешки, всё уже решено. В.М. ответил, что если бы с таким настроением он летал в бой, то его наверняка быстро бы сбили. Бороться надо до конца!
В назначенный день мы пришли в Мариинский дворец. Депутат с хорошо скрываемым выражением равнодушия на лице выслушал монолог лётчика, забрал письмо и пообещал помочь. Недели через три пришёл ответ, в нём говорилось, что на месте сквера особнячок будет построен. Возвели его очень быстро. Почти 20 лет мы наблюдаем, как периодически меняются вывески: банк, страховое общество и т.п. Мы не знаем, кто был инвестором стройки и кто владеет особнячком сейчас. А нам и знать теперь не положено…
Депутат С.Б. Тарасов погиб в 2009 году при подрыве «Невского экспресса», есть выражение: «О мёртвых – или хорошо, или ничего». Но это выражение к политикам не относится. К примеру, мои оппоненты в России за последние 25 лет многократно крайне негативно отзывались об основателе Советского государства В.И. Ленине, к которому я отношусь с огромным уважением. Вот и я позволил себе сказать о политике С.Б. Тарасове то, что думаю о нём и его равнодушии к людям.
Замечу, что, когда Ленинградом руководили В.С. Толстиков и Г.В. Романов, впервые прошёл комплексный капитальный ремонт целого квартала в центре, рядом с кинотеатром «Рекорд» (1970–1973 годы). Несколько зданий внутри квартала были разобраны, исчезли дворы-колодцы, разбили несколько новых сквериков.
Итогом экономической политики Ельцина–Гайдара–Черномырдина–Кириенко стал августовский дефолт 1998 года. Те, у кого были какие-то сбережения, ринулись в магазины закупать продукты. В сентябре я уехал работать в Политех Лиссабона. Как-то мы обедали вместе с моим шефом, профессором Руи Виларом, известным в своей области учёным, очень эрудированным человеком. Он спросил: «Александр! Почему на выборах президента России в 1996 года Горби, демократ и лауреат Нобелевской премии мира, набрал всего 1% голосов?» Я рассказал о своём отношении к М.С. и заметил, что, как мне кажется, мои взгляды в отношении бывшего Генсека ЦК КПСС разделяет большое число россиян. Вилар деликатно сменил тему беседы. Под его руководством я проработал 14 лет, часто вместе обедали, к разговорам о Горби он не возвращался.
В 2001 году я приехал домой в отпуск. Собрались друзья. Как обычно, разговор зашёл и о политике. Я высказал своё отношение к перестройке и дикому российскому капитализму. Моя одноклассница очень эмоционально заметила: «Саша! Как ты можешь так говорить! Работаешь в Западной Европе, пол-Европы объездил! На многих конференциях был с женой! Что тебе ещё нужно?» Я ответил, что готов в любой момент вернуться в СССР образца 1984 года. И пусть вернутся для меня запрет на выезд за границу, колбаса по 2 руб. 20 коп. и мясо с большим количеством костей. Но пусть вернутся и бесплатное здравоохранение, очень хорошее среднее и высшее образование, интереснейшая работа в ГИПХе, нормальная пенсия, отсутствие межнациональных конфликтов и пропасти между богатыми и бедными (возможно, «перестройщики» хотели построить капитализм по-шведски, но пока получается по-ангольски), возможность без проблем путешествовать от Бреста до Камчатки и от Мурманска до Душанбе, постепенный, но заметный рост зарплат, стабильность и предсказуемость жизни. После этой словесной перепалки моя одноклассница и я, естественно, остались каждый при своём мнении.
Когда 8 января 1992 года я вышел на работу, то узнал, что моя зарплата составляет 1000 руб. На них можно было купить, например, 20 кг перемороженного мяса. В Россию его поставляли как гуманитарную помощь с западноевропейских складов, где хранилось продовольствие на случай чрезвычайных ситуаций. Семь лет я питался в основном кашей и хлебом второго сорта. Примерно так же жили сотни тысяч петербуржцев. Обычные булочные ещё не позакрывали. Часто видел такие сценки: ребёнок или бабушка пересчитывали деньги и отдавали их продавцу, с тревогой спрашивая: «На большой батон хватит?» Продавец отвечала: «Нет, только на маленький». У меня сжималось сердце. Спрашивал продавца, сколько не хватает и, несмотря на собственную полунищету, докладывал недостающее. В сентябре 1992 года знакомые сказали, что если на трамвае доехать до улицы Шаврова и пройти на север 2 км, то можно выйти к полям совхоза «Бугры», где растёт свёкла. Есть охрана, но если прийти вечером, можно насобирать рюкзак. Несколько раз туда ездил. Так я стал вором. Основную часть «урожая» законсервировали и всю зиму варили борщи.
Моих хороших питерских знакомых – Нину, Владимира, Прасковью Павловну – в 1994–1997 годах грабили и избивали в подъезде дома. Они долго лечились. В мае 1994 года я зашёл в магазин на улице Блохина купить подсолнечное масло. Когда вышел на улицу, кто-то приставил мне нож к боку и потребовал деньги. Я побежал в сторону Кронверкского проспекта, бандит не стал преследовать – на проспекте было многолюдно. Дома, когда анализировал, почему он выбрал именно меня, вспомнил, что в магазине расплачивался за масло купюрой в 50 000 тогдашних рублей. Её выдали на работе в качестве аванса. Рядом со мной у прилавка стоял маленький мальчик, а потом его мельком увидел возле бандита во время попытки грабежа.
30 декабря 1998 года мой тесть возвращался из сберкассы с пенсией. В подъезде дома деньги у него отняли, а самого избили. Георгия Васильевича отвезли в реанимацию, 7 января он скончался. Убийцу не нашли. Отец жены прошёл с боями от Сталинграда до Берлина, а был убит через 53 года после войны в центре Москвы.
Реформировать социализм в СССР было необходимо. Как? Видимо, путём хорошо продуманного, неспешного ввода элементов рынка, но уж никак не за счёт потери социальных достижений. В качестве примера многие (и я в том числе) готовы ссылаться на опыт Китая. Там компартия уже 36 лет успешно строит экономику, сочетающую план и рынок. Я с сожалением констатирую, что во времена социализма оставался в стороне от политики и не выступил в защиту социализма даже после 1985 года.
Александр ЛАВРОВ,
Теги: политика , экономика , развитие
О Родине не подумали
Леонтий Бызов. "Перестройка - наше прошлое или наше будущее?" № 1–2, 2015 г.
● Обращу внимание только на концовку статьи: «Историческая перестройка, начатая Горбачёвым, возможно, и потерпела поражение, но поражение потерпели и иные попытки реформирования общества. За прошедшие более чем двадцать лет с начала преобразований советского общества страна так и не нашла собственного исторического пути, адекватного своему самосознанию, не построила ни национальной модели экономики, ни национальной модели демократии».
Не было никакой перестройки, включая время правления Горбачёва. Если бы он действительно хотел перестройки, он бы её проводил, но вместо этого просто вёл страну к тому, чтобы вместо «больше социализма» сдать социализм вообще, отдав власть человеку, которого знал как разрушителя. Власть была отдана и взята не для проведения реформ, а для того, что потом и было за 25 лет сделано. Надо оценивать не по словам, а по итогам.
Павел Созонов
● Элементарно, Ватсон! Шла подготовка к смене общественно-политического строя, на что были затрачены нашими западными «друзьями» миллионы долларов. Грамотно сработанная программа! Выбор нужного лидера для претворения в жизнь идей на завершающем этапе достоин восхищения! И сейчас живём не своим умом...
Анатолий Поляков
● Ответ на предложение Бызова поспорить насчёт перестройки дан в какой-то мере в том же номере «ЛГ» в статье Воеводиной: никакая перестройка невозможна при правящей сегодня ельцинской элите. Возвращаясь к Бызову, при всём моём глубоком уважении к нему, вижу несколько ошибочных утверждений о реальных фактах перестроечных событий. Высказывания Горбачёва «Целью моей жизни было уничтожение коммунизма» или Ельцина «Берите столько суверенитета, сколько сможете съесть» говорят сами за себя.
Колесов Валентин Иванович
● Никто не будет оспаривать большие ошибки, совершённые во времена правления Горбачёва. Даже он сам открыто говорит об этом: его подвели излишняя самоуверенность, самонадеянность, ощущение безграничной власти, любовь к подхалимажу своих подчинённых, доверчивость, малодушие и проч.
Но нельзя отрицать и неимоверные трудности проводимых Горбачёвым реформ по слому старого недееспособного, перегруженного, закостенелого в своей запретительной всевластной идеологии партийного аппарата управления. Горбачёву оказывалось колоссальное сопротивление и со стороны многочисленных криминальных, зарождающихся западно-либеральных сил. Многие сейчас говорят о предательстве Горбачёва, о его якобы сговоре с Западом – думаю, всё это глупости или сознательные оговоры.
Владимир Иванович
● Одной из главных целей горбачёвской перестройки с её новым «общечеловеческим мышлением» (по сути, буржуазным) была перенастройка населения страны от коллективного созидания к индивидуальному потреблению. Для этого создавались спекулятивные кооперативы, брались на потребу богатеющим ловкачам зарубежные займы, устраивались дефициты на продукты, спиртное, табак. Подвергалось бичеванию прошлое СССР и восхвалялась жизнь в развитых капиталистических странах, что продолжается и сегодня. Принцип «От каждого по способностям, каждому по труду» вытеснен правилом «Каждый берёт от общества по своим способностям, даёт обществу по своим желаниям».
Когда-то говорили: прежде думай о Родине, а потом о себе. Давно это было. Теперь такое сознание вытравлено.
Юрий Шварёв
Теги: политика , экономика , развитие
«Cостоит в своей воле»
Д.Н. Медоев. Южная Осетия и политика России в Закавказье. - М.: "Канон+" РООИ «Реабилитация», 2015. – 224 с. – 1000 экз.
В своей книге первый посол Республики Южная Осетия в РФ Дмитрий Медоев описывает основные этапы становления политики России на Кавказе, начав с периода, когда регион стал составной частью Российской империи.
Анализируя ситуацию, сложившуюся после обретения Грузией, Арменией и Азербайджаном в 1991 году государственной независимости, Медоев, естественно, не может не затронуть и политику других геополитических игроков в Закавказье. Прежде всего США и Турции. Политический курс Вашингтона автор определил так: «Наиболее существенным мотивом являлось желание не дать России возможности контролировать нефтяные ресурсы бывших советских территорий[?] Запад был глубоко заинтересован в том, чтобы кавказские и центрально-азиатские государства укрепили свою независимость и остались открытыми для Запада».
Но в фокусе внимания автора, естественно, находится Южная Осетия – молодое государство, признанное Российской Федерацией. Он напоминает, что ещё в ноябре 1742 года архиепископ Иосиф и архимандрит московского Знаменского монастыря Николай, обращаясь к императрице Елизавете Петровне с предложением о принятии осетинского народа в российское подданство, обратили её внимание на то, что «оной многочисленный народ… состоит в своей воле. Понеже как турки, так и персияне никто ими не владеют».
Для переговоров в Санкт-Петербург 9 февраля 1750 года прибыло осетинское посольство во главе с Зурабом Магкати. «Весь ход русско-осетинских переговоров укладывался в рамки дипломатического протокола высокого уровня. Как и следовало главе дипломатической миссии, Зураб Магкати все выступления в Сенате делал на осетинском языке, несмотря на то что прекрасно владел русским».
В книге приведены интересные факты и малоизвестные архивные документы, знакомство с которыми расширит представление о проблемах, стоявших перед государственными деятелями Российской империи и Алании. Медоев подчёркивает, что в 1922 году «Южная Осетия вопреки воле её народа была включена в состав новообразования – Грузинской Советской Республики. Это решение никогда не признавалось осетинским народом легитимным…»
Олег НАЗАРОВ
Теги: Д.Н. Медоев , Южная Осетия и политика России в Закавказье
Пастернак в сквозном проёме
Первый канал к 125-летию великого поэта показал документальный фильм Олеси Фокиной "Борис Пастернак. Будем верить, жить и ждать". Он произвёл странное впечатление, отбрасывающее, на мой взгляд, неверный, тусклый, какой-то даже инфантильный отсвет на поэта и его творчество.
Cпасибо создателям фильма за демонстрацию редких фото- и видеоматериалов, на которых для истории сохранён облик Бориса Леонидовича, его друзей и близких, однако для телезрителей, особенно молодых и ещё не знакомых с творчеством Пастернака, он предстал в первую очередь переводчиком грузинских поэтов, а также великим прозаиком, автором гениального романа «Доктор Живаго».
Действительно, Борис Леонидович был выдающимся переводчиком, но переводил он не только Паоло Яшвили и Тициан Табидзе, погибших в конце 30-х в Грузии, а ещё Шекспира и Гёте, Шиллера и Байрона, Верлена и Петёфи... Почему половину фильма мы находимся в Грузии? Да, её традиционно любили русские стихотворцы, Пастернак тоже часто туда приезжал, дружил, пировал, читал и переводил стихи, помогал вдовам репрессированных друзей, но помогал он многим и подолгу живал в разных местах, в том числе за рубежом, так почему сквозной стала именно Грузия? Стихи поэта читают и поют юные самодеятельные исполнители. Сначала это воспринимается как нечто трогательное, особенно учитывая нынешние отношения наших стран. Но чем дальше, тем больше это грузинское чтение-пение надоедает и раздражает. Хочется, чтобы кто-то наконец внятно, без акцента и запинок не спел, а прочитал по-русски великие стихи. Или авторы настаивают на том, что Пастернак - поэт-песенник? Или только в демократической Грузии по-настоящему ценят и понимают русскую поэзию?
России же – «я весь мир заставил плакать над красой земли моей» – в фильме, хоть плачь, нет. Есть квёлые мальчики и девочки, которые на даче Пастернака в Переделкино или на фоне хмурого Кремля умничают и читают его стихи, хоть и без акцента, но тоже до обидного невнятно. Почти не звучал в документальном фильме легендарный «гудящий» баритон поэта, его неповторимый московский говорок, сохранившийся в немногочисленных аудиозаписях, и выдающиеся артисты – исполнители его стихов тоже оказались не нужны создателям.
Зато было рассказано о том, как курьёзно уходил Пастернак от первой жены к Зинаиде Нейгауз, бывшей тогда супругой его ближайшего друга. Зачем рассказано? Этот эпизод вряд ли что-либо хорошее добавляет к образу поэта. А потом – о последней любви, об Ольге Ивинской, и о муках поэта, разрывавшегося между возлюбленной и женой. Юные поклонники и поклонницы воспринимали этот прощаемый великому поэту эгоцентризм чуть ли не как руководство к действию: для них отстранённое, сосредоточенное только на себе существование, неприятие окружающей действительности, эдакая внутренняя эмиграция – жизненный идеал? Но, боюсь, не у всех юных участников фильма поэтический дар соответствующего масштаба. Они, может быть, очень славные ребята, но на фоне Пастернака[?]
Не приведён в фильме знаменитый, многократно описанный телефонный разговор поэта со Сталиным о Мандельштаме. Думаю, этот разговор, мучивший поэта всю жизнь – Борис Леонидович не смог должным образом заступиться за Осипа Эмильевича, – приблизил бы тинейджеров к эпохе, к пониманию «места поэта в рабочем строю» до и после революции и «вакансии поэта» до и после войны. Думаю, это важнее некоторых подробностей его семейной жизни.
Из поэтических книг Пастернака названа была только «Сестра моя жизнь», восхищённо подчёркивалась его невключённость в жизнь страны. Не были даже упомянуты поэмы: ни «Девятьсот пятый год», ни «Лейтенант Шмидт», ни, разумеется, «Высокая болезнь», в которой Пастернаком был дан поразительно точный поэтический портрет Ленина. Авторам фильма, видимо, не нужна также родовая, «всосанная с молоком» укоренённость поэта в русской культуре, и потому не сказано о великих современниках Бориса Леонидовича, повлиявших на него, ничего – о сложных отношениях с Блоком, Гумилёвым и Мандельштамом, о горячих – с Цветаевой, Маяковским и Есениным. О двух последних поэт оставил драгоценные воспоминания в своих автобиографических очерках «Охранная грамота» и «Люди и положения». О «горючей и адской» литературной жизни 20-х годов – тоже ничего. Возможно, потому что это нарушило бы унылый, поминальный строй фильма.
Но в нём была показана сцена преподавания в современной московской школе «Доктора Живаго». Поразило, что, ни у учительницы, ни у учеников на уроке литературы, посвящённом роману, глаза не горели. Это навело на мысль, что главное, с точки зрения создателей фильма, произведение поэта нуждается, наконец, в объективном анализе.
Не буду приводить высказывания о романе уважаемых самим поэтом Корнея Чуковского, Анны Ахматовой, Владимира Набокова, Варлама Шаламова и других, которые считали, что роман, мягко говоря, несовершенный. Но его преподают в школе. Почему?
Я понимаю, так сказать, протестное обожание романа теми, кто прочитал его сорок лет назад в самиздате, особенно понимаю либеральных дам, которые взамен жертвенных тургеневских девушек в качестве предмета для подражания избрали надломленную, запутавшуюся в мужчинах Лару. Но нынешним школьникам он зачем? Это великий русский роман, сравнимый с «Мёртвыми душами», «Войной и миром» и «Преступлением и наказанием»? Полагаю, что, навязывая его, «вводя, как картошку при Екатерине», можно привить лишь отвращение к самому роману, и заодно, что крайне досадно, к великой поэзии Бориса Пастернака.
Роман в СССР был запрещён, как антисоветский, хотя антисоветского в нём вряд ли больше, чем в «Тихом Доне» Шолохова. Если бы «Живаго» опубликовали в 50-х в СССР, ничего бы страшного не случилось. Одни бы критики поругали, другие похвалили, третьи не заметили – и забыли. Но Никита Хрущёв, председатель КГБ Иван Серов и литературные генералы в Союзе писателей перебдели. Может быть, они не могли простить Пастернаку покровительства Сталина, который всегда вычёркивал «этого небожителя» из проскрипционных списков.
Детективная история с изданием романа за рубежом и «возгонкой» до Нобелевской премии имела откровенно политическую подоплёку. Сейчас, когда в США рассекречены документы ЦРУ той поры, стала понятна роль этого ведомства в максимально широком тиражировании романа и присуждении ему «динамитной» премии. Она и сыграла в жизни поэта роковую роль. Она взорвала его судьбу. Об этом в фильме, разумеется, ничего нет. Есть непонятно по какому принципу подобранные дети, которые рассуждают о том, в чём пока не очень разбираются, – видимо, авторы пригласили их, так как слишком буквально поняли строчку Ахматовой о Пастернаке: «Он награждён каким-то вечным детством».
«Я – поэт, этим и интересен», – писал Маяковский, и Пастернак тоже в первую очередь интересен своими стихами, и как поэт он безусловно достоин Нобелевской и всех прочих премий. И жизнь его, большая, яркая, противоречивая, полная драматических коллизий, совпавшая с великой и трагической эпохой, достойна честного, глубокого, талантливого, а не поверхностно-инфантильного телевоплощения. «Будем верить и ждать», что такой фильм когда-нибудь появится.
Теги: Первый канал
Графа пятая, сорт второй?
Официальный канал "Россия 1", государственный поставленный голос диктора Клюквина. Среди героев фильма - Иосиф Кобзон, Валентин Фалин. Тема – «Пятая графа», эмиграция «СССР – Израиль». То есть национальный вопрос, каким он был тридцать–сорок лет назад. Вроде бы серьёзный документальный фильм: хроника, апломб, исторический контекст. Но, по существу, никому из героев слова не дали. Остались куцые реплики, искажённые мысли. А царит в фильме волшебница закадрового текста, сценарист Наталья Стешина. Ну, и режиссёр Валерий Мызников постарался.
И она открывает нам, например, такую истину: «Пятая графа[?] эта строчка сломала миллионы судеб… Парадокс: в таком многонациональном государстве, как СССР, полноценными гражданами ощущали себя только те, у кого в пятой графе стояло: «русский». Написать в ней «поляк», «татарин», «немец», а уж тем более – «еврей», значило почти то же, что признать себя человеком второго сорта». Цитата точная. Записывал заворожённо. Хоть в Гаагском суде цитируй. Канал «Россия 1», как обычно, не утомляет нас доказательствами. Просто повторяют: «Всё было плохо, просто отвратительно». Интонация вроде убедительная, тема ходовая, острая, значит – и эфир. Вот и появляются «люди второго сорта» – нерусские по паспорту. Спасибо Наталье, что не поведала, как брежневские инквизиторы измеряли своим жертвам черепа. И это – про СССР, про государство, которое стоит у истоков нынешней западной политкорректности. В котором уровень жизни в «национальных окраинах» (включая многонациональные Прибалтику, Закавказье и Украину!) был стабильно выше, чем в РСФСР. А также были целые сферы деятельности, куда представителей титульной нации не пускали, как сейчас, например, в некоторые сегменты торговли.
В последние 25 лет в бывших советских республиках из-за межнациональных и межрелигиозных противоречий почти каждый день люди убивают друг друга. И это началось после упразднения советской идеологии – на волне борьбы с наследием СССР. Имеем ли мы право в такой ситуации свысока рассуждать о советской национальной политике? Дай бог сегодня России, Украине, Грузии, Армении, Латвии, Узбекистану, да и Израилю того уровня межнационального напряжения, который был в СССР. Того уровня понимания, той дружбы. Цивилизованности. А получается так: пациенты умирают от антисанитарии и проклинают доктора, который когда-то заставлял их мыть руки и чистить зубы.
Антисоветизм иногда кормит, но он ещё никому не принёс счастья, а этот фильм «работает» на укрепление мифа об «империи зла», которую просто необходимо было растоптать. Цель этого фильма – возбуждать в «целевой аудитории» мстительность по отношению к советскому прошлому. Чтобы «не забудем, не простим». Чтобы «нам нужен Нюрнберг!».
Так что же – в СССР не было израильской проблемы, не было сломанных судеб «отказников»? Конечно, неожиданное появление потенциальной исторической родины у трёх миллионов советских граждан для «закрытой» страны в условиях холодной войны оказалось проблемой. Подчас приходилось действовать, попирая собственные принципы.
Всё бывало, но историческая дистанция показала магистральную тенденцию того времени: установку на просвещение. На веру в человека, в его способности совершенствоваться. Это сейчас модно бравировать знатными корнями и делать выводы в отношении «плохих» народов. В СССР считалось неприличным и мракобесным делать выводы о человеке по врождённым признакам – будь то национальное или расовое происхождение. Важно было другое: трудолюбие и лояльность. Советская цивилизация – за Фигаро, а не Альмавиву, за Базарова, а не Кирсанова, за Спартака, а не Красса, наконец, за Прометея, а не Зевса. За Мичурина! Необязательно с этим соглашаться, но, если снимаешь фильм о той эпохе,– это нужно чувствовать. А ведь на счету Стешиной – ещё и документальный сериал «Жизнь по-советски». Вроде бы в теме товарищ. Или – узкий специалист по провокациям? Ну, в таком случае задача выполнена удовлетворительно.
Возможно, наши пропагандисты думают, что это эффективно: после такого фильма Стешиной показать программу «Вести» с оптимистической трактовкой любого кульбита современной российской реальности. Они даже не задумываются, что его вполне можно было бы снять по заказу Саакашвили или Яроша, которые стараются представить историю СССР как русскую оккупацию. И как можно критиковать Псаки за верхоглядство и предсказуемую тенденциозность, когда мы рассуждаем об истории нашей страны, как тот зять о тёще – так же объективно? О прошлом – высокомерно, о настоящем – подобострастно.
Теги: канал «Россия 1»
Конкурент на коленке
Не так давно появился новостной канал "Лайфньюс" с его оперативностью, интерактивностью и опорой на зрителей, снимающих происшествия на собственные гаджеты. Корреспонденты с места событий доносят до зрителя картинку, показывают события в прямом включении, ведущие обсуждают новости с экспертами в студии и по скайпу. «ЛГ» писала про этот телеканал, он ориентирован на интернет-аудиторию и был в конце прошлого года отмечен премией Internet Media Awards в номинации «Лучшая интернет-версия телеканала». Не успевает что-то догореть, как на фоне пожара уже видим корреспондента с микрофоном. Но и это, оказывается, не предел оперативности и информационной насыщенности. Появились интегральные ресурсы, которые тянут и выстраивают статьи с других сайтов, стримов, телеканалов. Получается мощнее, чем информация любого отдельного ресурса.
Хочу рассказать про интернет-ресурс rls.tv. Наткнулся на него случайно: «Лайфньюс» порезал свой чат на сайте, и их можно понять: народ постил что попало, кроме того, может, как зарегистрированное СМИ, они захотели перестраховаться, в общем, зависающие там завсегдатаи перепрыгнули на другие ресурсы, и один из них - rls.tv, другой, похожий, – vremya4e.com. Сайты посвящены украинским событиям, в эфире и чате обсуждается происходящее в Новороссии. Стало ясно, что миновало время, когда закрытие сайта разрушало сообщество зрителей. Смотрю их онлайн на волне украинских событий и думаю, что мы дожили до времени телевидения на коленке. Заметно, что немногочисленная команда не обременена высоким бюджетом. Тем не менее по оперативности и широте охвата проблемы доселе ничего подобного я не встречал. Ведущие ставят в эфир новостные каналы, видеоролики, зачитывают статьи, следят за чатом, устраивают скайп-общение с экспертами, подключаются к радиосвязи. Интересуются у аудитории, что зрители хотят посмотреть, и выбирают ролик по результатам голосования. Конечно, уровень нельзя назвать высоким, но если важнее оперативность, то о гламуре можно забыть. Онлайн ресурса стабильно составляет 5–9 тысяч зрителей. И неудивительно: все репортажи всех каналов, а также стримы появляются там незамедлительно. Читая новости на наиболее посещаемых новостных порталах Рунета, понимаешь, что это ты уже видел, и знаешь, то есть небольшой ресурс оказывается гораздо более оперативным.
Поделиться книгой: