Помоги проекту - поделись книгой:
Мужчина завоевывает и оставляет мир за спиной, а женщина его или оживляет, или не оживляет. Женщина ясно чувствует, перспективно ли это оживлять или неперспективно. Она может давать советы полководцу с позиции не того, как это завоевать, а с позиции, нужно ли это завоевывать. Не станет ли новое завоевание мертвым грузом, несет ли оно в себе перспективу роста и развития и новые жизненные силы тому, ради чего все это завоевывается.
Так выглядит источник равновесия в отношениях мужского и женского. Тут нет ничего загадочного и мистического, это просто попытка осознанного отношения к особенностям данности тех и других. Сложность достижения этого равновесия в том, что кроме данности нужна осознанность и твердое намерение. Осознанность мужской позиции созидателя, отвечающего за направление движения и за его последствия. И осознанность позиции женщины как хранительницы, отвечающей за непрерывность потока жизни. Потому что в принципе нужно просто не дать траве увянуть, а расти-то она будет сама.
И тогда это две абсолютно равные по значимости задачи.
Реальность, которая сотворила этот мир, планету Земля, на которой живут и люди тоже, сотворила его таким. Что спорить о данности? Вопрос в том, какую жизнь строить, опираясь на данность. Пока человечество не в состоянии противостоять задумке реальности.
В итоге получаются две совершенно равнозначные функции, каждая из которых является условием обязательным, но недостаточным для осмысления и одухотворения той реальности, в которой мы живем. Я сторонник того, что существование человечества и любых порождений реальности не бессмысленно. А раз так, то, может быть, эффективнее спрашивать не как с этой данностью жить, а зачем нам досталась такая данность и такая природа?
Знать ничего не желаю!
Мы уже не раз говорили, что период личности, период активной социальной реализации для женщин ключевой. Это период практического решения противоречия между доминирующей природной данностью женщины и законами социума, которые базируются на доминировании мужской природы. В период этой практики и становится видно, в чем истинное намерение женщины – быть, казаться или будь что будет.
Для начала стоит разобраться, принимала ли сама женщина хоть какое-то решение, знает ли она о том, какая у нее позиция в отношении себя и ситуации, в которой она оказалась, да и есть ли эта позиция. А позиции никакой, как мы уже не раз убеждались, чаще всего и нет.
Нет позиции, потому что непонятно, не видно, не ясно свое предназначение в этом мире или говоря проще, женщина понятия не имеет, чем хочет заниматься, что делать годы отведенные ей для жизни. С одной стороны ее ведут биологические программы, с другой, управляющая система диктует свои правила. По идее, должна быть еще одна сторона – чего хочет женщина. Но для того, чтобы эта третья сторона, третий голос появился, женщина должна выделить себя из увлекающих ее процессов, остановиться и заглянуть в себя.
Но это только один момент. Второй заключается в том, что, заглянув в себя, женщина обнаруживает хаос, и как с ним разбираться, не знает. С собой разговаривать никто не учил, а от природы не получается, и язык, чтобы перевести то, что чувствуешь, ощущаешь, переживаешь, о чем знаешь, отсутствует. Кажется, что тебя никто не видит, не понимает, точно также как и ты себя.
Специалисты по найму на работу говорят, что легче всего договориться с женщинами за тридцать. А если еще семейные обстоятельства сложные, то такие женщины совсем редко интересуются подробностями контракта, гораздо быстрее соглашаются на условия, которые им предлагают, легче берут работу, превышающую условия контракта. Почему? Потому что у такой женщины нет своей позиции, а внутренний ничем не структурированный хаос толкает уцепиться за первую же более или менее четкую ситуацию. Женщина быстро к ней приспосабливается, обрастает отношениями и «работает, как работается». Она себя как специалиста не знает, она не знает себе цену, она не знает свой уровень притязаний, она не видит себя изнутри. Так особенности женского интеллекта без участия хозяйки и здесь делают ее ситуацию совсем даже не ее.
В действительности ощущение того, что это внутри и никто этого не увидит и об этом не заподозрит (мы же так хорошо адаптируемся, мы такие гибкие и пластичные), – иллюзия. Потому практика и служит критерием истины, что сколько ни старайся, а подлинное состояние дел обязательно проявится. Создается практически безвыходная ситуация. Внешний мир воспринимает это невнятное внутреннее состояние женщины: не знаю, чего хочу, то ли революции, то ли севрюжины с хреном, – как ненадежность. И сама женщина, как бы ни демонстрировала свою твердость, испытывает неуверенность: какое из предлагаемых отражений выбрать в качестве истинного? Кроме того, она же сама не знает, что там в глубине ее субъективного мира происходит, тогда откуда взять уверенность, что, случись взрыв, катастрофа, она сможет этим управлять?
Неизвестно, какая волна увлечет ее в следующий час. Она и сама не знает, за какими ощущениями последует, какая ценность окажется главенствующей: дети, муж, карьера, комфорт, самовыражение… В автоматическом режиме работы сознания – это зона неизвестного. А значит, неуправляемого. И не может быть тут никакой позиции, потому что позицию должен кто-то отстаивать, и этот кто-то должен быть и твердо ощущать себя в мире.
Поэтому так сопротивляется мужской мир стремлению женщин утвердиться на территории, где деятельность связана не столько с физическим, но с психологическим и интеллектуальным напряжением. Это не сознательный заговор, это переведенный на рациональный язык инстинктивный страх перед природной непредсказуемостью и неуправляемостью.
Бессчетное количество женщин прекрасно водят машины, работают на ответственных должностях, служат в полиции и армии, делают сложнейшие операции. Но каждой приходится преодолевать то, что принято называть предубеждением, а в действительности является страхом. А кроме того, им приходится преодолевать природные особенности своего сознания и включать интеллект, чтобы утверждаться, не стервозно, за счет других, а за счет собственных усилий и собственного труда. Социум только с виду так уж сложен, а в реальности все довольно просто: хочешь участвовать в соревнованиях – докажи свое право и свою состоятельность. Состоятельность прежде всего предполагает позицию:
• что ты хочешь?
• какие ресурсы имеешь для осуществления своего намерения?
• что готова для этого сделать?
Больше социум не интересует ничего, и это бодрит. Победителей, как известно, не судят и это вызывает азарт.
Для того, чтобы начать действовать, необходимо иметь мужество согласиться с тем, положением, в котором женщина находится по природе. А именно с тем, что одной из особенностей женского сознания является отсутствие стремления к осознанности, часто активное неприятие этого качества. А где нет осознанности, там не может включиться интеллект и женщине не выйти из логики одного. Осознанность отвергается под «замечательным» лозунгом – якобы она убивает искренность и подлинность чувств. Блестящее умозаключение. Так что ж вы тогда претендуете на серьезные позиции в мире, где осознанность – один из фундаментов успеха?
Совсем недавно я услышала, как красивая молодая женщина рассказывала историю своей жизни. Любила она очень известного человека, давно и, как теперь принято говорить, глубоко женатого, родила от него сына, была счастлива и большего не хотела, в его окружении и то мало кто знал о ее существовании. Но он внезапно трагически погиб, и факт ее присутствия в его жизни стал широко известен. И вот, рассказывая об этом, она произнесла запавшую мне в душу фразу: «Я ничего большего и не хотела, я не собиралась забирать его у жены – я жила как жила». Вот такое предельно емкое и точное сообщение о процессе, происходящем в не потревоженной осознанностью женской субъективности, – «я жила как жила»…
Прекрасное, блаженное пребывание, если есть кому вместо тебя осознавать, принимать решения и отвечать за последствия. Идеальная мечта искательниц «половинок», вот только что дальше?
Природное неприятие осознанности и довольно низкий уровень требования социума по поводу осознанности очень балуют женщину. Как результат, ее автоматически занимаемая позиция в социальном мире – не положение бедного, несчастного и слабого существа, а позиция существа избалованного и безответственного. У многих хватает ума, то есть способности к связыванию причин и следствий, чтобы это место использовать, им торговать, применяя его как оружие.
Даже выходя на социальную территорию, женщина держит про запас, как козырь в рукаве, точное знание, что имеющие с ней дело мужчины всегда допускают мысль: «Все-таки это женщина». Это означает, будто она где-то не совсем надежна и, следовательно, спрос с нее окажется значительно меньше, поскольку в какой-то момент она скажет: «Ну что же вы хотите, я ведь женщина!»
Иногда это, конечно, доводило и доводит дам до очень печальных ситуаций. Особенно в так называемые «лихие девяностые», когда закон стаи возобладал над законами цивилизации и, влезая в мужские игры, женщины платили по мужским счетам. Но ведь даже закон, даже юриспруденция дает женщинам за те же преступления меньшие сроки. И почему-то здесь никто не кричит, что у нас одинаковые права.
Да, женщины реже идут на преступление, но если уж идут, то они обычно страшнее, более жесткие, более жестокие. Выпущенная на волю биологическая природа, потерявшая контроль, тормозов не знает, это естественно определяется натурой. Драки женщин гораздо более жестоки, чем драки мужчин. Мужчина хочет победить, ему не придет в голову изуродовать, – ей же нужно не просто победить, ей нужно соперницу уничтожить. Криминалисты достаточно легко квалифицируют, совершено преступление женщиной или мужчиной.
Безответственность, как козырь и аргумент, сами дамы используют часто и с удовольствием: «Ну что вы от меня хотите, я же женщина!» Вот только одно интересно: а где в такой момент та, которая претендовала на равные условия в соревнованиях и очень настойчиво рвалась стартовать вместе со всеми другими участниками? В салон пошла, красоту к финишу наводить?
Одна знаменитая бегунья рассказывала мне о своем проигрыше, как они говорят, «на полступни», о главном старте своей жизни. На долю секунды, перед самым победным финишем, она забыла, что в этой ситуации она боец и спортсмен. И вспомнив, что она женщина, постаралась сделать не такое ужасное, напряженное лицо, потому что вот сейчас она победит и весь мир обойдут ее фотографии. Мысль стоила ей потери на доли секунды предельной концентрации, медали и триумфального завершения карьеры. «На войне как на войне».
Женщины с удовольствием присвоили себе это право спекулировать своей загадочной и неизведанной (к слову, прежде всего ими самими) природой. Однако идут войной на социальный мир, который им об этом напоминает и с опаской смотрит на женщин, претендующих на самоутверждение и самореализацию в мире мужском.
Так неосознанное место силы превращается в место слабости, становится ловушкой для самих женщин. Собственно говоря, основные претензии женщин к социальному миру – это и есть претензии к тому, что им не прощается их женская природа. А почему она должна прощаться? Это не грех, не болезнь, не инвалидность, но и не привилегия.
Однако очень часто мы имеем возможность наблюдать два основных стереотипа поведения. Один продиктован восприятием своей женственности как несправедливого приговора и мешающего самоутверждению недостатка. Другой вызван отношением к факту того, что она женщина, как к привилегии, данной при рождении. Первые со своей природой воюют, вторые ею торгуют. И то и другое – гордыня. А следовательно, слабость. Потому что и то и другое сообщает об отсутствии спокойной уверенности в факте того, что ты есть на самом деле. И то и другое сообщает о нежелании осознать сильные и слабые стороны своей данности и соотнести их с требованиями, ожиданиями, соответствиями мира, в котором мы вынуждены жить. Не можем не жить.
И если не приходит понимание необходимости учиться и меняться, то остается или впадать в агрессию, или уходить в глухую оборону.
Мы живем в мире разбитых зеркал. Мне очень интересно, видят ли женщины, что они ведут себя как природа: как только цивилизация чуть-чуть отступает, трава начинает расти сквозь асфальт. А потом возникает возмущение, почему у нас плохие дороги. Получается, что, с одной стороны, это привилегия, то есть расту, где хочу, а с другой стороны, устройте мне, пожалуйста, идеальную дорогу. Но тогда тебе придется расти только там, где можно. Вот такая складывается история.
Часть 6. Поиск «половинки»
Половинчатость или целостность?
Мы выяснили, что женская природа и особенности женского интеллекта не дают женщине автоматического, легкого способа осознания себя, существующей вне зеркала, вне отражения, вне внешнего мира. Но вместо того, чтобы принять эти особенности как данность, способную открыть свой, женский, иной, чем привыкли мужчины, способ познания мира и человека, женщина идет на поводу у мужского мира. А тот, взяв за точку отсчета себя, навязывает женщине восприятие ее женской сущности как чего-то ущербного и несамостоятельного, чья полноценная жизнь возможна не путем познания себя, а путем обретения своей полноты за счет мужчины. Так возникла идея необходимости «половинки», распространив биологическую потребность для продления рода на всю остальную жизнь.
Человечество проделало длинный путь в своем мироустройстве от библейских времен до XXI века, провело огромную работу по самопознанию, но, по существу, сохранило этот взгляд. Что подтверждает печальную истину: цивилизованность – лишь тонкая прослойка, которая проникает в суть людей значительно медленнее, чем технический прогресс в их дома. И модные картинки XVII века мало отличаются от рекламы новейшего портала для женщин: все о моде, косметике, мужчинах и жизни звезд. Граница обозначена! Можно запускать.
Меня бесконечно удивляет, почему женщины с их богатым воображением не могут себе представить эту устрашающую картинку: более или менее нарядные, более или менее модные, постарше и помоложе, разного типа красоты, разного уровня образования – половинки, боящиеся сделать самостоятельный шаг. Вдруг упадут, не устоят, опозорятся? Напрягите воображение. Вам нравится эта картина?
Вот стоят эти красавицы, меняющие одежды, макияж, прически, цвет волос, сверкающие, как хорошо ограненные и правильно оправленные талантливым ювелиром драгоценные камни. И кажется им, что талант мастеров не просто украсил их, а изменил окончательно и бесповоротно. Они смотрят на себя в зеркало, они видят свое отражение в восхищенных и завистливых взглядах и твердят в восторге: «Да, это я, я именно такая». Замечательно!
Подводит женщину ее привычка мыслить, зацепившись за что-то одно, отбрасывая, как ненужную шелуху, все остальное, что сейчас кажется неважным, просто незаметным. И совершенно неудивительно, что творческое самовыражение дизайнеров и модельеров, косметологов, специалистов по отделке квартир и даже дизайнеров автомобилей направлено на то, чтобы их оценили прежде всего женщины. Потому что очень хорошо знают они эту особенность женского сознания.
А как не знать? Профессия требует. И, улучив момент, ловят дам на красоту и комплиментарность, как бабочку на свет. А все забытое всколыхнется потом, когда пройдет момент эйфории и восторга. Нерешенные проблемы, смутное недовольство, отодвинутые ненадолго страх и неуверенность напомнят о себе с новой силой на фоне только что пережитой сказки. Новая прическа помогает, но очень временно, если не подкреплена новым образом себя изнутри. Эти прекрасные, работающие ради вас люди не волшебники, они всего лишь фокусники, которые показывают мир и вас, какими вы можете быть. Волшебницы – вы сами. Это ваша работа – изменить себя. И волшебной палочкой для вас может стать только ваш собственный труд.
Женщина, как уже говорилось, существо природное, пластичное, легкое, очень тонко и органично реагирующее на все изменения внешнего мира, изменения внутренних установок, нравственных законов, культурных перемен. Она действительно должна чаще менять атрибуты внешней формы, чтобы находиться в гармонии, стремясь к единству формы и содержания, своего содержания, выраженного в своей форме.
Внутреннее, субъективное требует от женщины соответствующей внешней формы, внешнего предъявления. И поиски правильной формы, пусть они даже выражаются в смене нарядов, макияжа и цвета волос, казалось бы, должны добавлять женщине сил в ее самости. С этой позиции игнорирование внешнего по принципу: «Я мышь серая, зато какой океан красоты, яркости и многоцветья у меня внутри!» – никак не победа над диктатом внешних сил, а пренебрежение к своему внутреннему миру. Ведь он, следуя закону живого, лишенный возможности прорасти, цвести и давать плоды, схлопывается, теряет жизненную силу и умирает, превращаясь в тлен.
Не давая себе самовыразиться, лишая возможности быть замеченной, женщина превращает внутреннее в сверхценность, и, боясь продать себя, просто перестает реализовываться вовне. Она отгораживается от внешнего мира, объясняя свой страх перед ним презрением к суете и тщеславию, равнодушием к преходящим ценностям в угоду вечным… И остается невостребованной потенциальностью.
Стихи пишутся в мечтах, в мечтах бьются мировые рекорды, и в красочных видениях встает и аплодирует восхищенная публика, дарят цветы спасенные люди, и ученики приходят за мудрым советом все в тех же мечтах. А почему все осталось только в мечтах? Мир так ужасен, так груб, так не достоин. Пусть чувствует себя виноватым, думают эти часто уже не молодые, так и не рискнувшие стать взрослыми девочки.
Но все дело в том, что наш баланс, наше самовыражение и реализация, наш внутренний мир – это только наше дело, это наша жизнь, в которой необходимо самоутвердиться. А со специалистами по внешнему декору, за редким исключением, все в порядке – это они самоутверждаются в своей профессии, самовыражаются и реализуются, используя других, как полигон.
Машина соцзаказа работает на выполнение управляющей системы, создавая инвалидные коляски. Вот сейчас тебя красиво оденут, в соответствии с требованиями тех, кто ищет эти половинки, в соответствии с прогуливающимися вдоль этих витрин потенциальными покупателями, и тебя подберут, и ты перестанешь быть половинкой, потому что обретешь костыль. Вся идея в том, чтобы этот костыль был из максимально дорогого дерева, модной формы, ну а если уж совсем повезет, то это будет инвалидная коляска с электрическим приводом или даже автомобиль для инвалидов.
Почему женщины согласились считать себя половинками, притянув за уши искаженную старую историю о рассердившихся богах, которые так не хотели, чтобы люди сравнялись с ними в могуществе, интеллекте и духовной силе, что разрубили их пополам, и теперь каждый человек ищет свою половину? Так ведь половинку
Кстати, это очень удобно придумано. Можно, конечно, и в XXI веке слепо следовать таким сказкам доисторических времен. Легенды и мифы… Ну чем лучше история о двенадцатом годе как последнем? Сколько психических расстройств на тему конца света! Очень удобно, пусть люди беспокоятся о конце света, пусть это станет главной заботой современного человека. Чего заботиться, если он кончится? Потому что сделать ничего нельзя, а значит, и не надо ничего делать…
А вот сделать из себя не половинку, а целое – можно. Но тогда надо взрослеть. То есть попытаться начать с такой трудной для женщины вещи, как предъявить себя себе. Баланс человека, его целостность, его почти божественное могущество заключается в равновесии образа себя для себя и образа себя для других. И факта существования себя для себя и себя для других. Женщина будет чувствовать себя половинкой до тех пор, пока она есть только для других, когда в отсутствии хоть каких-нибудь «других» она даже не знает, есть она или ее нет.
Вот мы говорим все время об управляющей системе, о рычагах, с помощью которых она действует, и, конечно, не можем не вспомнить о главном элементе этого управления, который так заманчиво называется –
Идеальная социализация – это когда человек двигается все время в сторону плюса. Он-то двигается, вот только создать такой идеальный коридор, в который проникала бы только одна-единственная система плюс– и минус-подкреплений, еще никому не удавалось. На этом проваливались рано или поздно все тоталитарные способы управления, неважно, было ли это в семье или в государстве. Очень удобно забрать ребенка из семьи, чтобы система плюсов и минусов была одна. Так воспитывают фанатиков.
Но, к счастью, ребенок, пока растет, все-таки попадает в разные системы плюсов и минусов: родители, школа, друзья во дворе, – эти системы часто очень сильно разнятся, создают конфликты, непонимание, напряжение. И это замечательно, поскольку человек получает возможность проявить свое право на свободу выбора, и тут вопрос в мощности притяжения удовольствия на плюсе и силы тока, бьющего на минусе.
Процесс социализации для мужчин совпадает с требованиями и ожиданиями внешнего мира, то есть социум делает мужчин, у них там свои проблемы и свои законы, они в своем мире и его правила им органичны. А как быть с женской природой? Сила бытия, естество, желание живой травы расти, где угодно и способность найти щель, даже где-нибудь на двенадцатом этаже, на крыше вдруг березка. Или на какой-нибудь скале вдруг какой-то кустик… Где только что ни вырастает, куда только ни просачивается вода. Не зря же говорят, и это признанный факт, что женщины гораздо более живучи, их уровень биологической адаптации гораздо выше, чем у мужчин. Правильно, природа позаботилась.
Противоестественная для женщины социализация не учитывает женскую природу, игнорирует ее. И во многом бьет минусами, причем очень сильными минусами, на любые попытки обнаружить себя для себя. Потому что как выстроенному на логике, на законах здравомыслия и разума социальному миру учитывать хаос природы? Вот так он его и учитывает – как потенциальную опасность. Огораживает. Хорошо, если это заповедник, а если это английский парк со всеми его треугольными, ромбовидными, квадратными, прямоугольными деревьями и кустами? Символ беспредельного насилия над природой. Зато понятно, зато нестрашно.
Происходит процесс замуровывания, бетонирования природы, и в основе этого бетона лежит страх. Он, этот всевластный бог людей, уже давно подготовил нужные ему и удобные для использования половинчатые формы. Добро пожаловать, отформатируешься – и будет тебе счастье. Да, ослабеешь, да, иногда в страшных снах и еще более страшных моментах прозрения будешь чувствовать себя неполноценной. Зато нужной и правильной. И это вкладывается в процесс социализации.
И очень часто разговоры идут такие: «Ну естественно, ну посмотри на нее: разве же… Что ей оставалось делать? Женского счастья-то никакого, вот она тут в науку…» И оттаскивают от науки, от желания учиться, от желания осознать себя в этом мире как сущее, от своей природы, своих плюсов и минусов, своих сильных сторон, от своих собственных, рожденных изнутри задач как от болезненного желания. И говорят: «Ничего, ничего, сейчас мы тебя приоденем, накрасим, здесь подрежем, тут подтянем, и найдется целая очередь половинок…» Сейчас будем примеривать: прилепляешься – не прилепляешься.
Самое забавное, что мужчины-то, естественно, себя половинками не считают. Мужчина живет на своей территории, в своем мире и в своем праве. Он ощущает себя хозяином положения. Так что странный какой-то союз получается – полуторный, очень напоминающий такую нелепую вещь, как полуторная кровать. Всю жизнь не могла понять, что имеется в виду? Но и это еще не все.
Сила управляющей системы проявляется и в том, что, даже узнав о существовании путей и способов, как перестать чувствовать себя половинкой, встречая женщин, прошедших это путь, и очень часто восхищаясь ими, совсем не многие бросаются с энтузиазмом реализовывать эту возможность. Потому что нет ничего более страшного, нежели человек, избалованный плохой жизнью. Избалованный возможностью сваливать на других принятие решений и ответственность за их последствия. Так удобно всегда иметь под рукой виноватого в своей лени, безответственности и своих неудачах, сетовать на ошибки реальности, которая привела их в мир не в то время, не в том месте или не у тех родителей.
Отношение женщины к себе
Сидит передо мной женщина, не спектакль, не книжка, где для интенсивности проживания дана невозможная в жизни плотность событий, не персонаж мыльной оперы. Живая женщина, коренная москвичка, на излете XX века, ее историю я описала во введении на фоне всех этих поисков смыслов, борьбы женщин за свои права, споров на тему «гламур или интеллект». Она прошла через век сексуальной революции, свободы, хиппи, всей этой истории, которая дала женщине свободу. Она была свидетелем бесконечных разговоров о домашнем насилии, феминистических сражений за право женщин на все и даже больше, – и вот она такая с такой жизнью. Откуда? Почему?
Итак, сидит передо мной женщина, история ее жизни ужасает, но еще больший ужас вселяет статистика: каждые 35 минут от руки мужа или партнера в России погибает женщина. В нашей стране семейное насилие – бич. Можно заглянуть в статистику нашего МВД и увидеть невероятное количество подобных историй. Можно умножить их на два, потому что очень часто никакие дела по домашнему насилию не фиксируются. Конечно, это не МВД виновато. Не врут наши полицейские, рассказывая, что, вызывая полицию от страха перед пьяным разбушевавшимся мужиком, «половинкой» любимой, от страха остаться калекой, быть убитой или потерять ребенка, больше половины женщин, когда полиция приезжает, не открывают дверь, не пускают, не отдают, отказываются писать заявления или забирают их обратно. И полицейские говорят: «Да мы не поедем». Такой вот блистательный результат управления: страх потерять «половинку» – больше страха потерять жизнь.
Я не хочу трогать социальную подоплеку этого кошмара. Но параллельно с этим приведу еще один эпизод. На одном из милых, очень добрых, как бы хороших, заботливых ток-шоу, тоже про женщин, героиня рассказывает историю, как она со своим первым кавалером, с которым прожила в гражданском браке два года, рассталась после того, как он ее ударил. Он поднял на нее руку, и это было для нее абсолютно неприемлемым фактом, они мгновенно разошлись. В этот момент показывают зрителей, участников передачи, которым отведено для выступления другое время. Там сидят такие же молодые женщины, мгновенно среагировавшие: «Ну так было за что, не надо было доводить мужика». И это не случайное совпадение, они демонстрируют реакцию очень большого количества женщин в нашей стране.
Я перечисляю социально чудовищные факты, но интересует меня психологическая сторона вопроса. И в данном случае я встану, наверное, не на сторону женщин. У нас есть и другие страшные явления: не дай бог, женщина подверглась насилию или попытке изнасилования. Большинство не пишет заявления в полицию, потому что общественное мнение здесь не на их стороне. Потому что фраза «Сама виновата» в подобных случаях наиболее частая. И она не зависит ни от социального слоя, ни от финансового положения, ни от образования.
Я считаю, что эта очень показательная история, где женщины друг друга никогда не защищают, и она не объясняется веселыми шуточками на тему женской дружбы. Чем отличаются от нас европейки? Чем отличаются от нас латиноамериканки? Чем отличаются от нас американки? Они могут не любить друг друга, у них тоже конкуренция и конфликты, но в них живет столь редко встречающийся у нас инстинкт солидарности. Поэтому там есть куда обратиться женщине, если она подверглась домашнему насилию. Поэтому там любая попытка физического насилия карается. Суд может человека и оправдать, но на карьере ему в любом случае придется поставить крест.
Мы весело смеемся над перегибом в другую сторону: над тем, что как хорошо в Америке-то, будьте аккуратны, ни в коем случае не подайте руку, не откройте дверь, не пропустите женщину вперед… Очень удобно смеяться: у нас ведь тоже не подают руку, не открывают дверь и не пропускают женщину вперед. Только не потому, что мы этого не хотим, а потому, что женщины сами позволили с собой так обращаться. Недавно я услышала шутку: если мужчина открывает дверь машины, то тут два варианта – или у него новая женщина, или новая машина. Наличие отдельных экземпляров, которые это делают, ничего не меняет, как всякое исключение, только подтверждая правило.
Вся эта история к мужчинам отношения не имеет, она имеет отношение к женщинам. У нас очень любят объяснять напряженные отношения между женщинами тем, что «ах, в нашей стране была война, и у нас женщин больше, чем мужчин». Однако война минула полвека назад, и два поколения уже точно родилось после этого. Или, как всегда, война прошла, а привычка осталась?
Во всем мире женщин больше, чем мужчин. Популяция такая. Так растет стая. Дело не в этом. Дело совсем не в этом. Дело в какой-то жуткой путанице, характерной прежде всего для нашей страны, путанице между психологией крепостной крестьянки и правами и возможностями, которые существуют у самостоятельной женщины даже в нашем, так часто ругаемом за несовершенство мире.
Особенности истории нашей бывшей общей большой страны, конечно же, не могли не проявиться в истории взаимоотношений женщин и социума. Эта история прежде всего характерна тем, что женщинам практически не пришлось бороться за социальное равноправие. Оно на них свалилось как по волшебству, одним декретом. «Каждая кухарка должна уметь управлять государством». А у кухарки спросили? Оно ей надо? И покатилась волна: женские слабости – чушь, женские финтифлюшки – позор, женственность – слабость. Гражданка. Товарищ. Боец. Тонкость, чувственность, природность – черты отмирающего дворянского класса. Дети? Государство воспитает. Отношения, переживания? Все должно остаться под развалинами старого мира. Сколько книг было написано. Сколько фильмов снято.
Вся мощь формовочного социального пресса была обрушена на вчера еще не имевших права ни на что, кроме послушания отцу, брату, мужу, абсолютно социально бесправных женщин той страны. Кто сейчас помнит те образцы и тех героинь? В дни календарных праздников с трибун начинают говорить, что в самые трудные времена, а их у нас всегда хватало, женщины вынесли на своих «хрупких» плечах неимоверные трудности. Но ведь вынесли, ей-богу, не благодаря этой навязанной в корыстных интересах социума картинке, а вопреки ей. Потому что она, к нашей общей радости, так и не смогла убить в женщинах их природу. А великий инстинкт сохранения жизни перед лицом угрозы гибели живого и поднял их, и укрепил, и дал силы. Сделали, выстояли, уберегли, выходили. Так почему же не проснулись? Не оценили сами себя.
Вот она, психология праправнучек крепостных, которые сами никогда за свою свободу не сражались, которым эта
Все любят фильм «Служебный роман», в котором профессионализм главной героини, блестяще сыгранной великой Алисой Фрейндлих, – это такой профессионализм с горя, от «несчастной женской судьбы», и он скоренько испарился, потому что, слава богу, все кончилось хорошо, она наконец нарядилась ради мужика, и вышла замуж, и через девять месяцев у Новосельцевых было уже три мальчика. А карьеру она делала потому, что несчастная была, личной жизни у нее не было, «половинку» свою не нашла. Что бедной оставалось? А вот, слава богу, нашла, и все стало хорошо. Не мог иначе кончиться этот фильм в нашей стране. Он не мог кончиться тем, что она добавила к своему профессионализму (такой руководитель!), к своей успешности еще и женское обаяние, сделала еще один шаг и стала министром. Ни в коем разе! Ни в коем разе! Потому что установка на самих себя как на половинок, конечно же, корректирует и восприятие других.
Стая не любит чужих. Если ты хочешь вырваться из-под давления стаи, будь готова сражаться, будь готова, что тебя никто не поддержит. Если кому-то покажется, будто такой подход несправедлив, излишне жесток и обижает наших прекрасных женщин, обратитесь к статистике: каждый день в нашей стране от домашнего насилия гибнут женщины. Обратитесь к прессе и сводкам: истории о женщинах, которые убивают собственных детей ради того, чтобы не потерять мужчину, – это подлинные истории. И это XXI век, где на каждом углу средства контрацепции в свободном доступе. Но для этого же надо хоть как-то подключить мозги к своей биологической природе!
Страх потерять эту самую «половинку», страх остаться одной – в этом случае страх животный. Как будто молодая здоровая женщина в цивилизованной стране чувствует себя беспомощной самкой, которой не выжить в одиночестве среди дикого леса. И рожают детей не на радость и счастье, как высшее свидетельство любви и венец союза, а как последнее средство, чтобы удержать отпадающую «половинку», которая уже нашла себе другую, моложе и лучше качеством. И тогда можно терпеть, можно унижаться, можно из страха родить ребенка, чтобы им удержать, а если не удержать, то можно этого ребенка и убить.
Это психология рабства неизжитого, несгоревшего, не пережившего осознание, потому что ценности отдельной своей жизни просто нет. Это психология человека, отличительной чертой которого является неспособность, неумение, а в конечном итоге и нежелание принимать решения. Нет в обществе такой ясно заявленной ценности, как сильный, свободный и самодостаточный человек. Разговоры есть, а реальной ценности нет. Потому что страх перед реально существующими людьми, осознающими свою ценность, очень велик в самом обществе. Обществе, которое на самом деле совсем недавно вышло из рабства. Такой самодостаточный человек плохо управляем, маловнушаем, неудобен четкостью своей позиции, мужчин-то таких терпят с трудом, до конца проверяя на прочность, а уж если это женщина?.. И вы все еще задаетесь вопросом: почему в нашей стране долго не будет женщины-президента?
Общество не заинтересовано, чтобы женщины, которые всегда готовы давать, мало что получая взамен, из этой биологической массы становились свободными, самодостаточными, с высокой самооценкой. И становились не за счет «половинок», не за счет ценников на витрине, а за счет чувства собственного достоинства и свободы самовыражения.
Психология людей меняется очень медленно, совершенствуются плоды цивилизации, достижения науки и техники, психология рабства никуда не делась. Она в глазах женщины, которая смотрит на занесенную для удара руку и выбрасывает в мусорный бак только что рожденного ребенка. Поэтому я предлагаю не ждать светлого будущего, которое никогда не настанет, мгновенно превращаясь в не слишком светлое настоящее, не ждать самого правильного указания, которое даст управляющая система, и будет всем счастье, а медленно и неуклонно, шаг за шагом, по принципу улитки добывать себя для себя, свое право быть и право на свою
Иначе ничего не переменится. Потому что женщина, униженная своей половинчатостью, никогда не вырастит свободного человека, сын ли это будет, дочь ли. Униженная женщина не будет связующим звеном, половинка не может выполнить свою главную функцию – функцию присутствия вечности в человеке, функцию сохранения культуры. Культуры не как набора скульптур и картин, висящих в более или менее красивых помещениях, а культуры как нравственного закона, который был не под силу для осмысления даже Иммануилу Канту. Но этот нравственный закон всегда был явлением мистическим и останется не поддающимся пониманию, но поддающимся осознанию и сопереживанию. Это то, что отделяет человека от человекоподобного, а двуногое оно и с биологическим телом или сделанный робот – это уже не важно.
Отношение к мужчине
Что же за жизнь вырастает из всего этого хаоса, путаницы природ, смешения требований, невнятности ожиданий, неизвестно откуда появляющихся и исчезающих идеалов? В большинстве случаев суетная, часто бессмысленная и все время как будто не своя. Неужели только меня царапают такие обыденные и расхожие фразы: «так сложилось», «так получилось». Так получилось, что вышла замуж; так сложилось, что родился ребенок, что работаю там, где работаю, и живу, где живу, так получилось, что одна, так случилось, что не одна. Хотела петь, а работаю в бухгалтерии, так получилось, хотела сделать карьеру, но так сложилось, что родила… И так можно продолжать до бесконечности.
Я думаю, мои размышления о психологии крепостных многим не понравятся, но эта так часто встречающаяся покорно-рабская интонация, она откуда произрастает? Кто может так говорить о своей жизни? Человек, который, как рачительная хозяйка запасы, пересмотрел все свои ценности и точно знает, что самое дорогое его имущество – это он сам, или живущая из милости на чужих хлебах бедная родственница?
Есть еще один момент, который не хочется упустить из виду. Чаще всего в ситуации конфликта женское общественное мнение спешит встать на сторону этой пресловутой «половинки». Муж избил – сама виновата, не надо было мужика доводить, подверглась изнасилованию – спровоцировала, не там шла, не так смотрела, не так одета. Изменяет муж – ничего страшного, можно сделать вид, что не знаешь. Это что, логика людей, имеющих чувство собственного достоинства? Это реакция свободного самодостаточного человека на посягательство на самоуважение?
Несомненно, существуют и другие реакции, и другое поведение, и другие женщины. Редкие экземпляры, нестандартные, но они, как всякое исключение, только подтверждают правило. Столкновение с такими исключениями отнюдь не вызывает восхищения, уважения и желания следовать их путем. Общественное возмущение, чаще всего выраженное именно женщинами, становится только острее, потому что они выбиваются из стаи, они решаются иметь и выражать свою позицию. И управляющая система, интересы которой всегда выражает толпа, увеличивает давление и с большей или меньшей суровостью дает понять, к чему приводит несогласие с МЫ. Самая распространенная угроза: терпи, если останешься одна – лучше тебе будет?
Довольно часто я выступаю экспертом на разных ток-шоу. Я очень рада этой возможности, поскольку это участие дает, кроме профессионального, еще и опыт таких жизненных ситуаций, в возможность и подлинность которых я с радостью бы не поверила, если бы сама не общалась с их героями. Есть одна из передач, куда я хожу, там, как и в большинстве ток-шоу, есть публика. Она имеет возможность принимать довольно активное участие в обсуждении. Среди публики всегда есть несколько женщин, которые выступают в роли гласа народа. Они свободны высказывать свое мнение, и оно, так же как и мнение экспертов, только на их совести. Так вот, этот глас народа всегда осуждает женщину. За редчайшим исключением. Он всегда осуждающий.
И осуждает он прежде всего женщин, которые пытаются небанально, нестандартно жить, имеют смелость противостоять и возмущаться. Как вы, бабушка, вот еще здоровая совершенно, а вы почему сами внуков не забрали?.. Нет, вы посмотрите, она еще пожить хочет? Да что ж ты за жена такая, чтобы мужа в полицию сдавать? Не доводи мужика, сама виновата. Ушла от бедного? Корыстна. Ушла от богатого? Чего ей не хватало?
Я начала свою книгу с того, каково это – быть женщиной, с жизни моей клиентки. Страшная, почти нереальная, правдивая история, но, может быть, еще более сильным толчком в моих размышлениях был другой эпизод. Женщина, мать двоих детей, умудрилась скрыть свою третью беременность и, родив дома в ванной, убила свое новорожденное дитя, потому что муж больше детей не хотел и она боялась, что он их бросит. Тот же глас народа в лице немолодых женщин, большинство из которых сами матери, нашли этому ужасу оправдание. А вдруг бы он действительно ее бросил и что бы она тогда делала уже с тремя детьми? И они очень ратовали за то, чтобы ее не осуждали, потому что старшие останутся без матери.
Это не мир каннибалов – это XXI век, цивилизованная страна и две тысячи лет от Рождества Христова. А ведь еще в Древней Греции знали, что внешние обстоятельства и атмосфера, в которой находится беременная женщина, влияют на душу и психику ребенка, который еще только должен родиться.
Такая вырисовывается интересная история: с одной стороны, социальная природа, получившая власть над биологической – достижение человечества, дорога от стаи к цивилизованному обществу. А с другой – очень действенный рычаг управления. Выяснив, что отменить или уничтожить связь и влияние биологической природы на людей не только невозможно, но и опасно для самого существования рода человеческого, социум не мог не использовать это на полную катушку. И стал главным контролером проявлений биологической природы в социальной жизни человека.
Правила, пряники, кнуты, система поощрений и наказаний для тех, кто соответствовал или не желал слушаться, с развитием цивилизации и гуманизацией общества менялись. Женщины уже не горят на кострах в странах, которые называют себя колыбелью европейской культуры. Однако смысл остался прежним – степень социальной свободы женщины под давлением необходимости, конечно, растет. Но… Но для «вашего же блага» – думая о своей жизни, в своих мечтах, в образе удавшейся жизни, женщина по-прежнему может считать, что ее жизнь удалась, только если у нее нашлась «половинка».
Ты, конечно, можешь мечтать о самостоятельности, о самоутверждении и самовыражении через талант и профессию, но не забывай: без «половинки» ты в наших глазах так и останешься существом с ограниченными возможностями. А уж какими характеристиками должна эта «половинка» обладать, какая для тебя правильная, а какая нет, это, девочка, не волнуйся – мама расскажет, соседки посоветуют, в кино покажут, в телевизоре увидишь. И казалось бы, как повезло мужчинам, ведь эти сверхнужные и сверхценные «половинки» – это они! Как же должны женщины их уважать, ценить, находить в них неисчерпаемый источник всяческих достоинств. Только вот не тут-то было.
Зависимость не может породить уважение, зависимость порождает агрессию и неприязнь. Унижение порождает желание отыграться, если не на деле, то хотя бы на словах, если не сказать в глаза, то хотя бы обсудить с все понимающими подругами, которые также «счастливы» до тошноты. Такой вот способ самоутверждения наших женщин – неуважительное отношение к муж чине.
Поделиться книгой: