Размышления о личном развитии

Я уже выработал новую зависимость от устройств, которые делают мою жизнь более эффективной, и я не одинок в этом пристрастии.

Как бизнес-консультант я часто провожу встречи, на которых присутствуют до 30 руководителей. Мы обсуждаем различные рабочие проблемы. Занимаясь этим уже более 40 лет и по всему миру, с годами я стал замечать перемену в поведении участников подобных собраний: в так называемых развитых странах удержать внимание группы становится все сложнее, потому что многие во время встречи читают или печатают на смартфонах или ноутбуках.

Я прошу своих слушателей прекратить это, и они прекращают, но спустя несколько минут все их внимание снова приковано к блэкберри (которые не зря стали называть «крэкберри», признавая этим возникающую зависимость от данного мобильного устройства).

И не только эти руководители болезненно привязаны к своим смартфонам. Моя жена отказывается идти со мной в кино, если я не оставлю свой блэкберри дома. Часто бывало, что во время сеанса он начинал вибрировать, и я, вместо того чтобы смотреть фильм, начинал читать и отвечать на электронные письма.

Супруги моих клиентов говорят, что рано или поздно разведутся из-за мобильных телефонов. Многие считают нормальным прямо во время разговора даже на срочные и важные темы прерываться, чтобы ответить на звонок или сообщение по работе.

Конечно, все эти звонки и сообщения могли бы подождать. Безусловно, все это не столь важно, и никто не умирает. Тем не менее мы никак не можем оставить без внимания вибрирующий телефон. Попробуйте его у нас отобрать – и мы солжем, украдем, сжульничаем – словом, сделаем все ради возвращения своего гаджета.

Разве это не аддиктивное поведение?

Помимо блэкберри

Речь идет не только о блэкберри и айфонах. Подумайте о «Фейсбуке», «Твиттере» и блогах. Появилось так много интернет-сообществ и социальных сетей, что моя продуктивность не растет, а снижается. Не пробовали засекать, сколько времени вы проводите в интернете и социальных сетях?

Почему мы так себя ведем? Это зависимость. Мы пристрастились к ощущению, что кому-то нужны, что для кого-то существуем.

С точки зрения модели PAEI это очень похоже на зависимость типа I (интегратор) – зависимость от принадлежности к чему-то, потребность налаживать с кем-то контакты. Зависимость этого типа особенно сильна, поскольку всем людям необходимо чужое внимание, общение. Именно поэтому одиночное заключение считается худшей формой наказания в тюрьме: без взаимодействия с окружающими заключенные перестают чувствовать себя людьми.

Интернет-технологи активно используют нашу потребность в отношениях с другими людьми. Например, мой сын-подросток проводит неимоверно много времени в чатах. Если я пытаюсь запретить ему пользоваться интернетом, он реагирует так, словно я приговариваю его к одиночному заключению.

Кажется, что новые технологии должны давать нам больше свободы. И новые устройства действительно решают проблему физической изоляции и делают наше общение проще и приятнее. Но одновременно они порабощают нас, потому что мы впадаем в зависимость от них.

Что же делать?

Развитие технологий не может и не должно быть остановлено (Унабомбер уже пытался и за это отсиживает пожизненное заключение в тюрьме[31]). Нам необходима самодисциплина.

Кто выживет в нашем мире? Тот, у кого хватит силы воли сказать «нет» и этой зависимости, так же как и всем описанным выше.

То, что контролируете вы, в свою очередь контролирует вас. Такие отношения всегда двусторонни.

Успех не «где-то там». Он «здесь и сейчас». Потому и проблемы наши тоже не «где-то там», а «здесь и сейчас». Мы искали врага, и мы его нашли. И вы понимаете не хуже меня, кто этот враг.

Зависимость от чувства[32]

В одной из своих лекций я привел следующую историю в качестве примера того, что не стоит бояться конфликтов, вырастающих из противоречий. Нужно пытаться научиться чему-то новому у человека, который не разделяет наше мнение. История называется так: «Ищите пони».

У одного человека было двое маленьких сыновей. Один был абсолютным пессимистом. Все казалось ему ужасным. Ничто его не устраивало.

Другой был абсолютным оптимистом. Все всегда его радовало. Ничто не представлялось проблемой.

Отец решил провести эксперимент, чтобы попытаться изменить взгляды сыновей на жизнь.

Сына-пессимиста он закрыл в комнате с самыми интересными игрушками, чтобы показать, что жизнь не так уж плоха.

А сына-оптимиста закрыл в сарае, полном конского навоза, чтобы показать, что не все в жизни идеально.

Через некоторое время отец вернулся, чтобы посмотреть, как идут дела.

Сын-пессимист сидел посреди комнаты с игрушками и плакал навзрыд: «Слишком много игрушек. Я не могу решить, с какой поиграть. Мне так плохо, жизнь просто ужасна».

Сын-оптимист раскидывал навоз лопатой, насвистывая жизнерадостную песенку. Когда отец спросил его, чему он так радуется, сын ответил: «Тут столько навоза, что где-то поблизости обязательно должен быть пони».

Когда с вами спорят, не обращайте внимания на весь сопутствующий навоз. Лучше спросите себя: где же пони? Что ваш оппонент знает, думает или полагает, чего вы не знаете? Почему он с вами не соглашается? Чему вы можете научиться в этой ситуации? (Конечно, если, выслушав оппонента, вы так и не узнаете ничего интересного, то есть когда вас окружает один навоз и никаких пони, можете смело игнорировать такого собеседника – он просто тратит ваше время.)

Рассказывая эту историю, я вдруг осознал, что в ней скрыта еще одна мораль: сыновья сами выбрали, как себя чувствовать.

«Вы несчастливы настолько, насколько хотите этого», – гласит пословица. Мы выбираем для себя, быть нам счастливыми или несчастными. То, какие эмоции мы переживаем, не связано с тем, что некое обстоятельство заставляет нас их чувствовать. Счастье никак не зависит от внешних обстоятельств. Только наш выбор имеет значение.

Проблема не в том, что нам не хватает свободы выбора между разными чувствами, а в том, что нам нравится чувствовать себя плохо.

Но почему тогда некоторые предпочитают чувствовать себя отчаявшимися, несчастными жертвами обстоятельств и, как следствие, преждевременно стареют и зарабатывают различные болезни в результате депрессии?

Может быть, это происходит из-за того, что ощущение несчастья так или иначе выгодно им, даже если они этого не осознают. Например, они таким образом пытаются привлечь к себе внимание.

Или, может быть, дело в другом, и я думаю, что это зависимость. Люди привыкают к ощущению «несчастности». Чувствуя себя по-другому, они начинают придумывать разные иррациональные причины, чтобы вновь впасть в состояние «жертвы обстоятельств». Возможно, они даже впали в зависимость от определенных химических реакций в организме, связанных с ощущением несчастья.

Чем больше я об этом думаю, тем больше понимаю, до какой степени мы окружены источниками различных вредных привычек: плохой пищей, работой, алкоголем, табаком и даже (некоторые) чрезмерным увлечением спортом. Теперь я понял, что мы еще и попадаем в зависимость от определенных чувств. Различные сигналы из внешней среды подпитывают наши пристрастия, и мы игнорируем сигналы, которые, наоборот, указывают на вред.

Проблема состоит не в том, что нам не хватает свободы выбора между разными чувствами, а в том, что нам нравится чувствовать себя плохо.

Переключение сигналов

Как освободиться от пристрастия к определенному чувству?

Я думаю, можно обойтись без психотерапии. Эйнштейн сказал, что факторы, создающие проблему, не являются составляющими решения. Поэтому, если проблема заключена в голове, ее решение следует искать в сердце.

Иными словами, надо начать по-другому воспринимать сигналы из внешней среды. Мы должны научиться реагировать на сигналы, которые усиливают наши зависимости, негативно, а не позитивно.

Именно это я пытаюсь проделать со своим пристрастием к нездоровой пище. Я решил, что чувствителен к глютену[33]. Поэтому хлеб (а я его обожаю) должен вызывать у меня неприятные ощущения. Но, честно говоря, самовнушение не срабатывает, потому что в глубине души я знаю: это, в общем-то, не правда.

Другая стратегия состоит в том, чтобы избегать продуктов, к которым я пристрастился: если держать их подальше от моих глаз, больше шансов, что я их не съем.

Но что делать с чувствами? Возьмем, к примеру, человека с депрессией. Когда он находится в таком состоянии, ему комфортно, но некомфортно, когда все в порядке. Поэтому человек ищет поводов, чтобы чувствовать себя несчастным, подпитывая таким образом свою зависимость от этого ощущения.

Что делать?

Какие предложения?

Часть 3

Взаимоотношения

Применение методологии Адизеса к семейной жизни[34]

В ходе моих лекций меня часто спрашивают, пробовал ли я применить свои теории менеджмента и управления изменениями к личной и семейной жизни.

До сих пор – нет. Я касался этих тем в своих очерках, но никогда не посвящал им целую статью, не считая себя достаточно компетентным специалистом в данной области: я не семейный терапевт и не психолог. Но, когда я наблюдал поведение супружеских пар и многочисленные разводы (я и сам развелся когда-то), мне не раз приходило в голову, что концепции моей методологии можно было бы применить в изучении динамики семейных отношений.

Надеюсь, мои размышления станут поводом для дискуссий, а не будут рассматриваться, как истина в последней инстанции, ибо это не так.

Жизненный цикл семьи

Начнем с концепции жизненного цикла. Все подвержено изменениям и потому проходит определенный жизненный цикл. Все рождается, растет, стареет и умирает, будь то люди, растения и даже камни и звезды. Организации тоже растут, развиваются и порой умирают в соответствии со своим естественным и природным жизненным циклом. Все начинается с формирования видения у основателя и детства организации, затем компания проходит через все трудности детства, подросткового периода, периода «давай-давай!» (быстрый рост), достигает юности и расцвета и в конце концов стареет[35].

Люди развиваются аналогичным образом: от младенчества – к детству, отрочеству, зрелости, а затем начинают стареть.

Методология Адизеса начинается с рассмотрения функций: какой функционал необходим организации на каком этапе развития и правильно ли налажено управление организацией, чтобы поддерживать этот функционал?

Применяя данный подход, давайте посмотрим на стадии жизненного цикла человека сначала с точки зрения мужчины, а затем – женщины.

Чего хотят мужчины

Итак, что мальчик-подросток ищет в женщине? По моему мнению, он хочет, чтобы девушка была красива и нравилась его друзьям, чтобы он чувствовал себя победителем – кем-то, кто и сам сексуально привлекателен.

Однако, когда уже молодой человек начинает искать себе невесту, его требования меняются. Теперь приоритетными являются вопросы, насколько хорошей хозяйкой дома она станет, будет ли поддерживать все начинания мужа, окажется ли хорошим физическим, социальным и эмоциональным партнером.

Когда появляются дети, ожидания снова меняются. Насколько женщина хороша в роли матери? Умеет ли она устанавливать правила, подавать хороший пример, прививать жизненные ценности и оберегать детей так, чтобы они выросли здоровыми как эмоционально, так и физически, а также были социально адаптированными?

Когда дети вырастают и покидают дом и гнездо пустеет, функции и ожидания меняются еще раз. Теперь мужчина ищет в своей женщине партнера, с которым можно было бы встретить старость: ему нужна женщина, которая разумно использует ресурсы семьи, является хорошим компаньоном в путешествиях, с которой можно и интересно поговорить, и приятно посидеть молча перед камином.

Поскольку в браке меняются функции и обязанности супругов, меняются и их ожидания друг от друга. И поведение или стиль вашего партнера тоже должны соответственно меняться.

Чего хотят женщины

Теперь позвольте мне проанализировать, что женщины ищут в мужчинах и как их требования изменяются со временем.

Сначала мужчина должен быть приятным внешне и здоровым, успешным в той области, которую женщина считает интересной, будь то футбол, музыка или катание на скейтборде. Когда женщина начинает искать будущего мужа, ее потребности меняются: успешен ли мужчина в качестве кормильца семьи? Каким он будет отцом?

Когда дети вырастают и покидают дом, ее требования снова меняются: мужчина, рядом с которым женщина хочет состариться, должен поддерживать ее во всем, ухаживать за ней, быть интересным собеседником, потому что в этот период у мужа и жены не остается никого, кроме них самих, поэтому важно, чтобы им было хорошо друг с другом.

Как важно иметь способность меняться

Итак, из теории жизненного цикла Адизеса мы знаем, что стиль руководства организацией должен соответствовать ее текущим нуждам в каждый период развития, и этот стиль должен меняться по мере прохождения ею разных этапов. В случае семейной жизни, по крайней мере в развитых странах, ни мужчина, ни женщина не является единоличным руководителем семьи. В наши дни – в эру трансформации – супруги управляют семьей совместно. Поэтому оба должны обладать стилями, которые соответствуют текущему этапу развития семьи, и быть готовыми их адаптировать к следующему.

На стадии, предшествующей созданию семьи, чтобы обеспечить полноценные отношения на всю жизнь, мужчина должен искать сексуальную, привлекательную женщину, которая, на его взгляд, способна стать хорошей матерью. (Предусмотрительный мужчина обязательно познакомится и с будущей тещей.)

Когда дети вырастают, у мужа и жены не остается никого, кроме них самих, поэтому важно, чтобы им было хорошо друг с другом.

Пока дети еще маленькие, женщина в первую очередь должна быть хорошей матерью, оставаясь при этом такою же сексуальной и симпатичной, какою мужчина ее выбрал. Когда дети подрастут, изменится и ее стиль: она по-прежнему остается матерью, но теперь все важнее становится то, насколько она интересный собеседник, как хорошо будет рядом с ней в годы старости.

То же самое, вероятно, применимо и к тем требованиям, которые предъявляет мужчине женщина. До замужества ей хочется найти эффектного мужчину, но немаловажно и то, будет ли он хорошим отцом. (Кроме того, стоит присмотреться к будущему свекру.) Когда дети еще маленькие, мужчина должен быть сексуальным, привлекательным, физически крепким кормильцем семьи и хорошим отцом. Когда дети подрастут, физические данные становятся менее важными, и женщину больше беспокоит, будет ли мужчина хорошим партнером на этапе старения.

По моим наблюдениям, одной из причин распада брака может стать ситуация, когда семья переходит на новый этап жизненного цикла, а стиль одного из супругов не меняется.

Например, мужчину может интересовать исключительно сексуальность женщины, а не ее материнский потенциал (это явление иногда называют синдромом Питера Пэна). Или женщина, которая была прекрасной матерью, не знает, что ей делать, когда гнездо опустело.

То же самое относится и к мужчинам: он внешне эффектен, но бесполезен как кормилец семьи, плохой отец. Его стиль не меняется с годами.

Для здорового брака необходимо выбрать партнера, который способен меняться по мере изменений потребностей семьи. Может ли женщина оставаться красивой на протяжении всего существования семьи (а это долгий срок!), быть при этом хорошей матерью и отличным собеседником на старости лет? Может ли мужчина сохранять хорошую форму в течение всей совместной жизни и в то же время быть надежным кормильцем, хорошим отцом и партнером, с которым у женщины сохранится эмоциональная и социальная связь на стадии старения?

По мере того как увеличивается продолжительность жизни, браки должны длиться 30, 40 и даже 50 лет. Это довольно долгий срок, во время которого требования к супругу могут трансформироваться много раз. Вопрос состоит в том, способен ли партнер меняться? Обладает ли он необходимыми для этого качествами?

Смена партнеров

Я считаю, что нынешняя тенденция «многосерийных браков» (когда люди вступают в брак больше одного раза в жизни) объясняется той же причиной, по которой организации меняют руководителей: их стиль управления больше не соответствует текущим нуждам компании. Так, мужчина, после многих лет в браке все еще сексуальный и привлекательный и по-прежнему любящий погулять на стороне, при этом является весьма посредственным кормильцем и отцом – он не изменился и остался в душе подростком. И это уже сигналы проблемы.

Другой пример – женщина, которая была отличной матерью, но, когда дети покинули семейное гнездо, превратилась в совершенную зануду, не представляющую, чем себя занять, как адаптировать свой функционал к новой реальности ее брака.

Именно поэтому иногда, когда наступает следующий этап семейной жизни, люди меняют партнера.

Я прекрасно понимаю, что сильно упрощаю эти вопросы. Современные браки слишком сложны, чтобы считать исчерпывающим мой анализ. Жизненные циклы семьи – это всего лишь одно из обстоятельств, которое стоит учитывать.

Взаимодополняющая родительская команда

Вот еще один фактор: здоровая семейная организация должна быть взаимодополняющей командой. Детям для здорового взросления нужна и женская, и мужская энергия. Нас часто привлекают люди, не похожие на нас. Мы влюбляемся в чьи-то сильные качества, которых нам недостает. Поэтому общительный, творческий и склонный к риску человек зачастую выбирает себе партнера, более сосредоточенного на себе, спокойного, вдумчивого и осторожного.

Противоположности сходятся, верно? Но они также становятся причиной непонимания и трудностей.

То, как разбираться с конфликтами стилей, я подробно рассказываю во многих своих книгах и лекциях. С помощью взаимного доверия и уважения любой деструктивный конфликт может стать конструктивным. Когда между партнерами установились доверительные и уважительные отношения, неизбежные в семье конфликты (особенно при большой разнице в стилях поведения супругов) становятся разрешимыми.

Если же между супругами нет доверия и уважения, браку рано или поздно придет конец.

Люди любого пола уязвимы

Хочу поделиться своим мнением по поводу взаимоуважения.

Я только что прочитал в мексиканской прессе, что около половины мексиканок подверглись грубому обращению хотя бы один раз за время их замужества.

Во многих развивающихся странах физическое насилие не считается чем-то постыдным. Более того, это воспринимается как норма и даже поощряется.

В развитых же странах бытовое насилие в семьях все еще случается, но оно осуждается и уголовно наказуемо. Однако словесные оскорбления (брань или нападки) довольно распространены. Нет такого закона, который запрещал бы подобные издевательства, оставляющие порой душевные шрамы не хуже физического насилия. Личные оскорбления в равной степени болезненны и для мужчин, и для женщин. Мужчине так же неприятно словесное оскорбление от женщины, как и женщине – физическое насилие со стороны мужчины.

Предсказуемый развод[36]

В консультационной практике иногда случается так, что моих познаний в предмете не хватает и мне приходится приглашать специалиста, например психолога.

Но случалось и такое, что приглашенный психолог, вместо того чтобы помочь, сводил все мои предыдущие усилия на нет.

Например, как-то один руководитель поделился со мной: «Я сказал психологу, что в нашей компании каждый пытается создать “свою армию”, и потом все воюют между собой. А психолог на это ответил, мол, тогда создайте и вы “собственную армию”».

Я был потрясен. В то время как я пытаюсь добиться согласия (объединения), психолог продвигает идею войны (распада).

Поразмыслив, я понял, почему психолог дал такой совет. Специалист данного профиля фокусируется на индивидууме – на его психическом здоровье и способности самостоятельно разрешать свои проблемы. Он полагает, что если индивид психически здоров и работоспособен, то система, состоящая из множества таких же индивидов, также будет хорошо функционировать.

В этом есть смысл, не правда ли? Если компоненты системы плохи, то и система будет неработоспособной. Поэтому, чтобы «отремонтировать» систему, нужно решить проблемы ее компонентов.

Но обратите внимание, что система – это больше, чем сумма ее составляющих. В ней присутствуют взаимосвязи, которые нельзя не учитывать.

Возможна ситуация, когда все участники психически здоровы, однако система в целом все равно не работает. Именно это наблюдается в некоторых семьях, когда супруги кардинально расходятся в своих представлениях о том, кто за что несет ответственность.

Лечить супруга или брак?

Разрабатывая пути решения проблемы, мы с психологом исходили из разных предпосылок.

Психолог концентрируется на отдельной составляющей системы, полагая, что при здоровых компонентах система в целом будет здоровой. Я же фокусирую внимание на системе в уверенности, что если система работает хорошо, то и каждый ее компонент чувствует себя лучше и счастливее.

Недавно мне пришло в голову, что подход, при котором «лечение» индивидуума поможет системе, где происходят его взаимодействия с другими, применим и к семейному консультированию.

Предположим, ваша жена испытывает крайнее разочарование из-за того, что не смогла сделать карьеру. Быть матерью и женой для нее недостаточно – это не удовлетворяет ее потребности в самореализации. По моим наблюдениям, данный феномен все более распространяется в современном обществе. В прошлом (во всяком случае, в традиционной сефардской культуре, в которой я вырос) у жены была своя собственная роль, позиция и обычно уважаемый статус матери.

Помню, меня как-то пригласили на ужин к одному бизнесмену, семья которого отличалась традиционным укладом. Когда мы позвонили в дверь, ее открыла жена, которая ждала мужа на пороге вместе с двумя маленькими нарядно одетыми, умытыми и причесанными детьми. Она поцеловала мужа, поприветствовала меня и предъявила мужу детей, сказав, что они очень хорошо себя вели в течение дня. Сцена походила на доклад управленца партнеру о трудовых успехах.