Помоги проекту - поделись книгой:
Биг Джима Колосимо похоронили, его племянник Джонни Торрио принял дела дяди и возглавил преступный мир Чикаго. Рядом с ним находился человек, готовый на все, чтобы противостоять возможным конкурентам, — Аль Капоне.
УИЛЬЯМ ВИНСЕНТ ДВАЙЕР — КОНСПИРАТОР
Двайер в отличие от других уличных мальчишек от-назывался участвовать в каких-либо шайках. Он ревностно оберегал свою репутацию. Его природный ум, физическая сила производили впечатление на друзей и шайки молодых грабителей, такие, как «Лесные мыши», «Гудзонские дворники», «Чудища», «Черные жабы». Они не раз склоняли его вступить в свои ряды, но напрасно. Двайер заявлял, что его цель в жизни — честно трудиться.
— Хорошая работа позволит мне вырваться из трущоб 10-й авеню. Я вырвусь отсюда… — любил повторять он.
Полицейские, здороваясь с ним, улыбались, а это кое-что значило. Никто, пожалуй, не знал, что по вечерам в своей постели он до двух часов почта штудировал книги, посвященные вопросам конспирации. Свои первые доллары Двайер заработал, будучи билетером в театре. Затем он нашел лучший способ для применения своих сил и стал подрабатывать на причале. Профессия докера ему подходила больше. Благодаря своей наблюдательности, он обнаружил многочисленные махинации, которые совершали другие. Отказавшись от наиболее рискованных и опасных, он сконцентрировал свое внимание на тех, которые не были связаны с серьезным риском. Практикуя понравившиеся ему приемы, он сколотил состояние, и ничто не могло заставить его начать тратить деньги, никакие искушения молодости.
Задолго до введения «сухого закона» Двайер приторговывал алкоголем, одновременно запасаясь ящиками виски, марочного ликера, шампанского. Для этого он использовал приготовленные к отправке грузы, которые похищал, прятал, а затем вывозил, предварительно подкупив нужных охранников и таможенников. Украденное он поставлял в кафе Георга Шевлина, владельца нескольких баров и притонов, старейшины 10-й авеню, с которым он был давно знаком.
Когда закон Волстеда вступил в силу, Двайер уже был готов приступить к делу. В рекордные сроки ему удалось снабдить спиртным не только своего постоянного клиента Георга Шевлина, но еще многих из тех, кто полностью лишился поступлений и рисковал растерять клиентуру. Очень быстро, однако, он понял, что надо найти другие способы снабжения, так как пакгаузы уже не могли удовлетворить растущий аппетит. Чтобы осуществить это, его личного опыта стало не хватать. Надо было обратиться к тем, кто несколько лет назад хотел привлечь его в свои шайки. Он завербовал ряд парней из этих шаек, не посвящая их при этом в детали своих операций, и организовал, из них несколько отрядов, главы которых получали приказы только от него самого. Эти грозные бандиты бороздили побережье, охраняя — груженые колонны машин.
Чтобы сохранить видимость законной деятельности, Двайер покупал или арендовал склады и гаражи. В их подвалах он творил чудеса. Он нашел строителей, которые за звонкую монету сооружали бетонные конструкции — многоярусные ангары, этажи которых связывались друг с другом пологими откосами, способными выдержать тяжелые автомашины с грузом, или грузовые лифты, поднимающие и опускающие автомобили до пятнадцати тонн весом. На верхних этажах устанавливались мощные вентиляционные агрегаты, способные в считанные минуты удалять винные запахи. Там же Двайер хранил, смешивал, перерабатывал и разливал в бутылки с заранее наклеенными этикетками спиртное различных видов.
Постоянно озабоченный тем, чтобы не нажить себе врагов, Двайер старался общаться с наиболее влиятельными и наиболее ловкими представителями преступного мира. Он обнаружил, что среди «Гудзонских дворников» есть некий Ларрй Фай, который в свое время «пал» так низко, что в 1920 г. стал водителем такси. Судьба подарила ему клиента, которого надо было доставить почти до самого Монреаля. Чтобы не возвращаться с пустыми руками, он приобрел виски, которое там можно было купить свободно не дороже десяти долларов за ящик Таким образом в его машину перекочевало два ящика виски. На границе таможенник заставил его открыть багажник:
— Ну и что будем делать?
Ларри Фай протянул ему купюру в двадцать долларов, которая тут же исчезла в кармане человека в форме.
— Проезжайте…
Ларри Фай сообразил, что ему следует ездить только по этому маршруту. Первые два ящика, проданные в Нью-Йорке, принесли ему 160 долларов чистой прибыли. Он уже· сам покупал и арендовал такси, нанимал водителей и организовал дело так, что оно напоминало челночный механизм. Конечно, все было не столь просто, всякого рода завистники ставили ему палки в колеса. Соперничавшие компании пытались копировать его методы. В радиаторы его машин подкладывали свинец, а в бензин насыпали сахар.
Затравленный врагами, Ларри Фай готов был оставить «арену», чтобы окончательно вернуться к такси, когда его заметил Двайер, неизменно исполненный глубокого почтения к изобретательным людям. Он пришел к нему на помощь со своими «коммандос» и помог восстановить порядок на маршрутах. Трасса стала функционировать с прежним размахом, с той лишь разницей, что теперь Ларри Фай значительный процент доходов отдавал своему благодетелю. Двайер мудро посоветовал ему вложить пол миллиона долларов в ночные заведения, притоны, игорные дома и дома свиданий. Двайер снабжал их спиртыми напитками, а водители Ларри Фая, помимо своих обычных обязанностей, поставляли для них клиентов. Все тщательно контролировалось, учитывая. каждый потерянный доллар на длинном пути от поставщика до потребителя. Специалисты впоследствии признали, — что любой менеджер мог бы позавидовать их умению выжимать из своих операций максимальные доходы.
Когда в 1922 г. Двайер решил подвести некоторые итоги, то установил, что стал владельцем полумиллиона долларов, пивной «Феникс» совместно с Уэкси Гордоном, около трех десятков притонов, питейных заведений и публичных домов, а также радиостанции ВХЛ. Радиостанция отличалась некоторым своеобразием хотя бы потому, что специализировалась на передаче в эфир стихов Киплинга, Браунинга, Эдгара По, Байрона, Шелли, — стихов, которые с особым вниманием слушали команды катеров и грузовых судов Двайера, так как в рифмованных строчках кодировались данные, позволявшие определять координаты предстоящих встреч в море. Кроме того, известно, что таможенники — не любители поэзии.
Дела Биг Билла Двайера, как его теперь стали называть, бывшего билетера в театре, смогли достичь такого размаха благодаря ситуации, сложившейся в результате принятия «сухого закона». Он смог возвыситься до положения верховного правителя над пятью сотнями наемников, стать владельцем двух огромных отелей, множества мелких притонов, трех роскошных публичных домов, огромной пивной, приносившей ему ежегодно семь миллионов чистой прибыли, четырех ипподромов (во Флориде, Нью-Гэмпшире, Огайо, Квебеке). Торговля спиртным позволила ему познакомиться в Канаде с весьма эмоциональной игрой — хоккеем на льду. С его помощью эта игра распространилась и в США: Он сам решил заняться этом делом и слал, владельцем двух больших профессиональных клубов: «Нью-Йорк хоккей клаб» и «Амэрикэн хоккей клаб». В дальнейшем пристрастие к спорту привело его к приобретению превосходной футбольной команды «Бруклин доджерс», а также двух казино в Майами-Бич.
Некоторая приверженность к прошлому заставила его вложить деньги в строительство роскошных апартаментов в Лонг-Айленде и Бэлл-Харбор. Там разместились его жена и пятеро детей.
(Шарлье Ж — М., Марсилли Ж. Преступный синдикат, Мессик X. Боссы преступного мира. М., 1990).
АЛЬФОНС ФЬОРЕЛЛО КАПОНЕ (АЛЬ КАПОНЕ) — «ЧЕЛОВЕК СО ШРАМОМ»
Родился Аль Капоне, по его собственному утверждению, в Неаполе в 1899 г., по другой версии — в 1895 г. в Кастеламаро, по третьей — 17 января в 1899 г. в Нью-Йорке. В 1909 г. (по одной версии) в 1893 г. (по другой версии) семья Габриэля и Терезы Капоне эмигрировала в Нью-Йорк в поисках лучшей жизни. Габриэль Капоне был парикмахером в Бруклине.
Еще в детстве Аль Капоне отличался необычной для его возраста силой, выносливостью, угрюмостью и независимостью характера. В школе на Адамс-стрит с ним учился парень, впоследствии приобретший славу под именем «Счастливчика» Лучиано. Капоне считал его своим троюродным братом.
В 13 лет Капоне бросил школу, работал помощником мясника в Бруклине.
Вскоре Аль Капоне вступает в одну из местных преступных группировок становится посыльным главаря банды Джона Торрио, младшим членом банды, позднее — сутенером в борделях Джона Торрио. Примерно в это время в баре «Оберж Гарвард» Аль Капоне сказал одной девушке грубость, за что получил от брата оскорбленной девушки удар ножом по лицу. В тот вечер Капоне заменял бармена. Не сообразив, что Франческа Галл учи о является сестрой клиента Фрэнка Галлучио, он обратился к ней с такими словами, от которых покраснела бы и шлюха. Не испугавшись ни репутации, ни габаритов Капоне, Галлучио одним прыжком оказался за стойкой, на ходу раскрывая нож. Несколькими стремительными движениями он исполосовал лицо обидчика.
Регистрационная карточка Капоне навсегда зафиксировала результаті «Лицевой косой шрам длиной 6,5 сантиметра; вертикальный шрам на челюсти с левой стороны; косой шрам такой же длины на шее под левым ухом».
После этого Аль Капоне приобрел кличку, которую ненавидел — «Скарфас» («Меченый» или «Человек со шрамом»). Из всех кличек Аль Капоне нормально воспринимал только «Снорке», что означает «Щёголь».
Капоне никогда не искал случая, чтобы отомстить Галлучио. Он понимал, что был не прав, без всяких оснований оскорбив сестру своего соотечественника. Позднее он сделал Галлучио своим телохранителем. Капоне неоднократно рассказывал своим людям, что получил свои шрамы на фронте во Франции во время взрыва осколочной гранаты. На самом деле он никогда не надевал военной формы. Галлучио поддерживал «фронтовую» версию, чтобы сохранить честь шефа.
Когда начал сниматься фильм «Скарфас» по сценарию Бена Хекта, Капоне клялся, что «сдерет шкуру с этих кляч, желающих поиздеваться над ним и заработать на этом». Актер Джордж Рафт, в какой-то мере причастный к преступному миру, организовал тайную встречу Аль Капоне с Говардом ХоуксОхМ, продюсером фильма. О содержании разговора никто из троих не обмолвился ни словом. Факт, что фильм был снят без помех. Актер Пол Муни имел большой успех и ввел в моду новый «гангстерский» стиль, что принесло бандитам немалую пользу и популярность.
Уже в молодые годы проявляется жестокость, характерная для будущего главаря преступного мира: он убивает владельца китайского ресторана, не желавшего делиться с бандитами своими доходами.
В 1919 г. покровитель молодого Капоне Джон Торрио переезжает в Чикаго. Принятый 16 января 1920 г. «сухой закон» превратил Чикаго в столицу нового бизнеса — незаконной торговли спиртным (бутлегерства). Мэр Чикаго Уильям Томсон, по прозвищу Большой Билл, был не меньшим преступником чем те, у кого он брал взятки — мэр приветствовал бутлегерсіво на своей земле.
Джон Торрио приехал в Чикаго как будущий наследник своего дяди — Джима Колосимо, которые построил свою преступную империю на проституции, наркотиках и игорном бизнесе. К публичным и игорным домам, к торговле наркотиками, которые были под контролем Джима Колосимо, Джон Торрио добавил бутлегерство.
До введения «сухого закона» Чикаго являлся центром производства спиртных напитков. Здесь хватало специалистов для того, чтобы организовать нелегальное производство. Страны Карибского моря стали источникахми котрабандного спиртного. Бизнес процветал под защитой властей. Чикаго был большим беззаконным и коррумпированным городом: гангстерские банды платили мэру и могли делать в городе все, что им хотелось…
Гангстерские войны стали новостью номер один во всем мире. В 1924 г. во время перестрелки на одном из избирательных участков, где гангстеры с пистолетами в руках объясняли избирателям «за кого надо голосовать», был убит брат Капоне — Фрэнк. Аль Капоне удалось скрыться. Результаты выборов оказались неутешительными для добропорядочных граждан — в западном предместье Чикаго Сисеро продолжали хозяйничать политические покровители Капоне.
«Сухой закон» стал стимулом, который превратил организованную преступность в общенациональный бизнес.
В середине 1920-х годов. Аль Капоне переезжает в Чикаго, где принимает кличку Аль Браун и становится помощником Джона Торрио — главы «Сицилийского союза».
Торрио предпочитал укреплять свою власть, оставаясь при этом в тени. В период расцвета своего могущества он, при посредничестве Капоне, командовал семью с лишним сотнями гангстеров, 95 % из которых родились за пределами Америки. «Армия» Торрио состояла из 630 итало-сицилийцев, 75 евреев и 37 ирландцев.
Джон Торрио ушел на покой в 1925 г. после перестрелки с людьми Бакса Морана, из которой чудом вышел живым, после чего передал все дела Капоне.
Капоне подражал своему итальянскому кумиру· — Бенито Муссолини. Он любил красивую жизнь: женщины, хорошая еда, напитки, бриллианта, шелковое белье… Был неравнодушен к лести, щедро одаривал льстецов.
К концу 20-х гг. Аль Капоне был бесспорным «царем горы» преступного мира. На вершине он оказался после расправы с конкурирующими бандами. Чикаго был разделен на сферы влияния. Северную часть города контролировал Бакс («Клоп») Моран — заклятый враг Капоне.
В 1929 г., противостояние банд Капоне и Морана обострилось: банда Морана стала угонять грузовики Капоне, взрывать его бары, торговавшие бутлегерским пивом. Аль Каноне решил расправиться с бандой Морана навсегда. Массовая расправа над бандой вошда в историю криминалистики под названием «бойни в день святого Валентина». Утром в день святого Валентина (14 февраля 1929 г.) Баксу Морану сообщили, что угнан грузовик со спиртными напитками. Моран приказал загнать грузовик в свой гараж на улице Норт-Кларк в Чикаго. Семеро членов банды Морана ждали своего босса в гараже.
Моран опоздал, это спасло ему жизнь. В 10 часов 30 минут утра в гараж ворвались двое мужчин в форме чикагской полиции с пистолетами в руках и приказали: «Стать к стенке!» Появились двое в штатском, вытащили из-под своих пальто пистолеты-пулеметы и расстреляли всех, кто стоял у стены. Фрэнк Гузенберг — боевик банды Морана с 14 ранами прожил достаточно долго. «Никто в меня не стрелял», — заявил он подоспевшей полиции, храня свою гангстерскую честь. По воле судьбы Бакс Моран намного пережил Капоне и умер от рака легких.
Бойня в день святого Валентина осталась официально не раскрытым преступлением, Аль Капоне устроил в этот день во Флориде праздничную вечеринку.
Никто не сомневался, что за массовой расправой стоит «Человек со шрамом». Аль Капоне обеспечил себе мнимое алиби — в момент совершения убийства его не было в Чикаго. Некоторых из людей Капоне, например, Джека Макгорна, Фрэда Барке и Фредди Гётца, видели вблизи гаража, но это ничего не доказывало.
В 1929 г. на первой в истории встрече лидеров организован-ой преступности, которая происходила в Атлантик-сити, была подтверждена власть Капоне в Чикаго. На встрече присутствовали Фрэнк Костелло, Лаки Лучиано, председательствовал Джон Торрио.
Аль Капоне становится главой преступного сообщества. На пути к лидерству он жестоко расправляется со своими конкурентами, среди которых был и Фрэнк Айелло, пригласивший Капоне в свое время в Чикаго. Людьми Капоне были убиты Фрэнк Айелло, несколько его братьев и племянников.
Люди клана Айелло наняли для убийства Капоне профессионального 22-летнего убийцу Джузеппе Джаита по кличке Скачущая жаба. Родственниками Фрэнка Айелло были также подкуплены двое людей из окружения Аль Капоне — Альберто Ансельми и Джон Скализе. Американская пресса того времени свидетельствовала: «Трио безусловно выполнило бы свое задание, если бы подозрительный Аль Капоне на глазах у всех не избил бы своего сахмого верного помощника Фрэнки Рио, не без его на то согласия, конечно…»
Хитрость удалась; и Джаита, не задумываясь, предложил Рио свою помощь, полагая, что тот захочет отомстить за нанесенную обиду. Фрэнки Рио долго торговался за цену своего предательства, а затем прямиком отправился к своему любимому шефу и все ему рассказал.
Капоне при посредничестве Рио пригласил всех троих на большой сицилийский прием в качестве особо почетных гостей.
Обед должен был состояться в отдельном зале ресторана «Оберж де Гаммонд». Капоне, который никогда не останавливался перед затратами, с отвращением смотрел, как они обжираются деликатесами, специально приготовленными для прощального обеда.
Поднимая свой бокал с красным вином, Аль Капоне произнес очередной тост
— Долгих тебе лет, Джузеппе, тебе, Альберто, и тебе также, Джон…И успеха вам в ваших начинаниях.
Гости хором подхватили:
— И успеха в ваших начинаниях…
От обилия еды и вина многие начали снимать пиджаки, расстегивать пояса. Запели старые песни родной земли. К полуночи насытившиеся госта отставили свои тарелки. На том конце стола, где сидел Капоне, возникло оживление.
Хозяин вновь поднял свой бокал и произнес очередной тост в честь сидевшей неподалеку троицы, но вместо того, чтобы выпить, выплеснул содержимое бокала им в лицо, разбил бокал об пол и завопил:
— Сволочи, я заставлю вас блевать тем, чего вы здесь наглотались, потому что вы предали друга, который кормит вас…
Со стремительностью, удивительной для человека его комплекции, он бросился на них. Фрэнки Рио и Джек Макгорн уже направили свое оружие. Затем этих троих обмотали веревкой и привязали к спинкам стульев.
♦
Все, кго присутствовал при этом, надолго запомнили эту сцену. У Аль Капоне в руках появилась бита для игры в бейсбол. Первый удар пришелся в ключицу Скализе. По мере того как опускалась бита, безумство сатаны из Чикаго возрастало. На толстых губах появлялась пена, он стонал от возбуждения, тогда как подвергаемые варварскому избиению молили о пощаде.
(Шарлье Ж. — М., Марсилли ЖПреступный синдикат, Мессик X. Боссы преступного мира. М., 1990)
После бойни в день святого Валентина, когда его жизнь подвергалась опасности, Аль Капоне на 10 месяцев «укрылся» в тюрьме, где пользовался различными привилегиями — принимал посетителей, по телефону руководил своей империей.
Из тюрьмы Аль Капоне вышел в разгар мировой депрессии. Он использовал экономическую депрессию для повышения своей популярности — Капоне был один из первых организаторов бесплатных столовых. Он всегда вел себя, как средневековый барон, — уничтожал врагов и вознаграждал друзей. Капоне действительно был очень яркой личностью, человеком крайне вспыльчивым и самовлюбленным. Тщеславие заставляло его искать известности. Чикагская пресса всячески этому способствовала — газеты с материалами о Капоне шли нарасхват.
Учитывая общенациональную известность Аль Каноне, мафия сделала исключение и, изменив правила, допустила его — несицилийца в свои ряды.
В ЗО-е гг. в Чикаго началась организованная борьба с бутлегерством и гангстерами. В Чикаго поменялся мэр. Министерство юстиции сформировало группу агентов, которые вошли в историю как «неприкосновенные», они считались неподкупными. «Неприкосновенные» уничтожали запасы спиртного и даже транспорт, который использовался гангстерами. Береговая охрана усилила контроль. Авиация выслеживала бутлегеров.
К лету 1930 г. структура Капоне стала давать трещину. Первым попался брат Капоне — его обвинили в неуплате налогов.
Аль Капоне был предан суду и осужден за уклонение от уплаты налогов, после того как все попытки посадить его в тюрьму за бутлегерство оказались тщетными.
22 октября 1933 г. Аль Капоне был осужден на 11 лет тюрьмы. Руководить своей гангстерской империей из тюрьмы Капоне перестал, когда его перевели в тюрьму в Атланте (штат Джорджия).
После Капоне главарем банды стал Фрэнк Нитти, который, как и Капоне, был участником пивоваренной компании «Манхэттен брюери» и давно состоял в банде Торрио — Капоне. В период осуждения Капоне к числу главарей преступного мира относились Нитги, Луис Кампанья, Пол Рикка, Джекоб Гузик, Тони Аккардо, Чарльз Фисчетти, Эдуард Фогель, Хай-ми Левин и Ральф Капоне.
До отмены «сухого закона» в 193 3 г. производство и сбыт контрабандных спиртных напитков являлись одним из основных источников доходов синдиката Капоне. После отмены «сухого закона» преступный мир Чикаго сосредоточил свое внимание на извлечении доходов из организации незаконной азартной игры, всякого рода вымогательств и проникновения в легальный бизнес.
Конец карьеры Аль Капоне наступил в 1934 г., когда его перевели в тюрьму, которая находится на острове в заливе Сан-Франциско. Аль Капоне был лишен всех привилегий, но продолжал свысока смотреть на других заключенных. Ему было поручено подметать коридоры, и «король гангстеров» получил новую и на этот раз последнюю кличку — «итальяшка со шваброй».
В тюрьме Аль Капоне получил удар ножницами в спину после того, как отказался принять участие в забастовке заключенных. Его рассудок стал мутиться. Анализ показал, что он болен сифилисом. Без сомнения, им он заразился от одной из проституток своих борделей. В конце концов Аль Капоне парализовало.
В 1939 г. Аль Капоне был освобожден из тюрьмы для лечения. Его жена-ирландка, на которой Капоне женился, когда был еще совсем молодым гангстером, ухаживала за мужем в их доме во Флориде.
«Король гангстеров» умер в возрасте 47 лет от удара и осложнений пневмонии. Был похоронен в Чикаго на городском кладбище, под простым надгробием. Поток туристов, желающих увидеть могилу Аль Капоне, был настолько велик, что родственники гангстера были вынуждены перенести его прах на другое кладбище. Даже после смерти Аль Капоне продолжал скрываться!
За свою жизнь Аль Капоне отдал приказ об убийстве 400 человек, 40 человек он убил лично.
ДЖЕК МАКГОРН - ЛУЧШИЙ БОЕВИК БАНДЫ КАПОНЕ
Лучший боевик Аль Капоне Макгорн преданно служил шефу, отправляя на тот свет его врагов — таких же гангстеров, как он сам. Шеф местной полиции сказал однажды о Макгорне: «Он заставляет работать свой пистолет с точностью часового механизма». Если человек, которого убивал Макгорн, был, но его мнению, слабым противником, он вкладывал в руку убитого пятицентовую монету. Так поступил он, убив Лоуренса Ла Преста, Диего Атгаломионте, Нкмио Жмерикко и Лоренцо Алагио.
Были случаи, когда Макгорн давал волю эмоциям — убивал человека за то, что тот ему не понравился. Так, точным выстрелом он заткнул рот бармену Синдерелле но прозвищу «Золушка». Именно Макгорн организовал бойню в день Святого Валентина, итогом которой стало 7 трупов. Через 2 недели после этого Джек Макгорн был арестован. К этому времени его личный послужной список насчитывал уже 22 трупа… Чтобы выйти на свободу до судебного разбирательства, Макгорн в качестве залога внес отель стоимостью в миллион долларов. В ходе последовавших затем четырех судебных процессов вину Макгорна не удалось доказать — нужные свидетели или исчезали, или боялись говорить. Макгорн пристрелил и грех предателей — Джанту, Скализе и Ансельми, когда над ними вдоволь поиздевался его шеф.
Несмотря на высокий «профессионализм», Макгорн кончил свою жизнь, как и большинство гангстеров, — от пули. До Джека Макгорна дотянулась мстительная рука Бакса Морана.
(Лаврин А. Хроники Харона. М., 1993).
САЛЬВАТОРЕ ЛУКАНИА (ЛАКИ ЛУЧИАНО) — «СЧАСТЛИВЧИК»
Роль Лаки Лучиано исключительна — он был первым главой мирового преступного синдиката, который был им создан.
Аль Капоне, Лаки Лучиано, Фрэнк Костелло, Багси Сигел — почти все они родились в одно и то же время, их судьбы переплелись. «Действуй они в одиночку, карьера каждого из них окончилась бы довольно скоро и весьма плачевно. Но Чарли Лаки Лучиано пришла в голову грандиозная идея — пренебречь различиями в происхождении религии, безжалостно карать любую попытку установления превосходства и исключительной власти в этом неуловимом многонациональном союзе, каким стал благодаря ему преступный синдикат. На основе разработанной ими уникальной в своем роде конституции, обреченные жить и умереть вместе, они создали этот чудовищный, непостижимый социальный спрут.
(Шарлье Ж. -М, Марсилли Ж., Преступный синдикат; Мессик Х. Боссы преступного мира. М, 1990).
«Чахнувший от сернистого дыхания окрестных шахт сицилийский городишко Леркара-Фридди тянется вдоль железнодорожной линии Палермо-Агридженто, стиснутой горными отрогами на юго-востоке острова. Здесь 24 ноября 1897 г. родился Сальваторе Луканиа (будущий Лаки Лучиано). В 1907 г. вместе с тысячами соотечественников нищета погнала его отца-рудокопа в Америку. Воспитывали Сальваторе Нью-Йоркские трущобы. А джунгли между 14-й улицей и Бруклинским мостом, включая квартал Чайнатаун, и далее на восток до Ист-Ривер уже тогда представляли собой самый нищенский и грязный район с перенаселенными домами, где ежечасно можно было наблюдать и родовые схватки, и смертельные приступы, и сцены любви.
Не имея возможности посещать ни детские площадки, ни шкоды, сотни ребятишек бродяжничали, образуя шайки. На «дне» Нью-Йорка они знакомились в бейсбольной битой, ножом и огнестрельным оружием. Эти беспризорники пополняли гангстерские банды взрослых. Отсюда начиналась карьера всех гангстеров-миллионеров.
С 1910 по 1936 г. Лучиано 25 раз привлекался к суду. Перечень его преступлений включает торговлю наркотиками, избиение, ограбление, организацию подпольных игорных домов, контрабанду, сутенерство и убийство. Однако только в 191
«Симпатичные» гангстеры были известны в стране по ласкательным именам. Сальваторе Луканиа за одну ночь стал Лаки (Счастливчик) Лучиано.
Сначала он был всего лишь скромным рядовым членом «семьи» Джузеппе Масссрия, одной их двух крупнейших в Нью-Йорке гангстерских банд. Его исключительные качества проявились августовским вечером 1930 г. Гангстеры конкурирующей банды Маранцано решили выведать, где Луканиа прятал наркотики. Они схватили его и вывезли из Манхэттена на Стейт-Айленд. На одной из безлюдных трасс его подвесили на дереве и начали горящими сигаретами «прижигать» лицо. Не добившись ни слова, они сняли с него ботинки и стали поджигать пятки. В конце концов им надоело это занятие и они оставили его на до- роге без признаков жизни. На счастье, на трассе появился полицейский патруль. Луканиа сняли с дерева и отправили в больницу. Конечно, он «не имел понятия», кто «выпаривал» его…
Тот случай оставил на его лице шрамы, тик у левого глаза и. подарил кличку Счастливчик. Заметил его и Джузеппе Массерия, которого почти через год, в апреле 1931 г., сговорившись с гангстерами Маранцано, Лаки убирает со своего пути. Так началась его карьера, которая принесла ему славу «boss of the bosses.» — главаря главарей.
Чикагский синдикат Аль Капоне задал тон всему американскому преступному миру. «Дикие» шайки росли, как грибы после дождя, и стали представлять угрозу не только для боссов преступного мира, но и для их высоких покровителей.
Лаки Лучиано выступил с идеей объединения Нью-Йоркских банд. Но он столкнулся с ожесточенным сопротивлением Джо Массариа и других лидеров гангстеров. Началась длительная Кровопролитная борьба в результате которой в 1931 г. Массария и 40 других главарей были убиты. Руководил этой кровавой акцией Лепке, которого глава ФБР Эдгар Гувер считал самым опасным преступником США. Несмотря на это, Лепке в течение долгих лет безнаказанно совершал преступление за преступлением.
Ликвидировав основных противников, Лучиано в конце 1932 г. собрал в Центральном парке Нью-Йорка главарей преступного мира и разработал с ними новый план действий. Он заявил, что только в случае глубокого внедрения в политическую жизнь страны можно обеспечить дальнейшее развитие, преступного бизнеса и добиться полной безнаказанности. Речь шла не о том, чтобы объединить все дела и вложить доходы каждого в общую кассу. Каждый будет владеть тем, что имеет сегодня. Нужно лишь объединить некоторые области деятельности и некоторые возможности, что-бы действие закона не распространялось на организованную преступность.
Инициаторы съезда решили объединить в одном исполнительном органе так называемые общественные связи организованных преступников ряда штатов.
Программа этого объединения включала следующие параграфы:
1) общая политика в области «внешних» отношений (речь шла о контактах с государственным аппаратом и политическими партиями);
2) все спорные вопросы между отдельными бандами должны решаться на высшем совете;
3) создание постоянного органа для решения внезапно возникающих вопросов;
Эти предложения были приняты. Отныне каждый главарь, верша суд, не имел права вторгаться на территорию другого.
Запрещались убийства по личным мотивам. В отдельных случаях допускалась деловая активность на «чужой земле», но для этого требовалось специальное разрешение «высшего совета», решения на котором принимались большинством голосов, а выполнение их ставилось под ответственность того или иного главаря.
Помимо «высшего совета», был организован «верховный суд», названный «Судом Кенгуру». Он выносил решения, не подлежащие пересмотру. Смертный приговор приводился в исполнение немедленно.
После этого совещания на высшем уровне состоялся своего рода съезд в Канзас-Сити (штат Миссури), на котором была окончательно утверждена новая система Лучиано.
Поделиться книгой: