Помоги проекту - поделись книгой:
На Пасху всегда радостно и тоскливо. Потому что Христос воскрес, а мы по своему нерадению еще непонятно где. Застряли. Вся надежда на Него.
Службу отстояла прекрасно, дети на руки не лезли, спали в закутке. К причастию подошли тихо. Вот, подумала я, все трое причастились. И тот, что в животе.
На Пасху родила подруга. Незапланированного погодка. В ее доме суета, но не радостная, а какая-то отчаянная. Старшенькая не может понять, где мама, терроризирует бабушку. Да, рождение малыша в мир требует перестройки всей семьи.
Я написала подругиной матери стих:
Вот, чтобы помнили, что даже промахи контрацепции надо принимать как из Божьих рук. Жестко, правда, потому стих не отдала.
Ветрянка
У меня уже пузик, а дети умудрились заболеть ветрянкой. Так прикольно, все исчезают из песочницы, когда к ней подходим мы — беременная мамаша с двумя зеленчатыми чадами. Не понимают своего счастья: болеть-то лучше в детстве. Ах да - они же все работают и боятся детских больничных как огня.
Хорошо, что я в детстве сама этим переболела. А была бы краснуха? Ведь сразу всех — на аборт. Кстати, есть два интересных факта по этому поводу:
Краснухой можно заразиться, не подозревая об этом, и от привитого ребенка в течение, кажется, месяца!
Но пугаться не стоит, так как эта напасть, по свидетельству одной американской маман-медика, лечится. Вот ссылочка: http://www.homeoint.org/kotok/vaccines/rubella2.htm
В конце-концов, это вопрос доверия Творцу и молитвенного усилия.
Ехала в очередной раз на ранней электричке на учёбу в предвкушении двухдневного отдыха. Но не тут-то было: где-то в середине пути вдруг покрылась холодным потом, голова потеряла равновесие, мне стало холодно и жарко одновременно. Секундный обморок. Что это было? Ложусь на все сидение, ноги на сумку, расстегиваю ворот. Плевать на попутчиков, у меня кризисная ситуация — пупсику не хватает кислорода. Судорожно начинаю названивать всем знакомым, спрашивать совета. Получается, надо заняться давлением, такое бывает при низком. На вокзале выпиваю крепкого зеленого чаю, дышу свежим воздухом, а в обеденный перерыв между лекциями заваливаюсь поспать. Также мне посоветовали контрастный душ, прогулки и не расстраиваться по мелочам.
Пятый месяц, начала слышать неясные толчки. Я уже не радовалась им, как маленькая — шевеления мне нужны были как доказательство правильного развития. И ещё для общения. Теперь я могла разговаривать с ребеночком руками — гладить его выпуклости, отвечать на его какие-то вопросы. Мне казалось, что это нас сближает, дает возможность утешить, успокоить...
Везет беременным - то есть мне! По учебе совершенно бесплатно наша группа летит в Швецию. Я нервничала, читала в интернете о полетах беременных. Вроде все нормально, главное — не пить перед вылетом кофе и спиртное, прогуливаться по салону и шевелить ногами, чтобы не образовалось тромбов. И все! А малыш?
Ну, там посмотрим.
Когда шасси оторвались от земли, я пришла в ужас. Но подавила клаустрофобию и представила себя в Божьей ладони. Ну и что, сейчас море и облака увидим. Малыш толкался только на воздушных ямах. Или мне так казалось? И я почему-то утешала его в страшные моменты: «Девочка моя, все будет хорошо». Наверное, это я себе говорила.
А Швеция мне понравилась. Там все так экологично! И чистый воздух, и вода из-под крана питьевая, и мебель натурально- деревянная. И еда в школе была вообще одни салаты — просто рай для беременных! Я там и просидела в столовой все время, пока мои сокурсники неутомимо выясняли источники шведской демократии. Накупила детям местных лакричных конфет (пришлось папе потом съесть всю эту гадость), и выбрала темой для статьи национальную кухню. Хитрая! Но будущая мать должна быть такой. Это ее профессиональный долг. Вот кусок моего опуса:
Отекает
Конечно же, есть лишнего я не перестала — и зря. На седьмом месяце, в июньскую жару, я поехала на сессию в Варшаву, где готовили по-местному. Там все жирное и со специями, не Швеция. На второй день у меня так отекли ноги, что ремешки сандалий начали трещать. Голова кружилась все чаще, и я поняла, что пора побороться с собственным эгоизмом! Охлаждающие мази для стоп, диета, отсутствие соли в рационе — все хорошо, но мало. Мне поможет лишь разгрузочный день. Вот два рецепта из жизни:
Два дня в неделю яблоки или кефир. Для меня это неподъемно.
Целый день не едим ничего, пьем чистую воду, сколько захотим. Этот способ мне помог сразу и надолго. И никаких стационаров и таблеток. Только сила воли.
Кстати, опытные доктора не советуют ограничивать воду и исключать соль из рациона. Ведь вода — это жизнь. Если ее станет меньше, организм начнет ее задерживать в тканях, будет голодать мозг, кровь перестанет так живо циркулировать, а значит, снабжать всем необходимым нашего кроху. Соль — поставщик важных минералов, она должна быть качественной, желательно морской. А насчет токсикозов, гестозов и невынашивания есть особое мнение доктора Тома Бревера, что все это — от недостатка качественных белков в рационе. Все просто и достижимо.
Едем на море
Долго мучиться от жары не пришлось, мы отправились на море. В машине ехала, положив ноги на переднюю панель, с настежь открытым окном, овеваемая южным ветром. Там ели арбузы (на другое денег не осталось после съема какой-то хибары), и купались до изнеможения. Я ни разу не отекла, напротив — похудела, развеселилась.
По вечерам, уложив малышей спать, читала «Роды без страха» Дик-Рида. Хорошая книга, вселяет веру в себя. Но не стоит принимать идею совсем безболезненных родов близко к сердцу.
Практика показывает, что для совершенного результата надо не только правильно дышать, двигаться как хочешь, думать о малыше, а не о себе — нужна еще и обстановка. А роддом останется роддомом, больницей.
Но я все же настраивалась. Днем, окунаясь в море, я сравнивала волны со схватками, и думала, что будет так же приятно, легко. Запоминала разные ощущения, свежий ветер, прохладную воду, чтобы хорошо расслабиться во время схваток. В конце концов, приятно быть такой красивой загорелой роженицей. Остаётся всего ничего — месяц.
Рожать дома или?
Хоть в Минске и появились уже две домашние акушерки, а знакомые верующие мамаши успешно родили дома не одного наследника — отказываться от роддомовских услуг я не решилась. Все-таки дома страшновато. Не было у меня родов без вмешательства персонала, раскачиваюсь я долго. Да и получать свидетельство о рождении через суд мне не хотелось. А самое главное, рожать хочется у себя дома, а не на съемной квартире или у родителей. Чтобы ничто не напрягало, чтобы никто не появился неожиданно, чтобы было все так, как хочешь. Решено, построим свой дом, там и родим. Интересно, когда это?
Ничто истинное не бывает без боли
(индейская пословица)
Ну почему женщине и муж, и дети достаются через боль? Богословы все объясняют просто (им легко, они мужчины): болезненность гормональных перепадов, превращения в женщину, беременности, родов, тягот материнства — все это является педагогическим «наказанием» Евы за первый грех. Как написано в Библии: «Умножая умножу скорбь твою в беременности твоей; в болезни будешь рождать детей...» (Бытие 3:16). Эта боль должна по идее Еву каждый раз смирять, отрезвлять, возвращать в реальность. Но какова же эта реальность? Можно предположить — в преодолении своего эгоизма. Чем глубже взаимодействие, чем ближе и открытее женщина в этих ситуациях, чем меньше она зациклена на себе и чем яснее в центре ее внимания поставлен Другой, тем меньше ее страдания. Вспоминаю, как на одних из родов доктор, видя мое страдание, все повторял мне: «Мамочка, мы рожаем желанного ребенка, долгожданного ребенка...» Также можно понять задумку Творца через родовые страдания напоминать человеку о ценности его жизни. Что так нелегко достается, дорого и ценится.
С другой стороны, если бы родовая боль становилась меньше в зависимости от степени святости, очищенности от грехов, не было бы у нас святой Софии Слуцкой, умершей при родах, Мелании Римляныни, страдавшей родами. Так что, если Ваши роды болезненны — это еще не значит, что вы последняя грешница.
Специалисты считают, что необычные ощущения при родах даны женщине как опознавательные знаки, помощники в ходе рождения дитяти. Ведь процесс этот не каждодневный, сложный, провоцирующий женщину на особое поведение. Замечено, что при анестезии женщины теряют интерес к ходу родов, не могут тужиться, после рождения малыша не испытывают того сильного ощущения счастья и свободы, как это бывает при обычных «болезненных» родах.
Если женщина будет понимать, что усиление родовых болей означает приближение потуг и выхода ребенка на свет, ей не будет так тягостно, это даже будет ее радовать. Но это в случае, когда ребенок желанный, муж — любимый. В других случаях — звиняйте.
Некоторые мамочки говорили, что особое покаянное настроение также облегчает ход родов. Ну и не будем забывать про простые действия типа глубокого дыхания во время схватки, поглаживания нижней части живота (от средней линии в стороны) и бедер, растирание крестца, которые помогают справиться с неприятными ощущениями.
Так что не надо бояться, страх, как известно, усиливает боль. А помнить, что это особый дар женщине. Как об этом сказала болгарская поэтесса Блага Димитрова:
Ухожу в себя
Начала окукливаться. В литературе это состояние будущей мамочки называется синдромом гнездования. Заставила мужа переклеить обои, переставить мебель, а сама перебрал а вещи. Статьи, рецензии, диссертация — в чем я с удовольствием варилась какие-нибудь два месяца назад — все потеряло свой вкус, цвет и смысл для меня.
Стала думать только о малыше, с ним говорить, ждать предвестников как манны. Всех терроризировать вопросами: не опустился ли у меня живот, как я выгляжу?
Вот и настали последние дни — я уже ничего не хотела. Мне в любом положении было тяжело дышать, лежать, сидеть, думать. Меня радовали толь ко схватки, проходящие по мне как бриз — легкий ветерок по про хладной глади моря. Вот волна, еще волна — как хорошо! Когда под утро схватки набирали силу, я трепетала в предвкушении встречи. Совсем как незабываемое волнение первых свиданий с любимым. Я радостно вскакивала с постели (ох, неправда — переваливалась!), начинала судорожно молиться, не в силах перестать улыбаться своему Творцу в благодарность за ребенка. Паковала сумку и — схватки прекращались. Можно идти досыпать. Так повторялось много ночей под ряд. Виной всему, наверное, выпитый на ужин чай из малиновых листьев, который предписывалось пить за месяц до родов. И наконец, когда наступил главный день, я уже так привыкла «рожать», что настоящие роды застали меня врасплох.
День счастья
Подъем. Удивительно мирный завтрак с мужем. Ему через час на молебен, машина в ремонте. Идем вместе одевать деток. Я поднимаю руки к верхним полкам шкафа — и мгновенно намокаю. Зову мужа, который понимает, почему мои ноги так блестят. Пароль: «Воды!», — Папа сиреной: «Подъем! Бегом! Такси!»
Таксист оказался любителем поболтать, сравнить цены, условия кредитов, строек. Уф, детей в садик определили, в храм заехали, отпросились, спустя час — ну вот и роддом. Таксист наконец-то понимает, в чем дело: «Сегодня Батька подписал указ о дотации на квартиру с тремя детьми. По радио слышал. Так что поздравляю!»
Опять стимуляция
Прощаюсь с мужем в приемной, будто на войну иду. Целую, плачу, висну на шее. Почему-то ощущаю его предателем. В следующий раз возьму с собой. Ну, успокаиваю я себя, не все же умирают. Но предвкушение неумолимости приближения События! И не убежать, не пойти чайку попить, не отложить как переэкзаменовку: можно я завтра приду? Куда?! Вот это для меня в родах и есть самое страшное. Боли — тьфу. Километровый кросс для меня был в школьные годы гораздо мучительнее. Дело тут метафизическое. Роды — как последняя битва сил тьмы и света. Твое тело — поле сражения, душа — действующий герой, ребенок — ставка. А кто-то говорит, что роды — самое сильное переживание супружеской любви. Возможно, но только не в роддоме. При куче санитарок и врачей, в напульсниках, катетерах? Духовное вмиг улетучится, а оно-то ведь самое главное. Ну да ладно, сил не хватило решиться на домашние роды — игнорируй больничные заморочки. А они на каждом этапе. Приемный покой. «Я рожаю, воды отошли». Медсестра: «Ждите, видите, сколько вас». Через час попадаю-таки в кабинет, где, осмотрев меня, медсестра кричит: «А почему Вы не сказали, что рожаете?».
Спускают оставшиеся воды, хотя просила же! Они светлые, совершенно не зеленые (что являлось бы тревожным симптомом), можно было подождать. Я ведь в этот роддом и к этому врачу напросилась только в надежде на естественные роды, даже составила им список требований. Нет же, видят, что не успеваю в их смену родить и — таблеточку под язык. Ладно, вы же не знаете, что это мой природный темп такой медленный.
Меня совсем раздевают, накидывают прозрачную зеленую рубашку, велят распустить волосы — ну, прям, кино про русалок снимаем. Гуляю по коридору, пока мои соратницы трудятся на кроватях. Налетает стайка практиканток: «А скоро Вам рожать?» — «Да нет, часа через два», — зрители мне не нужны, ухожу в палату. А вот и оно, раскрытие: начинаю между схватками впадать в особый сон. Я знаю, что эти отключки — аккумулирование сил перед последним рывком. Многие женщины ощущают в этот период замедление времени, теряют связь с этим миром, слышат голоса, видят ангелов.
А врачи думают, что я отдыхаю, симулирую. Мне добавляют капельницу, чтоб меня вообще приплюснуло, сопротивляться я не могу. Нет, мне не больно, меня просто рвет на части. Я звоню мужу и плачу в трубку, чтоб помолился, — ведь мне так плохо! Бедный супруг решил, наконец, позавтракать в час дня, а тут я. Так до вечера и проходил голодный. Но вот врачи разрешили мне идти. Взбираюсь на кресло. В этот момент мне всегда смешно почему-то. Профанация. Тут надо к земле-матушке, силой притяжения вытужить ребеночка, а нас заставляют плевать его небу в лицо.
Ну ладно, вот только сбилась. С ужасом понимаю, что не идет. Сил нет, желания, нет воли к победе, к жизни! Ну, это от лукавого. Начинаю молиться: «Боже, помоги». Нет, не то! Что-то или Кто-то дает понять, что надо просить прощения. Секунды идут, жизнь на волоске, врачи суетятся, подгоняют, хотят выдавить. Прочь! Мне надо сосредоточиться. Самой.
«Господи, прости! Мама, прости! Муж, дорогой, прости, любимый! Свекровь! Детки мои! Люди, ангелы, все — простите!»
Все грандиозное свершается в сердце, а доктор улыбается и говорит: «Ну, умница, вот и головка вышла, еще чуть-чуть давай». Никогда бы не подумала, что это я уже родила. Ну, слава Богу.
Дайте мне ребенка
Лежу на столе битый час (минут десять) — и прошу малыша приложить к груди. Врачам же кажется, что у меня бред от перенапряжения. Но на седьмой просьбе все же принесли, положили мне на живот, хотя покормить не дали. Все им важнее вес и рост измерить! А импринтинг, а запечатление образа матери?
Отвезли в палату. Тут уж я сделала дневную кассу МТС и позвонила всем, даже научному руководителю — пусть порадуются со мной.
Так, а где мой малыш? В роддоме принято лежать два часа отдыхать. Но не за тем я девять месяцев носила и так мучительно рожала своего кроху. Хочу взять малыша на руки! Медсестра детского отделения, видя мою решимость (а у меня в кармане халата даже припасенные десятидолларовики — если будут ломаться), отдала сразу. А может, обычно никто не просит, а то давали бы всем.
Вот он, мой дорогой мальчишечка. Даю грудь. Знакомимся. Счастье. Такое не обычное свинячее, а какое-то горькое, как самый хороший шоколад. Темное, как глубина земли и моря, тихое, как незаметное течение тяжелых вод большой реки, безвоздушное, как прыжок из самолета с парашютом. Вот оно.
Кстати, спасибо врачам и всему персоналу, а то, что это я на них наговариваю все время...
Проходит несколько часов. Малыш иногда всхлипывает, начинает плакать — будто вспоминает неприятности родов. Быстро его прижимаю к себе, говорю тихонечко, он и успокаивается.
Малыш, весь красный, потихонечку белеет, расправляется как цветок. Вот он улыбнулся во сне. Ну надо же, еще и день не закончился, а он уже улыбается!
Молитва первого дня
Пользуясь служебным положением — в рясе, епитрахили и поручах приходит знакомиться папа (и старших провел как-то). Торжественно и красиво льются древние молитвы, мамы в палате впечатлены, приоткрыли своих малышиков под Божие благословение. Я стараюсь вслушиваться в слова, но ничего не выходит. Моя собственная молитва теснит сердце: «Спасибо, Господи, за это счастье! Спасибо, что я и малыш живы, что роды хорошо закончились и все так хорошо начинается. Я понимаю, что моей любви слишком мало, чтобы вырастить этого ребенка — помоги мне, укрепи меня, возьми надо мной и малышом опеку. Научи меня, Господи, что мне следует делать и говорить, как поступать с ребенком. Пошли мне верных людей, укажи выход из сложных ситуаций — просвети мой ум и сердце. Дай мне чистой неэгоистичной любви к малышу, чтобы прозревать Твой замысел о нем, дать ему верное направление в жизни, научить его благоговеть пред Тобою. Слава Тебе, Боже»!
Пока папа читает молитвы, старшие дети любуются, пробуют погладить братика. Я и тревожусь за малыша, и жалею детей. Им придется привыкать к своей некоторой оставленности мною. Я их обнимаю, говорю нежные слова. А малыш улыбается на голос старшей сестрёнки — не зря она читала ему сказки всю беременность. Слышал и запомнил!
Красота
Во время кормления дико болит живот — сокращается, приходят в обычное состояние мышцы. Мне хочется выть, но я сдерживаюсь, боясь напугать ребеночка. Утешаю себя мыслью о том, что таким образом скорее приобрету прежние формы. Ради красоты можно и потерпеть. Помогаю себе примитивной гимнастикой — время от времени лежа втягиваю на десять секунд пупок.
Во время беременности мышцы живота расходятся в стороны, давая место ребенку. После родов, прежде чем качать пресс и делать скручивания, надо вернуть мышцы на место этим простым упражнением.
Растяжки, конечно, останутся, роскошная грудь кормящей мамы потом осунется, появятся от недосыпания и раздражений морщинки в уголках глаз. Что делать! Для детей я буду всегда первой красавицей, ну а для мужа?
Секретов привлекательности много. Лично для себя я оставила: бодрость, легкая гимнастика, немного личной жизни в виде работы, умеренное воздержание и никакой фамильярности. Сколько бы Вы ни прожили вместе, муж — не дружок, не машинка-помощница, не постояннообязанный. Он — господин, вольный ветер, царь. Ну, а Вы, соответственно — царица. Своим любимым надо восхищаться, ведь «мужчина долго остается под тем впечатлением, которое он оказал на женщину».
Приходит молоко
На третий день как надо. Грудь распирает, начинает болеть. Я уже понимаю, что волноваться не стоит, нельзя суетиться, мучить сцеживанием каменную грудь. Только переждать сутки, кормить свое чадо по требованию (если спит все время — будить, потирая носик и щечки) — и все само собой наладится. Пить очень умеренно, ополаскивать рот водой. Но литр в день, не меньше, а то организм решит, что мама в экстремальных условиях и начнет задерживать воду в тканях. Диета кормящих очень простая, по принципу царского пути.
Первая неделя — аскетическая. Не рекомендуется: аллергического (кофе, шоколад, красное, острое, куриное мясо и красная рыба) и газообразовательного (капуста, яблоки, черный хлеб, молоко). Короче, в столовую можно и не ходить. Хотя я после родов по совету подруги-стоматолога съела целую шоколадку для поднятия тонуса и радости жизни. Ничего, малышу даже не икнулось — он ведь не с луны свалился, а из моего родного живота. Куда в его период попадал и чеснок (ой, забыла сказать в главе про витамины — чеснок прекрасно справляется с анемией), и тот же шоколад, и все, к чему мама склонна. Весьма вероятно, что эти же блюда будет любить по пренатальной памяти и малыш.
Так что спустя недели две переходим на свой обычный рацион здорового питания (фаст-фуд, чипсы, газировка, суповые кубики — это не то). Потом в шесть месяцев начнем потихоньку подкармливать из своей тарелки карапуза (мы же едим только полезное!), давая потом через молочко информацию, как съеденное переварить. Что, совсем не так, как в книгах? А вот прабабушка из Полесья, видя, как я «педагогически прикармливаю» семимесячного Грицька кусочками из ее наваристого борща, всплеснула руками: «Верочко, невже вси вже таки розумни стали? А то мои доньки до году все протирали — не лизьтэ, мамо, так по науке. А що то за наука, колы и дитям не смачно, и самому морока?»
Откуда я такое узнала? От все той же консультанта по грудному вскармливанию, которую нашла после искусственного кормления первой дочки. А ведь сколько трагедий, связанных с пропавшим молоком, сколько боли и хирургических вмешательств до сих пор приходится переживать женщинам из-за некомпетентной помощи в этом деле!
Теперь я понимаю, что многие процессы в своей жизни не стоит пускать на самотек. Мол, как Бог даст, так и буду кормить. Для меня такой подход означает полную пассивность. С грудным кормлением, как и с родами и многим другим, надежда на естество не оправдывается. Падшему человеку приходится учиться даже природному. И находить хороших учителей.
Гости, гости, гости
В роддом приходят проведать, у кого-то во взгляде сочувствие (матерых матрон), у кого-то беззаботное веселье (молодежь, еще не знают, каково это). Приносят кучу гостинцев. Мне так приятно!
Вспоминается, как после родов мусульманки в нашем подъезде в течение недели приезжали гости из диаспоры с блюдами еды. Поддерживали роженицу и ее семью. Нам бы так научиться. А то разговоров много про многодетность, а настоящей помощи маловато. Про ситуацию моей пасхальнородившей подруги:
Выписка
Всегда радостно и болезненно. Хоть мы и вручили подарки от имени малыша детям, хоть муж и приготовил романтический ужин — мне ужасно грустно. Все мне кажется не таким: дети чужими, дом — ветхим, радость окружающих лицемерной. Ведь совсем недавно мой мир перевернулся, началось новое время, я пережила еще одну свою смерть, а вокруг все осталось по-прежнему. Я сажусь и плачу. Так происходит после каждых родов. От этого никуда не деться, надо это принять. Начинаются совершенно
Особые дни
овеянные тихой радостью, гормональной усталостью, зализыванием ран. Приходится напрягаться, чтобы дать детям и мужу хоть какие-то крохи любви, оказать внимание. Хотя хочется замкнуться только на новорожденном, им одним любоваться, им одним заниматься.
Но надо строить новые отношения. Чтобы не было ревности, даю немного «подержать малыша», выкладываю его на колени сидящим на кровати детям. Разрешаю им залезть в его роскошную люльку.
На первое купание оторвала малыша от сердца и попросила свою маму провести традиционное купание с травками. Кстати, когда у малыша заживет пупочек, а у мамы пройдет период очищения, можно с ним купаться вместе. Спина не затекает и столько удовольствия! Ванну и маму предварительно вымыть. Положить рядом халат для себя, для малышика — пеленочки и полотенце. С этой процедурой справляюсь и в одиночку.
Говорю всем мужчинам семьи, как похож на них Степочка (ведь это отчасти, правда) — а они как гордятся!
Особое внимание мужу: тут делаю вид, что меня все устраивает, что все хорошо — он так боится моей депрессии. Тешу его разговорами о нашей будущей встрече. Пусть знает, что я его люблю теперь больше. Ведь он подарил мне этого ребенка! Не надо повторять всеобщей ошибки и уезжать к родителям, чтобы облегчили первое время. Муж в такой ситуации, оставшись один, ощущает себя отработанным материалом. Так и до разлада недалеко. Вам это надо?
Мамино тепло
Когда мама рядом, малыш быстрее растет и развивается, он спокоен и весел. Уже с первой дочкой я ощутила всю несуразность детской кроватки и этого маленького одинокого ребеночка в ней. Место новорожденного рядом с мамой.
На возмущение знакомых, мол, не приучайте вместе спать, а то потом не отвыкнет, у меня есть сравнение. «А вы бы так молодоженам сказали — только не спите вместе, а то привыкнете»! Вспомните начало своей любви, когда с ненаглядным хотелось не только вместе спать, петь, есть, пить, но и дышать, думать! Чем твой личный ребенок хуже? Он рождается из тебя, и только ты можешь зарядить его на всю жизнь, как батарейку, своей любовью, теплом, приятием. Я носила всех деток почти до года непрестанно, спали вместе, в результате они очень открыты миру, за мамину юбку не держатся, любят общаться с людьми и детьми. Но поспать с родителями не прочь до сих пор.
Ну кто придумал этот слинг?
Найти и поставить памятник! Что бы я делала без этого куска ткани, просто не представляю. Положил малыша в перевязь и делай, что хочешь. Можно в магазин сходить, коляска не цепляется за все бордюры, да и никто не подозревает, что в этом красивом шарфике у меня там маленький. Можно покормить, укачать, успокоить животик — ведь малышу в слинге тепло, тихо, можно в любой момент перекусить. А мама в это время суп сварит, посуду помоет, приберет, по телефону поболтает, в и-нет сходит.
А как помогает со старшими! Спрячешь малыша в слинг, а сама сказку детям читаешь, рисуешь им котиков, помогаешь одеться — все что угодно. Дитя старшим глаза не мозолит, мамино внимание не отбирает. Да и не боишься, что подкрадутся незаметно к люльке со спящим братиком и нечаянно нос покрутят или кашей накормят, постукают — на прочность проверят. Исключительно из любопытства. Дети, они такие. Это нам другие родители понарассказывали. Но мы готовились.
Поделиться книгой: