Помоги проекту - поделись книгой:
Сир Джам прищурился, разглядывая новых гостей. Это были рыцари королевского двора. В золоченых доспехах и дорогих шелковых плащах, под разноцветными знаменами с гербами своих родов, они двигались быстро, без особого строя и порядка то ли ища славы, то ли возможности отличиться перед монархом и друг перед другом. Желая продемонстрировать свою удаль, рыцари без промедления ринулись в атаку, отчаянно пришпоривая своих закованных в броню скакунов. А потом случилось странное… Возможно, утреннее солнце светило им в глаза или накануне молодые глупцы не вняли советам старых рубак и всю ночь опустошали бутылки с вином, похваляясь своими подвигами, но на полпути столичные сеньоры сменили направление и со всего намета врезались в своих же перестраивающихся латников, топча их конями. Огромная волна из плоти и стали проломилась чуть ли не в середину боевых порядков гвардейцев и завязла там, словно медведь среди волчьей стаи. Гвардейцы не сразу разобрались, кто на них напал, завязался бой, сталь ударила в сталь, послышались отчаянные крики раненых и умирающих. Напрасно командиры пытались остановить своих латников и образумить рыцарей – на поле воцарился хаос. История битвы при Дермисе повторялось – и отнюдь не в виде фарса.
Для сира Джама и его людей это был шанс, причем, возможно, единственный, избежать гибели и оторваться от преследователей.
– Удача вновь на нашей стороне, – прошептал сир Бэррон.
– Это уж точно, – согласился бывший второй капитан.
– Что будем делать?
– Не будем испытывать ее в третий раз! – ответил сир Джам и прокричал: – Уходим!
Сир Джам приказал бросить все тяжелое снаряжение, длинные копья и лишние припасы, и повел людей в лес. Отступление скорее походило на бегство, но, как гласит старая поговорка наемников, – «лучше быть бегущим, но живым, чем стойким, но мертвым». Наемников среди рыцарей и латников, понятное дело, не уважали, но в данном случае трудно было не признать их правоту. Сам сир Джам верил, что духи сберегли его отряд для каких-то иных, высших целей, иначе как можно было объяснить то, что его небольшое войско без потерь смогло ускользнуть с поля боя и лесными тропами выйти к побережью Семиморья, а оттуда без единого сражения добраться до города-порта Пули.
О битвах с королевской армией теперь никто и не помышлял, понимая – судьба даровала им шанс, и нужно было быть полными глупцами, чтобы этим шансом не воспользоваться. Герцог Пули, сир Мор, был старым другом сира Тэма и недолюбливал короля, однако сир Джам не знал, какая встреча ждала его в городе, подозревая, что сир Мор мог затворить перед ним ворота, а то и вовсе выдать королю. К счастью, Пули встретил мятежников как героев. Сир Мор лично вышел к городским воротам и предложил донельзя уставшим воинам сира Джама угощения, ночлег и защиту. Рыцарям были предоставлены комнаты в замке, а пеших латников и оруженосцев разместили в казармах городского гарнизона. Было приятно наконец отдохнуть от долгого пути и сражений за надежными стенами замка.
Впрочем, как и подозревал сир Джам, спокойствие оказалось недолгим. Уже через два дня близ города появились королевские отряды. Они не осмелились вступить в Пули, а встали лагерем неподалеку и потребовали немедленной выдачи мятежников. Хитроумный сир Мор начал переговоры, в ходе которых дал королевским посланникам, прибывшим в замок, мягкий, дипломатичный, но внятный отказ. Однако сир Джам понимал, что опыт и изворотливость сира Мора, равно как и высокие стены Пули, не смогут вечно защищать его и его людей. Рано или поздно местная знать вынуждена будет смириться с волей короля, особенно когда в ход пойдут угрозы. Богатство Пули основывалось на морской торговле, но пошлины на ввозимые товары устанавливали королевские советники, как давали и разрешения на вход судов в гавань. В любой момент они могли закрыть порт, и тогда для всех жителей Пули наступили бы черные времена. Пока этого не случилось, сиру Джаму нужно было найти какой-нибудь выход. Но какой?
– Мятеж, который расколол ваше государство, имел много последствий. И плохих, и хороших, – продолжил Жимор.
– Что же тут хорошего? – удивился Айк. – Мятеж провален, король победил, а остатки повстанцев прячутся в Пули. По мне так это очень плохие вести, особенно учитывая, что речь идет о нашей родной провинции.
– У тех, кто прячется за крепостными стенами портового города, нет выхода – им некуда идти, они никому не нужны, но если вы отправитесь на поиски Рам Дира, они могут стать вашей армией. Вы не только поможете нам, вы спасете и их!
– Э-э-э… Жимор… – Айк в задумчивости почесал подбородок, подбирая слова. – Мы сейчас в Великом Лесу. Наша, как ты ее называешь, армия, – в Пули, а город ваш вообще в Магниссии… я хоть географию в школе и не любил, но все равно знаю, что эти концы вместе никак не связать…
– Не следует волноваться о таких пустяках. Вам придется лишь немного подождать.
– Где? Здесь?
– Нет. Есть в приграничных землях маленький неизвестный городок с выходом к морю под названием Селенсия. Туда вы и отправитесь.
– Приграничные земли?! – возмутился Айк. – Нет, туда мы не пойдем! Там только смерть, разруха и бандиты… мы там уже бывали, с нас хватит!
– В Селенсии будет спокойно.
– Откуда такая уверенность? – спросил я. Мне тоже не нравилась идея вновь оказаться в приграничных землях.
– Пока вы путешествовали по Этории, братья Ордена искали для вашего похода достойное место сбора. Им и оказалась Селенсия.
– А они не могли найти что-нибудь поуютнее или поближе? – ворчал Айк. Я давно заметил, что если друг чем-то недоволен, то угомонить его сложно.
– Оставь свои глупые вопросы, – одернул его Рик. – Раз надо – значит надо.
В словах Рика не было и тени сомнения. Мы с Айком вновь переглянулись.
– Рик… Я все-таки считаю, что сначала надо все обсудить, – повторил я слова Айка.
– Нам нечего обсуждать, Дарольд, мы должны сделать то, о чем просит Жимор.
– Почему?
– Вы что, не понимаете? Мы нужны людям, мы нужны Этории.
– Красиво сказано, – кинул Айк, – вот только даже если мы и доберемся каким-то чудом до той самой Селенсии и дождемся Сира Джама, – как мы уговорим его пойти с нами в Магниссию?
– Можете поступать, как угодно, – отрезал Рик. – Я отправлюсь в Селенсию!
Мы пытались разубедить брата, но он не хотел ничего слышать.
– Это, должно быть, какое-то заклинание! Его, наверное, заколдовали, – в бессилии развел руками Айк и обернулся к духу: – Это твоих рук дело, старик?
– Нет, – вместо него ответил Рик. – Я все понял еще в Виллоне, когда общался с Дормиром.
– К тебе приходил Дух? – опешил я, – почему ты ничего нам не сказал?
– Он попросил не говорить, – спокойно ответил Рик.
И в этот момент меня вдруг осенило. Должно быть, дух Дормир что-то сделал с моим братом. Он его околдовал, обманул, охмурил! Рику нужна была помощь! Только как ему помочь, я пока не знал, да и не мог ничего предпринять, стоя рядом с Жимором. Вот если бы мы смогли вырваться из Великого Леса, где-то спрятаться подальше от посторонних глаз, вот тогда-то я уж точно нашел бы способ избавить Рика от вредных чар.
Я посмотрел на Айка. Друг все понял.
– Ладно. Мы согласны, – объявил я.
– Вот и хорошо, – Жимор был явно удовлетворен. – Вам придется уйти прямо сейчас… через портал. Он находится здесь, в моей обители.
– А как же Эйв? Мы не можем уйти без него, – запротестовал я.
– Эйв не пойдет с вами, даже если вы его позовете. На него наложено заклятие, такое же, которое будет наложено и на вас, если вы останетесь. Обещаю, я позабочусь о нем!
– С нами еще Элсон был… – начал было Айк, но Жимор его оборвал:
– Тот, кого вы знаете как Элсона, вам не друг. Он враг. Он служит дорсам.
– Что за бред! – выпалил Айк. – Элсон с нами с самого Пули, мы с ним пол Этории прошли!
– Это так, – согласился Жимор, – но он оставался с вами лишь потому, что наше прямое вмешательство вызвало бы слишком много подозрений. Мы знали, что Элсон за одно с дорсами, мы знали, что он использует вас, чтобы добраться до Эйва. И мы позволили ему быть с вами, потому что должны были действовать исподволь, иначе дорсы могли заподозрить неладное. Но мы всегда следили за вами и оберегали.
– Да ладно? – усмехнулся я. – Что то я вашей заботы не заметил.
– Не веришь? – усмехнулся старец. – Хорошо… вспомни брошенную повозку, что вы нашли в лесу на поляне… думаешь она там случайно оказалась? Нет! Те, кто похитили Эйва, забрали все с собой, но братья Ордена отыскали награбленное, привезли повозку обратно и поставили ее на поляне… там же они оставили и кошель с кольцом!
– Кольцом моей сестры? – спросил Айк. Он достал кольцо из кармана и внимательно его осмотрел: – Так что же получается! И повозка, и кольцо, и одинокий служитель Ордена – все это были ваши подсказки?
– Да! – гордо ответил Жимор. – Они привели вас на поляну, затем в заброшенную обитель, потом к отшельнику, оттуда в Пули, потом в Азор, и наконец в Великий Лес, ко мне. Если есть еще сомнения, взгляните на вот это оружие, – старец указал на мой аальский меч. – Оно не кажется вам странным?
– Конечно кажется, это же древний клинок аалов, – ответил я слегка обиженно.
– А вы знаете, что такого оружия почти не осталось во внешнем мире? Многие его ищут, а те, кто находят, отказываются с ним расстаться. Взамен им предлагают целые состояния, но они не соглашаются. А это оружие представляет еще большую ценность потому, что оно наполнено энергией…
Пока мы пытались хоть что-то возразить дух вытянул вперед руки, произнес нараспев несколько непонятных слов, и в его ладонях появился маленький белый шар из полированного камня. Жимор поднял его над головой и бросил на пол. От удара шар разбился, во все стороны брызнули осколки, и перед нами появился светящийся круг, из которого взметнулся вверх столб света. Какая-то сила приподняла меня и потянула к свету.
– Представьте себе особые, невидимые простым смертным дороги, связывающие между собой самые дальние уголки мира, по которым можно молниеносно перемещаться на огромные расстояния, – слышался голос Жимора. – Перед вами переход, ведущий к этим дорогам. Ступайте, и да сопутствует вам удача!
Стало страшно, по-моему, я даже закричал и зажмурился. Но уже через мгновение я почувствовал опору под ногами и открыл глаза. Рик, Айк и я стояли посреди большого пустыря. Вокруг не было ничего, кроме единственной, наполовину разрушенной мраморной колонны, имевшей несколько локтей в поперечнике. На ее основании виднелись вырезанные прямо на камне надписи, излучавшие едва видимый и постепенно затухающий голубой свет.
– Где мы? – я в недоумении оглядывался по сторонам.
– Не в лесу, это точно, – заметил Айк.
– Мы что, отсюда вышли? – показал Рик на мраморную колонну.
– Наверное, – Айк прикоснулся к грубо отесанному камню. Я тоже потрогал колонну. Поверхность была теплой и словно живой.
– Так это все на самом деле случилось? – пробормотал я.
– Что все? – спросил Рик.
– Великий Лес, Эйв, А-ти, Жимор…
– Ну, мне это показалось достаточно реальным, – Айк обошел колонну, ведя ладонью по ее поверхности.
– Не волнуйся, брат, все было реальным, очень даже реальным, – произнес Рик, и я тут же вспомнил его странное поведение, откровения о видениях и о Дормире.
– Что с тобой произошло на озере?
– Извините, парни, но я не мог вам ничего рассказать, – спокойно ответил Рик. – Когда я общался с Дормиром в Виллоне, он взял с меня клятву, что я ничего никому не скажу. Он сказал, что от этого зависят наши жизни.
– Так ты все знал? – то ли вопросительно, то ли утвердительно сказал Айк.
– Не все, но многое, а теперь и вы знаете.
– И что же мы знаем?
– Истину.
Спорить сил не было. На дальнем краю пустоши мы приметили какие-то одноэтажные строения и отправились туда, надеясь, что это деревня, но нас ждало разочарование – поселение оказалось брошенным. Все окна и двери в домах были наглухо заколочены, а небольшая харчевня на окраине деревни, напротив, стояла с распахнутыми воротами и выбитыми стеклами. Внутри царила разруха, под ногами хрустели черепки битой посуды, колыхалась паутина по углам, везде лежали переломанные лавки и столы. Когда мы нашли разоренные кладовые – надежда на горячий ужин улетучилась, и мы покинули строение в мрачном настроении.
Пока мы стояли в раздумьях посреди пустой улицы, солнце уже село, и все вокруг стремительно затапливали сумерки. Неожиданно мы заметили полоску света под дверью одного из домов. Там явно кто-то был.
Айк первым взбежал на крыльцо и дернул за ручку двери. К нашему удивлению, она открылась легко и без скрипа. Мы медленно вошли в дом, озираясь. В длинном, узком помещении обнаружился стол, пяток стульев, простая утварь на полках и давно погасший каменный очаг, из-за которого доносились какие-то звуки. Мы взялись за оружие, но перед нами появилась худощавая пожилая женщина в коричневом платье. Завидев нас, она застыла на месте, а ее тяжелая сумка упала на пол.
– Здравствуйте, – сказал я как можно вежливей и сопроводил приветствие легкой улыбкой. – Не пугайтесь, мы простые путники, лишь надеялись найти здесь кое-какую еду.
– И ответы на кое-какие вопросы, – добавил Айк.
Женщина продолжала молча смотреть на нас, потом медленно нагнулась, подняла упавшую сумку и сказала:
– Вы… это… не здешние.
– Наверное, хотя это зависит… – попытался объясниться Рик.
– От чего зависит? По вашему говору сразу ясно, не здешние вы, скорее всего, с запада или еще хуже… с севера.
– Может и с запада.
– Что же вы за путники такие, если не знаете, откуда сюда явились?
– Ну, мы не то чтобы путники… – исправился Айк. – Вообще-то мы крестьяне из Нордении.
– Из Нордении, говорите, – женщина недоверчиво оглядела нас с головы до ног, задержавшись взглядом на мечах. – Не очень-то вы похожи на крестьян.
– Так мы были крестьянами, раньше, пока вместе с караваном купцов не отправились в Азорос. Но наше путешествие прервала война, и теперь мы пытаемся добраться домой, – развел руками Айк.
– Может быть, может быть… На солдат-то вы, хвала духам, точно не похожи, да и на наемников тоже – слишком вы вежливые. Хотя, с другой стороны, в наши дни чего только не бывает.
– Уверяю вас, – вставил Рик, – мы не солдаты и не наемники, мы действительно заблудились.
– Ну, ну…
– Вы нам не подскажете, где мы находимся?
– Да в Сьюлиз Хи вы. Пишется с мягким знаком, если вам интересно.
– Отлично, а в каком это королевстве?
– Ох, в самом деле крестьяне несмышленые, – рассмеялась женщина. – Вы сейчас в самой худшей части нашей великой Северной Империи, в забытых духами приграничных землях, хотя сейчас их, скорее, стоит называть заброшенными землями. По правде говоря, здесь всегда было не сладко, а с тех пор, как началась война, стало совсем худо. Раньше мы боялись только бандитов, а теперь появились еще и наемники, и солдаты, и дезертиры, и шайки мародеров. Постоянно кто-то пытается тебя ограбить, что-то украсть или обмануть. Теперь даже в деревнях жить стало опасно.
– По-моему в Сьюлиз Хи все спокойно, тишина, как на кладбище, – заметил Айк.
– Угу, здесь тихо, да только потому, что после грабежей и похищений все жители сбежали. Кое-кто ушел на север через реку, но большинство на запад подалось, в Селенсию, там хоть какая-то охрана есть.
– Селенсия… а как нам туда добраться? – спросил я.
– Ступайте по дороге на запад, до третьего перекрестка. Там – налево, и через день вы в Селенсии, это если у вас есть лошади, а пешком придется идти не меньше двух дней, – женщина помолчала, чуть подняв правую бровь, зашла за стойку и взяла большой поднос. – Но ночью я вам идти не советую. Если хотите, можете переночевать у меня. Комната обойдется вам в серебряную монету. А из еды могу предложить кусок сыра, полбуханки хлеба и немного супа из сушеных грибов. Если не нравится, можете попытать удачи в соседней деревне, но до нее отсюда четыре лиги, а на дорогах ночью, как я уже сказала, опасно.
Предложенную цену вряд ли можно было назвать разумной, и Айк принялся торговаться. В конце концов хозяйка согласилась на десять медяков и, зажав монеты, исчезла в коридоре. Вернулась она минут через пять с едой и кувшином. Беседа возобновилась. Мы старались выяснить как можно больше о том, что происходило в округе, но хозяйка, которую звали Лис, ничего толком рассказать не смогла. Не то чтобы она не хотела, просто ничего не знала. Все ее интересы вертелись вокруг собственного дома и пожилых родителей, которые были сейчас в лесу вместе с коровой и парой овец и на отрез отказывались возвращаться в деревню.
Когда с ужином было покончено, Лис проводила нас в комнату, где на полу лежали соломенные тюфяки. Пожелав спокойной ночи, она ушла и накрепко заперла за собой дверь. Но мы не волновались, комната была на первом этаже и окна были открыты. В полной темноте мы укутались в лоскутные одеяла и заснули. А дальше было видение…
Поделиться книгой: