Клуб шальных бабок

– Да я ничего такого и не думаю! – заверила ее Лариса. – Главное, чтобы тебе самой нравилось!

Надежда предпочла промолчать, она и сама толком не знала, нравится ей сидеть дома или нет. С одной стороны, никуда не нужно бежать, и в транспорте не приходится давиться по утрам, с другой – скучно как-то ничего не делать. Но зато есть время разгадывать разные интересные криминальные шарады.

– А ты что делаешь? – Надежда взглянула на коробки с шариками. – Ой, у тебя какой-то праздник?

– Да у меня теперь вся жизнь – праздник! – Лариса засияла. – Вообще-то у меня теперь такая работа – я устраиваю праздники. Дни рождения, свадьбы, юбилеи… Оформляю, придумываю сценарии, нахожу нужных людей – ведущих, дизайнеров, фотографов… Ну, само собой, подготовка меню, транспорт – это все тоже на мне…

– Здорово! – искренне восхитилась Надежда, вспомнив, что Лариска и раньше была первой заводилой на всех вечеринках и юбилеях. Стало быть, нашел человек себя, можно только порадоваться.

– Да, мне очень нравится! – подтвердила Лариса. – А ты кого-нибудь из наших встречаешь?

– Как раз недавно встретила Таню Кнопкину из отдела документации, помнишь ее?

– Ой, конечно! Ну и как она?

– Да вроде ничего… – ответила Надежда без прежней уверенности.

– Слушай, а что мы на улице стоим? Давай зайдем куда-нибудь, посидим… сколько лет не виделись! Надо же хоть немножко поболтать! Вспомнить прежние времена!

– Но ты ведь, наверное, занята? – Надежда выразительно взглянула на коробки с шариками.

– Ничего, у меня есть время. Это я тут по соседству купила шарики для оформления детского праздника. Давай положим их в багажник и заедем куда-нибудь.

Рядом стоял красный «Фольксваген». Лариса щелкнула пультом, открыла багажник, Надежда помогла ей сложить туда коробки.

– А может, тогда и Татьяну позовем? – предложила она. – Она тут совсем рядом работает! И скоро заканчивает, я знаю.

– Конечно! – оживилась Лариса.

Они сели в машину и подъехали к офису фирмы. Как раз в это время из дверей выходила Кнопкина.

– Вот, на ловца и зверь бежит! – обрадовалась Лариса и посигналила.

Татьяна недоуменно закрутила головой.

Узнав Ларису, она тоже оживилась: они когда-то дружили. Правда, когда подруги позвали ее в ресторан, она растерялась:

– Ой, как же я в таком виде… Может, лучше в другой раз?

– Да ничего, нормальный у тебя вид! – отмахнулась Лариса. – Когда еще мы втроем сможем собраться? Сейчас все-таки день, а днем можно не особо напрягаться по части экипировки. И вообще не делай из одежды культа.

– А я знаю, куда мы пойдем! – заявила Надежда. – Я знаю очень хороший ресторан, и не так далеко.

У нее мелькнула мысль, как можно извлечь из этой встречи двойную пользу.

– Ну-ка, ну-ка! – заинтересовалась Скороходова. – Меня рестораны интересуют с профессиональной точки зрения.

– Ресторан «Галеон» знаешь?

– Слышала, но сама там не была. Вот и хорошо, присмотрюсь к нему. Если понравится, буду рекомендовать своим клиентам!

Через сорок минут три дамы уже сидели за угловым столиком ресторана и чесали языками. Они уже выпили за встречу по первой рюмке, закусили салатиком из маленьких осьминожек и теперь ждали горячего: Надежда уговорила попробовать запеченную форель под соусом из прованских трав. Ресторан «Галеон» был не только оформлен в морском духе, но и кухня у них была специфическая, морская.

– А помните, как мы попали на овощебазе на арбузку разгрузов… То есть на разгрузку арбузов? – Татьяна, выпив немного вина, оживилась и ударилась в воспоминания.

– А как же! – подхватила Лариса. – Нам бригадир сказал, что битые арбузы можно есть, и как они сразу стали биться! Прямо каждый второй – вдребезги!

– А помнишь, как я к твоему начальнику Паше Свисткову за транзисторами пришла? Он меня спрашивает: «Тебе для дома или для работы?» Я говорю: «Для работы». Он мне: «Тогда их нет, будут только в следующем квартале». Я спрашиваю: «А если бы для дома?» – «А для дома, – говорит, – я тебе всегда найду…»

Официант торжественно принес форель на огромном блюде, разрезал на куски при них и разложил на подогретые тарелки.

– Хорошо здесь готовят! – одобрила Лариса, отправив в рот кусочек рыбы. – Надо взять этот ресторан на заметку!

– Вы посидите, девочки, а я пойду освежусь, – проговорила Надежда, поднимаясь из-за стола.

Она решила воспользоваться удобным случаем, чтобы еще раз осмотреть место преступления.

Знакомой дорогой она попала в зимний сад и подошла к тому месту, где пряталась, пока таинственная блондинка обнималась со своим не менее таинственным спутником. Вот тот фикус, который поразил Надежду своими размерами, а вон и та пальма, точнее, монстера, за которой обнималась темпераментная парочка. Кажется, метрдотель назвал это растение монстерой заостренной… или удлиненной…

Надежда с профессиональным интересом взглянула на растение с огромными разлапистыми листьями, обошла его и увидела ту скамейку, на которой нашла неугомонный труп в красном платье.

Разумеется, здесь не осталось никаких следов убийства. Больше того, днем все здесь выглядело таким обычным, таким будничным. Трудно было поверить, что совсем недавно в этом самом месте разыгралась такая криминальная драма! Надежда и сама-то в это почти не верила.

Она присела на ту самую скамейку, огляделась по сторонам. Ее взгляд упал на кадку с монстерой.

Земля была суховата, Надежда подумала, что не мешало бы ее полить. И еще она заметила, что с одной стороны от ствола земля была более рыхлая, как будто ее совсем недавно копали. Это было заметно только отсюда, со скамьи.

«Пересаживали они ее, что ли? – подумала Надежда. – Да вроде же сейчас не сезон… И потом, земля рыхлая только с одной стороны».

Она отбросила эту случайную мысль, потому что услышала приближающиеся шаги и негромкий разговор.

Машинально она вскочила со скамьи и юркнула в свое прежнее укрытие за фикусом, где пряталась в тот незабываемый вечер. Уже притаившись там, она спохватилась: почему, собственно, ей нужно прятаться? Ведь она не делала сейчас ничего предосудительного.

Но тут же она все забыла, прислушавшись к разговору.

Разговаривали двое, мужчина и женщина.

– Надо поменять место, – озабоченно проговорила женщина. – После того что здесь случилось, пользоваться этим тайником опасно.

– Да брось ты, – ответил мужчина. – Что случилось? Ее же никто не нашел, полицию не вызывали. Так что я не вижу никаких причин для суеты. Место хорошее, надежное, зачем его менять?

– Полицию! – передразнила его женщина. – При чем тут полиция? Я не полиции боюсь, я боюсь, как бы Гвоздь нас не расколол! Вот если он что-то разнюхает, нам конец!..

«Гвоздь! – мысленно повторила Надежда. – Где я совсем недавно слышала эту кличку?»

Тут она вспомнила двор-колодец в центре города и троих отморозков, которые лупили Василия Селиверстова. Один из них тоже вроде бы упомянул Гвоздя… И Васька со страху проговорился, что Гвоздя ужасно боится.

– Тихо ты! – испуганно шикнул мужчина. – Не дай бог, накаркаешь! Если Гвоздь про это разнюхает, нам точно мало не покажется!

Подозрительная парочка прошла мимо Надеждиного укрытия и остановилась возле той самой монстеры удлиненной. Или заостренной. Они замолчали, и Надежда расслышала какие-то странные звуки – как будто скребли металлом по чему-то твердому.

– Ладно, – проговорила женщина после небольшой паузы. – Последний раз воспользуемся этим тайником, просто чтобы лишний раз не выходить на связь, а потом придумаем что-нибудь другое.

Надежда услышала удаляющиеся шаги, потом все затихло.

Она выждала для верности еще пару минут и выскользнула из своего укрытия.

Все это очень напоминало ей тот роковой вечер. Тогда она точно так же пряталась за фикусом, потом, дождавшись тишины, выбралась наружу и нашла на скамейке труп.

Поэтому и сейчас она опасливо выглянула из-за кустов: что, если на скамейке снова окажется мертвое тело?

Но на этот раз, к счастью, обошлось, на скамье никого не было.

Надежда Николаевна облегченно перевела дыхание и сама опустилась на скамейку, чтобы привести свои мысли в порядок и обдумать то, что ей удалось подслушать.

Во-первых, подозрительная парочка упоминала в своем разговоре какого-то Гвоздя. И отморозки, избивавшие Селиверстова, упоминали его же. Какая-то связь определенно просматривается.

Во-вторых, в разговоре прозвучала фраза: «Ее никто не нашел». Они явно имели в виду ту самую злополучную блондинку, на чей труп Надежда натыкалась весь вечер. Значит, эти двое имеют к ее убийству непосредственное отношение. Если это не их рук дело, то они, по крайней мере, видели труп. Значит, его видела не только Надежда, и она может не сомневаться в своих умственных способностях.

В-третьих, они говорили о каком-то тайнике. О тайнике, которым воспользуются последний раз и который определенно расположен здесь, рядом со скамейкой.

Надежда завертела головой в поисках удобного места для тайника.

В то же время вспомнила странный звук, который слышала из своего укрытия.

Ну да! Как же она сразу не догадалась, что ей напоминал этот звук! Она регулярно его слышала, точнее, сама его издавала, когда пересаживала комнатные растения! Это был звук, который издает металлическая лопатка, задевая за стенки горшка!

Надежда кинулась к кадке с монстерой и тут же убедилась в своей правоте.

Там, где земля в кадке первый раз показалась ей более рыхлой, теперь она была явно только что разрыта.

Ну да, это же такой распространенный способ – прятать всякие важные вещи в цветочном горшке! Настолько распространенный, что кажется уже очень ненадежным. В каком-то детском фильме еще революционеры-подпольщики прятали в цветочном горшке типографский шрифт!

Впрочем, здесь, в зимнем саду, среди такого множества растений это, может быть, и не такой плохой тайник.

Надежда воровато огляделась по сторонам и склонилась над кадкой. Ей ужасно хотелось узнать, что же такое там спрятано?

Но не голыми же руками рыться в земле!

Она полезла в свою сумочку и принялась в который раз за последние дни перерывать ее содержимое.

Ей снова попались пачка одноразовых носовых платков, устаревший календарик, использованные билеты в кино, фирменная упаковка сахара из кафе…

Надежда привычно огорчилась и дала себе слово навести в сумке порядок. Однако все эти вещи никак не годились для перекапывания земли в кадке.

Еще она нашла пудреницу, ключи от квартиры, какой-то маленький белый квадратик, то ли из плотной бумаги, то ли из мягкого пластика размером примерно сантиметр на сантиметр.

Она удивленно уставилась на этот квадратик и наконец вспомнила, что нашла его под стелькой красной туфельки, потерянной в этом самом ресторане, под стелькой туфельки таинственной блондинки.

У нее мелькнула какая-то мысль, но сейчас она искала то, чем можно заменить лопатку, а этот квадратик для такой цели никак не подходил. Надежда сунула его обратно в сумку и продолжила поиски.

Тюбик губной помады, шоколадная конфета, начатая упаковка жевательной резинки, почему-то московский талон на все виды транспорта (она и в Москве-то не была почти год, с теткиного юбилея), пилочка для ногтей.

Ага! Как раз пилочка для ногтей ей подойдет!

Если ею нельзя копать землю как лопаткой, то можно, по крайней мере, разрыхлить ее, чтобы проверить, есть ли что-то в тайнике, или Надежда все выдумала.

Она достала пилочку и разрыхлила землю под монстерой.

Показалось ей или это правда, но под слоем рыхлой земли пилочка на что-то наткнулась.

Надежда удвоила усилия, отгребла землю в сторону и увидела на дне образовавшейся ямки что-то вроде белого полиэтиленового пакета.

Она отгребла еще немного земли и наконец смогла ухватиться за край своей находки и вытянуть ее на поверхность.

Это действительно был полиэтиленовый пакет вроде тех, в каких продавали молоко и кефир до появления фирменных картонных коробок. Впрочем, и сейчас еще такие пакеты попадаются в магазинах наряду с коробками.

По размеру пакет был примерно как литровый молочный.

Он был не белый, как ей сначала показалось, а прозрачный. Белым было его содержимое.

И это было вовсе не молоко.

Это был мелкий белый порошок вроде зубного или соды. Но это точно была не сода.

– Мама! – проговорила Надежда тихонько и испуганно огляделась по сторонам. – Мама! Только этого мне не хватало!

Она сразу догадалась, что это такое. Надежда не раз видела такие пакеты в кино – в боевиках и детективах, посвященных трудной и опасной работе наркоторговцев. В этих фильмах из-за таких пакетов людей убивали пачками.

В общем, Надежда не сомневалась, что наткнулась на пакет с наркотиком. Героин или кокаин, она не знала: не настолько она разбиралась в этом вопросе. Но что ее находка опасна, смертельно опасна – это она поняла сразу.

Не зря ей сотню раз говорил муж: «Надя, не лезь в чужие дела, это до добра не доведет!»

Кто-кто, а муж хотел уберечь ее от опасностей, во множестве затаившихся на тернистой дороге любительских расследований. А она каждый раз клятвенно обещала ему, что больше никогда, ни-ни, ни сном ни духом. Но каждый раз снова влезала в смертельно опасную авантюру! И вот наконец доигралась.

Надежда снова испуганно огляделась.

Она представила, что будет, если ее застанут здесь, с этим пакетом в руках, и еще больше перепугалась.

Первым ее побуждением было зарыть пакет на прежнем месте, но потом словно какая-то сила подхватила ее и заставила изменить прежнее намерение.

Она торопливо засыпала ямку под монстерой, разровняла землю, чтобы придать ей прежний вид, и перебежала к фикусу.

Здесь она выкопала новую ямку. Сделать это при помощи пилочки для ногтей оказалось очень непросто, и она пожалела, что не взяла с собой кота Бейсика: тот летом так ловко рыл лапами ямки под розами и огурцами!

Наконец ямка получилась достаточно глубокой. Надежда сунула в нее криминальный пакет и торопливо засыпала его землей.

По крайней мере, со стороны ничего не было заметно.