Тени прошлого

– Я не шучу! Они уже рядом!

Минар кивнул и аккуратно разбудил остальных. Свет костра мешал разглядеть хоть что-то. Очень хотелось пересечь границу между светом и тьмой, уйти от огня. Но мы не двигались. Мы лежали и ждали, и вдруг в голове пронеслась мысль, вернее, это была даже не мысль, а приказ, чей-то грозный приказ: «Вперед! Атакуй!»

Сам не понимая почему, я вскочил и ринулся во мрак. Остальные бросились за мной. Стоило только оказаться в ночной темноте, как передо мной возникли четыре фигуры. Дрожь пробежала по всему телу. Я сразу понял, с кем мы столкнулись. А еще я понял, что сон мой был правдой!

– Я их вижу!

– Я тоже!

– Вон там! Трое!

– Четверо!

– Сбоку заходи!

– Мой тот, с кинжалом!

Друзья кричали, кричали и враги. Зазвенел металл. Неистово шуршала трава, а я стоял в смятении. Я не мог ни мыслить, ни двигаться. Руки и ноги не подчинялись. Я злился и боялся, а из-за этого злился еще больше. Прямо передо мной Айк схватился с высоким толстым противником. Силы были явно неравны. Ловко работая сразу двумя короткими мечами, враг теснил друга к костру, пытался опрокинуть его, нанося удар за ударом. Айку требовалась помощь, моя помощь. Но я не двигался. Я не мог. «Духи, – воскликнул я мысленно, – дайте мне сил! Дайте отваги!» Я напрягся, и вдруг неведомая сила толкнула меня вперед. Силы вернулись, и я бросился на помощь другу.

Пока я судорожно пытался отогнать противника от Айка, шагах в десяти другой убийца кружил вокруг Арка и Роба, а еще один, вооруженный тонкой рапирой, досаждал Рику. В какой-то момент брат споткнулся, пошатнулся и почти упал. Пытаясь сохранить равновесие, он чуть не выпустил топор, но удержался. Противник сделал выпад, но сам поскользнулся и распластался на траве. Молниеносное движение, тяжелый удар – и первый крик смерти прорезал ночь. Второй удар Рик нанес обухом. Он пришелся в затылок, и после него враг уже не двигался.

Все это время Айк и я продолжали биться. Удар, еще удар, выпад, отступление. Тяжелое дыхание, звон сталкивающейся стали, надсадные крики – музыка боя оказалась отнюдь не мелодичной. Пока я держал врага в напряжении, Айк заскочил слева и, выбрав подходящий момент, вонзил меч ему в бок. Острие лишь слегка достало злодея, но он был вынужден уйти в сторону, и вот тут его встретил уже окровавленный топор моего брата. Из раны на шее хлынула кровь, враг захрипел и рухнул на землю. Теперь нас было шестеро против двух, но действовать сгоряча мы не собирались. Вместо этого мы окружили неприятелей, отсекая пути к отступлению. Оказавшись в безвыходном положении, враги принялись с невероятной скоростью размахивать мечами и кинжалами, держа нас на расстоянии, но мы не торопились. Первым не выдержал невзрачный мужичок с бритой головой. Отскочив назад, он присел и попытался проскочить между Робом и Минаром, но тут же получил удар увесистой булавой по голове. Теперь боеспособным оставался только один из напавших. Конечно, он не мог выстоять против нас, исход схватки был предрешен. Враг не успел и слова сказать. Один точный удар мечом, и гнусный убийца отправился к Духам.

Бой закончился. Вокруг воцарилась полная тишина, в истоптанной, окровавленной траве лежали неподвижные фигуры. Прямо у моих ног, с открытыми невидящими глазами покоился человек. Я всмотрелся в его лицо, и на меня внезапно нахлынул поток образов, унося обратно к тому самому моменту, когда прервался беспокойный сон.

…Раткер выругался. Преимущество внезапности, на которое он так надеялся, испарилось. Он судорожно пытался сосредоточиться, чтобы встретить врага достойно, но сосредоточиться никак не получалось, вместо этого он проклинал все, что привело его в это безымянное глухое место: свою жадность, свое нетерпение, свой неудачный выбор сообщников и свое легкомыслие. Увы, время сожалений прошло. Теперь требовалось спасать свою шкуру.

Когда первый из юнцов приблизился, Раткер немного успокоился. В глазах паренька лет семнадцати читался страх, а руки тряслись. Это был не враг, это была жертва. Раткер выхватил второй клинок и двинулся навстречу юнцу. Он очень надеялся, что сообщники не бросили его. Если те бездельники хоть вполовину так хороши, как похвалялись, они вполне могли бы справиться с голопятой деревенщиной, тем более что он, участник многочисленных потасовок, стычек и дуэлей, всегда выходил победителем. Несколько быстрых движений, несколько неожиданных и ловких приемов – и он выиграет этот бой, получит свое серебро и заживет как сеньор. Но с первых же ударов он понял, что его противник вовсе не простофиля в воинском деле. Хотя Раткер понемногу теснил парня и даже выбил у него меч, на все это ушло слишком много времени, а как раз времени у него и не осталось. Его и лысого Горжа уже окружали, и положение становилось угрожающим.

Раткер затравленно оглянулся в поисках остальных сообщников, но их не было. «Где эти недоумки? – подумал он в отчаянии. – Почему не спешат на помощь? Убиты? Сбежали? Проклятье, тогда пора и мне делать ноги. Но когда-нибудь я найду этих трусов!»

Внезапно лысый Горж рванулся на прорыв и получил смертельный удар булавой по голове. Череп Горжа треснул, на одежду брызнула кровь. Раткер уж точно никак не хотел закончить так же, и теперь у него был только один выход – сдаться. Его противники не походили на злодеев. Он сумеет с ними договориться. У него есть немного серебра за подкладкой. Он отдаст все. Он даже готов отправиться в тюрьму, только бы не умереть в этом холодном диком поле где-то между Сироном и Бонвилем.

Опустив меч, Раткер уже открыл рот, чтобы сообщить противнику, что готов сдаться, но не успел. Внезапная боль пронзила все тело. «Неужели конец?» – мысль мелькнула и тут же исчезла в какой-то слепящей мгле, заполнившей голову. Ослабевшие руки выпустили меч. Страха смерти не было. Была обида. «Серебро!» – прохрипел он и медленно опустился на траву…

Образ умирающего Раткера исчез.

Я тряхнул головой. Безжизненное тело лежало у моих ног. Вокруг, жестикулируя и перебрасываясь отрывочными фразами, ходили друзья.

– Ну и кто были эти негодяи? – спросил Айк.

Он опустился на колени, чтобы осмотреть тело одного из убитых бандитов, и откинул полу плаща незнакомца, под которым оказалась кожаная куртка. Никаких змей и летучих мышей не было.

– На южных наемников не очень похожи, – заметил Минар.

– Тогда кто?

– Вроде местные, – ответил Роб. – Должно быть, разбойники.

– И откуда они только здесь взялись?

– С западной стороны, – ответил Минар, поднимая с земли меч, выбитый из его руки во время схватки.

– Молодец, командир, вовремя ты их углядел, – улыбнулся Айк.

– Это не я, это Дарольд.

– Дарольд?!

– Ага, я сон увидел, – кратко ответил я.

– Что, прямо сон, вот про это? И про них? – во взгляде Айка читалось удивление.

– Да.

– Сколько их всего было? – спросил Рик.

– Я насчитал четырех, – вместо меня ответил Минар, – если было больше, то остальные разбежались. – Минар еще раз осмотрел поле битвы. – Хотя нет… думаю больше никого не было.

– Было, не было, радости от этого всего никакой, – суммировал Роб.

– Это уж точно, – согласился Арк. – Сначала напал один, потом двое, и вот теперь, пожалуйста, целый отряд!

– Да, – кивнул Айк, – это точно не предвещает ничего хорошего.

– Кто-то вас очень невзлюбил, – заметил Минар. – Надеюсь, нам удастся узнать, кто именно и за что.

– До Бонвиля бы добраться, – вздохнул Айк.

– Не волнуйся, до Бонвиля доберемся. – Минар улыбнулся. – Целые и невредимые.

– Откуда такая уверенность?

– Мы ведь пока живы и невредимы?

– Это пока, а если они снова нападут?

– Мы их снова одолеем, мы же не кто-нибудь, мы оруженосцы сира Рона!

– И все-таки я предлагаю найти другое место для ночевки, – заметил Арк, – береженого и Духи берегут.

– Только сначала обыщем тела, – сказал Минар. – Вдруг найдем что-нибудь важное… а потом закопаем, нельзя же их вот так здесь оставлять. Они, конечно, мерзавцы, но теперь они в царстве Духов.

Через час, покончив с погребением, мы собрались у догорающих углей посмотреть на наш улов – увесистый кошелек и маленький свернутый лист бумаги. В кошеле нашлось три серебряника чеканки Лоранского королевского казначейства.

– Вот это да! Целых три серебряных, – обрадовался Айк. Минар тем временем развернул письмо.

– Что там? – поинтересовался Арк.

– Наше описание!

– Ну как прочитай!

«Отряд пять-шесть человек, молодняк из Биллона, прислуживают сиру Рону, ищут пропавший караван торговца Ллойда. Местность не знают. Пользуются главными дорогами. При деньгах, могут останавливаться на постоялых дворах», ну и еще какие-то расчеты. Х-м-м-м. Да, точно, этот бедолага записал здесь все: общую сумму, аванс, доли подельников…

– А имени того, кто желает нашей смерти, не записал? – спросил я.

– Нет, зато есть имена подручных. Как я и говорил, большая часть этой банды местные. Типичные обитатели дна, ничего особенного. Такого отребья полно в столичных кабаках. А вот и самое главное – похоже, что всех этих «работников» Раткер отыскал в Бонвиле. Не удивлюсь, если и само задание он получил там же. Такие, как он, из города в город не бегают.

Минар немного подумал, вздохнул и добавил:

– Эх, надо было в плен его брать, допросить. Да, ребятки, грубо мы сработали, неумело.

– Так это ты его и уложил! – возмутился Айк.

– Тоже верно, – согласился Минар. – Выходит, мне надо учиться работать тоньше. Ну ладно. Давайте собираться, до Бонвиля еще ехать и ехать.

Глава 15

Я всегда думал, что наш родной Биллон – город совсем не маленький, скорее даже большой. Но, глядя на великолепие Бонвиля, который постепенно вырастал перед глазами, я осознал, что Биллон не идет ни в какое сравнение с провинциальной столицей с ее высокими башнями, могучими стенами, людными улицами, богатыми торговыми лавками, особняками и парками. Отдельное восхищение вызывал герцогский замок, гордо вознесшийся над крышами домов, почти теряясь в плотной серой дымке, нависшей над разноцветными штандартами.

Уже наступил вечер, когда мы въехали через главные ворота. Наведываться к герцогу с визитом было уже поздно, и потому мы отправились прямиком на постоялый двор. Я, конечно, не понимал, к чему ждать до утра, ведь и отшельник, и сир Рон настаивали на важности и срочности нашего поручения. Но Минар был непоколебим. «Герцог – человек очень занятой, и для приема таких людей, как мы, у него отведены особые часы. А поскольку правила существуют для того, чтобы им следовать, мы должны отложить визит до утра», – объяснил он.

Проехав по нескольким улицам, мы попали на людную площадь и остановились перед большим трехэтажным домом. Вывеска на фасаде гласила «Трактир «Храбрый рыцарь». Всегда к вашим услугам».

– Переночуем здесь, – объявил Минар, – место приличное, недорогое, да и кормят неплохо.

Оруженосец спрыгнул с коня и ушел внутрь. Минут через десять он вернулся в компании трех слуг-мальчишек. Они приняли лошадей и поклажу, а мы проследовали в просторную комнату с длинными столами, за каждым из которых могло поместиться, по меньшей мере, человек десять. Вдоль ближней стены тянулся высокий прилавок, отделявший комнату от открытой кухни, где суетились повар и несколько поварят. За прилавком в большом мягком кресле умиротворенно сидел невысокий белокурый мужчина, вероятно, хозяин трактира. Он наблюдал за работниками и гостями и заодно принимал заказы на ночлег и стол. Народу в трактире было немало, и мы заняли единственный свободный стол в углу рядом с круглым окном, закрытым ставнями. Сидеть на твердых деревянных скамьях было не очень удобно, но все же лучше, чем в раскачивающемся седле.

– Я уже договорился о комнате и ужине, а еще попросил хозяина организовать нам бочки с горячей водой для мытья. – Минар радостно потер руки и свистнул прислуге.

Тут же подносы с заказанными блюдами поплыли в нашем направлении. А пока мы ели и пили, Минар излагал план действий на следующий день:

– Обычно прием начинается в десять утра, но мы отправимся пораньше, а то там очередь бывает такая, что и всего дня не хватит. Никогда не знаешь, сколько людей придет, и по каким вопросам. Потому подъем ранний, понятно?

Мы кивнули.

– На вашем месте я бы отдохнул и набрался сил, – продолжил Минар, – но, полагаю, вы этого делать не станете.

– Это почему же? – спросил Айк.

– Да потому что вы, деревня, в большом городе впервые и обязательно захотите посмотреть, что тут и как. – Минар обвел нас строгим взглядом. – Так вот, для тех из вас, кто захочет поразвлечься, вблизи «Храброго рыцаря» найдется немало интересного. В самом трактире в девять начнется игра в орлянку. Для более изощренных увеселений в городе действует постоянная ярмарка, где деревенским жителям вроде вас предлагаются самые разные забавы.

– Почему ты нас все время называешь деревней? – возмутился Айк, отвлекаясь от бараньего ребрышка. – Биллон тоже город, пусть и без постоянной ярмарки.

– Ну, какой это город, так… большое село, – усмехнулся Минар. – Ладно, ладно, не обижайтесь. Конечно, вы городские жители. И вполне просвещенные. Так вот, объясняю для просвещенных горожан: надумаете пойти на ярмарку, держитесь главной улицы по направлению к герцогскому замку. На первой площади с фонтаном поверните налево и до конца. Вопросы есть?

– Кто платит за комнату и еду? – спросил Арк, окидывая взором заполненный едой стол.

– Поскольку мы здесь при исполнении служебных обязанностей, расходы по питанию, размещению и снаряжению несет казна сира. – Минар хлопнул себя по куртке в районе пояса. – За все остальное вы платите сами. Кошельки ваши, насколько я знаю, не так уж и пусты.

– Значит, если мы выпьем пива, сеньор все оплатит, так? – спросил, ухмыляясь, Айк.

– Нет. Напиваться пивом до бесчувственности не входит в ваши обязанности. За вино, пиво, горькую водицу, сидр и любой другой хмель платите сами.

На этом разговор был окончен.

После ужина мы распрощались с Минаром и выдвинулись на осмотр города. Первой нашей остановкой, конечно, была ярмарка. Хотя в Биллоне ярмарки проходили несколько раз в году, длились они всего день или два и кроме бойкой торговли дарами садов и огородов ничем особым не отличались. Забредали, конечно, к нам иногда уличные актеры, но им было далеко до тех, кто работал в больших городах. Я не сомневался, что на Бонвильской ярмарке работали именно великие актеры, и их представления я просто не мог пропустить.

Весело шагая по мощеной улице, мы рассматривали все вокруг, стараясь подмечать любые новшества городской жизни. Дойдя до первой площади с фонтаном, мы повернули налево и по широкой аллее добрались до большого поля, усеянного множеством палаток и столов. Везде толпились и бродили люди всех возрастов и обличий. Они смеялись, разговаривали, поедали всякие яства и глазели на артистов, танцоров и гимнастов, демонстрировавших свое мастерство.

Около одной пестро раскрашенной палатки гудела целая толпа народу. На небольшом возвышении человек в просторном красном балахоне с белыми звездами рассказывал какую-то историю, сопровождая ее показом сменяющихся картинок в квадратном отверстии стены. Когда появлялась новая картинка, зрители аплодировали, а некоторые даже пытались забраться на возвышение, чтобы получше все рассмотреть. Но человек в красном сгонял смельчаков оттуда, смешно размахивая руками.

Чуть подальше, на открытой повозке, два артиста в масках и белых плащах разыгрывали любовную сцену. Они заламывали руки, застывали в страдальческих позах, а потом бегали друг за другом, сопровождая все эти действия долгими поцелуями. Зрители то выражали восхищение, то свистели от недовольства, то громко смеялись. Когда представление завершилось, все тут же переместились к трем худеньким юношам, которые подбрасывали в воздух горящие факелы.

Это были глотатели огня. Отец частенько рассказывал мне о них, и вот теперь наконец-то я смог понаблюдать их яркое представление. Троица ловко играла с огнем, умерщвляла его и вновь возрождала, озаряя всю площадь. Действия глотателей были четкими и отлаженными, а огонь казался их питомцем. Увы, пламенное представление закончилось слишком быстро. Какое-то время и я, и другие зрители стояли в ожидании продолжения, но глотатели огня так и не появились, и я отправился дальше, крутя головой, как малое дитя.

Время пробежало незаметно, наступил час закрытия, и нас выгнали обратно на городскую улицу. Но и там мы нашли, чем заняться. Мы заходили в пивные, толкались у лавок с сидром, разглядывали красивых горожанок на балконах. Довольные и усталые, мы уже были почти у «Храброго рыцаря», когда из темного переулка послышался чей-то крик. Не раздумывая, мы кинулись на зов. Шагах в двадцати от нас маячили три неясные тени.

– Эй, что тут происходит? – окликнул незнакомцев Рик.

Никто не ответил.

– У вас все в порядке? – добавил Айк.

Вновь молчание. В воздухе повисло напряжение.

Мы двинулись вперед, и тут два силуэта сорвались с места и бросились бежать. Третий же покачнулся и упал. Даже в темноте я разглядел, как под его телом расплывается лужа крови.

– Дух праведный, он что, мертв? – воскликнул запыхавшийся Айк, склонившись над беднягой.

– Сейчас посмотрим, – сказал Роб, встал на колени и взял человека за запястье. – Нет, пока еще жив! – произнес Роб с облегчением. – Помогите, нужно отнести его в трактир.

Мы подхватили истекавшего кровью незнакомца и оттащили его в трактир, где несколько поздних посетителей все еще сидели за кружками пива. Увидев у нас на руках неподвижное окровавленное тело, все разбежались кто куда. В зале остались лишь хозяин заведения и несколько малолетних слуг.

– У нас раненый, – объявил Роб. – Нужна помощь!

Хозяин перемахнул через прилавок и стал осматривать несчастного.

– Жив? – хозяин склонился над раненым.

– Да, пульс слабый, но ровный, – ответил Роб.

– Давайте его вон туда, на стол.