Обреченный на вечные муки

Николай Дашкиев

Обреченный на вечные муки

Земля не отвечала. Молчали Венера и Плутон, Марс и Меркурий. Только едва слышные сигналы маяков пояса астероидов говорили о том, что аппаратура работает нормально. Но именно это и показывало, что следует оставить тщетные попытки — просто аварийному лазеру не хватает мощности. И все же Ким упорно не уходил из аппаратной, надеясь на невероятный случай попадания направленного луча в какой-то из рефлекторов информационных центров Солнечной системы.

Ничего страшного, собственно, не произошло: в пятом столетии Атомной эры звездолеты бесследно не исчезают. Еще двое суток назад, когда на "Сириусе" неожиданно вышла из строя станция дальней связи, Главный Кибер астероидного кольца дал приказ автоматам безопасности взять корабль под самый внимательный контроль, и сейчас вдогонку ему несется скоростной звездолет спасательной службы. Но в том-то и дело, что спасатели не найдут "Сириус" на заранее проложенной траектории. Случилось нелепое, необъяснимое происшествие: киберштурман звездолета, безупречная электронно-вычислительная машина, которая абсолютно самостоятельно ориентируется в самых сложных ситуациях и подчиняется только Главным Киберам соответствующих зон полета, вдруг самовольно отклонился от заданного курса, направил "Сириус" к запрещенному астероидному поясу и посадил его на огромную мертвую каменную глыбу. Ким не мог этому помешать: болваны из Астроцентра все-таки добились принятия закона о так называемой "абсолютной безопасности", согласно которому в критический момент все управление звездолетом берут на себя кибернетические устройства, потому что человек, мол, в такой ситуации не может конкурировать с машиной.

Вот тебе и "не может"! Мало радости от того, что за три года действия нового закона он, казалось бы, оправдал себя. Случай с "Сириусом" показал: роль машины переоценивать не следует.

Но что же случилось с киберштурманом? "Сошел с ума" из-за повреждения систем логического контроля? Похоже на это: судя по лихорадочному мерцанию индикаторов, машина все время работает в аварийном режиме, однако не выполняет никаких команд и не отвечает на вопросы.

Ким выключил лазерный передатчик, сел за пульт киберштурмана и еще раз, почти без всякой надежды, нажал кнопку вызова:

— "Сириус", приказываю: ответь, что произошло?!

Постой, постой: он услышал! Впервые за двое суток зажегся зеленый глазок над пультом и включился динамик:

— Командир, докладываю…

Голос прервался на полуслове, — так, будто кто-то цыкнул на кибера, решительно пересекая его попытку выполнить свой долг. И сразу же на индикаторном табло пробежала целая серия очень ярких непонятных вспышек.

— Ничего не понимаю! — раздраженно пробормотал Ким и направился в астронавигационную рубку.

Его жена Аста, навигатор "Сириуса", заканчивала вычисление координат астероида… Видимо, и у нее что-то было не в порядке, потому что она не оглянулась на шаги и только через несколько минут подняла голову:

— Ким, чудеса, да и только! Этот астероид нигде не зарегистрирован! Мало того: его орбита наклонена к эклиптике[1] почти на тридцать градусов, а период обращения вокруг Солнца — более ста лет… Ну?

Дальнейшие объяснения были излишни. Невероятно большой наклон орбиты астероида к плоскости вращения всех планет означает, что это небесное тело, а вместе с ним и "Сириус", с каждой секундой отдаляется от обычных космических трасс, поэтому с каждой секундой уменьшаются шансы на помощь звездолетов спасательной службы.

— Ким, наверно, этот астероид гость в нашей Солнечной системе…

— Межгалактический корабль?

— Может, и так.

За три года супружеской жизни и совместной работы они научились понимать друг друга с полуслова. Если, высказанное Астой предположение, верно, если этот астероид действительно управляется разумными созданиями — сразу же объяснится вся таинственность происшествия. Следовательно, надо прежде всего исследовать космическое тело, пленником которого стал "Сириус".

Надевая скафандр, Ким все время поглядывал на индикаторное табло киберштурмана. Мерцание крошечных огоньков раздражало, казалось целенаправленно-враждебным. Даже то, что тубусы фотоэлементов кибера, его "глаза", как всегда, передвигаются вслед за человеком, не выпуская ее из поля зрения, сегодня вызвало неприятное ощущение.

— Может… ты останешься? — негромко спросил Ким.

— Ты опасаешься, что "Сириус" сбежит без нас в Космос?

— Да.

— Ну, а что же я смогу сделать, даже если останусь?

Ким промолчал. Действительно, Аста ничем не помогла бы, ведь все устройства ручного управления выключены. Твердолобые деятели из Астроцентра добились своего: чтобы в критической ситуации командир корабля никоим образом не вмешался в управление, "электронный мозг" киберштурмана, и информационно-энергетическая сеть корабля защищены бронированными плитами.

— Ну, ладно, пойдем… — Ким проверил снаряжение обоих скафандров, подошел к пульту киберштурмана. Согласно инструкции, следует определить своего возможного заместителя.

— "Сириус", внимание!

Нет, он же слышит! Но, снова зажегся зеленый глазок:

— Слушаю вас, командир.

— Я покидаю борт корабля. Если не вернусь, все права командира возьмет на себя навигатор Аста.

— Зафиксировано, командир.

— На борту людей не будет.

— Зафиксировано, командир.

— А теперь докладывай, что произошло?

— Докладываю: я получил…

И снова голос прервался, а по индикаторному табло пробежала буря хаотических вспышек.

Ким с Астой переглянулись.

— Мне почему-то жутко… — негромко сказала Аста. — Пожалуй, сейчас я начинаю понимать страх наших далеких предков перед неизвестным и необъяснимым… Уже несколько минут мне слышится голос… На удивление знакомый отчаянный голос…

Ким прислушался. Нет, вокруг стоит мертвая тишина, только из-за несбалансированности работы генераторов искусственного тяготения чуть-чуть вибрирует пол.

— Кто-то зовет на помощь! — Аста схватила Кима за рукав скафандра, закрыла глаза. — Слушай… Слушай… "Я парализован… спешите… спешите…"

— Успокойся, дорогая… — Ким неуклюже обнял скафандр жены, опустил прозрачный щиток на ее шлеме. — Успокойся, это просто из-за перенапряжения нервной системы.

Пока насосы откачивали из шлюзовой камеры воздух, Ким с Астой молчали. В их приключении действительно было что-то необычное — такое, что выходило за пределы логики. А может, это просто так кажется? Может, люди пятого столетия Атомной эры просто привыкли к неусыпному попечению об их безопасности, а теперь растерялись, попав в сложную ситуацию?.. Думать об этом было обидно, говорить — тем более.

— Аста, будь осторожна. Не забывай, что здесь сила тяжести в тысячу раз меньше земной.

— Да, дорогой.

Ким нажал на кнопку. Медленно открылась массивная дверь внешнего люка, и в проеме показалось усыпанное звездами черное небо и залитые ослепительными лучами Солнца уступы остроконечных скал. Однако Ким не обратил внимания на чудесную картину. Он обеспокоенно крутил головой, прислушиваясь к странным звукам, которые послышались в шлеме его скафандра.

— Аста, ты ничего не слышишь?

— Нет. Сейчас нет… А что?

Ким подошел ближе к проему, высунулся наружу. Аста — вслед за ним.

— Слышу! Теперь слышу! Тот же голос… "Спешите на помощь… Ищите двери… ищите двери…"

Ким проверил: если выключить радиостанцию — голос замолкает. Значит, это не галлюцинация. Кто-то действительно зовет на помощь.

— Может, он попал сюда так же, как и мы?

— Но к чему здесь "дверь"? Достаточно сказать: "Ищите звездолет".

Ким обвел взглядом суровый пейзаж. Скалы, скалы и скалы. Мертвые, нетронутые ни ливнями, ни ветрами. Казалось бы, здесь испокон веков не было и никогда не будет ничего живого. Но голос раздается, а каждая скала, каждое укутанное непроглядным мраком углубление могут скрывать не только небольшой космолет-разведчик типа "Сириус", но даже трансорбитального гиганта первого класса.

— Идем, — сказал Ким. — Медлить нельзя.

Он оттолкнулся от края шлюзовой камеры и медленно поплыл вниз. На этом астероиде, где сила притяжения такая слабая, прыжок со стометровой высоты абсолютно безопасен. Только и всего, что продлится две минуты, — не падение, а медленное скольжение, как в призрачном сне.

Ким падал и думал: где же искать этого таинственного беднягу? Его призыва уже не слышно — может, путь радиоволнам преградила какая-нибудь скала. Если бы не неприятность с кибером, на ионных двигателях можно было бы облететь весь астероид хоть сто раз. Конечно, чужой звездолет удалось бы найти очень быстро. Однако сейчас об этом нечего и думать.

Но что же случилось с кибером? Нет, он не "сошел с ума", иначе бы попыток слушаться человека у него не возникло. Скорее похоже на то, что его "машинное сознание" подчинила какая-то внешняя сила. Он сказал: "Я получил…" Что — получил? Приказ?.. Только Главные киберы зон полновластно управляют киберштурманами звездолетов, но и в таком случае кибер обязательно докладывает командиру… Кто же прервал его сейчас?

Ким и не заметил, как кончилось "падение". Ноги коснулись поверхности астероида, густой фторановый ворс на каблуках вмиг прилип к обожженной солнцем черной глыбе. Это было совсем не лишнее в мире, где человек весит едва сто граммов, а брошенный сильной рукой камень способен приобрести вторую космическую скорость и помчаться в неизвестность по гиперболе. Даже чтобы сдвинуть с места "Сириус", хватило бы нескольких килограммов взрывчатки.

Ким осмотрел свой звездолет. Снизу он казался невероятно большим, очень красивым и совершенным. Его "лапы"-амортизаторы прочно врезались в скалы, легко поддерживая стройный, залитый лучами солнца корпус. А вокруг него — первозданный хаос материи, фантасмагория камня, сумасшедшая игра ослепительно серебряного и непроницаемо-черного. Аж удивительно: на фоне этого причудливого пейзажа "Сириус" воспринимался не как творение рук человеческих, а скорее как сказочное существо, — этакая межгалактическая птица, севшая передохнуть после бесконечно долгого путешествия в Космосе, готовая вот-вот снова ринуться в пространство…

"А что, если действительно…"

У Кима мороз пробежал по коже. Впервые за много лет он почувствовал страх — и рассердился сам на себя за это. Неужели даже пять веков жизни в свободном и светлом обществе еще не освободили человека от примитивных животных рефлексов? А впрочем, что же тут удивительного? Человечество сейчас живет в слишком безопасном и благоустроенном мире, где просто нет места отчаянной храбрости. Ее заменяет мудрая предусмотрительность.

Страха уже не было. Вместо него возникло радостное ощущение воодушевления, желание встретить и преодолеть любую опасность. И то, что рядом будет родной, любимый человек — только придаст силы.

— Эй, навигатор! — захохотал Ким. — Скоро вы упадете?

— Ой, командир, скоро… Я даже немного задремала!

Ким подхватил жену в объятия — действительно легкую за перышко — осторожно поставил на скалу.

— Куда отправимся в первую очередь? На "полюс"?

— Да.

Они уже немного изучили астероид при приближении "Сириуса" к нему. Это было большое космическое тело, — грубо слепленный и жестоко перекопанный каменный "пирог" километров десять длиной. Звездолет сел как раз посередине между "полюсами". Поэтому был смысл двигаться условным "меридианом" по освещенной части астероида, потому что на его противоположном, "ночной" стороне такая темнота, хоть глаз выколи.

— Ну, помчались!

Ким оторвал присосавшийся к скале каблук, легонько подпрыгнул. Если бы это было на Земле, силы такого толчка хватило бы разве что перепрыгнуть на следующую ступень лестницы. А здесь Ким поднимался все выше и выше, пока не оказался на одном уровне с навигационной кабиной "Сириуса". Здесь, несколько секунд висел почти неподвижно, а затем медленно спустился на вершину острого утеса. Вслед за ним прилетела и Аста. Правда, Ким перехватил ее на полпути, потому что она оттолкнулась слишком сильно.

Со скалы на скалу — медленно, неспешно, они перелетали над щербатой поверхностью астероида. Результат осмотра космического тела не утешал. Не было ни малейшего признака деятельности высших разумных существ, ничто не свидетельствовало об аварии космического корабля. И неизвестный передатчик более не отзывался.

Вот и "полюс" — крайняя скала исполинского каменного "пирога". Если предположение Асты верно, именно здесь, на "носу" межгалактического корабля, должна быть какая-то навигационная аппаратура или приборы для наблюдений. Только нет, нет ничего. Заслуживает внимания разве что необычная ровность площадки, но под ногами — тот же самый обожженный солнцем черный базальт.

— Двинемся обратно?

— Постой… — Аста остановилась, прислушалась. — Я слышу его снова… Очень тихо… "Спешите… антенны сломаны… ищите двери…"

— Слышится! — недовольно прервал ее Ким. — Ну-ка, выключи радиостанцию.

Она выключила, потом включила снова.

— Ким, это не радиоволны… Голос звучит в моем подсознании, и я слышу его всем своим существом… Телепатия? Но почему же он не отвечает мне? Я спрашивала у него мысленно, кто он и как его найти, а слышалось только: "Ищите двери… ищите двери…" И голос этот такой знакомый, будто я его слышала каждый день…

— Ну, что же — надо искать.

Назад они двигались другим путем: астероид за это время успел повернуться на большой угол, следовательно, можно было заглянуть и на его бывшую "ночную" сторону. Однако и здесь не случалось ничего заслуживающего внимания. Лишь несколько раз среди хаотического нагромождения скал наблюдались слишком гладкие площадки. Но при ближайшем исследовании ничто не указывало на их искусственное происхождение, а таинственного голоса теперь не слышала даже Аста.

Ким, все чаще поглядывал на часы. Конечно, кислорода хватит еще надолго, да и пообедать можно из аварийного НЗ скафандров. И все же что-то беспокоит, тянет к "Сириуса", — хочется убедиться, что он стоит на месте.

— Аста, заскочим "домой"?

— Ладно.

Они были уже на "экваторе" астероида, где-то совсем близко от своего звездолета. Правда, на том "полушарии" сейчас еще "ночь", но астероид вращается достаточно быстро. Следовательно, можно было разглядеть этот район тщательнее.

Теперь Ким с Астой передвигались совсем небольшими прыжками, а там, где замечали что-нибудь стоящее, пытались даже "идти", хоть это было обременительно и неудобно: фторановый ворс каблуков, прилипая к камням, тормозил каждый шаг. А результаты наблюдений, как и до сих пор, были неутешительны.

"Ищите дверь…" — звучало в мозгу у Кима. — О "двери" речь могла идти лишь в том случае, если этот астероид, как предположила Аста, прилетел сюда из другой звездной системы, словно своеобразный космический корабль. А на это нет никакого намека, во-первых, а во-вторых, откуда те, неизвестные, знают язык землян?"

Неизвестное и необъяснимое невольно заставляет насторожиться, распутывать причинные цепочки, выдвигать самые причудливые гипотезы. Таинственный "голос" и странный "бунт" киберштурмана кажутся взаимосвязанными. А если так, то не устроил ли кто-нибудь хитрую ловушку, чтобы завладеть звездолетом? Но кто? Для чего?

Только когда над близкой грядой гор ослепительно сверкнул шар астронавигационной рубки "Сириуса", Ким вздохнул с облегчением.

Сильным прыжком он взлетел на гребень скалы, внимательно осмотрел котловину, посреди которой расположился "Сириус". Странно: только теперь стало видно, что форма этого углубления слишком правильная, — скалы расположены амфитеатром. И площадка в центре слишком плоская и круглая.

— Аста, прыгай-ка сюда!

Женщина тоже сразу заметила, как отличается эта котловина от всех других, над которыми они пролетали во время путешествия по астероиду. Так бывает всегда: после длительного наблюдения хаоса резко бросается в глаза даже небольшая упорядоченность.

В котловине наступал "рассвет": медленно вращаясь вокруг продольной оси, астероид подставлял этот свой бок под нестерпимо яркие лучи солнца. Не было сумерек, не было полутеней. Просто густо-черный полог сползал вниз, и из него то и дело выхватывались ослепительные блестки отдельных глыб.