Три кольца небесной сферы

– Тогда все это – реализация моей тяги к самоубийству. Когда жить дальше нет смысла, а наложить на себя руки не позволяет гордость.

Вот теперь я сказал правду: так оно и было поначалу. Я потерял веру, не отпускали боль и чувство вины. Отправился в Халлидарр в поисках смерти и был крайне разочарован, разминувшись с ней на волосок. Я бегал за смертью, а она – от меня, и лишь знакомство с Леа вернуло мне желание жить и надежду. Но всего этого я Сахаре говорить не стал – герой как-никак, по статусу не положено… Так что богиня снова мне не поверила.

– Вы слишком осторожны для самоубийцы, – сказала она.

Я поднял руки, признавая поражение.

– Вы правы! Все сводится к славе. Всегда мечтал, чтобы о моих подвигах слагали песни!

– То-то! – Сахара подняла свой бокал. – За славу!

– Лучше – за удачу.

– Нет! За славу!

– Хорошо! За славу!

Мы выпили.

Она отставила бокал и подошла вплотную. Кошачьи глаза оказались напротив моих. Ее волосы источали дивный аромат, а кожа обжигала даже через наши одежды, только и разделявшие нас.

– Рыцарю нельзя без дамы сердца, – заговорщическим шепотом сказала Сахара и положила руки мне на плечи.

Я обнял ее, испытывая головокружение и дивную эйфорию. Хотел сказать что-то, но ничего приличествующего случаю на ум не приходило.

– Когда-нибудь, – с ноткой грусти говорила Сахара, а ее пальцы гладили мою шею и плечи, отчего смысл сказанного доходил с трудом, – на твоем пути встретится женщина. Ради которой захочется не только совершать подвиги, но и забросить их совершенно, предпочтя тихую и спокойную жизнь с ней одной.

Тут я собрался что-то возразить, но прекрасная леди не дала мне такой возможности.

– Когда-нибудь так и случится, это будет лучшей наградой за все твои беды и лишения.

Я снова открыл рот, но мне тут же его закрыли… поцелуем. Поцелуем таким жарким и пьянящим, что я мгновенно забыл обо всех женщинах, обитающих за пределами этой комнаты.

– Пообещай, что твой следующий подвиг будет совершен во имя прекрасной Сахары, – прошептала она, слегка отстраняясь.

– Обещаю! – выдохнул я.

– Да пребудет с тобой мое благословение!

Мы плавно соскользнули на пушистый ковер, и там, среди разбросанных подушек и ароматных лепестков, я узнал, каково оно – благословение Богини Пустынных Ветров…

Следующие три дня мы карабкались на скальный кряж. Можно бы, конечно, сказать – совершали восхождение, но надо называть вещи своими именами. Карабкались, лезли, ползли, продвигаясь вперед сантиметр за сантиметром и проклиная все скалы Вселенной.

Спасибо Сахаре: мы отправились в путь хорошо отдохнувшими и с достаточным запасом провизии. Богиня доставила нас к скалам в своей колеснице, так что марш по барханам пришлось отменить. С нашей стороны возражений не последовало.

Жаль, что дальше границ пустыни ее власть не распространяется… Южный склон гор оказался поистине дьявольским местом. Отвесный, кажущийся безжизненным, он тем не менее заселен массой ползающих и летающих тварей, крайне агрессивно настроенных против всяческих пришельцев. Если верить Алексу, серьезной опасности ни одно из этих созданий не представляет, что уже радует. В мозг стучалась известная фраза из пьесы классика: «Отчего люди не летают так, как птицы?»

Когда мы достигли вершины, я вымотался настолько, что просто свалился на голые, промороженные камни и долго лежал, не ощущая ни пронизывающего ветра, ни исходящего от скал леденящего холода.

Потянуло дымком. Я с трудом поднялся на окоченевшие ноги – сказался-таки холод – и поковылял в небольшую ямку между камнями. Алекс, тряся обледеневшей бородой, устанавливал над огнем складной треножник, набитый снегом котелок лежал рядом. Я провел ладонью по волосам: пальцы наткнулись на смерзшуюся ледяную корку, не помог и капюшон. Чтоб хоть как-то согреться, отправился на добычу дров, благо несколько кустов росли неподалеку. Ежась от ветра, принялся ломать промерзшие до стеклянного звона ветки. Когда я вернулся, принц Иррата забивал в котелок очередную порцию снега. Я бросил возле него охапку хвороста и полез в рюкзак. Где-то она была тут… Ага, есть! Серебряная, в ременной оплетке фляга с гуммпельским коктейлем, смешанным лично Доро, – мой талисман с давних пор. Термоядерное пойло годится и костер разжечь, и нервы успокоить. Вынув пробку, чуть плеснул в задубевшие ладони, растер и передал флягу Алексу. В кончиках пальцев тут же защипало, зародившееся в коже тепло проникло глубже, до самых запястий. Вот и ладненько. Напарник последовал моему примеру, да еще и сделал глоток. А вот это зря. Пришлось доставать ложку и зачерпывая теплую воду из котелка, лить ему на примерзшие к фляге губы. Когда наконец покрывшийся изморозью металл отпустил принца, горы услышали такой поток отборнейшей брани, что в «Веселом Роджере» заслушались бы. А кое-кто даже записал бы на память. Наконец Алекс успокоился и, достав из своего мешка брикет сушеных овощей с мясом, принялся готовить. Такие пайки не зря пользуются среди вольных охотников Паутины заслуженным уважением. Просто, вкусно, очень сытно, а главное – быстро. Провиант, выданный нам Сахарой, решено было оставить на потом, все равно по такому морозу ничего не испортится. Когда разноцветный брикет распался в кипятке на отдельные кусочки, я принялся размешивать варево, наблюдая как по кругу плывут кусочки свинины и листья зелени. Потянуло ароматным паром, мы приободрились. Вскоре ложки застучали о борт котелка, а я с удовольствием отметил, что согреваюсь.

Какая в сущности неприхотливая скотина – человек. Сыт, обогрет – и уже доволен жизнью, не помышляя о более высоких материях.

– Дальше полегче будет, – сообщил напарник, усаживаясь спиной к скале так, чтобы просматривался вход в наше убежище.

Я не ответил – допивал остывающий бульон.

– Горы – довольно странное место, – снова заговорил Алекс, – много всякой чертовщины. Даже для Иррата – много. Но если держаться тропы, есть шанс проскочить.

– Успокоил, – хмыкнул я. – Надеюсь, ты знаешь, где эта самая тропа.

– Ну… – протянул Алекс, глядя вдаль сквозь поднимающийся из чашки пар, – собственно, тропа каждый день пролегает по-разному. Так местные жители страхуются от особо докучливых визитеров. Но я спрошу у дриад, как только мы спустимся чуть ниже.

У меня на языке вертелся очередной вопрос, но задать его я уже не успел.

Из-за камней донеслось утробное рычание. Я вскочил на ноги, выхватывая меч. Алекс сделал то же самое почти одновременно со мной.

Рычание повторилось уже гораздо ближе, а в следующий момент перед нами предстал и сам источник звуков. В проходе между камнями появилась гигантская драконья башка, почему-то ярко-алого цвета.

Дракон, казалось, удивился не меньше нашего, и для острастки выплюнул длинную струю пламени, опалив скалы в нескольких метрах справа.

– Мазила! – рассмеялся Алекс, поигрывая мечом, и, понизив голос, спросил у меня: – Ты, драконоборец, как с ним справиться?

– На хвост плюнуть! – огрызнулся я. – Голову с плеч, как же еще?..

Дракон вздохнул:

– Вот так всегда. Чуть что – голову с плеч! Вы, герои, все такие отмороженные?

Слева звякнул о камни металл – это Алекс от неожиданности выронил меч. Вояка, блин…

– Да ты говорящий! – воскликнул он и, не сводя с дракона глаз, нагнулся поднять оружие.

– И кому это интересно? – посетовал дракон. – Всем бы только железками в меня потыкать… Или на хвост плюнуть, как этому! – Драконья башка качнулась в мою сторону. – А у меня, между прочим, аллергия на человеческую слюну! После таких вот идиотов нарывы образуются и хвост неделями чешется!

– Ну, извини, не знал. Больше не буду, – пообещал я дракону, устыдившись своего же хулиганского порыва. – А что ты здесь делаешь?

– С вами разговариваю, не заметно, что ли? А вообще – живу. Вход в королевскую сокровищницу охраняю. Так что если вы в сокровищницу, то придется вас съесть. Уж не обессудьте!

– И охота черт знает где сокровища прятать, – заметил я, глядя на Алекса. – Не далековато от дома?

– Не знаю я ни о каких сокровищах! – открестился тот. – И вообще, в этой местности отродясь драконов не водилось!

Дракон хрипло раскашлялся – видимо, эти звуки обозначали у него смех.

– Конечно, не водилось, не климат нам тут, – сказал он. – Я – единственный. Меня здесь Юрхек поставил, сокровища стеречь. Вообще-то я только что спал, да тут кто-то ругаться на всю округу изволил. Ну, я и подошел посмотреть. Кто из вас этот охальник?

– А ты с какой целью интересуешься? – хитро прищурился я. Раз болтает, то сразу уж точно не съест.

– Любопытствую.

– От любопытства кошка сдохла, – глубокомысленно заметил я.

Дракон ощетинился чешуей:

– Угрожаешь, да?

– Ни в коем случае! – поспешно открестился я.

– Если, конечно, не нападешь, – добавил Алекс.

– Колдовским отродьем не питаюсь, – дракон презрительно сплюнул, – у меня от вас изжога.

– Вот и замечательно! – обрадовался я. – Мы тебе не по вкусу, и, вообще, попали сюда случайно. Мы у тебя не воруем, ты нас не кусаешь. Договорились?

– Годится, – покивал дракон огромной башкой. – А может, расскажете, что в мире делается? А то я здесь тысячу лет ни одного человека не видел, гномы ко мне не ходят, и гоблины опасаются… А чего?

– Действительно, – хмыкнул я, – что в драконах такого страшного?

– Все злые языки, – уверенно вставил Алекс, снова подсаживаясь к костру, – про нас, колдунов, тоже кучу гадостей понавыдумывали… Ты подходи ближе, страж сокровищ. Бульон остался, будешь?

Дракон от варева отказался, но поближе подошел. Наконец я смог оценить размеры его туши: метров двадцать в длину, пять – высотой в холке. Крупный экземпляр, и сложение крепкое. Мощный гребень с головы переходит на спину, тянется меж сложенных кожистых крыльев, крупная чешуя на боках и брюхе изрядно потерта: видимо, скоро линька.

Алекс принялся рассказывать зверюге, что в мире делается и кто мы такие, а я молил бога, чтобы его высочество не увлекся и не упомянул о моих халлидаррских подвигах. Кто его знает, этого стража, еще обидится за дальнюю драконью родню…

– Эх, – вздохнул дракон, когда Алекс закончил свой рассказ, – сколько всего интересного произошло! Взглянуть бы хоть одним глазком…

– А что тебе мешает? – поинтересовался я. – Юрхек давно мертв, на сокровища твои никто не посягает. Слетай – посмотри.

Дракон вздохнул еще тяжелее:

– Думаешь, все так просто? На мне заклятие – оберегать сокровища. А оно мне надо?

– Что хоть за сокровище? – поинтересовался я.

– А Юрхек его знает! – рыкнул дракон. – Он мне не показывал.

– А старый подлянщик не говорил, когда исчезнет заклятие?

– Наверное, когда заберут сокровище, – двинул плечищами дракон. – Только я раньше от скуки сдохну – все равно эта дрянь никому не нужна.

Дракон поднялся на лапы, потоптался на месте, от чего окрестные каменюки опасно задрожали.

– Пойду я, – сказал он, – работать надо. Вы заходите, как в наших краях будете. Потреплемся, за жизнь поболтаем.

– Всенепременно…

Дракон аккуратно сдал назад, неуклюже развернулся и скрылся из виду. Еще какое-то время отдавались дрожью в камне тяжелые шаги, потом все стихло.

Я вздохнул с облегчением. Алекс озадаченно чесал макушку.

– Юрхек, Юрхек… Интересно, что он тут припрятал?

Он вопросительно взглянул на меня, я развел руками:

– По-моему, это ты здесь местный…

– Угу. Знаешь, когда этот Юрхек жил?

– Если верить дракону – тысячу лет назад.

– Тысячу триста, если точнее.

– Бедняга дракон…

– Бедняга, – согласился Алекс. – Похоже, правнук Мастера и впрямь припрятал что-то ценное.

– Если бы я знал, что такого совершил твой далекий предок, могли бы погадать.

– Как, ты не знаешь? – искренне удивился Алекс.

– Откуда?

– Ах да!.. Все забываю, что ты не из Иррата. Юрхек – Укротитель Великой Тени.

– Тени? – теперь уже удивился я. – Но ведь это был Мастер!.. Или нет?

– Именно такую сказочку и рассказывают в Паутине, – согласился Алекс. – И в Оэльдиве в нее свято верят: второе пришествие Мастера, и все такое… Только все было по-другому. Когда эти идиоты из Центра – Дети Света – доигрались со своей Башней до того, что возникла Тень, Маги Края предложили им свою помощь, но… – Алекс развел руками, – тогда существовал конфликт между Оэльдивом и Ирратом, и святоши отвергли нашу помощь. Тень росла, сами они не справлялись, возникла угроза для Паутины. Юрхеку не оставалось ничего другого, кроме как выдать себя за Мастера. Беда лишь в том, что он и сам поверил в собственную сказку. Впрочем, после всего, что он совершил, никто уже и не пытался его переубедить. Поговаривали, к старости он окончательно выжил из ума.

– Бывает…

– Ну вот. А теперь вопрос: что охраняет дракон?

– Смотря когда возник тайник, – ответил я. – Там может быть что угодно: от одного из Ключей Мастера до никчемной деревяшки, которую старый безумец почитал сказочным кладом.

– Лучше б там был Ключ, – заметил Алекс.

– Лучше б нет. Не хочу с драконом сражаться. Симпатичный, гад.

– Это уж как получится. – Алекс принялся укладывать рюкзак. – Пусть этот твой симпатяга живет… пока. Дождемся Полнолуния, выясним, где Ключи. Может, и не придется ни с кем сражаться. Ну что, пошли? До заката еще масса времени!

Я со стоном поднялся – идти никуда не хотелось.

– Почему именно до заката?