Помоги проекту - поделись книгой:
— Я пойду вперед, проверю обстановку. А вы передвигайтесь только после того, как я подам знак, и, ради бога, не говорите ничего вслух, поскольку кошки наверняка слышат в ультразвуковом диапазоне.
Моран прошел около метра среди низкой, доходящей ему до пояса травы и, присев за небольшим холмиком, стал внимательно вглядываться и вслушиваться в ночную тишину, которая таила в себе неизвестность и угрозу.
Морана охватило какое-то странное чувство, что он попал в иной мир. Лужайка превратилась в джунгли, а мелкие животные — в чудовищ. В этом мире кошка была в несколько раз больше и опасней тигра. Боб, однако, надеялся, что после некоторых усилий с его стороны нормальный мир восстановится. В нескольких десятках метров он видел смутно белеющую во тьме статую Дианы-охотницы, которая как бы превратилась в некий овеществленный символ его надежд. Однако даже несколько десятков метров для существа его роста дистанция довольно значительная, да еще эти бродячие коты… Но статуи нужно достичь во что бы то ни стало.
Боб еще раз внимательно огляделся и, обернувшись к вентиляционному отверстию, махнул рукой Альберу Синграну. Поняв сигнал, компаньон двинулся к нему.
— Кажется, все спокойно, — прошептал Боб. — Кошки по ту сторону дома. Этим нужно воспользоваться…
Они двинулись к статуе, обходя высокие пучки травы и прячась в ямках. Едва были преодолены несколько метров, как впереди возник черный силуэт со сверкающими зелеными глазами.
Кот был близко и явно заметил двух лилипутов, ибо шел прямо к ним. Вот он выпустил когти и вдруг прыгнул на Морана. Боб мгновенно сделал кувырок вперед и оказался за спиной у противника. Кот развернулся, раскрыл уже было пасть, но закрыть ее так и не успел. Маленький, но сильный кулак Морана ударил его в самое чувствительное место, в кончик носа. Раздалось жалобное мяуканье и кот мгновенно пропал в темноте.
— Бежим, — задыхаясь, проговорил Моран, — а то вся эта кошачья банда скоро переберется сюда. Тогда уж вряд ли мы сможем защититься…
И со всех своих маленьких ног они бросились в направлении Дианы-охотницы. Оставшиеся метры казались им бесконечными. К концу пути они совсем выдохлись, так как каждые несколько минут еще и приходилось оглядываться, боясь, что вот-вот за спиной появится силуэт зверя на бархатных лапах.
Тем не менее до статуи они добрались без приключений и принялись искать голову фавна, о которой говорил профессор Марс. Обнаружил ее Альбер Сингран. Она находилась всего в тридцати сантиметрах от земли, и добраться до нее по дугообразной лепке было не столь уж сложно. Вскарабкавшись на плечи Синграна, Боб влез на узкий карниз. И в это время до них донеслось кошачье мяуканье.
— Скорее! — воскликнул Моран. — Нам еще нужно включить механизм, прежде чем эти проклятые «людоеды» доберутся до нас!
Он лег на карниз и протянул руку товарищу. Через секунду оба стояли на лепнине.
— Теперь маска! — скомандовал Боб.
Сингран согнулся, и, встав ему на спину, Моран оказался вровень с гримасничающим ликом из мрамора. Он встал на левую ноздрю и дотянулся до глаза.
Зловещее мяуканье приближалось. Боб сунул руку в глазницу и изо всех сил толкнул рычажок. Раздался скрежет плохо смазанного металла, и оба почувствовали, что цоколь поворачивается вместе с ними. Резкий толчок — и движение прекратилось. Они упали на какую-то площадку, правда нисколько не пострадав. Черное громадное отверстие возникло перед ними.
Глава 13
Боб Моран и Альбер Сингран вошли в отверстие. Лунный свет заливал ступени, ведущие в глубину подвала.
— Нужно спуститься и закрыть проход, — сказал Боб, — а не то коты полезут следом…
Кошачье мяуканье раздавалось совсем близко.
— Нужно как можно скорее найти механизм, запирающий вход, — повторил Боб, скользнув с первой ступени. Он понимал, что если механизм находится на высоте нормального человеческого роста, то они пропали.
Рычаг обнаружили у третьей ступеньки. Коты же, судя по мяуканью, бродили уже где-то у подножия статуи. Моран собрал все силы и, резко прыгнув вперед, почувствовал руками холодный металл рычага. Рычаг опустился, а Боб полетел вниз. Отверстие медленно закрывалось. Находящийся ближе всех кот едва успел отпрянуть. В глубине подвала зажегся свет.
Лежа на ступеньках, Сингран и Моран истерически хохотали. Когда приступ смеха прошел, они медленно спустились и очутились в низком помещении, которое освещали лампы в защитных сетках. Там же стояли несколько столов, стульев и походная кровать. Все довольно дряхлое и находящееся здесь, видимо, со времен войны. На левой стене располагался пульт управления, подобный тому, что был в подвале виллы, а рядом длинный каменный стол и серпантин из проволоки.
— А теперь за дело, — произнес Боб Моран. — Наши товарищи, вероятно, уже сгорают от нетерпения…
Из книг, кусков досок и другого подручного материала они соорудили помост, позволяющий добраться до пульта управления. Раскладушку приспособили в качестве пандуса для подъема на каменный стол.
— Предоставляю вам право первому принять нормальный человеческий облик, — обратился Моран к Синграну. — Внимательно следите за всеми моими движениями и действиями, поскольку вам их придется повторить. Если что-нибудь непонятно, лучше спросите меня сейчас, ибо потом, когда вы станете нормальным, мы не сможем с вами переговариваться.
— Не беспокойтесь, командан Моран. Я много раз видел, как действовал профессор Марс, оперируя аппаратом для уменьшения, а этот, как мне кажется, не отличается от того…
Он лег под проволочный серпантин, а Боб вскарабкался на помост.
— Какой у вас рост, Альбер?
— Чуть меньше метра семидесяти.
Моран рассмеялся.
— Скажем, ровно метр семьдесят. Прекрасный рост… Итак, вы готовы?
— Готов… Действуйте…
Боб повернул рукоятку, нажал на кнопку, и тут же послышался свист, потом жужжание, и серебристый свет залил тело Синграна…
Операция по восстановлению протекала как бы наоборот по сравнению с операцией уменьшения. Свечение приобрело розовый оттенок, а тело Синграна стало увеличиваться в ширину и длину, пока не достигло заданного размера. После этого аппарат отключился автоматически. Жужжание затихло, и розовое сияние угасло…
Альбер Сингран некоторое время не двигался, потом сел и стал ощупывать свое тело, как человек, только что проснувшийся.
— Как вы себя чувствуете? — крикнул Боб Моран.
Но Сингран, казалось, ничего не услышал. Впрочем, так оно и было. Затем он сам попытался что-то сказать, но Боб знаком заставил его замолчать. Потом переставил отметку на шкале на метр восемьдесят два сантиметра, спустился с помоста и в свою очередь растянулся на каменном столе. Сингран, к которому медленно возвращались нормальные рефлексы, потихоньку подошел к пульту управления и приступил к операции.
Когда розовое сияние померкло, Моран, немного помедлив, выскользнул из серпантина и встал со стола, чуть ли не касаясь головой низкого потолка подвала. Он почесал макушку и весело сказал:
— Как все-таки приятно снова треснуться башкой о потолок!
Он перевел взгляд на Альбера Синграна, все еще стоявшего у пульта в форме ландскнехта, и подмигнул ему.
— Удалось! А, Альбер?!
— Да, командан Моран, — с чувством ответил плотник. — Повезло! И все благодаря вам! Даже не знаю, как выразить свою признательность…
Боб пожал плечами.
— Не преувеличивайте. Я сделал не более того, что должен был сделать. А вы сделали свое дело, как и все наши товарищи. Так что это общий успех… Но пора помочь и им. Они небось уже думают, что мы в лапах у кошек…
С этими словами Моран направился в глубь подвала. В левом углу он действительно обнаружил, плитку, о которой говорил профессор Марс, и после нескольких попыток сумел ее вынуть. Засунув руку в тайник, он извлек на свет шкатулку, полную драгоценных камней и золотых украшений. Их было на десятки миллионов. Боб положил шкатулку обратно и поставил плитку на место.
— Вот и все. Нам здесь больше делать нечего. Пошли к товарищам.
Они молча направились к выходу, повернув статую, выбрались в сад и попали в огромную стаю кошек. Те, видимо, ожидали увидеть гномов, но, встретив нормальных людей, прыснули во все стороны с испуганным мяуканьем.
Почти бегом компаньоны направились к вилле. В коридоре Боб сказал Синграну:
— Идите за остальными, Альбер, и объясните, что их мучения скоро кончатся. Естественно, используйте аппарат-переводчик. А я пока сделаю пару телефонных звонков…
Он вошел в кабинет и, споткнувшись о тело Жюстиньена, снял телефонную трубку. Первым он набрал номер Жака Принца. Гудок прозвучал по крайней мере дюжину раз, прежде чем в трубке раздался заспанный голос частного сыщика:
— Алло… Слушаю… Кто говорит?
— Это Моран.
Голос на другом конце провода сразу обрел свой обычный тембр.
— Моран? Боб Моран?
— Угадал, старина. Боб Моран собственной персоной… Тебя, кажется, это удивило?
— Видишь ли, я не ждал твоего звонка, да еще посреди ночи. Я сам тебя искал и, не найдя, подумал, что ты укатил в какие-нибудь дальние страны…
— Я действительно совершил небольшое путешествие, — признал Боб, — но не такое, как ты думаешь. Его можно даже назвать «путешествием без движения». Тем не менее во время этого вояжа я открыл, кто скрывался под личиной невидимого врага…
На другом конце провода некоторое время молчали, затем раздался громкий выкрик Принца:
— Невидимый враг!.. О чем ты говоришь?!
— Я пытаюсь втолковать тебе, что обнаружил невидимого врага. И теперь он в моей власти.
На другом конце провода снова наступила тишина, после чего вновь раздался укоризненный голос Жака Принца:
— Боб, а ты не шутишь?!
— Какие там шутки, — строго произнес Моран. — Я не только захватил невидимого врага, но и нашел все, что было украдено.
Тон, которым он это произнес, казалось, убедил Жака Принца.
— Ты правда не шутишь, Боб?
— Абсолютно. Говорю совершенно серьезно. А если хочешь убедиться — приезжай. — И Моран продиктовал адрес профессора Марса.
— Лечу. Только предупрежу комиссара Ферре. Он как раз сегодня на дежурстве…
— Я этим займусь. Хочется самому сообщить ему столь приятную новость…
— Как считаешь нужным, Боб. До встречи…
— Жду.
Он повесил трубку и подумал: «Представляю, какое лицо будет у комиссара Ферре, когда я все ему расскажу!»
Хитрая улыбка скользнула по его лицу, когда он начал набирать номер полиции.
Глава 14
— Это волшебство!.. Магия!.. — восклицал комиссар Ферре, когда наблюдал, как под действием аппарата увеличивается на столе тело профессора Марса.
Жак Принц и комиссар Ферре присутствовали при возвращении нормального роста четырнадцати лилипутам и физику, но трезвый, прагматический ум мешал полицейскому поверить своим глазам.
— Видите ли, — заявил Боб Моран, — современная наука часто объединяется с магией. Уверяю вас, что волшебство, при котором вы присутствуете, не имеет никакого отношения к чертовщине…
В нескольких словах он рассказал своим слушателям о направленности работ профессора Марса и причинах, которые толкнули ученого на путь грабителя. Моран сообщил, как он вычислил физика, а потом попался в его ловушку и превратился в лилипута. Когда он закончил, комиссар Ферре только махнул рукой в отчаянии.
— Все это слишком сложно для меня, — проговорил он, — и если жулики начнут пользоваться такими средствами, я подам в отставку… Поскольку вы, Моран, представили мне бесспорные доказательства, ничего не остается, как вам поверить. Поверить и извиниться за свои подозрения…
Марс уже начал шевелиться, и комиссар приказал полицейскому, стоящему у входа в подвал:
— Наденьте наручники на эту птичку и тщательно за ним следите! Отведите на виллу. Не забывайте, что речь идет о невидимом враге!..
Пока представители закона занимались ученым, Жак Принц обратился к Бобу Морану:
— Знаешь, Боб, поймав профессора Марса, ты заработал крупное вознаграждение, которое выделили страховые компании, и имеешь право на процент от стоимости похищенного. Все это ты заслужил по праву.
Боб Моран промолчал. Он думал об открытии профессора Марса. Если оно попадет в чьи-то нечистые руки, неизвестно, как его используют. А ведь научные открытия должны служить на благо человечества, хотя на практике часто несут людям несчастья. Как бы и это открытие не послужило злу! В какой-то момент Боб даже пожалел, что не уничтожил аппараты для уменьшения и увеличения. Доработав аппаратуру профессора Марса, действительно можно будет осуществить мечту ученого — создать расу сверхлюдей — гигантов. Но нужны ли человечеству такие сверхлюди, чтобы утверждать свою мощь? Ведь настоящая мощь — это разум и мудрость!
Тут Моран отвлекся от своих мыслей. Полицейский, надев наручники, вел профессора Марса по лестнице к выходу из подвала. На верхней ступеньке ученый обернулся к Морану и крикнул:
— Командан Моран! Вы погубили все мои надежды! Все то, на что я потратил годы! Но ни одна из моих машин не выдаст своего секрета. А что до записей, то я их не вел. Все у меня в голове. Все. Вы слышите меня? Все! А я ничего не скажу. И никому…
Но полицейский уже вывел профессора, и голос его смолк.
Тут Боб Моран воспрянул духом. Он даже почувствовал себя счастливым. Счастливым, что побывал лилипутом, — ведь этим мало кто мог похвастаться — и вернулся в человеческий нормальный облик. Счастливым, потому что память о невидимом враге и угрозе, которую он нес, скоро сотрется из памяти людей.
Поделиться книгой: