Помоги проекту - поделись книгой:
Век за веком, мудрец за мудрецом, все великие религии умоляли нас признать важнейший факт — никакие внешние ощущения или вещи не способны дать нам полного или длительного удовлетворения. По сути дела, одержимость богатством и имуществом успокаивает нас мелочами и отвлекает от того, что в жизни действительно важно. Один из величайших даосских мудрецов, Чжуан Цзы, предостерегал: "Используя всю свою жизненную энергию на внешние вещи, ты истощаешь свой дух". Мохаммед кратко охарактеризовал эту проблему, указав, что "Человеку, отягощенному богатством, трудно карабкаться по крутой дороге, которая ведет к блаженству". Иисус спрашивал: "Что человек выиграет, если он приобретет целый мир и потеряет собственную душу?"
Подлинное счастье и блаженство доступны,
1. Какие доказательства существуют в поддержку утверждения великих религий, что внешние удовольствия не способны дать полного удовлетворения?
2. Если это утверждение справедливо, то почему нас так гипнотизируют эти удовольствия, и каким образом мы можем освободиться от их чар?
Никогда ранее в истории человечества столь многие люди не имели столь многого. Хотя более половины мира страдает от ужасающей нищеты, другая половина наслаждается богатствами, которые и не снились величайшим царям прошлого. Автомобили и компьютеры, телефоны и телевизоры, факсы и телевизоры, свежие продукты и замороженные деликатесы — перечень имущества и возможностей можно продолжать почти бесконечно. Мы купаемся в изобилии технологических чудес, приспособлений, экономящих труд, и приятных развлечений. Богатейшие люди в истории имели лишь малую долю тех удовольствий, которые сегодня доступны многим из нас.
Стали ли мы от этого счастливее? По мнению психолога Дэвида Майерса, автора книги "Погоня за счастьем", — "да, чуть-чуть". Значительное число исследований показывают, что как только мы преодолеваем границу бедности и удовлетворяем свои основные потребности, дальнейший рост доходов и накопление имущества в поразительно малой степени повышают наше благополучие. Майерс так характеризует эту ситуацию:
Однако, как ни странно, среди людей, имеющих большие доходы существует лишь незначительная тенденция получать большее удовлетворение от достигнутого. Верно говорят: удовлетворение — это не столько получение желаемого, сколько желание уже имеющегося.
Возьмите, к примеру, Соединенные Штаты. За тридцать лет с 1960 по 1990 гг. покупательная способность и материальная обеспеченность среднего американца возросли вдвое. Удвоилось ли от этого счастье? Майерс приходит к горькому выводу:
Значительный рост нашего уровня жизни за последние тридцать лет ни на йоту не увеличил счастья и удовлетворения от жизни.
Эти факты для большинства людей оказываются огромным потрясением. Они разрушают представления о счастье, на которых строятся столь многие индивидуальные жизни и целые культуры. Миллионы людей жертвуют здоровьем, чтобы стать богатыми; капиталисты и экономисты считают деньги главным мотивом в человеческой жизни; бесчисленные потребители без конца покупают новейшие товары; и политики продолжают привлекать загипнотизированных избирателей перспективой растущего богатства. Конечно, нам нужно помогать людям избавляться от бремени нищеты. Но новейшие исследования сходятся во мнении с мировыми религиями — все большее количество денег и имущества не приносит все большего счастья.
Богатейший из вас тот,
кто не попал в ловушку алчности...
Скупец — беднейший из всех
Существует весьма распространенное неверное мнение, которое породило огромное количество ненужных страданий. В самих по себе физических удовольствиях, наподобие денег, секса, и имущества, изначально нет ничего плохого, и в их получении нет никакого зла. Это — всего лишь некоторые из прелестей жизни, и мы, безусловно, можем ими наслаждаться. На самом деле, монотеистические религии — иудаизм, христианство, и ислам — иногда называют их Божьими дарами и описывают наш мир, как сад земных удовольствий. Однако, если мы совершаем роковую ошибку, считая эти удовольствия лучшими, или
По существу, мы нуждаемся в уравновешенной точке зрения — философии жизни — которая признает и почитает уместные удовольствия и уделяет каждому из них надлежащее место в жизни. Так поступают мировые религии, и особенно ясным примером тому служит индуизм.
Индуизм различает в жизни четыре главные цели —
Каждая из этих трех жизненных целей считается уместной и приятной. Каждая заслуживает того, чтобы к ней стремиться и наслаждаться ее достижением в качестве одной из сторон жизни, при условии одновременного почитания четвертой цели и стремления к ней.
Эта четвертая цель —
ПРОКЛЯТИЕ ПРИСТРАСТИЯ
Привязанность, или пристрастие, и ее полное проявление — зависимость — весьма отличаются от простого желания. Привязанность — это непреодолимое влечение, которое вопит: "Я
Все великие религии считают пристрастия главной причиной человеческих страданий. Интересно, что западные философия и общество начинают с этим соглашаться. Недавно мы начали осознавать, насколько всепроникающими и разрушительными могут быть привязанности и как сильно они искажают жизнь отдельных людей и целых культур. Наша привязанность к потреблению отравляет всю планету, а никотин — самый опасный и неотвязный из всех наркотиков — ежегодно убивает миллионы людей.
На Западе мы уделяем большое внимание проблеме наркотиков. Но великие религии уже давно показали, что объектом нашей привязанности и даже наркотической зависимости может становиться практически все, что угодно — деньги, власть, слава, секс, положение в обществе, убеждения, пища, одежда, самооценка — этот перечень практически не имеет конца. Как только мы попадаемся на крючок, привязанности искажают наши приоритеты и делают нас слепыми к подлинному источнику счастья — как это наглядно изображает тибетский буддизм:
Никто и никогда не высказывал эту мысль так ясно, как это сделал Будда. Родившись 2500 лет назад, человек, которому предстояло стать Буддой, прожил двадцать девять лет как принц, окруженный изысканной роскошью. Поначалу он наслаждался своим царским образом жизни и предавался всем возможным наслаждениям. Но незадолго до тридцатого дня рождения, прогуливаясь в своей коляске, он увидел три вещи, которым было суждено изменить его жизнь, а впоследствии и весь мир — дряхлого старика, безнадежно больного человека, и мертвое тело. В момент потрясающего прозрения он осознал:
1. ему, как и всякому другому, неизбежно предстоят старость, болезни и смерть;
2. ни одно из его многочисленных удовольствий и развлечений не будет длиться вечно;
3. ни одно из них не принесет в его жизнь вечного счастья или смысла.
Это открытие привело к поразительным результатам. Он оставил свой дворец, богатство, и даже семью, и провел следующие шесть лет, скитаясь по всей Индии в неистовых и неустанных поисках высшего счастья и цели жизни. Один за другим, он испробовал все известные методы. Он изучал философию, учился йоге, и практиковал столь строгие аскезу и пост, что едва не умирал от голода. Вот как он сам говорит об этом:
Так как я принимал лишь малые количества твердой и жидкой пищи, мое тело становилось крайне истощенным... Мои бедра от недостатка пищи стали подобны ногам верблюда, мой хребет прогнулся и выпирал, словно нитка бус... Желая коснуться кожи живота, я взамен ощутил бы свой позвоночник.
Пройдя по пути аскезы до смертельно опасных пределов, он понял, что ни этот путь, ни его противоположность — жизнь полная роскоши и чувственности, не могли привести его к желанной цели. Вместо них он выбрал то, что назвал "срединным путем", лежащим между крайностями аскезы и излишеств.
Поев достаточно, чтобы вернуть здоровье и силы, он решился на последнюю крайнюю попытку. Усевшись под деревом, он дал обет, что не встанет, пока не достигнет просветления, даже если ему придется умереть. Весь день и всю ночь он боролся со всеми пристрастиями и страхами и исследовал самые глубокие уголки своего ума, пока, наконец, перед самым рассветом в нем не забрезжило понимание, и он не пробудился. Так он стал "Буддой", что означает "Пробужденный".
В первые тридцать пять лет своей жизни он испробовал все духовные практики, вкусил всех наслаждений, отказался от всех удовольствий, и, наконец, обрел высшее наслаждение просветления. Когда Будда говорил о счастье и средствах его достижения, он говорил с полным знанием дела.
Он подытожил свои открытия в Четырех Благородных Истинах, которые составляют центральное ядро буддизма:
1. Жизнь полна трудностей и страданий.
2. Причина страданий — в привязанностях.
3. Освобождение от привязанностей приносит избавление от страданий.
4. Освобождения от привязанностей и страданий можно достичь, практикуя восьмеричный путь этики, мудрости, и медитации.
В основу учения Будды положено признание абсолютно кардинальной роли, которую в нашей жизни играют привязанности. Будда замечал, что хотя каждый человек ищет счастья, почти все идут неправильным путем. Они впустую тратят свою жизнь в бесконечной и, в итоге, тщетной борьбе за удовлетворение привязанностей, вместо того, чтобы от них избавиться.
Неотвязное пристрастие ненасытно, и его никогда нельзя полностью удовлетворить. Потворство пристрастиям приносит временное удовлетворение, но в конечном счете разжигает их еще сильнее. Будда говорил, что "Дождь мог бы превратиться в золото и все равно не утолил бы твою жажду".
Рука об ругу с пристрастием идут его болезненные спутники — такие разрушительные эмоции, как страх, гнев, ревность, и подавленность. Эти эмоции тесно связаны с пристрастием и отражают то, как оно действует на нас. Мы боимся, что не получим то, к чему привязаны, кипим от гнева на всякого, кто встает на нашем пути, мучаемся ревностью к людям, у которых есть то, чего мы жаждем, и впадаем в подавленность, когда теряем надежду. Иудейская мудрость гласит "Чрезмерная любовь к миру и всему, что в нем, вызывает гнев Небес". Быть может, а быть может, и нет. Но она определенно вызывает наш собственный гнев и другие болезненные эмоции.
Количество страданий в нашей жизни отражает разрыв между тем, что у нас есть, и тем, чего мы страстно желаем. Пристрастие порождает страдание, будучи ненасытным и причиняя эмоциональную муку.
Есть и более тонкие духовные издержки. Привязанность приковывает нас к малым удовольствиям и лишает нас самого величайшего наслаждения. Иисус кратко подытожил эту дилемму, сказав: "Никто не может служить двум господам... Ты не можешь служить и Богу, и богатству". Св. Иоанн Креста, испанский монах XVI века и один из самых влиятельных католических мистиков, пояснил эту тему в следующем изящном отрывке:
Душа, привязанная к чему-либо, будь в ней сколь угодно много добра, все равно не достигнет свободы божественного единения. Ибо не важно, что удерживает птицу — крепкий канат или тонкая нить, если она все равно остается на привязи; ведь пока привязь не порвется, птица не может летать. Так и душа, удерживаемая узами человеческих привязанностей, какими незначительными бы они ни были, пока они сохраняются, не может прийти к Богу.
Неудивительно, что одна из десяти заповедей иудаизма и христианства гласит: "Не возжелай...". Неоконфуцианский мудрец Ван Ян Мин утверждал:
Ученость великого человека целиком состоит в избавлении от помрачения эгоистических желаний (привязанностей)... так, чтобы восстановить состояние единства с Небесами, землей и всем множеством вещей.
Великие религии высказываются абсолютно ясно — все мы страдаем от зависимостей. Почему же мы так сильно и отчаянно цепляемся за свои забавы и безделушки, если они, в конечном счете, причиняют нам такую боль?
По мнению великих религий, ответ заключается в нашем ложном чувстве самотождественности. Они утверждают, что мы отделены от божественного и потому не осознаем своей подлинной природы. Это отделение описывают по-разному. В иудаизме и христианстве оно именуется "грехопадением". В индуизме и буддизме — это впадение в полусознательное состояние
Но как бы его не называть, суть остается одной и той же — впадая в иллюзию, мы забываем свою безграничную духовную природу. Как следствие этого, мы себя трагически недооцениваем, полагая, что представляем собой всего лишь маленькие "эго", заключенные в наши недолговечные и слабые тела, и что нам изначально суждено быть робкими и несовершенными. Но как же нам чувствовать себя иначе, если мы столь ужасно себя ограничили и оторвались от своего Источника? Считая себя от природы несовершенными и ущербными, мы изо всех сил цепляемся за все, что, как нам кажется, маскирует и компенсирует наши изъяны, или отвлекает нас от них.
СТРАТЕГИИ ОБРАЩЕНИЯ С ПРИВЯЗАННОСТЯМИ
Есть два очень разных способа, которыми мы стараемся утолять свои привязанности. Первый из них — широко распространенный и катастрофический; второй — редкий, освобождающий и экстатический.
При таком подходе мы стараемся удовлетворить свои привязанности — как можно больше есть, заниматься сексом, приобретать, или потреблять. Мы стараемся получать все, чего бы не пожелали. С помощью такой стратегии мы пытаемся компенсировать свое чувство внутренней неполноценности внешней стимуляцией — приятными ощущениями, приобретением нового имущества, и обретением большей власти. Мы изо всех сил стараемся сократить болезненный разрыв между тем, чего мы страстно желаем, и что имеем, за счет овладения все большим и большим. Используя этот подход, мы пытаемся приспособить мир к своим привязанностям, и растрачиваем жизнь, выискивая и
У этой стратегии есть серьезные недостатки. Сделать мир таким, как нам хочется — это тяжелая и нескончаемая работа. Даже если мы и добиваемся успеха, случается неизбежное — мир снова изменяется.
И что еще хуже, как только мы получаем то, чего, как мы думали, нам хотелось, то сразу же обнаруживаем, что этого недостаточно. Мы хотим большего. Чтобы добиться того же эффекта, наркоману нужна большая доза, скряге — большее богатство, а потребителю — еще один приступ мотовства. Религия называет это ростом алчности; психология говорит о выработке привыкания. Но вне зависимости от терминологии, результат остается одним и тем же — привязанности растут, а удовлетворение убывает. Дэвид Майерс так характеризует этот факт: "Постоянно растущие желания порождают нескончаемую неудовлетворенность". Реклама не устает говорить нам: "Все это может быть вашим". Она умалчивает о том, что обладать всем этим никогда не бывает достаточно.
Почему это должно быть так? Ответ очень прост, но его редко осознают: все эти мимолетные удовольствия — это не, что нам действительно нужно, и не то, чего мы на самом деле хотим. Они — всего лишь неадекватные заменители, тщетные попытки компенсировать наше внутреннее чувство неполноценности, тогда как в глубине души мы хотим пробудиться к своей подлинной сущности, в которой нет никаких недостатков.
"Что уничтожает пристрастия?" — спрашивал Шанкара, который жил в Индии в девятом веке, и которого нередко считают величайшим из всех индийских мудрецов. И отвечал: "Осознание своего подлинного "Я"".
Безнадежный поиск замещающих вознаграждений неизбежно терпит неудачу, потому что мы никогда не можем иметь достаточно того, чего, в действительности, не хотим. И все же бесчисленные люди и культуры неистово продолжают этот поиск, хотя загрязненная и разграбленная земля вокруг нас свидетельствует о ненасытности наших аппетитов. Ганди метко охарактеризовал нашу ситуацию, указав, что в мире достаточно всего для удовлетворения нужд каждого человека, но не для удовлетворения человеческой алчности.
Коль скоро мы понимаем природу привязанностей и связанных с ними убывающих удовольствий, наше сознание приходит к поразительному, но, в конечном счете, освобождающему выводу:
У нас никогда не будет достаточно денег, секса, власти, имущества, или престижа, чтобы полностью нас удовлетворить. Как не парадоксально, это не констатация безнадежности, а обещание свободы и надежды, ибо оно избавляет нас от болезненной веры в то, что еще одна вещь, наконец, нас навсегда удовлетворит, даже хотя все предыдущие вещи, в итоге, не смогли этого сделать. Оно освобождает нас от неистового безнадежного поиска какого-то человека или имущества вне нас, способного заполнить мучительную пустоту внутри.
Добрая весть заключается в том, что существует способ достичь устойчивого удовлетворения. Этот способ связан с изменением наших представлений о том, в чем мы, по нашему мнению, нуждаемся, и он прекрасно описан в одной истории, популярной среди исламских мистиков, именуемых суфиями.
Один из любимых героев суфиев — шутник Ходжа Насретдин. Порой Насретдин выглядит полным дураком, но в действительности это мудрый и лукавый человек, и его шутки содержат в себе блестящие уроки жизни.
Однажды, гуляя, Насретдин увидел человека, который сидел на обочине дороги и плакал.
"В чем дело, мой друг?" — спросил Насретдин — "Почему ты плачешь?"
"Я плачу потому, что я так беден" — стал жаловаться его собеседник — "У меня нет денег, и все, чем я владею — эта небольшая сумка".
"Ага!" — сказал Насретдин, немедленно схватил сумку и бросился бежать что было сил, пока не скрылся из виду.
"Теперь у меня совсем ничего не осталось" — вскричал бедняк, еще горче заплакал и побрел по дороге в направлении, куда скрылся Насретдин. Пройдя милю, он увидел, что его сумка валяется посреди дороги, и тут же заплясал от радости. "Слава Аллаху!" — вскричал он — "Я вернул все свое имущество. Благодарю, благодарю!".
"Как странно!" — воскликнул Насретдин, выйдя из-за кустов на обочине. "Как странно, что та же сумка, что заставляла тебя плакать, теперь вызывает у тебя такое ликование".
Счастье заключается не в потакании нашим привязанностям и их удовлетворении, а в их уменьшении и в избавлении от них. Нигде это не сказано так ясно, как в третьей Благородной Истине Будды: "Освобождение от привязанностей приносит избавление от страданий."
Точно так же, Шанкара задавал вопрос: "Как достичь Небес?", и отвечал на него: "Достижение небес — это свобода от пристрастий".
С этим соглашались множество других мудрецов. Некоторые даже доказывали, что свобода от привязанностей — которую иногда называют
Я прочитал множество сочинений, написанных как пророками, так и языческими учителями... чтобы найти высшую и лучшую добродетель, обладая которой, человек может полнее и вернее всего следовать воле Божьей... Внимательно изучая все эти писания, насколько мне позволял и помогал мой ум, я не смог найти лучшей добродетели, нежели чистая отрешенность от всех вещей.
Каким же образом уничтожение привязанности ведет к прекращению страдания? Вспомним, что несчастье отражает различие между тем, чего мы страстно желаем, и что имеем. Если мы отказываемся от своих привязанностей, принимая то, что у нас есть, разрыв исчезает, а с ним — и наше несчастье. Именно поэтому Ганди, когда его просили описать философию жизни, было нужно всего три слова: "Отрекись и возрадуйся!", и поэтому Мейстер Экхарт утверждал, что "Нет никого счастливее тех, кто обладают величайшим бесстрастием".
Глава 6
УПРАЖНЕНИЯ ДЛЯ ИЗБАВЛЕНИЯ ОТ ПРИСТРАСТИЙ
Освободись от алчности,
ибо алчность — это сама нищета.
Будем честны. Уменьшение пристрастий приносит удовлетворение, но оно дается нелегко. Нужно быть добрым к себе, проявлять терпение, и не усугублять проблему, вырабатывая привязанность к избавлению от привязанностей. Это особенно справедливо в отношении настоящих зависимостей, наподобие алкоголизма и курения, которые имеют прочную физическую основу и потому лучше всего поддаются сочетанию физических, психологических, и духовных методов лечения.
Избавление от привязанностей — это, как правило, длительный процесс, для которого требуется нечто большее, чем какое-то одно упражнение или даже несколько упражнений. Однако, когда специальные упражнения сочетаются с соответствующей духовной практикой, привязанности со временем постепенно ослабевают. Ниже даны некоторые легкие упражнения, которые помогают начать этот процесс, способствуя развитию осознания и пониманию опыта пристрастия.
Страдание — это призыв к исследованию,
любая боль нуждается в изучении
Лишь только мы осознаем, что наши психологические и духовные муки коренятся в привязанностях, перед нами открывается грандиозная возможность. Страдания становятся ценной обратной связью, поскольку душевная боль подобна физической боли. Это сигнал, предупреждающий о том, что кое-что идет неправильно, что мы страстно желаем чего-то и околдованы привязанностью. Поэтому великие религии призывают нас распознавать свои привязанности, чтобы мы могли начать от них избавляться.
Чтобы сделать это, либо вспомните о какой-то ситуации в вашей жизни, которую вы воспринимаете болезненно, либо, в следующий раз, когда вы ощутите душевную боль — будь то страх, гнев, ревность, или что-то еще — перестаньте делать то, что вы делаете, и поищите привязанность, которая за этим скрывается. Например, если вы испытываете гнев, то это, вероятно, обусловлено тем, что вы думаете, будто кто-то препятствует вам в удовлетворении вашей привязанности. Если вы протягивает руку за шоколадом и приходите в ярость, потому что кто-то опередил вас, взяв последний кусочек, можно побиться об заклад, что ваша любовь к шоколаду превратилась в привязанность. Точно так же, если вы чувствуете замешательство, то вы, несомненно, привязаны к тому, чтобы люди были о вас высокого мнения; если вы ревнуете, значит, вы страстно желаете иметь то, что есть у других.
В некоторых вещах, к которым мы привязаны, вовсе не обязательно должно быть что-то плохое. Совсем не плохо хотеть иметь ученую степень, хорошую работу, или хорошую репутацию. Но когда хотение становится страстным желанием, мы создаем себе проблемы.
* * *
Коль скоро мы распознаем привязанность, перед нами открывается целый ряд новых возможностей. Теперь, когда мы страдаем, у нас есть выбор. Мы можем продолжать цепляться за что-то и страдать, либо отказаться от привязанности и положить конец страданию. На этом этапе решающее значение приобретает вопрос: "Сколько мучений я готов вытерпеть, прежде чем откажусь от этой привязанности?" Как ни удивительно, ответом зачастую оказывается "множество", ибо после большей части жизни, отданной пристрастиям в убеждении, что их удовлетворение — это единственный путь к счастью, отказываться от привязанностей не всегда легко. В этом могут помочь следующие упражнения.
Лучшее осознание нашего опыта и поведения имеет решающее значение для того, чтобы мы могли их понять и изменить. Это одна из причин, почему развитие ясного сознания входит в число семи практик. И все же, когда мы попадаем в ловушку привязанности, мы обычно сосредоточиваем свое внимание на том, что стараемся получить, а не на действительном опыте страстного желания.
Духовные традиции советуют специально изучать само ощущение пристрастия. Чтобы сделать это, в следующий раз, когда вы заметите, что вами овладело страстное желание, воспользуйтесь случаем, чтобы его тщательно проанализировать и выявить составные части этого опыта. Перестаньте делать то, что вы делаете. Затем внимательно изучите свое переживание. Посмотрите, можете ли вы определить лежащие в его основе эмоции, телесные ощущения, мысли, чувства, и напряжения.
Обычно, то что вы обнаруживаете не слишком приятно. Страстное желание может ощущаться как жжение в теле, сопровождающееся сужением и напряжением ума. Могут иметь место группы болезненных эмоций, наподобие тревоги и страха. Ваше сознание могут наполнять фантазии о том, чего или кого вы желаете. Ваш ум возбуждается, и в нем начинают мелькать вспышки само-разрушительных мыслей, например: "Если я этого не получу, то никогда не буду счастлив". Исследование опыта пристрастия помогает вам понять его, распознать его болезненные эффекты, и естественным образом способствует тому, чтобы вы захотели от него избавиться.
Еще одна причина, почему развитие ясного сознания — это одна из семи практик, состоит в том, что сознавание[2] обладает целительной силой. Просто лучшее осознание пристрастия может начать его ослаблять, и иногда, как указывал Нисаргадатта Махарадж, "Слабую привязанность можно устранить с помощью интроспекции и медитации". Исследование пристрастия — это необходимый первый шаг к его пониманию и исцелению.
Размышление — основной метод любой из великих религиозных традиций. По существу, оно состоит в обдумывании какого-то вопроса или опыта, чтобы лучше понять его и самого себя. Как вы увидите, это незаменимый инструмент для развития мудрости. Здесь вы можете использовать его, чтобы распознать издержки пристрастия.
Для этой цели выберите время и место, где вы без помех сможете несколько минут спокойно подумать. Начните с обдумывания одной или нескольких мощных привязанностей, управляющих вашей жизнью. Это может быть, например, курение, или желание иметь модный автомобиль. Затем оцените все время и энергию, что уходят на их удовлетворение. Задумайтесь о том, сколько денег и усилий вы тратите. Вспомните болезненные эмоции, которыми сопровождаются ваши пристрастия, например гнев на тех, кто вам препятствует, подавленность, когда у вас нет надежды получить то, чего страстно желаете, и боязнь потерять это, если вам удалось это получить.
Просто позвольте этим соображениям и любым сопровождающим их догадкам войти в ваше сознание. Не нужно специально искать какие бы то ни было конкретные догадки, и уж конечно не нужно осуждать и клясть себя за то, что вы к чему-то привязаны. Самоосуждение и самобичевание лишь заставляют нас острее переживать нашу неполноценность и сильнее цепляться за иллюзорные утешения наших привязанностей. Цель этого, и вообще всякого размышления — понять, а не осудить.
Поделиться книгой: