Мужеубийца

Я обратила внимание на портрет мужчины с рыжей шевелюрой до плеч и бородатым лицом. Я была уверена, что это один из многих автопортретов Дюрера, которые он написал в последнюю четверть пятнадцатого столетия.

Так и есть. Полотно подписано Альбрехтом Дюрером. Я вдруг так разволновалась, что забыла обо всем. Я сняла со стены портрет в массивной золотой раме, однако никакого сейфа за портретом не оказалось. Значит, нужно найти еще одну картину этого немецкого художника. Автоматически я стала ощупывать деревянные панели на том месте, где висела картина. Когда под моими руками вдруг отскочила дверца, я даже вскрикнула от неожиданности.

И тогда я увидела сейф. Современный, с цифровым кодовым замком. Скорее всего, Марк встроил этот новый сейф на место старого. До меня донесся какой-то шум, мне показалось, что кто-то есть рядом с библиотекой. Я осторожно выглянула в коридор, но никого не обнаружила.

– Сумасшествие, – сказала я себе и вернулась к потайной дверце. Я обследовала деревянные панели и обнаружила два углубления. От нажатия пальцами на них дверца снова открылась. «Но как я узнаю код к замку сейфа?»

Я повесила автопортрет Дюрера на место и вышла из кабинета. В библиотеке я снова осмотрелась. В нише стоял внушительный рабочий стол, за которым Лэндфорды проводили немало времени. Может, Марк записал где-то эту комбинацию цифр? Например, в одной из своих многочисленных записных книжек, к которым он, насколько мне было известно, всегда аккуратно относился.

Я снова почувствовала, что я не одна. Кто-то явно наблюдал за мной. У меня побежали мурашки по спине, когда я услышала едва различимый скрип. Затем наступила абсолютная тишина. Я немного подождала, затем вытащила из стола записные книжки и положила стопкой перед собой. Всего их было двенадцать. Сначала я занялась записными книжками последних двух лет. Мы с Марком были уже женаты.

Увидев почерк Марка, я прослезилась. В своих записях он всегда упоминал меня.

«Сегодня с Пэгги в Карлтоне, – прочитала я. Или вот, – завтра идем с Пэгги в наш любимый китайский ресторан». Кстати, имя Уиндоу тоже упоминалось: «Встреча в Хилтоне. Не уверен в том, что эта встреча не станет пустой тратой времени».

Я стала листать дальше. Несколько дней не было никаких заметок. Затем я насторожилась. 15 августа прошлого года печатными буквами было написано «дверная арка». Слова были обведены красным маркером, без каких либо указаний на то, к чему они относятся.

– Дверная арка, – тихо повторила я. – Связана ли она каким-то образом с комбинацией цифр кода от сейфа? Вполне возможно, – я убрала записные книжки в ящик стола. Ту, что с пометкой про дверную арку, положила в карман. Затем я поднялась и подошла к окну. Отсюда был виден загон для выгула лошадей. При мысли о лошадях у меня сразу потеплело на сердце.

Я заметила Урагана и Флору, которые чаще всего гуляли в загоне вместе. Затем заметила жеребца Шустрого и кобылу Аврору. «Странно, – подумала я. – Почему Лайонел и Аманда не взяли этих лошадей? Может, они вообще не поехали кататься?».

Я взяла книгу, которой так интересовался Лайонел, и вышла из библиотеки. Сара в холле протирала пыль.

В спальне я снова спрятала книгу и записную книжку в нижний ящик комода, где хранилось мое белье. А когда спускалась по лестнице вниз, услышала в прихожей голос Даниэля.

Обрадованная, я поспешила ему навстречу.

– Пэгги! – он и протянул ко мне руки. Для меня было самим собой разумеющимся, что он меня обнял. Сара все еще протирала пыль.

– Привет, – сказала я. – Пойдем сразу к лошадям. Мне нужно многое тебе рассказать. Кстати, Аманда тоже тут.

– Да, я знаю, – сказал Даниэль, – она сказала, что хотела бы прокатиться со мной вместе.

– Она поехала с Лайонелом, а я ждала тебя. Они должны были взять Шустрого и Аврору, но обе лошади в загоне. Я их видела из окна библиотеки. Интересно, каких лошадей они взяли? Джонни точно знает.

Я была так рада приезду Даниэля, что сияла от счастья.

* * *

Я внутренне напряглась после того, как Джонни сказал, что ни мисс Коттон, ни мистер Уиндоу в конюшне не появлялись.

– Возможно, они пошли прогуляться пешком, – предположил Даниэль. – Пойду поприветствую Урагана.

– Конечно, – ответила я. Я вспомнила про шорохи, которые слышала в кабинете и в библиотеке, а также ощущение, будто за мной наблюдали. Я решительно отбросила от себя казавшиеся беспочвенными предположения.

Вернулся Даниэль:

– Ураган меня узнал. Но ты все еще не одета для верховой прогулки.

– Не беда. Обувь у меня подходящая. Ну что, поехали?

– Хорошо!

Мы отправились в путь. Ураган буквально танцевал от удовольствия! Даниэль изо всех старался не потерять контроль над жеребцом. Но он управлялся с лошадью так же хорошо, как и Марк. Я с восхищением смотрела на мужчину в седле.

Пока мы скакали галопом, мы практически не общались, лишь изредка обменивались короткими фразами. Мы ехали вдоль леса, пока не достигли широкой поляны. Даниэль придержал Урагана и ловко соскочил на землю. Затем он остановил Флору и помог мне выбраться из седла. Мы сели в траву, а Ураган и Флора стали мирно пастись неподалеку.

Я рассказала Даниэлю о своем открытии. Не стала молчать и о том, что невольно подслушала разговор Лайонела и Сары.

– То, что этот парень появился в Лэндфорд-Хаузе с определенными намерениями, было понятно с самого начала, – сказал Даниэль. – Значит, говоришь, дверная арка?

– Да, это слово было подчеркнуто в записной книжке. Я знаю, что в Лэндфорд-Хаузе множество дверных арок с резными обрамлениями.

– Там еще везде вырезаны римские цифры. Ну конечно! У Марка была склонность к подобным хитростям. Да, видимо он встроил новый сейф незадолго до своей смерти.

– Видимо, в нем лежит что-то очень ценное, Даниэль.

Но он меня не слушал. Его отсутствующий взгляд смутил меня.

– Кстати, – оживился Даниэль, – на следующей неделе оглашают завещание Марка. На самом деле это должно произойти позднее, но я смог ускорить этот процесс.

– Тогда я, наконец, узнаю, на каком я свете. А ты все-таки забавный. Рассказал про завещание как бы между прочим, будто случайно вспомнил. Другой бы сообщил об этом с порога!

– Ну, я такой, какой я есть, ты знаешь. И возвращаясь к Уиндоу – ты должна его вышвырнуть, Пэгги.

– Хорошо, Даниэль, я сегодня поговорю с ним.

– Мне нужно в Эксетер, у меня еще одна деловая встреча, – Даниэль поднялся и протянул мне руки, чтобы помочь встать. Легким рывком он поднял меня на ноги; некоторое время мы стояли вплотную друг к другу.

Он меня сейчас поцелует? Нет, сделал шаг назад, тихо засмеялся и помог забраться в седло. На обратном пути мы молчали. Когда мы приблизились к дому, то увидели Аманду.

– Привет! – крикнула она и с издевкой посмотрела на нас. – Как прошла прогулка?

– Отлично! – ответила я. – А вы где были? Ты и Лайонел?

– Мы гуляли пешком. Мне как-то расхотелось кататься верхом. Лайонел тоже был не в настроении.

Когда Даниэль уехал, а вслед за ним и Аманда, за спиной у меня возник Лайонел:

– Ну, Пэгги, вы довольны?

– О чем вопрос?

– Вы слишком доверяете, Даниэлю, Пэгги.

– Он мой друг, Лайонел, – ответила я и импульсивно рассказала ему о скором оглашении завещания.

– Он это сделал не только ради вас, Пэгги. Если он узнает, что вы богатая наследница, то он предложит вам выйти за него замуж. Он…

– Замолчите! – я бросилась мимо него в дом и быстро поднялась в свою комнату. Мне сразу стало понятно, что в комнате кто-то был в мое отсутствие: шкаф был закрыт плотно, хотя я его оставила приоткрытым. Я открыла нижний ящик комода, куда спрятала книгу с письмами и записную книжку Марка. Они оказались на месте.

Я вспомнила обещание, данное Даниэлю. Приведя себя в порядок, я вышла с книжками из спальни, чтобы поговорить с Лайонелом по поводу его отъезда.

* * *

В холле Сара разговаривала с Уиндоу. Кажется, они были чем-то взволнованы. Когда они меня увидели, Сара начала всхлипывать.

– Миссис Лэндфорд, вы должны нам помочь, – пролепетала она и вытерла фартуком уголки глаз. – Эдвард упал с лестницы в подвал. Я как раз просила мистера Уиндоу вызвать врача. Вы не могли бы осмотреть его и выяснить, что он сломал?

– Это ужасно! – искренне воскликнула я и положила книги на трюмо в холле. – Он без сознания?

– Нет, он в сознании. Но он так ужасно стонет от боли!

– Пойдемте, миссис Гиббонс, – сказала я, – мы пока позаботимся об Эдварде до прихода врача.

– Я позвоню доктору и сразу присоединюсь к вам, – пообещал Лайонел.

Мужчина скрылся в библиотеке, а я поспешила с пожилой женщиной через кухню к двери в подвал.

Дверь оказалась закрытой. Наверное, Саре стоило оставить ее открытой, раз ее муж упал с лестницы? К тому же в подвале было темно; я пощелкала выключателем, но лампа внизу не загоралась.

– Лампа не работает, – еще успела произнести я, после чего кубарем полетела вниз и ударилась головой об одну из ступенек. Затем я почувствовала удар, и все вокруг меня погрузилось в темноту.

Через какое-то время я пришла в сознание. Мне казалось, что я переломала себе все кости. Потребовалось еще какое-то время, чтобы сообразить, что случилось.

Я споткнулась? Или меня кто-то толкнул?

– Эдвард! – крикнула я. Затем через какое-то время: – Мистер Гиббонс!

Но никто не отвечал. Застонав, я выпрямилась. Пошевелила руками и ногами. Мне все-таки повезло, и я ничего себе не сломала. В другом конце подвала через крохотное окошко внутрь пробивался дневной свет. Наконец, я встала на ноги и стала осторожно подниматься по ступеням. В голове ухало, к горлу подступала тошнота, но я продолжала карабкаться по лестнице, пока не добралась до двери в подвал. Дверь не поддалась. Я снова подергала за ручку. Меня заперли…

Пытаясь унять нервную дрожь, я села на самую нижнюю ступеньку и задумалась. Это Сара меня столкнула с лестницы? Или Лайонел? Одно ясно точно: они оба заманили меня в ловушку в надежде, что я сломаю себе шею. Но что им давала моя смерть? Ничего. После моей смерти Рику Лэндфорду достанется все.

Почему Лайонел так интересовался старыми письмами Лэндфордов? Может, он знает, что хранится в сейфе?

Меня трясло так, что у меня стучали зубы. Как долго я уже нахожусь в подвале? Наверное, меня и не собираются выпускать. Спускался ли кто-нибудь в подвал, пока я лежала без сознания?

Постояв некоторое время у поручня лестницы в самом низу, я двинулась вдоль прохода к маленькому окошку. Оно оказалось так высоко, что мне понадобилось бы два моих роста, чтобы дотянуться до него руками. Что-то прошмыгнуло мимо по каменному полу. Крыса? К счастью, я их не боялась.

Я вернулась к лестнице и снова поднялась наверх. Дверь была по-прежнему заперта. Я заколотила в нее кулаками и стала звать на помощь.

Меня знобило, сердце выпрыгивало из груди. Силы вдруг оставили меня; я села на верхнюю ступеньку лестницы и разрыдалась.

Через какое-то время – даже не знаю, сколько прошло времени – дверь распахнулась.

– Пэгги, боже мой, что случилось?

– Даниэль? – спросила я недоверчиво. – Откуда ты знаешь, что я здесь?

– Я и не знал. Мне пришлось перерыть весь дом в поисках тебя. Сделав все важные дела в Эксетере, я сразу же поехал обратно. Меня все время что-то беспокоило. Никого, кроме Эдварда в доме не оказалось. Когда он меня увидел, то сказал, что все тебя ищут. Сказал, что ты пропала несколько часов назад.

Он помог мне выйти из подвала и отвел на кухню.

– Даниэль, это все какое-то безумие, – я рассказала ему о том, что произошло на самом деле. – Это была ловушка. Эдвард не падал с лестницы, его даже не было в подвале. Но для чего это все?

– Давай я сначала займусь твоей раной на голове. Как ты себя чувствуешь?

– В целом все могло быть и хуже.

Мы с Даниэлем молча зашли в мою ванную комнату. Он быстро обработал мне рану антисептиком и наклеил пластырь. Снизу послышались голоса.

– Они вернулись, – констатировал Даниэль и задумчиво посмотрел на меня. Складывалось впечатление, что он не особенно поверил в мой рассказ.

Сара зашла в мою комнату:

– Ах, вот вы где, миссис Лэндфорд. Мы вас обыскались.

– Послушайте, дорогая миссис Гиббонс, – ответила я. – Вы сказали мне, что ваш муж лежит внизу в подвале. Мистер Уиндоу утверждал то же самое. Но ваш муж в порядке, с ним ничего не случилось. Может, объясните?

– Я такое утверждала? – возмутилась пожилая женщина и умоляюще посмотрела на Даниэля. – Сэр, это неправда! Миссис Лэндфорд это выдумала!

– Пэгги была в подвале, – ответил Даниэль. – И она утверждает, что кто-то столкнул ее со ступенек.

– Мистер Уиндоу подтвердит вам, что это не так, – она повернулась к Лайонелу.

– Хорошо, тогда пойдемте вниз, – сказала я. Мне стало смешно. Я не могла этого выдумать! Я прекрасно помню, как спустилась вниз и положила на комод в гостиной книгу с письмами и записную книжку, как только узнала про падение Эдварда с лестницы.

Я растерянно посмотрела на Даниэля и затем подошла к комоду. Когда я обнаружила под стопкой белья обе книги, я резко поднялась, и комната завертелась перед моими глазами. Даниэль едва успел меня поймать и отнес на кровать.

– Пэгги, что с тобой?

– Даниэль, ты думаешь, что я сумасшедшая? Я точно помню, что после того, как ты уехал, я поднялась в свою комнату. Там я умылась, причесалась и достала из ящика обе книги. Затем я спустилась вниз; в холле стояли Сара и Лайонел. Они были чем-то ужасно взволнованы и сказали мне, что Эдвард упал с лестницы в подвал и что-то себе сломал.

– Я увиделась с мистером Уиндоу гораздо позднее. Уже после того, как вы пропали. А последний раз я вас видела за завтраком. Мы не встречались с вами в холле, могу в этом поклясться.

– Оставьте нас, Сара, – попросил Даниэль. – Миссис Лэндфорд сейчас нужен покой.

– Хорошо, сэр. Но ведь вы меня знаете целую вечность. Вы были еще ребенком, когда я нянчилась с вами и с покойным Марком!

– Я знаю это, Сара, – Даниэль приветливо ей улыбнулся.

Она вышла из комнаты. Слезы сразу же непроизвольно полились у меня из глаз и закапали на подушку.

– Я этого не понимаю, – проговорила я сквозь рыдания. – Ты кому веришь больше – мне или Саре?

– Пэгги, тебе сейчас нужно успокоиться.

– Значит, ты думаешь, что я спятила. Книги снова оказались в моем комоде с вещами. Хотя я их точно оставила внизу в гостиной.