Лес на краю света

Идя по Венцека, не удержался и заглянул во двор дома, где был вчера. У подъезда стоял городовой, бдительно вглядывающийся в каждого прохожего.

В окна никого не видно — наверное, уже пошабашили. Зевак сейчас не было. Тут меня понесло в размышления о том, что многие люди, прожив свою жизнь, никогда наяву не увидят таких вот вещей. Поэтому о вампирах будут знать только понаслышке, в лучшем случае от реальных очевидцев, а скорее всего — из десятых рук. Хотя некоторые вещи лучше увидеть раз, чем сто раз услышать. Увидишь разок, что делают эльфы с пленными, — и однозначно не захочешь им сдаваться добровольно. Потому не мешало бы делать такие фильмы для граждан с просветительской целью — мол, вот что делают вампиры, вот что делают разбойники из банды «Храбрецы», вот что делают подпольные торговцы магическими наркотиками… Естественно, надо выбирать аудиторию и изображения эльфийских жертв показывать в фильме для солдат, а не для всех граждан. Нельзя сказать, что наша жизнь очень спокойная и мирная, но ко многим вещам народ относится все же неадекватно, особенно к наркотикам. Стоит вспомнить моего попутчика в Гуляй-поле — а ведь неглупый молодой человек и не из темной деревенщины происходит. Понравится ему в столице порока «Танцулька» — и будет потом ее и в Твери искать. Сколько-то кусочков сахара с нею — и превращается человек сначала в типа, который с кровати не способен встать, не приняв дозы, а потом в того, который за эту дозу маму с папой продаст и пожалеет, что мало дали. Можно также фильмы снимать про судебные процессы из особо нашумевших — вроде истории про завещание купца Землянского или про семью дворянина Красавина.

Не слыхали про историю Красавина? Да, там страсти были прямо шекспировские… Отелло, Гамлет и кое-что местное в одном бокале. Коктейль из страсти, любви, крови и прочего. А началось с того, что женился господин Николай Красавин шестидесяти лет на девушке шестнадцати лет. То, что он ее захотел, понятно, а родители против ее воли заставили ее пойти замуж. Она же любила другого, но родители были против ее возлюбленного. Она смирилась. Красавин же своих сил с задачей не соотнес и быстро понял, что занялся непосильным. Как в постели, так и в хозяйстве. У жены энергии было много, ей хотелось и на бал сходить, и еще куда, а муж больше желал дома сидеть и, опрокидывая рюмочку, пасьянс раскладывать. Но и в таком положении ничего жуткого нет и жить можно по-людски. Но Красавин решил, что жена ему должна изменять, раз он совсем ни на что не способен, и стал ревновать буквально к фонарному столбу. Хотя абсолютно попусту. Сходил с нею на бал, пару раз молодые люди потанцевали с женой, ибо он по причине подагры танцевать не рисковал, так он потом скандал ей устроил — дескать, позоришь мужа прилюдно, в танце с любовником обнимаясь и бесстыдно прижимаясь! Ну и так далее. И сей околотверской Отелло стал за ней почти что круглосуточный надзор вести, как за опасным преступником. Придет домой — ее побьет, чтобы жизнь медом не казалась. Сквалыжничает, чтобы она, не дай боги, копейки на себя не потратила, ночью, когда она заснет, привязывал ее за ногу к кровати, чтобы она к мифическим любовникам не сбегала на разврат. Всех его издевательств и извращений запомнить невозможно. Вообще-то такому патологическому ревнивцу на пустом месте самое место в желтом доме. А тут на побывку со службы приезжает пасынок Красавина (это сын его первой жены, ныне покойной, но от другого брака). Корнет драгунского полка. И замученная мадам Красавина решила, что влюбилась в него. Я вообще полагаю, что это был какой-то самообман ее измученной души, благо Красавин-старший на время побывки пасынка свои фокусы перестал выкидывать. И вроде как перед отъездом корнета обратно в полк она открылась молодому человеку, что любит его, а муж ее только мучит и тиранит. Корнет же, по ее мнению, ответил, что готов разделить с нею любовь и прочее, но не может этого сделать, ибо она жена его батюшки. И я опять же думаю, что сказано было не так, а как-то уклончиво, но измученная мадам Красавина поняла все так, как ей хотелось бы понять.

После отъезда пасынка Красавин-старший с удвоенной силой начал свои фокусы показывать, и так усердно, что жена выдержала всего недели две и отравила его. Отравления не заподозрили, Красавина похоронили, а вдова попыталась объясниться с приехавшим на похороны пасынком — дескать, когда они смогут, соблюдя приличия, соединиться? Он же удивился — а с чего она взяла, что он такое должен сделать? У него есть на примете барышня, на которой он жениться собирается, а ей он никаких обещаний не давал, да и жениться на вдове своего батюшки считает дурным тоном. Мадам Красавина впала в нервное расстройство, пошла в комнату мужа, взяла его револьвер и выстрелила в корнета. Девушка она была хрупкая, но в ярости смогла удержать тяжеленный сорок четвертый калибр и даже попасть в цель. Дальше — полиция, следствие, тюрьма, где она проговорилась про мужеубийство… Корнет служить больше не смог — так ему тазобедренный сустав разворотило, что в машине он только полулежа ехать мог, а про лошадь и вовсе забыть пришлось. А дальше был суд. Обвинение требовало казни, ибо убит один, искалечен другой, и скорее всего — все это с корыстной целью. Защита напирала на полную невиновность, апеллируя к глубинам психологии и намекая, что муж, тиран и ревнивец, довел жену до умопомрачения. Полгорода Твери сидело в зале суда и, раскрыв рты, внимало изучению грязного белья семьи Красавиных. И потом с полгода обсуждало подробности и смаковало детали.

Суд, слава богам, оказался, по моему мнению, справедливым. В убийстве тирана-мужа он ее оправдал, а вот за увечье корнета отправили ее в узилище на долгий срок. Тому уж десять лет минуло, а она все еще не вернулась оттуда… Да, наделали дел ее шибко разумные родители и сладострастный старец Красавин…

За воспоминаниями дорога закончилась быстро. Сдав пистолет дежурному, я прибыл в кабинет к Солнцеву. Он с трудом поднял голову и устало поздоровался со мной. Кажись, я не ошибся в прогнозе, что сидели они и копались в вещах аж до полуночи. Мне стало слегка неудобно, хоть виноват в этом был не я, а кровосос.

— Вас желает видеть частный пристав. Мне Иван Фомич поручил, как только вы явитесь, подойти к нему в кабинет с вами.

Интересно, что мне Иван Фомич скажет? За что разнесет? За самочинное залезание и рытье в подвале? Или что я им плешь проел пожеланием утопить амулеты? За великие беспокойства вслух разносить не будут, просто подумают: а не мог бы я вовремя притупить свою бдительность…

Но я не угадал — разноса мне не было, а только всячески благодарили за избавление полицейского управления от неминуемой опасности. Оказалось, часов в шесть вечера амулеты повезли на берег Самары топить в текучей воде. У полиции для разных нужд есть и машины, есть и моторные лодки. Вот команда полицейских и выехала на лодке на середину реки и стала открывать коробки и сбрасывать амулеты в воду. Последним в воду полетел тот самый шар. Едва над ним сомкнулись не очень прозрачные (ну очень много самарских загрязнений их замутняет) воды, как произошла вспышка под водой, как будто бы там мощный прожектор включили. Вода маленько забурлила, как в чайнике, запахло чем-то горелым, но взрыва не произошло. Зато вода стала черно-бурой в диаметре метров пять. Всплыло много дохлой рыбы, кое-какая была вроде как подпаленная. Полицейские на лодке представили, что было бы, если бы вспышка была на палубе, решили, что погорели бы они к демонам, и тихо офигели.

Чуть позже офигело начальство, а особенно те, кто знал про историю с Западной улицей. Особенно неуютно становилось начальству, когда оно представляло себе эту вспышку в магической кладовой управления.

Мне трясли руку и говорили слова благодарности, а я тоже представил, как этот шарик сработал бы в квартире, когда я там был, и в свою очередь офигел…

Затем мы с Солнцевым отправились в кабинет разные бумажки писать и подписывать. Когда офигение прошло, я подумал, что теперь связь между убийством в гостинице, происшествием на Западной и нехорошей квартиркой можно считать вполне доказанной. А значит, в дело может и Борщов включиться. Лучше это будет или нет, сказать не могу, ибо не знаком с профессионализмом Боршова. Болтун он изрядный, но это может быть не единственным его качеством. Улучив момент, я намекнул Андрею Андреевичу про найденный в квартире «чекан» и возможность его получить как трофей. Андрей Андреевич глянул на меня, возможно, поразился моей алчности, но вслух про нее ничего не сказал, а сообщил, что он поставит вопрос об этом перед начальством. Он лично думает, что ни пристав, ни полицмейстер, ни судья возражать не будут. Надо будет только отследить, нет ли за стволом криминального прошлого.

Я поблагодарил и продолжил писать бумагу. Писание и подписание заняло у меня часа два, после чего я покинул управление. Устроился на круглой площади в тени и стал размышлять о происшедшем вчера и сегодняшних новостях. Размышлял я довольно долго, ибо ждал полудня, когда надо будет идти за заказами в редакцию. По моим размышлениям выходило, что в городе была команда из двух субъектов, явно связанных с Не-мертвым. Один из них не то человек, не то нелюдь с некоторыми магическими способностями. Второй — вампир.

Возможно, им помогали здешние жители из аборигенов, которые подрабатывают осведомителями для разных аборигенских государств. Задачи у них были явно разнообразными, судя по их действиям и наличию этих вот «шаров». По «шарам» я все же склоняюсь к мысли, что они скорее многофункциональны, а вспышка, которую они дают, — не портал, а взрывоподобное мгновенное высвобождение запаса Силы из амулета. Возможно, он происходит случайно, так как существуют нестабильные магические предметы. Возможно, диверсионное использование этих «шаров» также предусматривалось. Не очень ясен вопрос с купцом в гостинице — это входило в их план действий (скажем, купец должен был им привезти некий товар) или это их самодеятельность с целью личной наживы.

Субъект с магическими способностями явно погиб при «вспышке» на Западной. Существует некая исчезающе малая вероятность, что его забросило в иной план бытия, что почти равносильно гибели. Вампир пока остался, ибо отчего-то не может отсюда уехать. Не то нет возможности организовать отъезд, не то он еще не сделал всего, что поручено. Пока он кровопийствует, поддерживая себя, возможно, что дополнительно и подзарабатывает на прочие нужды, очищая карманы жертв. Не знаю, как у него с финансами. У купца могли быть приличные деньги, но деньги могли и сгореть во вспышке. Эту его базу мы накрыли, но у него явно есть еще одна (или несколько).

Ах, совсем забыл — надо будет подкинуть Солнцеву идею про освящение жрецом того дома на Венцека! Тогда вампир туда заново явиться не сможет, а там еще что-то важное спрятано, и мы его не нашли, а значит, и не воспользуется им. Если этого не сделать, то, как пост снимут, вампир может там хотя бы периодически время проводить. Что я могу сделать? А надо ходить почаще в тот квартал, где я тоже учуял след вампира. Ну и, будучи в других районах, поглядывать вокруг. Жаль, что некромант где-то застрял, тогда можно было бы извозчика нанять и объехать город. И если некромант не полная бездарность, то где-то он вампира учуял бы.

Так вот я поразмышлял, потом пообедал, потом пошел в редакцию и получил аж четыре вызова, с которыми занимался до вечера. Вечером образовался еще один. Но расход Силы тоже был велик. Поэтому еще в редакции, увидев, что их немало, спросил — а существуют ли в Самаре какие-то вышки для обзора местности или надо дворников уговаривать, чтобы на крышу высокого дома пустили? Мне ответили, что такая обзорная вышка со всеобщим платным доступом есть. Располагается она на так называемом Белом доме, что возле того самого памятника генералу Чапаеву. В здании этом раньше были какие-то структуры, управляющие Самарской областью. Теперь там две биржи — хлебная и нефтяная, разные конторы купцов. А на крыше есть железная вышка, которую арендовал мещанин Андриевский, который и пускает туда желающих поглядеть на просторы Великой, а также сдает в аренду небольшие бинокли и стационарную подзорную трубу.

Сначала у него был конкурент, но прогорел, так как вышка Андриевского привлекала больше народу. Еще вышки есть у военных, у пожарников, в порту, но туда могут не пустить. Последний вызов полуденного учета был на Садовой, поэтому я воспользовался тамошним трактиром «Золотой гребешок» как источником ужина, а высоким домом в четыре этажа как местом пополнения Силы. Дворник получил рубль на пиво, а я почти час провел на крыше дома. Обзор оттуда на реку Самару и огороды за нею был великолепным. Великой же видно не было — далеко. К вечеру подул ветерок, поэтому струи Силы ловились очень хорошо. А «Золотой гребешок» надежд не оправдал, и посещать его я больше не планировал.

С чувством достойно исполненного долга я пришел в гостиницу. Портье, у которого я брал ключ, осторожно намекнул, что надо уже и номер оплачивать. Оплатил и пошел наверх. Еды не взял, решив утром сходить в чайную поблизости. Тем более что планировался сапожник и штопальщик, а дальше — как карта ляжет…

С утра есть совсем не хотелось (вот контраст-то). Поэтому я отправился к мастерам забирать сданное. С собою взял сумку из-под консервов, ибо куртка, штаны и сапог имеют вес не очень большой, но в руках нести неудобно.

Мастер-сапожник опять отсутствовал. Но этот зараза уже понял, что клиенты недовольны, и принес готовую продукцию, чтобы подмастерье отдал владельцам. Сам же спрятался. Мастеру я хотел кое-что высказать, но подмастерье этого не заслужил, поэтому я ругаться не стал.

Денис, в отличие от сапожника, работал и с заказом справился. На драный рукав легла заплатка в виде дубового листа, а на брюки — в виде рыб. А на целой половине мастер пришил такую же заплатку для симметрии. Получилось вполне крепко, и вид пристойный. Ай да Денис!

Но не понравилось мне другое в мастерской Дениса отчетливо «пахло» вампиром. А раньше этого не было. То есть эта тварь у Дениса была вот только что. Я испытал желание сразу же взяться за дело и выдавить из мастера сведения про визит вампира, но передумал. Я лицо неофициальное, выдавливать из кого-то права не имею. Да и выдавиться может совсем невинная информация, что были вчера у него два типа. Одному он штопал рукав, второй же мирно сидел на табуретке, кутаясь в плащ и не снимая капюшона с головы.

И что это мне даст? Нет, пока давить рано, но пройдусь-ка я еще разочек вокруг после того, как отнесу починенное добро в гостиницу.

Выйдя от Дениса, я отнес вещи в номер, а сам вернулся в тот же квартал и стал кружить по нему. Мои хождения по кварталу вызвали нездоровое любопытство здешних жителей. Но на их вопросы я отвечал резко и советовал обратиться в полицейское управление, к квартальному Борщову. Обычно этого хватало, чтобы отстали. Один раз показал свой медальон, когда имени Борщова не хватило. Медальон подавил желание приставать ко мне.

Вампира я чувствовал, но не мог сказать точно, это я чую прежний след или уже свежий. Для опыта обошел квартал по периметру. А вот на людных улицах вампир не ощущался, из чего я решил, что чувствовать его я могу, когда он оставляет след в помещениях или на малохоженых проходах. На оживленных улицах след теряется.

Ладно, пока тут все, пойду в редакцию. Сегодня, кстати, первое сентября. Начало занятий в школах и иных учебных заведениях. Но дата в душе отклика не вызвала.

По дороге я намеренно прошел через три квартала, попетляв внутри них. Следов вампира не почуял. Ну да, поди обойди весь немаленький город. Если бы был в наличии некромант, можно бы усадить его на извозчика и медленно ездить, засекая, не гнездится ли в этом квартале кровосос.

Но нет здесь некроманта, а жаль. В кои-то веки понадобился — и нет.

Пусть даже след вампира в квартале случаен и давний. Но вот свежий след у мастера уже является повтором. То есть вампир все ходит и ходит в этот квартал, Теперь требуется экспериментум круцис,[2] но у меня нет полномочий на влезание в каждый дом или подвал.

Тогда надо сходить туда ночью, спровоцировав вампира на нападение. Или рано утром — вдруг засечется свежий след и даже будет понятно, в какой сарайчик он залез.

Заказов сегодня было два, и оба близко друг к другу и редакции. Там были люди с болезнями желудка и желчного пузыря. Оказав им помощь, я зашел к одному из вчерашних клиентов и окончательно завершил его лечение. Сегодня все закончилось быстро. Что же сейчас делать? Культурно отдохнуть или все-таки посетить полицию и проконсультироваться насчет моих поисков вампира? Сначала пошел в библиотеку, где заказал две книжки — по истории Самары и некий модный современный роман. Второй — больше для изучения, как их нынче пишут, на что обращают внимание и прочее. Вот роман меня разочаровал, я остановился на середине и не стал себя заставлять читать дальше. Историческую книгу прочел до конца.

После чего на извозчике направился в управление, но тут меня ждало разочарование. Ни Борщова, ни Солнцева в наличии не было, а квартальный тех мест, где я искал вампира, третий день хворал. С горя я отправился в «Ивановский» и поел там, совместив завтрак, обед и ужин. Не в смысле объема, а вместо них. А по объему — ну чуть больше обеда получилось. К обычному обеду добавил сладкое блюдо.

Вечерний заказ был один. Как раз на улице Затонной. Но я узнал уже, где она находится. Гм, а почему он не обратился к здешнему магу, до которого всего три дома? Ах да, еще и на другую сторону улицы переходить надо… Но задача моя была интересной. Человек хотел знать, не находится ли он под воздействием приворота или какого-то магического ритуала. Я осмотрел его, осмотрел всю его квартиру и все вещи, которыми он регулярно пользуется. Никаких признаков магического воздействия не было. Я сообщил ему, что ситуация именно такова, но он может подвергаться магическому воздействию на работе или в доме, где часто бывает в гостях. Привел примеры негативного воздействия амулета от расстройства пищеварения, который имел при себе чиновник за соседним столом. Или известный мне случай реакции родового амулета, которым владела одна девица, на ее кавалера. Пока девушка была не ближе полуметра, он ее обожал и готов был жизнь отдать за одно касание руки. Но когда он пытался ее обнять, его начинало тошнить. Родовой амулет, что она носила на груди, так на него действовал. Девушка обижалась (а какая не обидится, если кавалера от нее тошнить начинает!), да и молодой человек очень удивлялся. Грешили на фокусы двоюродной тетки, которой перспектива этого брака не нравилась, а оказалось вот что. Это было, когда я еще у барона служил. Пришлось расследовать, ибо семейство девицы баронессе Имри родичами приходилось и в браке с молодым человеком заинтересовано было. А этот амулет и на меня тошнотворно действовал. Экую гадость двести лет назад изготовили, чтобы родовое проклятие ушло.

Если заказчику хочется, я посещу те места, где он может подвергнуться случайному или намеренному магическому воздействию, и выясню — это случайная работа амулета у болезненного соседа или любовная магия некой дамы. Заказчик смутился и неуверенно сказал, что он подумает и, возможно, воспользуется моим советом. Что-то тут дело нечисто и пахнет дамою. Ну да ладно, решится — схожу. Ущерба запасу Силы я не ощущал, но поскольку завтра планировался визит к вампиру, я предпочел пополнить запасы ее. Воспользовался тем, что от устья Самары дул приличный ветерок, и устроился на берегу подпитываться.

Пришел в гостиницу уже в сумерках и стал готовиться к завтрашней охоте. Приготовления начались с воспоминания, что я уже скоро неделю живу тут, а охранные заклинания на окно и дверь не вешаю. Ну ладно, сначала Сила пряталась, но сейчас-то что мешает? Разбаловался в безопасном месте, разбаловался… И исправил разгильдяйство.

Револьвер перезарядил только патронами с зажигательными пулями, а вслед за этим разыскал напильник и начал превращать пули кольтовских патронов в экспансивные, надпилив оболочку крестом. Изуродованные патроны я зарядил в рабочий кольт, а в служебный — обыкновенные. Приготовил подсумок, куда сложил запасной боезапас, и кол. Теперь ему уже есть место за голенищем. Еще амулеты и кольчугу — и можно выдвигаться.

Спустился к портье и попросил разбудить меня пораньше, часов в пять. У них для такой цели специально стоит будильник, чтобы клиент встал когда хочет.

Вообще стоит подумать, что надо бы завести мне дорожный будильник. Видел я такой в одной из казанских лавок. Он не столь массивен, как гномы делают, скорее кубической формы, и для него есть специальный дорожный чехол.

Вот теперь можно идти спать, а утром займемся поисками и приготовлением «Ивашки под простоквашкой».

Разбудил меня стук портье в дверь. Умывшись, начал вооружаться и одеваться. Ко вчера собранному добавил еще нож. Амулетов взял два — основной на шею и один специальный в карман. Подумал и взял фонарик. Кольчугу надел на рубашку, а сверху, подумав, надел не кожаную куртку, а сюртук. Два ствола пошли в кобуры, а запасной кольт, к которому кобуры не было, поехал за ремнем. Вид у меня получился жуткий — специально бросил взгляд в зеркало. Портье его тоже оценил, судя по сдавленному возгласу. Утро было ранним, людей еще немного, и те от меня шарахались. Ну да, сплошные стволы, хотя все в пределах разрешенного. Просто никто обычно трех стволов сразу не носит. Один. Не так часто — два. Еще бы пулемет и пяток гранат — решили бы, что я город штурмом беру.

Я шел и размышлял, на ком больше всего я видел оружия одновременно. Выходило, что на том командире роты, что потом в пьяном виде покойникам носы расшибал. В походе он носил винтовку и револьвер, а на штурм обвешался — два маузера, два широких тесака и тот самый боевой молот. Только молот у него был не таким, чтобы любые доспехи крушить и который только двумя руками подымешь, а уменьшенным, длиной в фут, чтоб за поясом можно было носить. Получается, что по числу единиц оружия я его догнал, а по числу зарядов в нем уступаю. Но тут ничего не сделаешь — нет пистолетов, в которых больше зарядов, чем в маузере.

Мастерская Дениса еще закрыта, а на крылечке вампиром «пахнет». Свежим. Ага. Взвел все курки и прошелся по кварталу — и тут свежатина вампирская. Но сколько я ни бродил по кварталу, распугивая рано вставших жителей, — а никак не смог определить, где он прячется.

Ну ладно. Если Денис окажется ранней пташкой, займемся им и его и вскроем. Будет вместо аперитива к основному блюду.

Что такое аперитив? Ну это такое старое слово, означающее блюдо или напиток, стимулирующий аппетит.

Ага, вот и он. Навесной замок снимает, открывать собрался. Вот будет у тебя, мастер, первый клиент на сегодня. А может, и последний — смотря что расскажешь.

— Здравствуй, Денис! Еще одно дело к тебе.

— Здравствуйте, достопочтенный! Сейчас еще один замок отопру — и заходите прямо в мастерскую.

— Зайду непременно.

Войдя, сел на предложенный табурет. Денис пристроился на угол стола.

— А дело к тебе, Денис, не по работе. Вещи ты починил славно, по ним никаких вопросов возникать не должно.

— Спрашивайте.

— Ты уже знаешь, что болен? И что означает такая болезнь?

— Откуда… Да, знаю…

— И то знаешь, что раньше эту болезнь лечить можно было, а сейчас нет — лекарство утеряно?

— Да, это мне доктор Моисей Маркович сказал…

— А теперь тебе пообещали избавление от этой и всех прочих болезней?

Денис аж задохнулся. Губы что-то пробормотали — вроде как «нет», но на лице было написано обратное.

— Да, Денис, тебе дали надежду. Призрачную, но надежду. И за эту надежду попросили совсем немного. Не предавать, не убивать. Храма не осквернять…

Из Дениса прямо рвалось «да». Признаюсь, не без магической помощи.

— Только, Денис, это все обман. Люди тебя могут обмануть, а могут — нет. Боги — тоже. А вот те, кто служит Злу, обманут обязательно. Не прямо, так косвенно, не в эту секунду, так в следующую. У них души нет и чувств тоже. Их нельзя устыдить, усовестить, воззвать к чувствам. У них только одно чувство — вечного голода.

Тут я, естественно, упростил, но мне не до деталей.

— А чувство вечного голода за счет кого утоляется? За счет тебя, Денис. А перед пищей никаких обязательств не бывает. Как у тебя перед той яичницей, что ты утром съел.

Он аж дернулся и широко распахнул глаза. Хе-хе. А надо не ронять яичницу на рубашку. Пустячок, а сознание сдвигает. И кажется, что все перед собеседником на ладони.

И еще струйку Силы, пока он в раздрызге пребывает.

— Поэтому, чтобы знать про то, что тебя обязательно обманут, не нужно быть пророком. Это даже совсем легко догадаться. Тебе обещали, что вампирская кровь излечит тебя от болезни? Обман будет сразу же. Ты не станешь здоровым. Ты станешь вампиром, то есть живым мертвецом. Будешь бояться света, будешь убивать, чтобы жить.

Это в том случае, если тебя не обманут на этом этапе. А ведь тебя можно и не превратить в вампира, а просто выпить, как стакан чаю, и пойти дальше. Ты — пища. Это дело едящего тебя — выпить досуха или чуть недопить.

Есть и третий обман. Вампиры — это не вечные существа, не знающие болезни. Они тоже болеют. Вот ты становишься вампиром — и твоя «болезнь птичьих крыльев» исчезает. Но вместо нее ты заболеваешь такой вампирской болезнью, как пустынная лихорадка. Две недели — и конец. То есть даже меньше проживешь, чем позволит твоя болезнь.

Денис был бледен как полотно.

— Есть и другое, что может произойти. Вампир окажется якобы честным с тобою, но у него нет обязательств перед твоей семьей. Поэтому он выпьет твоих родных, твоих детей, если они у тебя есть, и попрощается с тобой: «Счастливо, Денис, у тебя теперь вечная жизнь. Можешь вечно плакать над ними».

А вот теперь Денису пришлось аккуратно надавать по щекам для вывода из обморока. Когда он оклемался, я продолжил:

— В итоге за надежду, а точнее — тень надежды, ты, Денис, заработал виселицу. У тебя не будет пары лет болезни. У тебя будет пара недель следствия, пара недель суда и петля. А после того — ужасное посмертие. Я не знаю, сколько тысяч лет демоны будут потом терзать твою душу, пусть даже всего тысячу лет. Это стоит того?

Если ты поймешь, что надо делать, — ты не будешь жить вечным монстром. Ты проживешь свою пару лет, но как человек. Твой вампир убил в городке уже четверых. Одна из них десятилетняя девочка. Можешь представить себя на месте ее родителей. У тебя еще нет детей такого возраста, но на ее месте могла быть и годовалая девочка.

Тут я опять попал в яблочко, и Дениса пришлось выводить из обморока вновь. Хватит его добивать, он уже вполне созрел. Надо его выводить обратно на дорогу Света.

— Денис, я не верю, что ты добровольно поддался на такое. Добровольно захотел стать чудовищем, противным Свету. Я думаю, что в разговоре с тобой вампир задействовал магию принуждения. Старые вампиры это могут. Зачаруют и превратят в безвольную куклу. И только потом человек может понять, что поддался злому воздействию и стал творить Зло не добровольно, а по принуждению.

Это была рука помощи, и за нее Денис ухватился.

Захлебываясь рыданиями, он рассказал свою историю. Семья у него была небогатой, поэтому ему всего пришлось добиваться своим трудом. Когда ему было шестнадцать, умер отец, и стало совсем тяжело, ибо все заботы о семье легли на его плечи. Через несколько лет жизнь стала налаживаться, любимая девушка вышла за него, родилась дочка, его дело стало приносить приличный доход, две сестры вышли замуж и теперь не требовали его помощи. И вдруг он узнает, что болен. Определил он это сам, ибо среди его родных было несколько случаев болезни. Доктор подтвердил его опасения. И вот теперь ему жизнь стала не мила. Он не знал, как сказать об этом жене, не знал, что будет с нею и дочкой, не знал, как жить. Нервы от переживаний уже не выдерживали. Воспользоваться традиционным способом, залив горе алкоголем, Денис не мог — здоровье не позволяло. Так он и горел на медленном огне переживаний, когда вечером в мае к нему пришли для ремонта одежды два человека. Один был невысоким, в черном плаще с капюшоном и бритой наголо головой. Второй, повыше, в таком же плаще с капюшоном, все время сидел в углу и капюшона с головы не снимал, пряча лицо. Пока Денис чинил порванный бритым господином сюртук, они беседовали, и отчего-то (это для него «отчего-то», а я догадываюсь, от чего именно) Денис рассказал им абсолютно все. А дальше ему сделали предложение, от которого он не смог отказаться. Бритый господин уже давно не появляется, а вот второй, оказавшийся вампиром, приходит регулярно.

Тут я прервал его излияния:

— Денис! До этого момента ты плыл по течению, и оно донесло тебя почти до виселицы. Осталось уже недалеко. Теперь пора плыть обратно. Я думаю (струйка Силы в Дениса), что если ты раскаешься и поможешь отловить вампира, то отделаешься легким испугом, а не виселицей. По крайней мере, я приложу к этому все усилия. Но ты опять же должен активно помогать, а не плыть по течению, как нечто, которое в воде не тонет.

Тут Денис опять разрыдался, а успокоившись, сообщил, что вампир сидит в подвале неподалеку. Он вампира впустил, а вечером должен выпустить. Еще в доме у Дениса лежат два мешка с каким-то добром, данные ему на хранение, но что в них, он не знает.

— Пойдем! Бери керосиновую лампу и спички — и веди, куда нужно.

Пока мы шли, Денис рассказал, что у него в доме подвал совсем маленький, поэтому для овощей на зиму он снимает подвал другой. Это подвал в цоколе каменного здания, сейчас там овощей еще нет, а есть только закрома и полки. И он вампиру принес туда матрас, одеяло и подушку. Когда вампир там бывает несколько дней, Денис снабжает его едой и иным. В подвал вход отдельный, а окон нет.

Когда мы подошли к дому, в котором и был подвал, я остановил Дениса и потребовал, еще не подходя, рассказать детали. Вход в подвал в приямке, в котором две двери. Денисова — справа и открывается направо. Подвальное помещение одно и идет вправо от двери. Напротив входа ничего не стоит, да и до закрома довольно далеко. Стены и свод подвала каменные, окошек, как уже говорилось, нет, освещения в подвале — тоже. Когда в подвале нужно работать, берут свечку или керосиновую лампу. Получается, что кровосос попался. Запасного выхода у него нет. Я уточнил у Дениса, какой в подвале пол. Оказалось, что вымощенный каменной плиткой. Ага. Спросил про оружие у кровососа — Денис его не видел.

Я стал размышлять над планом действий, а пока спросил, не договаривались ли они с вампиром о том, может ли Денис прийти досрочно, до темноты. Оказалось, договоренность была. Если Денису что-то понадобится досрочно, он не должен заходить вдвоем с кем-то. Он должен открыть замок, постучать особым образом, а затем спеть пару строк песни «Ой, да по речке, речке по Казанке». Тогда вампир не беспокоится. Если Денис что-то забывает сделать, значит, есть опасность.

План составился. Мы вместе с Денисом подходим к подвалу. Изображаем, что что-то принесли для хранения. Денис открывает дверь, подает знаки безопасности. Я вслух говорю, что вот, донес, как договорились, плати, хозяин, и до свиданьица. Мы прощаемся. Но ухожу не я, а Денис. Зайдя за угол, он переходит в галоп и бежит к телефону вызывать полицию и объяснять, что обнаружен вампир, поэтому нужны спецсредства для него.

В плане есть два узких места — у вампиров острый слух, и он может обнаружить, что ушел не я, а Денис. И второе — у вампира может быть с собою ствол. Ладно. Как мне объясняли сведущие в военном деле люди, всего в плане предусмотреть невозможно, всегда есть элемент неожиданности. Поэтому выигрывает тот, кто своею волею преодолевает эти непредвиденные осложнения и доводит дело до победного конца.

Мы двинулись. Я периодически покряхтывал, как будто несу нечто тяжелое и неудобное. Подошли ближе к приямку. Денис сказал, чтобы я пока положил мешок на землю, пока он лампу зажжет и ключи достанет. Я с кряхтением «поставил мешок» и сказал, что женушка его так щедро наложила в мешок, что надо бы прибавить за труд. Денис ответил, что уговор дороже денег, и стал зажигать лампу. Зажженную лампу он поставил на бордюр приямка близ дверей и спустился к дверям. Зазвенели ключи, донесся условный стук, потом, напевая про селезня на реке Казанке, Денис поднялся ко мне. Я поблагодарил хозяина за плату и сказал, что сейчас пойду пива выпью, пока денежка в руках. Сам же показал Денису рукой — иди.

В руке у меня уже был револьвер. Спустившись в приямок, я переложил револьвер в левую руку, а правой взял лампу и метнул ее направо, за дверь. Метнув, рванул рабочий кольт из кобуры. Зазвенело стекло, через несколько секунд керосин вспыхнул.

Что интересно, вампира я не ощущаю. Ладно, вскорости узнаю, отчего это.

Прыгаю вперед, разворачиваясь и тормозя прыжок спиной и стеной. Черная фигура пляшет среди языков пламени, сдирая с себя занявшийся балахон. «Толчок», чтобы упала, и по уже упавшему две пули из кольта. Куда попало — не ведаю, но взвыл он здорово.

А теперь Небесный Крючок. И еще пулю, куда-то в грудь. Дергается, орет. Ничего, это тебя не убьет.

Но мне плохо его видно, да и надежнее обезвредить его надо. Потому что долго его подвешенным держать не будешь, а вот переход с заклинания на заклинание может им использоваться для атаки. Теперь вновь стреляю, тщательно целясь в колени, — раз, и еще. Дышать уже нечем, от гари керосина, пороховой гари, горелой одежки, еще чего-то. Нос забит этой гадостью. Надо тушить керосин и переходить на другую подсветку. Убираю Крючок.

Фигура грохается на пол и опять кричит. А теперь ветерком выгоним смрад отсюда. Оба ствола держат вампира на мушке. Вообще не помешал бы налобный фонарь, чтобы рук не занимать, только где его сейчас взять. Придется пока без подсветки. Надо его окончательно обезвредить, а потом можно подсвечивать и разговоры говорить.

Серп Восточного Ветра! Белое полулунное лезвие возникает в воздухе, пролетает вперед и опускается на ноги вампира где-то ниже колен. Истошный вой. Сую револьвер в кобуру, освободившейся рукой достаю и включаю фонарик. Теперь можно рассмотреть повнимательнее. Вампир лежит на полу, закрывая руками лицо. Ног от уровня икр уже нет. И сейчас они активно смердят, ибо нечему в них жизнь поддерживать. В плаще пара дырок видна, но куда я там попал — ведают только демоны из вампирова нутра. Однако теперь атаковать меня он может только ползком, если духу хватит.

Внутри помещения я уже вампира ощущаю не только на взгляд или на запах его подгоревшей и подгнившей плоти, но и внутренним чувством.

— Эй ты, падаль вечногниющая, будешь говорить или тебя еще нашинковать, по полвершка за один раз?!

В ответ доносится нечто вроде стона.

— Громче и яснее!

Опять нечто стонущее. Лезвие Серпа аккуратно проходится по пальцам рук, прикрывающих голову.

— Ну!