Помоги проекту - поделись книгой:
Мне нигде не попадались хотя бы отчасти схожие лица, и я всё быстрее листал десятки страниц генеалогических древ разных семей, а потом… Я понял, что меня зовут. Потому что в следующий миг я упал лицом на книгу и мой дух вновь был возле моей красавицы.
Это была небольшая комнатка, обставленная довольно интересными старинными вещами. Явно видно, что комната предназначалась для одного жильца, и я подозревал, что именно здесь жила или живёт незнакомка, если в случае обитания в медальоне вообще применимо слово «жить».
– А ты настойчивый, – я обернулся и увидел в дверях её. На этот раз она не пыталась меня уничтожить взглядом, и я учуял в этом благосклонность. – Зачем тебе это нужно, Мортемар?
– Я… Не знаю, – на самом деле, я всё прекрасно понимал, но не мог ей этого сказать, хотя она, кажется, всё знала. – Из-за тебя я уже потерял всё, что у меня было. Глупо не попытаться узнать, ради чего всё.
– Узнать? – девушка презрительно прыснула от смеха, и я покраснел, проклиная свою неловкость и её отношение ко мне. – Ты ведь не маг. И, кроме того, тебе недолго жить осталось, раз ты решил узнать, кто я. Адера не дурак, он наверняка знает, что медальон у тебя, и я думаю, он прекрасно понимает, куда ты ушёл. Кстати, прийти с этим медальоном в Авестло было верхом неразумия. Разве только ты не решил начать войну. Лучше бы сразу отдал меня демонам.
– Им нужна ты, ведь так?
– И да, и нет, – девушка села на кровать и погладила шёлковую накидку. – Как давно я не была дома. В этой темнице ужасно скучно, если не учитывать, что я могу быть где угодно. Но здесь всё не такое, всё очень старое, не моё. Ни одной моей вещи. – Она словно жаловалась мне.
– Ты в заточении? – я пытался вызвать её на разговор, но похоже, ей было не до меня.
– Мне скучно самой, и поэтому я вызвала тебя. Признаюсь, даже у такой, как я, есть свои слабости, и одиночество – худшая слабость для всех без исключения. – Девушка была явно опечалена. – Особенно в этом куске металла. Ты выбрал не ту историю, Мортемар. Тебе не следовало впутывать себя и своего друга в чужую войну.
– А кто такая семья Дорен? – я решил бить наугад. Вдруг она проболтается или ещё что.
– Хм, ты уже дошёл до древних семей? Ты странный, Мортемар. И неучёный. Иначе бы уже давно узнал, кто я. Хотя, сказать по правде, меня забавляет твоя непосредственность. Но есть одно «но». Как думаешь, твой друг может от тебя что-то скрывать?
– О чём ты? – я понял, что она просто играет со мной.
– Семья Дорен – хорошие маги, я видела их в работе, – девушка пропустила вопрос, словно он не имел никакого смысла для неё. – Правда, я доверяю этим чародеям не больше, чем кому-либо ещё. Хотя даже родной отец не вызывает у меня глубокого доверия. – При этом я уловил улыбку в интонации её голоса.
– Значит, я могу найти тебя с помощью других магов, – сказал я вслух, надеясь, что это вызовет какую-нибудь реакцию девушки, и тогда я смогу понять, как мне поступить.
– Они не будут с тобой говорить по этому поводу. Вот что, если тебе хочется быстрой смерти – вперёд, рассказывай всему миру обо мне. Тогда ты умрёшь либо от рук магов Авестло, либо я сама выйду и сделаю это.
– С семьёй Дорен я незнаком, но одного мага из них я уже встретил. Так как, сама расскажешь, или мне спросить?
– Угрожаешь? – девушка взмахнула рукой, и я почувствовал, что меня выгоняют. – Попробуй, расскажи им. Увидишь, что с тобой будет.
Наверное, именно эти слова остановили меня, и я не пошёл к Тэа. Действительно, вдруг они знакомы не с лучшей стороны? В любом случае, я снова очнулся в своём мире, лёжа лицом на пахнущей старостью книге.
– Что на этот раз? – Миллий уже привык к моим путешествиям, для него это было схоже с тем, как он напивался до беспамятства в своей прошлой жизни. Да, наша жизнь стала прошлой. – Слушай, возьми меня с собой хоть раз?
– Если б это от меня зависело, – вздохнул я, меньше всего желая, чтобы Миллий видел мою волшебницу. – Мы так никогда ничего и не узнаем.
– Вот и я о том же, Мортемар, – Миллий захлопнул книгу. – Искать создателя артефакта было бредом, который нам предложил какой-то торговец. Не спорю, идея хорошая – особенно учитывая то, что линорское золото редкое и опасное. Но мне кажется, быстрее можно найти, если поспрашивать у магов здесь, в академии.
– Хочешь всё им выложить? – осведомился я, понимая, что мы теряем терпение и не хотим продолжать эти игры.
– Да, похоже на то. В конце концов, это их война. Не наша, Мортемар. Не моя. Не твоя.
– Ну что ж… – я отвернулся от него, чтобы он не видел, как у меня от отчаяния сжались зубы, и… Я увидел их. Драконов.
За столом рядом с нами сидел мальчик и держал в руках книжку. Это была простенькая книжка, без массивных металлических узоров, без каких-либо широких надписей, гласящих о великих делах и силах – это была небольшая книжка с названием «Песнь о драконах», но вокруг надписи были они. Два верхних, извивающихся змея скользили вниз, а два нижних заползали внутрь, словно врывались когтями в сердце.
Я подошёл к полке, с которой, очевидно, и была взята книга. Там оказалось несколько экземпляров разной степени потрёпанности, были также разные легенды и истории, написанные неизвестными бардами. Мягкий переплёт «Песни о драконах» с лёгких шелестом выскользнул из моих рук и шлёпнулся на стол в тот самый момент, когда Миллий хотел мне что-то сказать. Я видел, как он замер, затравленно глядя на рисунок.
– Они… – выдохнул он, не сводя глаз с переплёта, словно ожидая, что тот оживёт.
Я открыл книгу – там было лишь небольшое предисловие от издателя:
«…Песнь о драконах – древний текст, найденный некогда в руинах Силаны, далёкого города страны Нирен. Руины расположены севернее столицы Эйа-Анг, и никто не знает даже приблизительно время основания города. Из найденных свитков мало что удалось выяснить, они до сих пор таят в себе много загадок. Тем не менее, эта баллада расшифрована одной из первых, и с тех пор она путешествует по миру, как символ искусства древних народов».
– Надо же, песнь нашли на нашей земле, а мы гоняемся за ней по всем королевствам, – подытожил Миллий. – Узор тот, но почему именно такой же? Почему не другие изображения?
Я не отвечал – меня полностью поглотила баллада. Она была переведена в стихотворную форму, но это был дословный перевод – так говорил автор предисловия.
И всё. Так коротко, но… Мне стало не по себе.
– Ты вообще меня слышал, Мортемар? Да очнись ты! – Миллий толкнул меня локтем, да так, что я едва не упал на пол.
Я не стал ему объяснять, что читал балладу – вроде это и так ясно.
– Пойдём к мастеру Поду. Пусть он скажет нам, что это за драконы, – я поднялся и двинулся к кафедре библиотекаря, не оставив тому выбора.
Это была глупость, о которой я жалею.
Мастер Под всё это время следил за нами, словно мы были святотатцы, нарушавшие покой в библиотеке, но теперь, заметив движение в его сторону, отложил какую-то книжку. Я подошёл к нему и подал в его руки «Песнь о Драконах».
– Мы нашли вот эту книгу, и нам интересно, что за драконы нарисованы на титуле? – я сразу перешёл к сути, потому что не мог больше ходить вокруг да около.
– Эти-то? – мастер посмотрел на обложку, и на миг мне показалось, что он будто отпрянул от неё. – Хм, драконы как драконы, тысячи их. Не знаю.
– А что, в книге великих магов ты их не заметил?
Тэа. Как она оказалась сзади нас?
– Извини, но твоё любопытство к драконам не осталось незамеченным. «Песнь о драконах», как же… – девушка недобро улыбнулась, и тонкие пальцы впились в обложку книги, которую она держала. – А ты невнимательный, Мортемар, – Тэа подняла повыше книгу, на которой я потерял сознание, и её мизинец указал на маленький рисунок.
– Это герб семьи Айеро, – библиотекарь сдался. – Древней семьи истинных магов,…
– …с которой связано много легенд и проклятий, – закончила за него Тэа. Я заметил, что её глаза были полны огня, и я точно помнил, что уже видел такие глаза. С чего бы это?
– Стало быть… – я не договорил. Миллий сам вытянул медальон на всеобщее обозрение, причём настолько быстро, что он не успел изменить очертание и теперь сиял холодным фиолетовым светом в худых руках моего друга.
– Я с самого начала подозревал, что это работа Айеро. Тебе нужно было сразу выбросить эту штуку, Мортемар.
Он знал.
Он всегда это знал!
Мне показалось, что по Авестло пронеслась буря с этими словами, но было тихо. Только люди, сидевшие в библиотеке, подняли головы вверх и смотрели на нас и наш медальон так, будто мы держали в руках змею.
– Не может быть… – Тэа смотрела на медальон с благоговением и ужасом, я никак не мог понять, что происходит. – Неужели это оно?
– Что именно? – спросил я, чувствуя себя полным дураком. Мастер Под тоже узнал реликвию, по его глазам было отчётливо видно.
– Сихил Алейхор… – руки девушки потянулись к медальону, а я вырвал его из рук Миллия и сжал в кулак, не собираясь отдавать принцессу даже другу. Тэа повернулась к библиотекарю. – Ведь это оно?
– Не знаю, о чём ты говоришь, – буркнул тот под нос. – А вообще, выкиньте это, и забудьте, что держали нечто подобное в руках.
– Идём, – Тэа потянула меня. – Тут нам нечего делать.
Я покорно вышел вместе с девушкой, а следом за мной шёл Миллий. У меня в голове всё смешалось: «Песнь о драконах», герб семьи Айеро… Какой-то Сихил… И Миллий… Он знал!
Тэа вела нас дальше от библиотеки. Странно, что она вообще нам помогает. Да и помогает ли? Мало ли, что она хочет сделать…
– Итак… – девушка резко повернулась к нам. – Откуда у вас это?
– Уже поздно, – Миллий грубо оборвал её нападки. – Это не твоё и не наше дело. Мортемар, я же говорил тебе.
– Далеко не ваше, – подтвердила магесса. – Пока ты спал, твой друг сделал очень плохой поступок, Мортемар.
– Зато единственно правильный, – Миллий кивнул головой в сторону, и я увидел их.
Маги Авестло. Короткие накидки, скреплённые кожаными ремнями, закрывали металлические нагрудники. У большинства мощные крылья грязно-белого цвета сложены за спиной, и только двое парили в воздухе, внимательно следя за нами. Их клинки вынуты из ножен, но щитов в руках не было. Вместо этого в ладони каждого я заметил плясавшие искры.
Я выставил вперёд медальон, прикрыв лицо руками. Инстинктивно, желая просто защититься, но всё пошло иначе. Меня охватило сильное чувство жара, заставившее открыть глаза. Яркая слепящая вспышка – и передо мной появился знакомый женский силуэт. Я не видел её лица, но почему-то маги на мгновение застыли, глядя на чародейку из медальона. Та стояла, опустив тонкие руки, и коричневые волосы, поднятые ветром, водопадом упали на плечи. Вокруг воцарилась гнетущая тишина… и через секунду её нарушил крик.
– Айеро Сианхе! – резкий и тонкий голос заставил меня прийти в себя, и я отступил в сторону.
Её рот широко раскрыт, а лицо исказила маска ярости. Из губ рвалось пламя, отражаясь на её коже и в зрачках, отливаясь оранжевым заревом на волосах. Ближайший из магов Авестло моментально загорелся, как пропитанный смолой факел, и его крылья превратились в остов костей. Остальные стражи отошли на несколько шагов назад, не выпуская из виду девушку, но нападать не спешили. Чародейка улыбалась, осторожно ступая по земле босыми ногами, и люди вокруг с изумлением провожали её взглядами.
На выложенном из камня круге, в котором сходились многочисленные аллеи, она остановилась, бросив взгляд назад, но никто не пытался её остановить. Быстрым движением девушка достала из-за пояса кривой нож и моё сердце замерло.
Тёмное лезвие быстро и легко скользнуло по ладони, и там, где капля крови упала на каменистую площадь, камень начал рассыпаться, словно на него не жидкость падала, а кто-то бил молотом. Осколки камня с хрустом разлетелись в стороны, обнажив символ, отвратительной зубастой пастью зиявший на фоне зелёных аллей и отражавший пламя.
Сквозь шум огня и ветра послышался смех, мёртвой хваткой вцепившийся в город, и яркий свет вырвался наружу из земли. Девушка поспешно отошла на несколько шагов назад и застыла, а её зрачки искали что-то в тёмном провале.
Из возносящегося в небо огня появился силуэт человека. Сначала он был один, потом появились один за другим ещё три… Маги Авестло будто очнулись ото сна, но никто из них не смог заставить себя пойти первым. Они просто смотрели на четыре тени в пламени, и на их лицах читалась ненависть. Руки чародеев крепче сжимали рукояти клинков, а в свободных ладонях вихрями рвались искры. Чужаки первыми вышли из огня, словно призраки, пурпурные хламиды полностью покрывали их тела, но я видел руки одного … Они не были руками людей в привычном понимании, это были странные когти или даже трёхпалые лапы, столь изувеченными они выглядели в блеске огня. Мне сложно описать их лица, потому что на них были маски: змеиные разрезы глаз, открытые ноздри, тёмно-зелёная чешуя… Несмотря на бушующее вокруг пламя, силуэты излучали неестественный холод. Мне никогда не приходилось видеть или даже представлять что-либо подобное.
– Вам здесь не место, Дайферус! – эти слова заставили меня прийти в себя. Один из защитников города отбросил меч, и в его ладонях заиграли вихри тёмно-фиолетового оттенка.
Один из силуэтов резко повернул голову в сторону говорящего и улыбнулся, а маска, его ужасная маска улыбалась вместе с ним. Было такое впечатление, будто она и лицо являются единым целым до последнего мускула.
– Нам нигде нет места, не так ли? – сиплый голос вырывался из гортани существа, названного Дайферусом. – И мы здесь надолго не задержимся. Идём, дочь моя. – С этими словами он протянул руку к девушке, и она пошла с ним… Она уходила в пламя, на прощание посмотрев на меня и кивнув головой в сторону Тэа. А потом они исчезли в раскрытой посреди площади пасти, сгинули, как будто их и не было никогда, и только пожар в центре Авестло остался доказательством их присутствия здесь…
– Куда они забрали её!? – я повернулся, пытаясь найти Тэа.
Ответом был удар по голове, от которого в глазах потемнело, и я упал без сознания.
– Вообще-то можно было и не тянуть его сюда, Тэа. Тебе крайне повезло, что стража была занята пожаром.
– Я не отдам его в руки страже, пока не буду точно знать, кто он такой. Ещё чего. Может, он ничего и не стоит, но я не верю, что у него просто так было Пристанище Ведьм. Он был хранителем Эрии Айеро! Она не погибла!
– Пропавшая волшебница?
Я потихоньку приходил в себя, голоса вокруг вливали в меня чувство жизни… Голова болела, но имелась и другая проблема: здесь было очень темно, словно в гробу. Потому что, судя по крышке сверху, так оно и было.
Я отчаянно забарабанил кулаками, и на стук с той стороны послышались звуки шагов и голосов, среди которых был и голос Тэа.
– Рано он очнулся. Ты же говорил, что дал ему снотворное, Нирас. Не подействовало?
– Извини, я же не бог. Может, перепутал флаконы.
Меня бесцеремонно вытянули из небольшого ящика для всякой утвари, который я принял за гроб. Я стоял на холодном полу в какой-то комнатке, а вокруг было несколько человек приблизительно моего возраста. Миллия среди них не было.
– Извини за удар, но я не могла с тобой разговаривать прямо под носом у стражи. И твой друг больше не внушает мне доверия, – примирительно сказала Тэа, скрестив руки на груди. – Советую не шуметь, если не хочешь умереть раньше срока. Но не беспокойся, Миллий уж точно не пропадёт. Думаю, у него теперь новые друзья.
– Ещё месяц назад я спокойно жил в своей деревне, а теперь у меня нет дома, нет медальона, а единственный друг чуть не отдал меня стражникам по одному ему понятным причинам, – я бессильно сел на ящик, в котором недавно лежал. – Теперь я здесь. Кто вы?
– Долго рассказывать, – беспечно ответил один из магов – по крайней мере, я подозревал, что это маги из академии, студенты. – Задавай важные для тебя вопросы, и тогда получишь ответы.
– То, что я не успел узнать: что такое Сихил Алейхор? – меня мутило от боли и голода, но сейчас я предпочитал узнать, куда забрали девушку.
– Ну вот, Тэа, он даже не знал, что у него в руках, – юноша с каштановыми волосами, внешне схожий с Тэа, засмеялся, а я почувствовал Зов. Его Тёмная кровь говорила со мной, я отчётливо слышал её. Без сомнения, он нирениец, такой же, как и я, хотя его акцент и цвет волос создавали обратное впечатление. – Ты держал в руках артефакт, созданный…э…весьма известными чародеями. Это была вершина их мастерства, и возраст медальона насчитывает около шестисот лет – они создали его после того, как закончили обучение здесь, в Авестло. Его суть – быть клеткой для чародея. Куда проще спрятать медальон, нежели самого человека.
– А почему именно такое название – Пристанище Ведьм?
– Потому что там прятали ведьм, – просто и скороговоркой ответила Тэа. – Так уж повелось, что мужчины редко становились узниками медальона. Всё же, Сихил Алейхор означает «печать забвения».
– И кто была та девушка, которая вышла из Пристанища?
– Эрия Айеро, если тебе это о чём-то говорит. Она давно считалась пропавшей, и в этом Сихил оправдывает своё название. Правда, появилась она не в подходящее время и не в том месте.
– В каком смысле? – спросил я, но при этом у меня была лишь одна мысль: её звали Эрия… Эрия…
– Магам Айеро нет места в этом городе, а уж тем более для Эрии, – сказал другой юноша, сидевший чуть поодаль от нас. – Для того, чтобы мы, Айеро, могли попасть сюда, приходится сильно постараться. Иногда даже стать членом другой семьи.
– Ты назвал себя Айеро…
– Да, и не только себя, – ответил юноша. – Все мы, – он указал на людей вокруг, а их было пять человек, – являемся членами одной семьи.
– И даже я, – подтвердила Тэа. – Меня отдали в семью Дорен ещё в младенчестве.
– Как мне найти Эрию?
– Всему своё время, – голос девушки звучал очень тихо, будто она боялась, что нас услышит кто-то другой. – Найти Эрию для нас не составит труда, а вот защитить её… Дайферус не зря спрятал её в Пристанище. Что вообще заставило вас идти в Авестло с Сихил Алейхором?
Поделиться книгой: