Городские имена вчера и сегодня. Судьбы петербургской топонимики в городском фольклоре

По дорожке Красносельской

Едет эскадрон гвардейский,

Эскадрон лихой, эскадрон лихой.

Снега первого белее

Блещут наши портупеи,

Шашки у бедра, шашки у бедра.

Наш полковник приказал

Сделать маленький привал,

Маленький привал, маленький привал.

А «шакалы» не дремали

И бутылки расставляли

С пенистым вином, с пенистым вином.

А полковник не дремал

И «шакалов» разгонял

Жилистым хлыстом, жилистым хлыстом.

По дорожке Красносельской

Ушел эскадрон гвардейский,

Эскадрон лихой, эскадрон лихой.

Упоминаемые в песне «шакалы» – это особый род торгашей с «большими корзинами на голове», которые с началом учений наезжали из Петербурга, «шныряли в окрестностях Красного Села» и втридорога предлагали «здоровым людям, у которых желудок тощ, но зато кошелек туг», различные вина и закуски.

Учения были многодневными, их посещал не только сам император, но и члены царской фамилии. Почти ежедневно по вечерам для офицеров устраивались различные приемы и театральные спектакли, проходили полковые праздники, встречи однополчан и пр. И только по ночам все стихало в ожидании нового утреннего маневра или смотра.

1975 . В 1964 году часть Красносельского шоссе от проспекта Стачек до проспекта Народного ополчения была переименована в Таллинское шоссе , по городу Таллину, куда вела эта дорога. Затем, в 1975 году, к этой части был присоединен Борисовский переулок, и образовавшаяся магистраль была названа проспектом Маршала Жукова . В начале Великой Отечественной войны, с 11 сентября по 10 октября 1941 года, Г. К. Жуков командовал Ленинградским фронтом.

О характере маршала до сих пор ходят легенды. Если судить по фольклору, был только один человек, которому он подчинялся безоговорочно, – Сталин. Возможно, это происходило потому, что их характеры во многом были сходны и они хорошо понимали друг друга. По одному из анекдотов, Сталин вызвал к себе Жукова. «Слушайте меня внимательно, товарищ Жуков, – сказал он, – если немцы возьмут Ленинград – расстреляю, если немцы возьму т Москву – расстреляю, если немцы возьму т Сталинград – расстреляю». На банкете после победы Сталин обратился к присутствовавшим: «Я поднимаю тост за маршала Жукова. Маршал Жуков обладает двумя большими достоинствами. Во-первых, товарищ Жуков – хороший полководец, а во-вторых, товарищ Жуков понимает шутки…»

Характер Жукова был и в самом деле не самый лучший. Он был избыточно требователен, порою жесток, не терпел возражений, не считался с чужим мнением. И в то же время нельзя не признать того факта, что среди многочисленных фольклорных прозвищ полководцев Великой Отечественной войны именно Георгия Константиновича Жукова называют «Георгием Победоносцем».

Матвеева, переулок

1850 . В 1787 году на углу Крюкова канала и Офицерской (ныне – Декабристов) улицы было построено необычное для Петербурга здание, фасады которого украшали семь романтических башен. В Петербурге его называли Семибашенный, или Литовский замок. В начале XIX века в нем был расквартирован так называемый Литовский мушкетерский полк, а с 1823 года мрачные сырые помещения замка начали использовать в качестве следственной тюрьмы, которая просуществовала без малого целое столетие, вплоть до 1917 года. Замок приобрел в народе еще несколько названий: «Петербургская Бастилия», «Каменный мешок», «Дядин дом», «Дядина дача». Сохранился опубликованный в свое время в журнале «Сатирикон» анекдот: «Извозчик! К Литовскому замку» – «И обратно?» – «Можно и обратно». – «Ждать-то долго?» – «Шесть месяцев».

Полголовы мэне обреют

И повезут в казенный дом.

Там по углам четыре башни

И по два ангела с крестом.

В 1850 году безымянный проезд, проходивший у ворот замка от реки Мойки до Офицерской улицы, официально назвали Тюремным переулком . В середине XIX века, в пору повального увлечения азартными карточными играми, переулок приобрел своеобразную славу среди столичных картежников. В то время существовало поверье, что удача посещает только тех игроков, что играют вблизи жилища палача. Петербургские шулеры воспользовались этим и присмотрели два притона в доходных домах на углу Тюремного переулка и Офицерской улицы, из окон которых был хорошо виден Литовский замок – тюрьма, где, как утверждали обыватели, жил городской палач.

М. И. Пыляев в книге очерков «Старое житье» рассказывает, как однажды тайный советник екатерининских времен, известный гуляка и картежник Политковский, которого в столице прозвали «Петербургским Монте-Кристо», проиграл казенные деньги. В игорный дом на углу Офицерской нагрянула полиция. С большим трудом удалось замять скандал, который грозил закрытием игорного притона. С тех пор салонные зубоскалы стали называть узкий Тюремный переулок «Le passage des Termopyles», где картежники стояли насмерть и готовы были скорее погибнуть, как древние спартанцы в Фермопильском ущелье, нежели лишиться игорного дома вблизи жилища палача.

1919 . Крышу тюремной церкви и одну из башен замка украшали фигуры ангелов с крестами в руках – этакие странные символы тюремного заведения. Эти ангелы довольно часто фигурируют в частушках того времени:

Как пойдешь по Офицерской,

Там высокий серый дом.

По бокам четыре башни

И два ангела с крестом.

Над домом вечного покоя

Стоят два ангела с крестом

И часовые для дозора

Внизу с заряженным ружьем.

Один из ангелов, согласно местным преданиям, по ночам обходил тюремные камеры. Арестанты будто бы не раз слышали его звонкие шаги и видели блестящие крылья. Знали, что, если он постучит в камеру кому-то из смертников, того в эту же ночь казнят. Два раза в году, на Пасху и на Рождество, ангел являлся заключенным во сне, приносил вести от родных и благословлял. Когда заключенные впервые под охраной входили в ворота тюрьмы и обращали взоры на крышу замка, им казалось, что ангел едва выдерживает тяжесть креста, и все долгие дни и ночи заключения им верилось, что «настанет день, когда Ангел уронит крест, и все выйдут на свободу».

В марте 1917 года толпы опьяненных запахом свободы революционных петроградцев подожгли, а затем и разрушили Литовский замок, предварительно выпустив всех заключенных на свободу. А через два года, в 1919 году, Тюремный переулок переименовали в переулок Матвеева , в честь бывшего рабочего Франко-Русского завода, комиссара полка, погибшего в 1918 году на Восточном фронте Гражданской войны.

Развалины замка простояли до 1930-х годов, затем руины разобрали и на их месте построили жилые дома для рабочих Адмиралтейского, бывшего Франко-Русского завода. Ныне ничто, кроме городского фольклора, не напоминает ни о Литовском замке, за стенами которого находилась городская тюрьма, ни о Тюремном переулке.

Маяковского, улица

Конец XVIII века . Первое название этой улицы – Шестилавочная – возникло в самом конце XVIII века и относилось к участку между современными улицами Жуковского и Кирочной.

Название будто бы повелось от неких шести лавок, торговавших на этой улице. Затем название несколько раз менялось. Улица называлась Средней полковой , а потом и вообще Средним проспектом .

1858 . В середине XIX века улицу продлили от современной улицы Жуковского до Невского проспекта и в 1858 году назвали Надеждинской . Как выясняется, это название имеет фольклорное происхождение. В конце улицы в то время находилась больница для чахоточных. Как говорили в народе, в больницу «люди ходили с надеждой выздороветь».

1936 . Современное название появилось в 1936 году. Магистраль была названа улицей Маяковского в память о советском поэте, жившем здесь, в доме № 52, с 1915 по 1918 год. В просторечии улицу называют «Маяки».

Менделеевская линия

1820-е . В начале XIX века проезд вдоль восточного фасада здания Двенадцати коллегий на Васильевском острове был назван Коллежской линией , в память о петровских Коллегиях, специально для которых строилось здание.

1836 . В 1836 году Коллежская линия была продолжена до Малой Невки и названа Биржевой линией , по зданию Торговой биржи, что находится на стрелке Васильевского острова.

1849 . В 1802 году здание Двенадцати коллегий было передано Педагогическому институту, который позднее был преобразован в университет. В связи с этим в 1849 году Биржевая линия была переименована в Университетскую линию . В городском фольклоре университет уважительно называют «Сорбонной» и доверительно – «универом». Впрочем, студенты не отказывают себе в удовольствии вспомнить университетское прозвище советских времен. Тогда их Alma mater назывался Ленинградским государственным университетом, а аббревиат ура этого названия – ЛГУ – расшифровывалась как «Лучшие годы уходят».

1923 . После революции Университетскую линию решили переименовать. С 1923 года она стала называться линия имени Профессора Менделеева . С 1925 года – Менделеевская линия , в честь великого ученого-химика, создателя Периодической системы химических элементов, названной впоследствии его именем. Дмитрий Иванович Менделеев не только более тридцати лет проработал в университете, но и четверть века жил в его главном здании. Менделеев вел в Петербурге широкую научную, общественную и преподавательскую деятельность. Он читал лекции одновременно в нескольких высших учебных заведениях, стоял у истоков нескольких научных обществ, был основателем и первым директором Главной палаты мер и весов.

Разносторонний ученый и педагог, Менделеев пользовался исключительной известностью и уважением в обществе. Иногда это принимало самые парадоксальные формы. Известно, что в свободное время Менделеев любил изготавливать чемоданы, раздаривая их всем своим знакомым. Рассказывают, что однажды он копался в куче обрезков кожи в лавке Гостиного двора. «Кто этот бородатый-волосатый?» – спросил один посетитель другого. «Да что вы?! – ответил тот. – Таких людей надо знать в лицо. Это же известный чемоданный мастер Менделеев».

Но рассказывают и другое. Уже будучи немолодым ученым, Менделеев оказался в центре общественного скандала. Он затеял бракоразводный процесс, чтобы соединить свою судьбу с молодой и любимой женщиной. На его пути стала церковь. На Менделеева была наложена епитимья: семь лет не жениться. Наконец все-таки нашелся знакомый священник, который согласился обвенчать молодых, за что тут же был расстрижен. Тем не менее, венчание состоялось. На беду, этим стали пользоваться не всегда чистоплотные люди. Некий офицер, оказавшись в таком же положении, в своих попытках развестись дошел до самого царя, но и там получил категорический отказ. «Но ведь у Менделеева две жены», – в отчаянье будто бы воскликнул он. «Да, у него две жены, но Менделеев у меня один», – если верить фольклору, ответил царь.

И еще одной фольклорной метой памятен Дмитрий Иванович в Петербурге. Она непосредственно связана с одной из практических работ ученого, получивших научное обоснование в его диссертации «О соединении спирта с водою». Это обстоятельство породило легенду, будто бы Менделеев нашел оптимальную величину процента спирта в воде для производства обыкновенной водки. Будто бы именно ему мы обязаны знаменитыми сорока градусами, обозначенными на бутылочных этикетках. До сих пор в народе Менделеева аттестуют как «Отца русской водки». По воспоминаниям петроградцев, переживших голод во время Гражданской войны, самогонщиков, которые гнали водку из заплесневелого хлеба, в быту называли «Менделеями». Между тем, как утверждают специалисты, ни в тексте самой диссертации, ни в черновых записях ученого «нет даже намека» на то, что Менделеева интересовали «растворы спирта в воде, хотя бы близкие к „идеальной“ концентрации 33,4 процента по массе, или 40 градусов по объему».

Миллионная улица

1715… Эта улица, которая на протяжении своей истории сменила несколько названий, появилась в первой четверти XVIII века. Она вела от Летнего сада к Зимнему дворцу и была одной из самых больших в городе. В 1715 году ее так и назвали: Большая улица.

Близость царской резиденции определила характер застройки улицы. Здесь селились в основном обеспеченные, богатые люди. Среди них было много иностранцев, которых в России, вне зависимости от национальности, называли немцами. В первой половине XVIII века здесь возникла Немецкая слобода. Так появилось одно из названий улицы – Немецкая, или Большая Немецкая . Вместе с тем на протяжении всего XVIII столетия улица называлась и Дворянской , потому что в основном здесь селилась высшая знать, и Луговой , так как вела к Большому лугу, как тогда называлось Марсово поле.

1743 . Наконец в середине XIX века определилось окончательное название улицы. Она стала Миллионной . Согласно одной из легенд, это название появилось от слова «миллионщик». Так в Петербурге называли вообще всех богатых людей. На Миллионной они якобы составляли большинство. Известно, например, что один из домов на участке между Дворцовой набережной и Миллионной улицей, который принадлежал графу Петру Борисовичу Шереметеву, в народе так и называли: «Миллионный дом». Хорошо знакома питерцам и насмешка над нищетой и бедностью, которая заложена в ироническом произношении оскорбительного прозвища: «миллионщик». Так, беднейшую Богоявленскую улицу (ныне – Возрождения) в одном из рабочих кварталов Петербурга в народе называли Миллионной.

1918 . Старинную Миллионную улицу переименовали в улицу Халтурина , по фамилии террориста, совершившего в феврале 1880 года одно из самых дерзких покушений на императора Александра II. Ему удалось произвести взрыв в самом Зимнем дворце, в результате чего погибло много совершенно невинных людей. Император от взрыва не пострадал, а Халтурину удалось скрыться и избежать ареста. Только через два года он был задержан в Одессе и в 1882 году по приговору суда, как участник убийства одесского военного прокурора, повешен.

1991 . Один из старейших городских топонимов был восстановлен в своих исторических правах. Улице было возвращено ее название. Она вновь стала Миллионной .

Мира, улица

1761 . Эта городская магистраль, протянувшаяся от Кронверкской улицы до улицы Чапаева, известна с конца XVIII века как одна из четырех Оружейных улиц, возникших вокруг основанного на Петербургской стороне Оружейного завода. Здесь образовалась слобода мастеровых-оружейников. Сначала улица называлась Малой Оружейной , а затем Большой Оружейной улицей . Одно время она носила имя 1-й Монетной , или просто Монетной улицы . До строительства Монетного двора металлические деньги изготавливали на Оружейном заводе.

С 1764 года за улицей закрепилось название Большая Ружейная , а с 1860-го – Ружейная улица .

1828 . Сегодня мало кто знает, что участок Ружейной улицы от Кронверкской улицы до Каменноостровского проспекта в фольклоре назывался Палачевой или Палачевской улицей . На одном из топографических планов Петербурга 1828 года этот топоним был даже зафиксирован. Остается только догадываться о его происхождении. То ли оно официальное, то ли фольклорное. И самое главное, связано оно с профессией или с фамилией. С одной стороны, это название вполне укладывается в логический ряд многих топонимов Петроградской стороны, этимология которых восходит к именам и фамилиям домовладельцев или наиболее заметных жителей. С другой – существует легенда, что на этой улице проживал человек, служивший палачом при эшафоте Сытного рынка, в то время когда там совершались публичные казни. Если последнее предположение верно, то становится понятным, почему название Палачевой улицы не прижилось. С отменой в России смертных казней отпала надобность в некогда почетной профессии палача.

1918 . В октябре 1918 года, «в знак миролюбивой политики Советского государства», как утверждала большевистская пропаганда, Ружейная улица была переименована в улицу Мира .

Михайловская улица

1844 . Эта короткая улица ведет свою историю от проезда, проложенного в первой четверти XIX века от Невского проспекта к строящемуся в то время по проекту Карла Росси для великого князя Михаила Михайловича Михайловскому дворцу, ныне Русскому музею. В 1844 году образовавшуюся улицу так и назвали – Михайловская .

1918 . В октябре 1918 года улицу назвали именем Лассаля , весьма ценимого большевиками немецкого социалиста XIX века, организатора и руководителя Всеобщего германского рабочего союза. По ленинскому плану монументальной пропаганды почти в створе этой же улицы, у здания Городской думы на Невском проспекте, ему был установлен памятник, один из первых монументов в революционной России. Позже он был снят и ныне хранится в Русском музее.

1940 . В 1939 году ушел из жизни крупнейший представитель так называемого соцреализма в живописи любимец партии Исаак Израилевич Бродский. Он закончил Одесское художественное училище и Петербургскую Академию художеств. Творческую деятельность начал в 1905 году, опубликовав в столичных сатирических журналах ряд острых карикатур, направленных против самодержавия. Затем обратился сначала к портретной, а затем и к жанровой живописи. После революции стал одним из виднейших советских художников. С 1934 года и вплоть до своей кончины Бродский возглавлял Всероссийскую Академию художеств.

Оценка творчества Бродского в Советском Союзе была однозначно восторженной. Как писали буквально все справочники и энциклопедии, «он был активным поборником идейного реалистического искусства». Один список названий его художественных произведений убедительно говорит в пользу этого утверждения: «В. И. Ленин в Смольном», «Торжественное открытие II конгресса Коминтерна», «Выступление В. И. Ленина на митинге рабочих Путиловского завода», «Ударник Днепростроя», «Демонстрация», «Выступление В. И. Ленина перед частями Красной Армии, отправляющимися на польский фронт» и т. д. и т. п.

Творческая лаборатория художника была проста до примитивизма. Для создания портретных шедевров соцреализма были достаточны обыкновенные фотографии. Так, «на основании фотодокументов», как об этом восторженно сообщали средства массовой информации, Бродский выполнил ряд портретов Ленина. Не случайно такой метод художественного творчества стали называть «фотореализмом». Среди ленинградских художников появился и другой довольно выразительный термин. Отдавая дань усилиям, которые прикладывал Бродский, пропагандируя и внедряя в советское искусство этот порочный метод, его стали называть «бродскизмом».

Между тем, как утверждают современники художника, в начале творческого пути Бродского его живопись обладала весьма привлекательными достоинствами, а сам он не был лишен известного художественного вкуса. Подтверждением тому служит великолепная коллекция произведений искусства, собранная им в квартире, в доме на площади Искусств, где в последние годы жизни проживал Бродский, а после его кончины был открыт музей.

1991 . В октябре 1991 года улице вернули ее первоначальное историческое название – Михайловская . Но на этом не закончилась ее топонимическая история. Началось мифотворчество. А что если, заговорили почитатели уже другого Бродского, известного ленинградского поэта, лауреата Нобелевской премии, когда-нибудь петербуржцы вспомнят, что этот Бродский в «бурной молодости» своей отдал дань ресторанам «Крыша» и «Восточный» при гостинице «Европейская», что находится на этой улице? И заговорят о том, что вот, мол, оказывается, почему улица в свое время называлась улицей Бродского, и что было бы совсем не плохо вернуть ей это замечательное имя. Понятно, что все эти предположения должны строиться на том, что к тому времени имя художника Бродского, писавшего исключительно на революционные и советские темы, будет окончательно вычеркнуто из памяти петербуржцев. А произойдет ли это, покажет время.

Можайская улица

1790… Во второй половине XVIII века на этой улице в «Семенцах» были размещены казармы 4-й роты Семеновского полка. Поэтому улица долгое время называлась то 4-й Ротой Семеновского полка , то просто 4-й линией . Одно время она называлась улицей, и у нее был другой порядковый номер: 9-я улица . Одновременно улицу называли Пещуровым переулком , вероятно, по фамилии одного из первых командиров полка.

1857 . Одновременно с остальными улицами Семеновской слободы улицу назвали по одному из уездных городов Московской губернии Можайску: Можайская улица . Подробнее об этом см. статью «Рузовская улица».

Морской переулок

1871 . Во второй половине XIX века на Лермонтовском проспекте, 57, было выстроено здание городского детского приюта. Рядом с приютом, перпендикулярно проспекту, была проложена улица, которую в 1871 году назвали Приютской .

1950 . В советское время здание бывшего приюта было передано созданному в Ленинграде Высшему военно-морскому училищу подводного плавания имени Ленинского комсомола. В 1950 году Приютскую улицу переименовали в Морской переулок .

Училище готовило офицеров-подводников для военно-морского флота. В Ленинграде оно было более известно по полуофициальной аббревиатуре «Подплав». Впрочем, сами курсанты чаще всего пользовались фольклорной расшифровкой длинного и сложного в произношении официального набора литер ВВМУПП, обозначавших полное название учебного заведения. Они прочитывали его по-своему: «Высшее Вокально-Музыкальное Училище Песни и Пляски». Видимо, в училище был достаточно высоким уровень курсантской художественной самодеятельности с явным музыкальным уклоном.

В 2001 году училище вошло в состав Высшего военно-морского училища имени Фрунзе. Теперь на его титульной доске другое название: Морской корпус Петра Великого. Название переулка осталось прежним.

Московский проспект

1725 . Эта одна из самых протяженных городских магистралей начинается почти в самом центре Петербурга, у Сенной площади, и проходит строго по линии так называемого Пулковского географического меридиана до площади Победы. Магистраль возникла в самом начале XVIII века, но свое первое официальное название получила только в 1725 году при императрице Екатерине I. Дорога вела к ее загородному дворцу в Сарской мызе, как тогда называли будущее Царское Село. Особой изобретательностью название не отличалось: Перспективная дорога в Сарскую мызу .

1740… На протяжении почти полутора столетий, начиная с 1740 года, это название неоднократно менялось. Официально проспект назывался то Сарской дорогой , то Царской проспективной дорогой , то Царскосельской дорогой или Царскосельской перспективой . Некоторые из этих названий существовали параллельно, некоторые относились к отдельным участкам дороги. Так, например, отрезок от Сенной площади до реки Фонтанки с середины 1770-х годов назывался сначала Обуховской улицей , а затем Обуховским проспектом , по фамилии строителя Обуховского моста через Фонтанку подрядчика Обухова.

1878 . Сразу после окончания Русско-турецкой войны 1877–1878 годов, закончившейся освобождением народов балканских стран от многовекового турецкого ига, дорога, по которой в столицу возвращались победоносные войска, была переименована в Забалканский проспект .

В середине XVIII века проспект представлял собой сравнительно ухоженную шоссированную дорогу. Для большей сохранности обыкновенным обывателям ездить по ней запрещалось. Но это продолжалось недолго. Со строительством на берегу Обводного канала Скотопригонного двора, или, говоря современным языком, обыкновенной бойни, Царскосельский тракт превращается в широкую проселочную дорогу, по которой гнали скот на убой. В 1860-х годах о ней говорили как о грязной, ухабистой, раскисавшей после каждого дождя улице. Ее редкие обитатели горько шутили: «Нашу улицу перейти, что Дунай переплыть».

Кроме того, проспект долгое время славился своей общегородской свалкой, которая располагалась сразу за городскими бойнями, напротив Новодевичьего монастыря. По воспоминаниям окрестных жителей, свалка постоянно дымилась, отбросы прели, курились, «над ними колыхался зловонный густой туман». Свалку горожане прозвали «Горячим полем». Это было место постоянного прибежища всяких антисоциальных элементов: бездомных, бандитов, воров и нищих.

1918 . В советское время Московскому проспекту была уготована иная судьба. Его собирались превратить, как тогда говорили, в «Советский Невский». Придание нового имиджа проспекту началось с его переименования. В 1918 году его назвали Международным проспектом .

В 1930-х годах проспект должен был соединить историческую часть города с его новым административным центром, строительство которого развернулось на Средней Рогатке. Северные районы Ленинграда из-за близости капиталистической Финляндии в то время считались опасными. Сам проспект предполагалось плотно застроить современными жилыми и общественными зданиями в едином архитектурном стиле, позднее получившим название «сталинского ампира». Полной реализации этого амбициозного проекта помешала война, а после войны строительство нового административного центра для Ленинграда стало уже неактуальным. Тем более что и граница с Финляндией отодвинулась далеко на север.

1950 . Однако облик проспекта и то значение, которое придавалось ему в пропаганде нового социалистического образа Ленинграда, требовали и нового, соответствующего наименования, и оно не могло не появиться. Старинную дорогу в Царское Село переименовали в проспект имени Сталина .

К этому времени относится появление еще одного характерного микротопонима. Московский проспект стали называть «Аэродинамической трубой». Гулять на проспекте, по утверждению населения, было неуютно здесь всегда дули ветра.

1956 . Ветер перемен, пришедших в страну вместе со смертью «бессмертного Сталина» и хрущевской оттепелью, коснулся и многострадальной ленинградской топонимики. Имя Сталина торопливо стиралось с многочисленных адресных досок улиц и площадей. В 1956 году в очередной раз изменили и название нашей магистрали. Она вновь стала Московским проспектом .

В начале XXI века участок Московского проспекта южнее Обводного канала снова, как и в 1930-е годы, привлек внимание градостроителей. Он начал застраиваться элитными домами, жить в которых стало необыкновенно модно и престижно. Некогда петербургская окраина ныне в народе именуется не иначе как «Золотой милей».

Моховая улица

1739 . В 1711 году из Москвы в Петербург был переведен Ткацкий, или, как тогда говорили, Хамовный, двор. Старинное слово «хамовник» в XVII да и в начале XVIII века на Руси употреблялось в значении «ткач». Вначале мастерские хамовников расположились на Городском острове, вблизи Петропавловской крепости, а затем их перевели на Фонтанку. Рядом с ткацкими мастерскими возникла слободка, посреди которой образовалась улица. В 1739 году ее официально назвали Хамовой . На некоторых городских планах можно встретить и другой вариант: Хамовская улица .

1763 . Однако уже с середины XVIII века в повседневном обиходе широко употребляется современный вариант названия улицы. Сказать, что в первую очередь повлияло на изменение топонима, трудно. То ли слово «хамовник» к тому времени окончательно перешло в разряд устаревших, а то и вообще архаичных и перестало употребляться для обозначения профессии ткача, то ли оно не устраивало своим оскорбительным созвучием с бранным словом «хам», обозначающим грубого, наглого человека. Известно только, что попытки изменить его путем простой перестановки букв зафиксированы уже в первой четверти XVIII столетия: иногда улицу называли Маховой . Однако городской фольклор предложил свой, трансформированный вариант: Моховая улица . Название прижилось и с 1763 года стало официальным.

Мужества, площадь

1960 . К середине XX века на границе Лесного и Большой Кушелевки сформировалась площадь, которую в народе называли Муринской. По одной версии, это название повелось от протекавшего неподалеку одноименного ручья, по другой – от 2-го Муринского проспекта, выходящего на площадь. Этот фольклорный топоним вошел в проектную документацию застройки нового жилого массива.

Однако в 1960 году площади дали другое имя. Официально она стала называться Спасской – от названий двух соседних улиц, также выходящих на площадь: Большой и Малой Спасских (ныне – проспект Непокоренных и улица Карбышева).

1965 . Очень скоро стало понятно, что одна из красивейших площадей нового, социалистического Ленинграда не может носить такое сомнительное название, ассоциирующееся с религией, считавшейся тогда «опиумом для народа». У всех в памяти было выступление Хрущева, где он пообещал советским людям показать по телевизору «последнего попа». Название площади следовало изменить. А тут еще страна находилась в периоде подготовки к празднованию 20-й годовщины победы в Великой Отечественной войне. И в мае 1965 года появилось постановление о переименовании Спасской площади в площадь Мужества , «в честь мужества защитников Ленинграда в суровые годы блокады, мужества участника Великой Отечественной войны генерала Карбышева, мужества деятеля международного коммунистического движения Тореза». В подтверждение этой довольно странной формулировки можно добавить, что этим же постановлением были переименованы Большая Спасская улица в проспект Непокоренных, Малая Спасская – в улицу Карбышева, Старо-Парголовский проспект – в проспект Мориса Тореза. Справедливости ради надо сказать, что для широкого читателя эта формулировка была стыдливо сокращена. В краеведческих справочниках по Ленинграду были оставлены только те строки, в которых говорится о «мужестве защитников Ленинграда».

Однако в городском фольклоре и этот, казавшийся избыточным, пафос был снижен. Площадь превратилась в общественный торговый и развлекательный центр огромного района. Молодежь здесь назначает встречи и свидания. Здесь проходят районные праздники, устраиваются развлечения. На студенческом сленге площадь Мужества превратилась в «Площадь замужества».

Наличная улица

1751 . В XVIII веке в Петербурге было несколько Наличных, то есть лицевых, первых от незастроенных участков улиц. Все они давно исчезли с топонимических планов города. Осталась одна, на Васильевском острове. Но именно эта улица в градостроительной судьбе города стала своеобразным памятником нереализованной мечте нескольких поколений градостроителей сделать Петербург морским городом в полном, буквальном смысле слова, то есть городом, выходящим своими фасадом непосредственно к морю. В 1751 году один из ее участков именно поэтому и был назван Наличной линией .

1806–1822 . Уже через несколько десятилетий стало очевидно, что лицом города улица стать не сможет. К концу XVIII века в Галерной гавани образовалось Галерное селение с несколькими улицами, каждой из которых был присвоен порядковый номер. Наличная линия стала 1-й линией Галерного селения . Одновременно на картах города появляется и другое ее название: Наличная улица . Наконец, это последнее название становится официальным. По одним источникам это произошло в 1806 году, по другим – в 1822-м. Справедливости ради мы приводим обе даты.

В городском фольклоре улица известна характерными, обыгрывающими официальное, народными названиями: «Безнал» или «Наличка», и местной пословицей, известной во всем городе: «На улицу Наличную не ходи с наличными». По вечерам в незабываемое время так называемой перестройки здесь и в самом деле было небезопасно, особенно в районе ресторана у дома № 16, который на местном жаргоне называется «Ресторан „Труба“».

Невский проспект

1711… Невский проспект – это не только главная улица Петербурга, его общественный, деловой и торговый центр, но и магистраль, объединившая первый административный центр города – Адмиралтейство – с его духовным центром – Александро-Невской лаврой. Проспект начали прокладывать в 1711 году. Его трасса была исторически предопределена издавна существовавшей просекой от старинной Большой Новгородской дороги – нынешнего Лиговского проспекта – к Неве через наиболее узкое место Безымянного ерика, или Фонтанки, как позже стали называть эту речку. Здесь еще в первые годы существования Петербурга, на его тогдашней границе, солдатами строительного батальона подполковника М. О. Аничкова был перекинут деревянный мостик со шлагбаумом.

Трассу начали пробивать сразу с двух сторон. Работали пленные шведы, со стороны Адмиралтейства, и монахи Александро-Невского монастыря, острейшим образом чувствовавшие необходимость удобной связи с городом, со своей стороны. Предполагалось, что они встретятся у Новгородской дороги. Однако не встретились. Согласно известному старинному преданию, при прокладке трассы ошиблись как те, так и другие, и Невский проспект, вопреки логике петербургского строительства, оказался не прямым, а получил нежелательный излом. Говорят, узнав об этой ошибке, Петр так был разгневан, что велел уложить всех монахов, в вине которых он ничуть не сомневался, на месте образовавшегося излома и примерно высечь. Если верить легенде, царь лично присутствовал при этой экзекуции и старательно следил за правильным исполнением своего приговора. Впрочем, истории хорошо известна личная неприязнь царя к «племени монахов».

Между тем есть версия, что излом Невского был заранее предопределен. Задуманное равенство углов между будущими Гороховой улицей и Вознесенским проспектом с одной стороны и между Невским проспектом и Гороховой улицей с другой, не позволяло Невскому проспекту напрямую выйти к Александро-Невскому монастырю. А это разрушало одну из главных градостроительных концепций застройки Петербурга. Пришлось якобы согласиться на «кривой» Невский проспект.

В связи с этим, может быть, отнюдь не случайным выглядит появление в петербургской микротопонимике такого названия, как «Старо-Невский», призрачная самостоятельность которого некоторым образом как бы сняла с официального Невского его «вину» за свою кривизну или, если можно так выразиться, избавила его от некоего комплекса неполноценности. Да и появление самого топонима «Староневский» связано с неудачной попыткой выпрямить Невский проспект. Его участком от Лиговского проспекта до Александро-Невской лавры должны были стать Гончарная и Тележная улицы. В народе этот проект уже называли «Новым Невским», в связи с чем будто бы и появилось фольклорное название старого участка Невского проспекта от Знаменской площади до лавры, который по отношению к новому был действительно старым. Заметим в скобках, что однажды была сделана попытка придать этому микротопониму официальный характер. На планах 1753 года появилось название этого участка: Старая Невская перспективая улица . Однако этот случай оказался единственным, да и любопытный замысел создания нового Невского осуществлен не был. Тележная и Гончарная улицы были впоследствии разделены плотной жилой застройкой.

Но давайте вернемся к началу нашего рассказа. К 1717–1718 годам относятся первые попытки дать официальное имя будущему проспекту. Чаще всего его называют Першпективой, Большой перспективной дорогой, Большим Невским проспектом или Дорогой к Невскому монастырю . Среди народа имело хождение название «Дорога Святого Александра Невского». Это название до сих пор обыгрывается в школьном фольклоре: «Почему Невский проспект так называется?» – «Потому что на нем жил Александр Невский».

1781 . Наконец, сложилась окончательная редакция ныне знаменитого топонима. В 1781 году главная магистраль города получила свое официальное наименование: Невский проспект . Не от реки Невы, с которой проспект ни в своем начале, ни в конце не соприкасается, а от Александро-Невского монастыря, который в XVIII веке чаще всего называли Невским.

По общему признанию современников, Невский проспект уже в XIX веке считался красивейшей городской магистралью в Европе. Классическая стройность Невского проспекта вошла в иностранные поговорки. Когда барон Жан-Эжен Осман стал префектом столичного департамента Сены, он предпринял невиданную ранее коренную реконструкцию Парижа. Но и тогда влюбленные в свой город парижане, отдавая дань восхищения петербургскому Невскому проспекту, говорили: «Сколько бы Осман Париж ни ломал, такого Невского не выломал».

Такой почетный статус Невского проспекта поддерживался не только городскими властями. Всякое изменение внешнего облика проспекта вызывало ответную реакцию населения. Особенным вниманием фольклора пользовался самый оживленный участок Невского – тротуар вдоль Гостиного двора. Случилось так, что в жизни Петербурга именно этот участок чаще всего подвергался изменениям. То здесь высаживались деревья, то разбивался партерный сквер, то все пространство между тротуаром и галереями Гостиного двора просто засеивалось травой. Это место всегда было вытоптано тысячами ног посетителей гостинодворских лавок и гуляющей по проспекту публики. В городе оно так и называлось: «Плешка». А когда при императоре Павле I здесь появились жалкие одинокие березки, родилась ядовитая эпиграмма на самого императора. Правда, уже после его смерти.

Поистине был он, покойник, велик,

Поставил на Невском проспекте голик.

За всю историю Северной столицы неоднократно предпринимались искусственные попытки создать центр города. То на Васильевском острове, то в Кронштадте, то в районе Средней Рогатки. Но каждый раз эти попытки наталкивались на непреодолимое сопротивление самого города. Общественным центром Петербурга, Петрограда или Ленинграда всегда оставался Невский проспект. Этот неоспоримый статус проспекта ревниво и постоянно подчеркивался в городском фольклоре. И без того кажущиеся самодостаточными микротопонимы «Бродвей», «Брод», «Бродик» или «Невский брод» в фольклоре многократно усиливались. Участок Невского проспекта от Малой Морской улицы до площади Восстания, назвался «Бродвей-центр», а угол Невского и Владимирского проспектов – «На углу всех улиц».

Но и этого было недостаточно для удовлетворения высоких амбиций истинных петербуржцев. Адрес деловых, дружеских и товарищеских встреч на Невском требовал еще большей конкретизации. И вот не нуждающаяся в дополнительной расшифровке петербургская идиома «Встретимся в центре» обозначила перекресток Невского проспекта и Садовой улицы. В разное время этот самый оживленный и многолюдный перекресток в фольклоре называли по-разному. То это был просто «Деловой перекресток», то «Черный угол», потому что на нем, по общему мнению, могли заключаться только неблаговидные сделки, то «Штык» – место терпеливого ожидания назначенных или обещанных встреч.

Долгое время Невский оставался проспектом особняков, дворцов и модных магазинов. Стремительное развитие капитализма после отмены крепостного права придало Невскому более деловой характер. За короткое время в Петербурге открылись десятки самых различных банков и деловых контор. Большинство из них разместилось на Невском проспекте. Достаточно сказать, что до революции в 28 домах из 50, расположенных на участке Невского от Адмиралтейства до Фонтанки, открылись респектабельные банковские конторы и агентства. И если в начале XIX века Невский проспект называли «Проспектом веротерпимости» за обилие на нем молельных домов самых различных христианских конфессий, то в конце века его стали называть «Улицей банков».

В то же время Невский проспект всегда оставался местом отдыха, встреч, развлечений, прогулок.

Мы по Невскому гуляли,

Были очень влюблены —

Я в горячие пельмени,

Ты в сосиски и блины.

Любимым маршрутом прогулок по Невскому всегда считалась его четная сторона. У нее было свое, как утверждал Д. С. Лихачев, «почти официальное название»: «Солнечная сторона». Согласно питерскому детскому фольклору, здесь можно было встретить даже экзотических представителей сказочного мира:

Бил-дил, крокодил

По Невскому ходил,

По-турецки говорил,

Трубку курил.

Трубка упала

И написала:

Эни, бени, рики, фики,

Турба, урба, синти, бряки,

Бамс!

Пословицы и поговорки из собрания петербургского городского фольклора исключительно точно характеризуют именно такой Невский проспект: «Прошвырнуться по Невскому», «Шлифовать невские мостовые», «Шлифовать тротуар Невского проспекта». Питерские щеголи, которых в Петербурге называют «Невский франт», «Невский джентльмен», «Питерский с Невского брода», любили прохаживаться по «Стометровке» – участку четной стороны улицы напротив Гостиного двора или пройти «Вниз по Питерской», то есть от площади Восстания до Адмиралтейства. Со стороны это выглядело бессмысленным времяпрепровождением, которое в народе получило даже свое определение: «Собирать грибы на Невском», то есть совершать заведомо нецелесообразные поступки. «Какой самый популярный спорт в Петербурге?» – спрашивается в одном расхожем анекдоте. «Хождение по мостовой».

Между тем на Невском не только работают, гуляют или приобретают покупки, но и живут. Для тех, кто прописан на Невском, проспект представляет особый смысл и значение. Проспектом гордятся, как своим личным домом, а пропиской дорожат. «Ты что, не на Невском живешь?» – вопрошают друг друга постоянные жители проспекта, когда сталкиваются с проявлениями слабости, недобросовестности или просто глупости.

Особые отношения у Петербурга, и в частности у Невского проспекта, сложились с французским словом «тротуар». В пресловутом многовековом диалоге двух столиц Москва из небогатого синонимического ряда предпочитала слово «тротуар», а Петербург – «панель». Дело в том, что в Петербурге пешеходная часть центральных улиц выкладывалась каменными плитами, или панелями, как их здесь называли. Благодаря городскому фольклору сохранился даже такой лингвистический монстр, как «плитуар», которым одно время пытались пользоваться строгие ревнители исконно русского языка: