Помоги проекту - поделись книгой:
«Позови меня тихо, по имени»…
Князь Андрей… Небо полнится синим.
Пламя едкое заживо жжёт.
Словно тихая церковь, Россия
Только пульсом Господним живёт.
Злата пуговка, где ты потеряна?
Или просто с небес сорвалась?
Ведь не поздно прозреть ещё, верю я,
Что об этом лишь думает князь.
Мир измучила хворь безобразная.
Вот два облака – мир и война.
Если слеп, не увидишь в них разницы…
Распознай их на все времена!
Шар земной беспрепятственно вертится.
Всех укроет безумья туман?
Жаль, умрём мы до праздника светлого,
Недочитанным бросив роман.
Даже звёздные крестятся россыпи.
Поднимись ради Господа, Князь!
Спит планета на облачной простыни,
Снится ей, что опять родилась…
Теги: Элка Няголова
Два юбилея в одной усадьбе
Когда-то Гёте сказал, что для полного узнавания поэта необходимо посетить его родину. И такая возможность - посетить родовое гнездо русского гения – у нас, живущих в XXI веке, есть во многом благодаря тому, что в 1917 году на сходе тарханские крестьяне постановили: "Дом, сад и экономические постройки оставить нетронутыми из чувства глубокой любви к поэту М.Ю. Лермонтову".
В прошедшем году, объявленном в России Годом культуры, случился двойной юбилей – 200 лет со дня рождения Лермонтова и 75 лет самому музею.
Сегодня на вопросы «ЛГ» отвечает директор музея Тамара МЕЛЬНИКОВА.
– В дни испытаний Россия всегда обращалась за помощью к великим сынам своим. Каково место М.Ю. Лермонтова в этом строю?
– Полагаю, не последнее. Достаточно вспомнить, как «панфиловцы» шли в бой со словами: «...ребята, не Москва ль за нами?», а солдаты-новобранцы из Пензы и Пензенской области перед отправкой на фронт ехали в Тарханы и у могилы Лермонтова давали клятву верности Отечеству; они покупали открытки и хранили их в военных испытаниях как реликвии. Об этом писал поэт Рыленков. И таких эпизодов, верно, было немало. Сейчас я поставила бы имя Лермонтова на одно из первых мест. Почему? Да потому, что и сам поэт, и его творчество – воплощение любви к России, которая, по отзыву Добролюбова, была «истинной, святой и разумной». И на личном примере поэта, и на его произведениях можно и нужно воспитывать современников. Горькая правда в его стихах – не от презрения, а от боли за свою страну. И мы знаем, что он никому из иностранцев не позволял дурно говорить о своей Родине. Прочтите его стихотворение «Опять народные витии[?]» Очень важно знать нашим современникам и о том, что Лермонтов, боевой офицер, участвовал в войне на Кавказе и писал о ней. Но в этих произведениях мы не найдём и следа ненависти, мстительности, злобы и жестокого неприятия врага. Он хорошо узнал своего противника: его культуру, боевое искусство, знал, насколько эти люди свободолюбивы, и не мог отказать в праве защищать свой дом. Как нормальный человек он ненавидел кровопролитие, но как офицер понимал, что и он защищает интересы России. И в этих жестоких обстоятельствах он сумел сохранить свою душу и свой великий дар. В творчестве Лермонтова много того, в чём мы сейчас остро нуждаемся. Например, в стихотворении «Ребёнку» поэтично и ненавязчиво изложена целая программа воспитания, а в «Песне про купца Калашникова» воспеты как высшие ценности семейная честь, её чистота, преданность, за которую главный герой идёт на смерть.
– Тамара Михайловна, вот уже 47-й год вы возглавляете музей М.Ю. Лермонтова «Тарханы». Это – любовь?
– Да, это любовь, но не внезапная вспышка, а чувство, которое рождалось вместе с узнаванием Лермонтова, чувство, выстраданное заботами о сохранении его родной усадьбы и незапятнанности его имени. Боже, сколько же написано и сказано о нём дурного и несправедливого! Не только для меня, но и для моего мужа Лермонтов стал частью жизни. Его любовь к России, искренность, честность, о чём писали современники (
– Музей «Тарханы» – не единственный музей русского гения у нас в стране, и у каждого из них «своё лицо»...
– Да, в стране пять прекрасных музеев поэта. Но у нас – заповедник, и это очень важно. Все бьются хоть за небольшую территорию. А у нас – 200 гектаров! Это даёт возможность рассказать о Лермонтове так, чтобы люди поняли, в конце концов, откуда он взялся. «Тарханы» – не просто живой музей, а живущий в традициях усадебной культуры XIX века, которые воспитали Лермонтова – патриота родной страны. Именно поэтому для многих, побывавших в Тарханах, поэт стал ближе, реальнее, понятнее. Нет смысла описывать, что именно мы делаем. Сюда надо просто приехать и увидеть. И ещё. Меня давно расстраивает то, что Лермонтов как бы разделён между музеями, в каждом из которых рассказывают о его конкретной связи с определённым географическим местом. И вот со строительством музейно-просветительского центра нам удалось создать новую экспозицию «Этапы короткого пути». Она дала возможность рассказать о его жизни и творчестве в максимально полном объёме.
– В «Тарханах» при вашем активном участии вручается ежегодная литературная премия М.Ю. Лермонтова. Что ещё вы намерены делать для сохранения великого русского языка в Год литературы?
– Мы будем продолжать работу, которой занимались все прошедшие 75 лет существования музея. Знаете, музей – очень тонкая, нежная материя, не терпит резких движений, необдуманности, лихачества. Всё, что происходит в музее (реставрация экспонатов, архитектурных и ландшафтных памятников), требует аккуратности и бережливости. И всё надо сохранить, чтобы слово Лермонтова и его современников звучало живо, поражало красотой и сочеталось с обстановкой. Мы давно заметили, что как только посетители слышат «ту речь», лермонтовские «созвучья слов живых», устанавливается тишина. Это неудивительно. Слово поэта особенное. Об этом писали многие великие поэты и прозаики. Процитирую двух: А.П. Чехов:
– О чём бы вы ещё хотели рассказать читателям?
– О статусе музеев. Считаю очень важным изменить подход к этой актуальной проблеме. Сейчас музеи позиционируют как досуговые и ставят на один уровень с развлекательными учреждениями. Это в корне не верно. Потому что музеи не развлекают, а развивают, воспитывают, учат, развивают интеллект, давая пищу уму и сердцу. И ещё очень хотелось бы, чтобы литературные музеи, особенно в провинции, стали доступнее – здесь незапятнанное русское слово звучит яснее. А для этого надо энергичнее развивать внутренний туризм в России.
Теги: М.Ю. Лермонтов
«Страшно представить Россию без книжных магазинов»
Мы продолжаем дискуссию по непростой ситуации, сложившейся с книжными магазинами и издательствами,тон которой задали президент Ассоциации книгоиздателей РФ Надежда Михайлова и директор магазина"Библио-Глобус" Борис Есенькин.
К сожалению, даже в Год литературы продажи книг в России неумолимо падают, и довольно существенно. Впервые за всю историю современного российского книгоиздания в 2014 г. было выпущено немногим более 500 миллионов книг. В советские времена был максимум - 1,8 миллиарда книг для всего СССР. А что такое сегодня 500 миллионов? Это значит, на каждого жителя России выпускается всего лишь три с половиной книги. Для примера: в некоторых странах эта цифра достигает 6–7 книг. Остаётся с грустью признать: мы давно уже не самая читающая нация в мире.
Почему это произошло? Конечно, главную роль здесь сыграли коренные изменения всего образа современной жизни с появлением компьютеров, интернета и других видов досуга. Недавний опрос показал, что в среднем россияне ежедневно проводят у телевизора 4 часа, работают с компьютером 1,5 часа, читают книги 9 минут, а журналы – 8 минут. А ведь у людей есть ещё и другие развлечения, путешествия, общение с друзьями. В итоге книга как объект внимания и интереса отошла на задний план. Огромную роль в этой ситуации сыграл и развал той системы книгораспространения, которая связывала воедино в советское время всю страну: тогда книга доходила до самого дальнего посёлка.
А что же происходит сегодня? В деревнях и посёлках книжных магазинов нет совсем, а это значит, что 35 миллионов человек вообще не имеют доступа к книге. В маленьких городах с населением до 50 тысяч человек тоже нет настоящих книжных магазинов, а есть только лавки или отделы в торговых центрах. Это ещё 25–30 миллионов человек, отрезанных от книг. Получается, что почти половина населения России не имеет постоянного и реального доступа к книгам. В Москву или Петербург и даже областные центры люди, как раньше за колбасой, часто ездят, в том числе и за книгами. Да, появилась интернет-торговля, ещё работает книга-почтой, но они занимают не более 15–20% продаж, да и то обременены удорожанием книг с учётом доставки. А библиотеки уже многие годы не получают достаточного финансирования и не могут повсеместно стать проводниками книги.
Ныне немного расширяется продажа книг в неспециализированных магазинах: универсамах и супермаркетах. Но там продаётся лишь массовая литература, которая вряд ли способна повысить культурный уровень населения. Получается, что единственный выход из создавшегося кризиса – это увеличение количества доступных для миллионов читателей книжных магазинов. Надежда Михайлова совершенно справедливо назвала эти магазины «основным каналом соприкосновения с книгами».
По статистике , за последнее время обанкротились и закрылись сотни книжных магазинов и издательств. Может, это пока не очень заметно, но на страну надвигается гуманитарная катастрофа.На 1 млн. населения даже в благополучной Москве существует только 10 книжных магазинов, в Санкт-Петербурге – 32,7, а в Великобритании, к примеру, – 46,8, в Канаде – 55,7, в Финляндии – 69,8. О малых городах России вообще говорить не приходится. Ещё печальнее статистика по библиотекам: если в Москве на 10 тысяч населения лишь 0,4 библиотеки, в Санкт-Петербурге – 0,5, то в Великобритании – 4,8, в Канаде – 4,9, в Финляндии – 11,4. Если так дальше пойдёт, то ничем хорошим это не кончится. Страшно представить Россию без книжных магазинов, без чтения, а значит, без культуры, полёта мысли, без науки...
Наши чиновники по своей «монетарной» инерции не воспринимают книгоиздание и книгораспространение как социально значимую сферу и не предоставляют отрасли особых льгот, особенно учитывая совершенно мизерный для страны объём этой отрасли – не более 70–80 миллиардов рублей в год. (Кстати, получается, что во всех затратах обычного россиянина покупка книг занимает в среднем всего лишь 0,1%, т.е. одну тысячную!) Любая крупная торговая сеть, например, «Лента», даёт в несколько раз более высокий оборот, не говоря уже об «Х5» или «Магните». Чтобы изменить сложившуюся ситуацию, необходим целый ряд государственных мер. Во-первых, ввести нулевой НДС для выпуска и реализации книг. Во-вторых, признать книжную торговлю сферой культурного пространства и предоставить на всех уровнях, в том числе муниципальном, существенные льготы по аренде площадей для книжных магазинов, внеся развитие книжной торговли и библиотек в одно из приоритетных направлений культурного развития в регионах, как это предлагается в проекте «Культурной карты России», разработанном Российским книжным союзом. Сколько копий сейчас ломается по поводу 25 млрд. рублей для дотаций РЖД, по поводу сохранения в регионах электричек, а ведь книги не менее важны, и книжникам хватило бы намного меньшей суммы льгот и дотаций для дальнейшего развития. В-третьих, обеспечить резкое увеличение финансирования библиотек для закупки книг, чтобы превратить их в современные и востребованные людьми очаги культуры. В-четвёртых, придать «Программе поддержки чтения», разработанной Российским книжным союзом, государственный статус со всеми вытекающими отсюда последствиями, в том числе популяризацией книг и чтения всеми возможными способами (необходимо начать хотя бы с открытия на основных федеральных каналах телепередач о книгах!). В-пятых, разработать комплекс мер по поддержке творчества молодёжи, конкретных писателей, писательских союзов и литературных объединений и т.д.
Если говорить конкретно о нашем издательстве, то «Вече» пытается противостоять негативным тенденциям рынка за счёт выпуска широкого спектра качественных и ожидаемых книг, в том числе в наших популярных сериях «Сибириада», «100 великих», «Военные тайны ХХ века» и др. Мы выпускаем ежегодно специальный каталог наших книг для библиотек и рассылаем его по всей России. Это даёт свои результаты. Сужение рынка книжных магазинов заставило нас уже несколько лет назад обратить внимание на продажу книг через киосковые сети не только столиц, но и регионов. Недавно мы завершили и ещё продолжаем такие многотомные (30–50 томов) проекты для киосков, как «Народный роман», «Человек-загадка», «Великие тайны. ХХ век» и «Коллекция исторических романов». А в феврале мы открываем новые киосковые проекты, фактически к 70-летию Победы и Году литературы: «Имена Великой Победы» (Воспоминания полководцев в 12 томах), «Полное собрание сочинений В. Пикуля» (в 28 томах), «Коллекция военных приключений» (в 40 томах) и «Загадочные места мира» (в 30 томах). Надеюсь, они найдут своего читателя. А Год литературы заставит всех нас ещё раз задуматься о судьбе книги в России и сделать шаги к возрождению интереса к чтению.
Теги: литература , книгоиздание , книготорговля
Оставьте в покое наших детей
С некоторых пор я вынужден читать книжки "для самых маленьких". Читать, разумеется, ребёнку, проявляющему всё больший интерес к окружающему миру. И вроде бы труд сей тяжёлым не назовёшь, но для меня почти каждая такая процедура превращается в пытку. Наверное, аналогичные муки испытывает профессиональный музыкант, попав на концерт самодеятельности в глухой провинции.
Но деваться некуда. Родственники надарили кучу иллюстрированных книг, привлекающих внимание малыша. Эффектные глянцевые обложки, страницы из твёрдого картона, не рвутся, не пачкаются. Так и хочется пробурчать сакраментальное: «В наше время такого не было». Но, может, оно и к лучшему, что не было? Потому как картинки картинками, а главное в книге, пусть даже и детской, - это её содержание. А с содержанием нынешних изданий для детей, скажем прямо, беда...
Вот, к примеру, книжка «Ладушки-ладушки», автором которой значится некто В. Лясковский. Все мы с детства помним эту добрую потешку про кашку и бражку, которую нам рассказывали старшие. Однако Лясковский творчески подходит к теме и пишет свой вариант:
Возникает вопрос: чем не устроила Лясковского традиционная версия? Я ещё понимаю, если б он переработал её талантливо, так ведь об этом и речи нет... Дальше в тексте появляются петушок Васяточка (чтоб рифмовался с яйцами всмяточку), корова Леночка (очень удачное прозвище для коровы) и козочка Аринка (это что-то вообще из порнофильмов с ролевыми играми). В общем, те, кто купится на название, будут разочарованы. Федот, да не тот.
А вот книжка Александра Мецгера «Снеговик и его друзья». Первое же четверостишие вгоняет меня в ступор:
Интересно, в курсе ли Александр Мецгер, что «вдруг»-«зуб» лишь условно можно считать рифмой? Только не надо мне рассказывать про ассонансные рифмы – судя по уровню стихописьма, автор вряд ли знает, с чем их едят. А ещё интереснее, сумеет ли он без запинки произнести вслух третью строчку? Не говорю уже об общей корявости и синтаксической безграмотности этой строки («съев снег»). Вполне возможно, что автор – далёкий от литературы человек, всю жизнь занимавшийся чем-то другим, но ведь и не тем, наверное, что подставлял ухо под медвежью лапу?
А сказка, между прочим, довольно оригинальная. На лесном совете звери предлагают удалить несчастному снеговику больной зуб. Поручается это дятлу, «прослывшему» зубным врачом. Предлагаются, впрочем, и более радикальные способы – просто «выбить кирпичом». Чем закончилась история с больным зубом – неясно. Видимо, выбран был всё-таки второй вариант, просто автор пощадил детскую психику и не стал расписывать процесс в подробностях. Зато в конце – ожидаемо, не вдруг – появляется Дед Мороз с поздравлениями. Не берусь и гадать, что вынесет ребёнок из этих стихов про зубастого снеговика и лесную стоматологию.
Ещё издание – «Звуки и слова». Автор – С. Михайлов. На одном сайте в интернете тексты из данной книжки даже рекомендуются для развития речи у ребёнка. Трудно сказать, насколько разовьётся у ребёнка речь, а вот с логикой могут возникнуть проблемы.
Начнём с того, что собачки не говорят. Нет, они могут, конечно, разговаривать в сказочном мире, но конкретно «гав» – это не слово, а брёх. Кроме того, и здесь мы видим проблемы с синтаксисом. Поскольку последний глагол следует использовать в будущем времени. Ну и прочее, по мелочам:
Ничего, что в слове «свою» ударение падает на первый слог? Нам-то не страшно, мы слушаем телеведущих, политиков, деятелей эстрады, так что привыкли[?] Но каково детям, которые по этим писаниям должны развиваться?
Так вот, возвращаясь во времена нашего детства... Можно, конечно, очень долго ругать советское книгоиздание, жаловаться на цензуру, но не будем забывать, что в те времена существовали худсоветы, отсеивавшие откровенный шлак. Поэтому, если халтура и попадала в печать, то редко, в виде исключения. Разумеется, публиковались малоталантливые авторы, но, как правило, без особого успеха и не самыми серьёзными тиражами. Теперь же каждый желающий, выйдя на пенсию и открыв в себе поэтический дар, рвётся издавать стишки для детей собственного сочинения. Результаты в большинстве случаев плачевны. Читаешь такие тексты и гадаешь – недоучки их писали или азиатские гастарбайтеры? Зайдите на любой литературный сайт в интернете – там вы обнаружите гигабайты подобной писанины. Почти все эти сочинители, якобы обожающие детей, – обыкновенные графоманы, оправдывающие убожество и примитивизм своих текстов тем, что пишут для самых юных читателей и слушателей. Не снискав популярности во «взрослой» литературе, они рванулись в «детскую», где с теми же ошибками и тем же напором кропают столь же беспомощные вирши.
Пару лет назад на Московской международной книжной выставке-ярмарке ко мне подошёл старец и заявил, что «ЛГ» несколько раз отказывала ему в публикации стихов, а он, между прочим, издал сейчас книжку для детей тиражом аж в десять тысяч! При этом дедушку просто распирала гордость – он-то думал, что утёр мне нос, показав, кто тут истинный профессионал. Ему и в голову не приходило, что его «детские» стихи могут быть столь же чудовищны, как и «взрослые». Он рассудил – если тексты изданы, то они автоматически получили некий знак качества. Что, конечно, не так. Детская литература – один из самых ходовых товаров на книжном рынке. Издательства давно уже не следят за качеством выпускаемых книг: любая чушь, написанная якобы для детей, приносит такую же прибыль, как и классические образцы литературы для маленьких. А раз так, то чего тратиться на редакторов?
Мы как-то и не заметили, что к нашим детям вплотную подобрались поэтические двоечники и второгодники. Озлобленные своими неудачами, они сполна отыгрываются на неокрепшем разуме малышей. Не просто забивают детские головки чепухой, но и, пожалуй, прививают отвращение к книге. Безвкусица, безграмотность, глупость – это и есть отличительные признаки подобной литературы, щедро рассыпанной по книжным прилавкам. И ведь понимаем, что не следует покупать детям всю эту белиберду, но как быть, если ребёнок сам тянется к яркой обложке? Ему ведь не объяснишь, что автор – никакой не писатель, искренне любящий детвору, а примитивный шарлатан, пытающийся любым способом реализовать свои творческие амбиции. Мечтается порой: «Отвязались бы они от наших детей». Так ведь не отвяжутся.
Теги: детская литература
Тенденция, однако!
Фото: Jonathan Wolstenholme
Очередная букеровская паралимпиада по большому счёту не таила в себе никакой интриги. Аксиома: российские литературные премии достаются отнюдь не писателям, но тенденциям. В. Топоров несколько лет назад писал, что букеровский премиальный список - не сборная страны, а средняя температура по больнице: тут представлены не самые лучшие, а самые типичные. Потому вовсе не важно, кому в итоге достались бы лавровый венец и полтора миллиона: Шарову или Скульской, Бенигсену или Ануфриевой, – любой из названных персонажей лишь выражал тенденцию[?]
ПОЛУФИНАЛИСТЫ
М. Ануфриева "Карниз" (журнал «Дружба народов», № 3, 2014). Первые два десятка страниц не содержат ровным счётом ничего любопытного: барышня обитает в съёмном клоповнике, слушает Земфиру и активно вздыхает о каком-то Папочке. Ещё через десять страниц выясняется, что Папочка женского пола. На этом сюрпризы бесповоротно кончаются.
М.А. писала про «Карниз» в своём микроблоге: «Дуракам и гомофобам, что, впрочем, одно и то же – видимо, вообще противопоказано». Сразу же договоримся: разного рода «филии» и «фобии» оставим кумушкам обоего пола. А равно и обвинения в аморальности. Ибо прав был Уайльд: нет книг нравственных и безнравственных, есть книги хорошо и плохо написанные. Наш литературный гей-парад откровенно плох – скучнее Петросяна (загляните хоть в Ильянена) и потому никого не совратит с пути истинного. «Карниз» – лишнее тому подтверждение.
Расхожая истина гласит: женщина из ничего может сделать три вещи – салат, причёску и скандал. Добавлю: и прозу. Вялотекущее повествование в три авторских листа – типичное бабье чтиво с привычной для этого жанра фабулой: цепь испытаний на пути к замужеству. Правда, испытания, как на подбор, до оскомины тоскливы: тараканы, добросовестный ребяческий разврат с Папочкой & Co, офисные дрязги и скоротечный служебный роман. Потому чтение постоянно перемежается скуловоротной зевотой. Как хотите, но «маленькому человеку» необходимо иметь за душой что-то грандиозное. Хотя бы мечту о новой шинели. А без этого он в литературе не жилец. И даже нетрадиционная ориентация не спасает от безликости.
Единственной отрадой здесь служат разного рода несуразицы. Авторесса то перепутает композитора и пирожное (
Состав букеровского ареопага постоянно обновляется. Неизменной остаётся задорная традиция детсадовской фронды: назло маме уши отморожу. Скажем, в 2005-м букероносцем стал Гуцко – исключительно в отместку тогдашнему председателю жюри Аксёнову: тот слишком активно протежировал Найману. Полагаю, что «Карниз» оказался в премиальном лонг-листе в силу той же самой логики. Уж коли есть у нас статья 6.21 КоАП РФ, надо явить миру благородную толерантность по отношению к меньшинствам.
Кто б ещё о читателе так заботился.
В. Бенигсен «Чакра Фролова» (М., «Эксмо», 2013). В руках легендарного царя Мидаса всё превращалось в золото. В руках Всеволода Бенигсена всё превращается в соц-арт. Практически любой сюжет у В.Б. выруливает к слегка беллетризованной публицистике перестроечных стандартов: про дебиловатого Ленина или совсем уж дегенеративного Сталина. Литературы такого рода в горбачёвскую эпоху было пруд пруди, а потом в одночасье не стало. Оно и понятно: Войнович верхом на «Чонкине» въехал в такую гомерическую пошлость, что всем стало ясно – дальше ехать некуда. Бенигсен шлагбаума не заметил. Или предпочёл не заметить.
Необходимый культурологический экскурс: соц-арт был отрыжкой интеллигенции, которую до оскомины перекормили социалистическим реализмом. Едва лишь соцреалистическое искусство перекочевало в разряд антиквариата, соц-арт немного поупрямился для приличия и также испустил дух. Однако стойкий Бенигсен и по сей день воюет с призраками советских идеологем.
Все свои новорождённые книги В.Б. находил в чужой капусте. «Пзхфчщ!» вырос из тыняновского «Киже», «ГенАцид» – из «Центрально-Ермолаевской войны» Пьецуха. «Чакру Фролова» В.Б. подобрал на грядках… впрочем, первоисточник без труда опознаете сами:
Поделиться книгой: