Там, где живет мечта

– Валера, не переживай, мы обязательно выкрутимся! – Мама всеми силами старалась поддерживать папу. – Мы будем работать и все выплатим, вот увидишь! Валерочка, я очень тебя прошу, не волнуйся! Деньги – это бумажки. Самое ценное – это здоровье и жизнь человека! Если так все случилось, мы должны это принять и жить дальше. Самое главное, что мы вместе, что у нас есть семья. А кредит как-нибудь выплатим. Заработаем и все погасим.

В конце концов у папы получилось устроиться дальнобойщиком в другую фирму, и, действительно, мы начали потихоньку привыкать к этому кредиту. Но из-за огромной суммы, которая над нами висела, полностью изменился наш образ жизни. Мы стали беречь каждую копейку. В прямом смысле слова. Но прежде чем начать это делать, собрали семейный совет, в котором участвовали папа, мама и я.

– Чтобы нам хватало денег, надо просто их не тратить, – сказала мама. – Нужно не покупать вещей, без которых мы вполне можем обойтись. Нужно не покупать лишнего. Прежде всего, лишнее – это одежда, – постановила родительница. – Есть у нас одежда? Есть. Вот ее и будем носить. А во-вторых, будем экономить на продуктах. Выкрутимся как-нибудь. Обязательно выкрутимся!

– Директор ты наш финансовый, – обнимая маму, улыбнулся папа.

– Перед трудностями сдаваться нельзя! Всегда нужно искать выход! Вот и будем экономить.

И мы стали экономить. Начали питаться как можно скромнее, а одежду покупали очень редко. Только тогда, когда действительно была острая необходимость.

Я старалась надевать каждый день разные вещи, но все же их было ограниченное количество, и поэтому получалось, что хожу в одном и том же. А со временем вещи стали еще и изнашиваться.

Кризис с одеждой совпал с тем временем, когда одноклассницы, в частности Вика, начали буквально расцветать: каждая следила за своим внешним видом, старалась одеваться красиво, а со мной происходило все наоборот: я стала одеваться хуже всех в классе.

Шло время. Миновал год кредита. Я уже училась в девятом классе. К этому времени одежда заносилась, растянулась, потеряла краски и стала блеклой.

Проходили дни и месяцы, а я ходила в одном и том же, если не считать тех редких случаев, когда удавалось купить новую вещь, которая, впрочем, тоже быстро изнашивалась.

Одноклассники начали надо мной подшучивать. Никто из них не знал, что происходит в моей семье.

Внешность я имела обычную – простую фигуру, русые волосы, которые часто собирала в хвост, чтобы не мешали работать в огороде, глаза светло-голубого цвета. В принципе я была симпатичной, но самой рядовой девчонкой и ничем не выделялась, ну а простая одежда делала меня еще проще.

Вика же была полной противоположностью: утонченной, яркой шатенкой с ухоженными прямыми волосами с модной «рваной» челкой, зеленые глаза любила подводить черным карандашом, она не стеснялась открыто улыбаться, потому что имела прекрасную белозубую улыбку, ее тонкие пальцы украшали колечки, ну а еще, конечно, она всегда стильно и красиво одевалась. Когда Вика шла по улице, все восхищенно смотрели ей вслед.

Теперь вы понимаете, насколько разными мы были, и можете представить себе картину, когда возле Досугового центра Вика смеялась над моим внешним видом.

Но прежде чем перейти к событиям настоящего, я познакомлю вас с предысторией конкурсного дня, когда Вика украла мои идеи.

Итак, я училась в девятом классе, и однажды неожиданно для всех, в том числе и для себя самой, я начала придумывать одежду.

И произошло это совершенно случайно.

Глава 4. Фартук моей мечты

В девятом классе, осенью, учительница по домоводству ушла в декрет, и в начале второй четверти на ее место пришла новая – Ольга Ивановна. Но мы очень любили прежнюю учительницу, и с новой отношения не заладились. В итоге мы стали хуже учиться, и как следствие – получать плохие оценки. Ольга Ивановна была расстроена. Но как-то раз она пришла на урок, и мы увидели улыбку на ее лице.

– Девочки, в вашем классе объявляется конкурс!

– Какой конкурс? – оживились мы. – А что надо делать?

– Он называется «Удобная работа». Вы будущие хозяйки, и у каждой хозяйки есть дом, за которым она следит. Но очень важно, чтобы во время работы было удобно. Удобно убирать, удобно гладить, удобно делать что-то еще. И вот поэтому пусть каждая из вас придумает что-то такое, что может помочь женщине облегчить ее труд. Победитель получит в четверти «пять»!

После этого заявления девчонки взбодрились. Если раньше мы с Ольгой Ивановной общались нехотя, то сейчас у нее отбоя не было от вопросов. Было понятно, что конкурс она придумала для того, чтобы повысить интерес к своим урокам.

У меня в четверти планировалась четверка, но теперь появилась возможность получить «пять». У Вики была та же самая ситуация.

И вот после этого знаменательного урока я пришла домой и задумалась – интересно, чем можно было бы облегчить хозяйке жизнь? Я пыталась не просто что-то выдумать, а подошла к этому со всей ответственностью.

Я методично перебирала в голове всю домашнюю работу, вспоминала свои действия, мысли, чувства при ее выполнении и вдруг поняла, что постоянно недовольна фартуками. В них вечно чего-то не хватает – то они неудобного покроя, то из неудобного материала, – одни слишком жесткие, другие чересчур мягкие, то у них нет карманов… Я вспомнила, что при работе по дому часто думаю: «Было бы хорошо, если бы фартук был таким-то и таким-то…» – и фантазирую, каким он мог бы быть. И вот сейчас меня озарило: а что, если мне не критиковать чужие фартуки, а взять и самой сшить такой фартук, о котором я мечтаю? Я могу придумать фартук моей мечты!

Я буквально загорелась этой идеей. Размышляла об этом весь день. Фантазию словно прорвало! В воображении вспыхивали десятки самых разнообразных фартуков, на меня хлынул огромный фартучный поток, в котором я чуть не утонула.

Но чтобы не увязнуть в этом болоте из фартуков, я стала отсеивать наименее удачные модели и придумывать одну универсальную модель, которая содержала все полезные детали. И через какое-то время четко сформировался образ фартука, который я хотела бы сшить. Но прежде чем это сделать, взяла лист бумаги, цветные карандаши и перенесла изображение из мыслей на бумагу, чтобы наглядно видеть модель.

Сделав последние штрихи рисунка, я нашла старый фартук, куски ненужного материала и сшила свой собственный фартук. Вот именно о таком фартуке я мечтала всю жизнь! Странно, почему я раньше не додумалась это сделать?!

Наступил конец четверти. Мы пришли на урок и сегодня должны были представить свои работы.

Я представила на всеобщее обозрение удобный фартук, а Вика – свое изобретение.

– Когда женщина занимается по хозяйству, например, готовит еду, то ей могут мешать волосы, – сказала Королева. – Но носить повязку тоже бывает неудобно. Поэтому я разработала специальную прическу для хозяек.

С этими словами она распустила волосы, а затем ловко собрала их в удобную укладку и закрепила несколькими «невидимками».

– Вот это и есть мое изобретение – удобная прическа, – пояснила она.

Ей зааплодировали.

Я тоже аплодировала. Удобная прическа – это действительно полезное изобретение, ведь я сама постоянно собираю волосы в хвост, чтобы они не мешали при работе, но Вика придумала не просто «хвост», а именно прическу, которая была красивой, удобной и легкой в исполнении.

«Обязательно буду делать себе эту прическу! Вика молодец!» – подумала я.

Она имела большие способности к парикмахерскому искусству и каждый день приходила в школу с разными прическами, которые делала сама.

– Девочки, вы все умницы! – сказала Ольга Ивановна, когда участницы закончили представлять свои идеи. – Изобретение каждой из вас будет очень полезно в хозяйстве, но победитель должен быть только один.

Она раздала листочки, и каждая написала имя участницы, которая, по ее мнению, должна победить.

Учительница подсчитала голоса.

– Победителем становится Шура и ее фартук! Поздравляю, у тебя в четверти «пять»!

– Я?! – изумилась я.

– Да! Молодец!

Честно говоря, я считала, что победы достойна Вика, а не я. Конечно, я очень хотела получить «пять», но мне искренне казалось, что Викино изобретение лучше.

– Ольга Ивановна, я очень рада, что всем понравился мой фартук, но если можно, я хочу отдать победу Вике.

– Не надо мне ничего! – вскочила с места Вика. Она была расстроенной и чуть не плакала.

– Но Вика! Мне правда кажется, ты делаешь очень хорошие прически!

– Не хочу я ничего! – наотрез отказалась Королева, она даже раскраснелась. – Ничего мне не надо! Если бы прическа действительно была хорошей, то ее бы выбрали! Но ее не выбрали! Значит, она плохая! Плохая!

– Она не плохая! Просто так получилось… – пробормотала я.

Вика ничего не ответила. Она сидела, насупившись, до конца урока. Правда, потом чувства улеглись, но все равно остался осадок.

Конкурс закончился, но меня не покидало ощущение, что в жизни что-то изменилось. Передо мной словно открылось что-то новое.

Я долго анализировала свои чувства и наконец поняла: когда разрабатывала внешний вид фартука, то была настолько увлечена этим занятием, что погружалась в него с головой, у меня было ощущение, будто это занятие – мое, я делаю то, что должна делать, я нахожусь на своем месте и ничем другим заниматься не хочу. Мне было очень интересно придумывать дизайн.

«Но я уже сделала фартук, у меня больше нет заданий… Мне больше ничего не задавали рисовать… – с грустью подумала я. И неожиданно просветлела: – Ну и что, что закончилась работа над фартуком? Ну и что, что больше ничего не задали? Можно ведь придумывать модели не по чьей-то просьбе, а просто так! И вообще, можно рисовать не фартуки, а просто одежду. Любую, какую только захочу! Хоть юбку, хоть платье, хоть… еще один фартук!»

Это открытие просто потрясло. Меня охватило чувство невероятной свободы; казалось, что передо мной открылся какой-то другой мир.

Я могу придумывать одежду, которую хотела бы носить!

Мне бы очень хотелось иметь вечернее платье. Если бы оно у меня было, то непременно было бы длинным, из струящегося материала, фиалкового цвета, а спереди я украсила бы его аккуратной нежной вышивкой…

Я настолько четко представляла его в своей фантазии, что мне казалось, будто оно существует на самом деле.

Я бросилась к письменному столу, схватила бумагу и карандаши и стала рисовать это платье. Чем дольше рисовала, тем отчетливее представляла, каким оно могло быть «вживую» – каким был бы материал, какие были бы ощущения, если бы я притрагивалась к этому платью, как оно сидело бы на моей фигуре… Рисование настолько меня увлекло, что я просидела за письменным столом до самого вечера.

Наконец отложила карандаши и посмотрела на готовую работу.

«По-моему, нормальный эскиз. Кажется, модельеры-дизайнеры называют рисунок будущего платья именно «эскиз», – вспомнила я, и меня разобрал смех: – Как это смешно: я – дизайнер! Дизайнер Шура Баянова!»

Вслед за этим я представила себе подиум, по которому идут манекенщицы, на которых придуманная мной одежда, и мне стало еще смешнее.

Придуманная мной одежда! Дизайнер! Да мне бы хоть носовые платки научиться шить!

По-прежнему улыбаясь, я направилась в кухню. По пути прошла мимо зеркала и бросила на себя взгляд. Улыбка сошла с моего лица. Я увидела себя: обычную внешность, растянутую старую майку, и мне стало грустно.

Но в следующее мгновение поняла: а что плохого в том, что я хочу придумывать одежду? Что плохого в том, что хочу когда-нибудь сшить себе платье? Право заниматься любимым делом имеют не только те люди, которые хорошо одеваются, но и любой человек! Даже такая обычная девчонка, как я, имеет право заниматься тем, чем она хочет заниматься! Я хочу придумывать одежду, и постараюсь это сделать! Обязательно постараюсь!

И с этого дня все изменилось. Я постоянно придумывала новую одежду, и еле успевала ее зарисовывать. Рисовала везде – и дома, и в школе на переменах. Я каждый день мчалась домой, чтобы поскорее сесть за стол и начать рисовать очередной эскиз или же продолжить старый. Кроме того, всегда носила с собой карандаши и специальный блокнот, в котором делала наброски идей, пришедших в голову в школе, на улице или где-то еще.

Внешне я по-прежнему оставалась простой девчонкой в старой одежде, а в блокнотах имела огромные гардеробы с моделями одежды, которую придумала.

Самое удивительное то, что раньше я не особо любила рисовать, а сейчас вдруг полюбила карандаши и бумагу и уже не представляла себя без этих предметов.

Через год, в сентябре, когда я училась уже в десятом классе, произошло очередное важное событие. К этому времени у меня уже успела скопиться толстая папка эскизов. Если их все сшить, то можно заполнить товаром целый магазин.

Так вот, в сентябре к нам на классный час пришла методистка из Досугового центра детей и молодежи, представилась Людмилой и объявила, что открылись бесплатные кружки по разным направлениям: слесарное дело, вождение автомобиля, кулинария, дизайн одежды и шитье, медицина…

Когда я услышала «дизайн одежды и шитье», то прямо вскочила со стула.

– А можно мне на дизайн?!

Ко мне повернулись удивленные одноклассники. Я редко что-либо говорила, была в школе совершенно незаметной, поэтому любая моя фраза воспринималась как что-то необычное.

– Конечно, можно, будем рады тебя видеть, – улыбнулась работница Центра.

– Я тоже хочу на дизайн! – неожиданно сказала Вика. – Я придумаю много одежды и стану знаменитым модельером! И обязательно открою свой Дом моды! И назову его «Виктория Королева»!

Людмила изучающе посмотрела на Вику.

– Если у человека есть любимое дело, то им нужно заниматься не для того, чтобы стать знаменитым, а просто потому, что по-другому не можешь. И тогда все будет получаться. А если говоришь: «Я хочу моделировать одежду, чтобы стать знаменитой», то лучше за это дело не браться. Нужно стремиться заниматься любимым делом, а не к славе, – подчеркнула методистка и добавила: – А то у нас на курсах бывает, что некоторые мечтают открыть Дом моды, но не умеют даже нитку в иголку заправить.

– На кого вы намекаете?! – взвилась Вика, тряхнув рваной челкой.

– Ни на кого, – невозмутимо ответила Людмила. – У нас половина девчонок мечтает открыть Дом моды, но очень редко, кто мечтает не Дом моды открыть, а просто научиться хорошо шить. Вот к этому нужно стремиться, а не к славе. Итак, кто куда записывается?

Когда я впервые оказалась на кружке и увидела примеры эскизов, швейные машинки, катушки ниток, иголки, выкройки и лекала, то почувствовала себя счастливой. А когда услышала звук работающей швейной машинки, мне показалось, что это самая лучшая музыка в мире.

На первом занятии мы познакомились с Ириной Леонидовной.

– Дизайн одежды и шитье – это две разные профессии, но мы их объединили, потому что очень хорошо, когда дизайнер умеет шить то, что сам же и придумал. Основной упор сделаем на дизайне, но одновременно будем учиться шить.

Когда нам стали открываться тонкости дизайна, я поняла, что мне очень многому нужно учиться. Я целый год рисовала одежду просто так, как умела, но, оказывается, нужно стараться не просто рисовать, а рисовать правильно, потому что в дизайне есть много общепринятых законов. Одно дело иметь желание и способности к какой-то профессии, а другое дело – уметь мастерски пользоваться своим талантом. Вот именно этому нас и учили. Со временем я узнала, как рисовать эскизы, какие есть законы в придумывании коллекций одежды, научилась разбираться в сочетаниях цветов, в специальных терминах, стилях, фасонах одежды, в фурнитуре и аксессуарах, и кроме того, научилась шить – нам объяснили, как переносить эскиз с бумаги на ткань, делать выкройки, подшивать одежду, и многое, многое другое… Во всем этом я чувствовала себя как рыба в воде, не могла насытиться знаниями, и мне все было интересно.

Итак, благодаря домашнему заданию на домоводстве я нашла свою отдушину и поняла, что именно хотела бы сделать своей профессией.

На кружок я ходила не одна, а вместе с Викой, она тоже записалась. Раньше мы общались не очень часто, особенно после того случая на домоводстве, но теперь стали настоящими подругами: вместе ездили на занятия и обратно, подолгу висели на телефоне, гуляли на выходных.

Однажды я поняла, что Вика как-то неуловимо изменилась. Причем, эта самая перемена была настолько незаметной, что сначала я не могла сформулировать, в чем именно она выражается, но, хорошенько подумав, поняла – подруга перестала делать себе разные прически. У нее по-прежнему были красивые ухоженные волосы, но уже не было тех причесок, какие она мастерила себе раньше. Вот так сильно увлекло ее новое хобби. И неудивительно, дизайн это очень интересно! Она полностью на него переключилась.

Словом, я приобрела не только любимое дело, но еще и подругу. Вернее, я искренне считала, что мы дружим, а оказалось, что на самом деле ее дружба лживая и неискренняя, и я даже подумать не могла, что в конце одиннадцатого класса она украдет мою коллекцию одежды и выдаст за свою.

* * *

Я училась дизайну, была счастлива, но семейная проблема с кредитом не уходила. Мы экономили на всем.

В прошлом году, осенью, примерно в то время, когда записалась на кружок, я заметила, что мама стала какой-то загадочной. Когда мы находились во дворе, она задумчиво смотрела по сторонам, словно чего-то ища, но вслух свои мысли не высказывала. Иногда она тяжело вздыхала и тоже ничего не объясняла. Так продолжалось какое-то время.

Как-то вечером папа должен был вернуться из рейса, и мы прибирали во дворе. Я поливала хризантемы – самые главные осенние цветы, а мама подметала сухие шуршащие тополиные листья. Но неожиданно она перестала орудовать метлой и печально посмотрела вокруг:

– Тебе не кажется, что нам чего-то не хватает?.. Как-то у нас пусто…

– В смысле? – не поняла я.

– Ну, двор какой-то неживой…

– Мам, ты о чем? Почему неживой?

– Да так просто, – ответила она и продолжила подметать.

Я удивленно пожала плечами.

Вечером приехал папа, мама приготовила ужин, и, наблюдая за тем, как папа ест, она улыбнулась и сказала:

– Валера…

– У?.. – жуя, отозвался папа.