Волшебник с изъяном

Стол бросился на упавшего, стал топтать его, прыгая на месте, бить ногами, как лошадь передними копытами, но Илар опомнился и крикнул: 

— В угол! Отойди! — он понял, что стол добирается до Дарана, ведь приказ был «наподдай им», без уточнения – кому именно. Мальчишка чудом остался жив.

В комнате стало тихо, если не считать топотка стола, снующего туда–сюда в углу, возле окна, да прерывистого дыхания Дарана, с натугой выбирающегося из‑под тяжелого тела разбойника. Илар пошатываясь пошел к кровати – его тошнило, особенно при виде человека, в которого он выпустил замораживающее заклинание. Кусочки плоти, отколовшиеся от покойника, стали оттаивать, распространяя запах сырого мяса и оставляя на полу лужицы крови. Никогда Илар не то что не убивал, но даже не покушался ни на чью жизнь, а тут… аж три трупа! И неважно, что они хотели убить его и мальчишку. Все равно – это же люди!

Илар бросился к окну, открыл створку, и с рычанием выпустил на улицу весь свой ужин. Внизу кто‑то яростно заматерился, проклиная богов и придурка, который напакостил ему на голову, музыкант спрятался за подоконник, слегка присев, и понадеялся, что облеванный не заметил, откуда к нему прилетела кара за то, что он встал так рано, в час, когда все нормальные люди спят. Похоже что прохожий не заметил источник неприятности — в коридоре никто не топал и не матерился. Впрочем – пока стол скребся в углу, Илар никого не боялся. Защитит.

— Господин! – простонал обессиленный мальчишка – сними с меня эту гадость! Не могу! Он весит как бык! Аж дышать трудно!

Илар кивнул, подошел к придавленному богатырским телом Дарану, и совместными усилиями они отвалили разбойника в сторону, кряхтя от натуги. Потом уселись на кровать – оба тяжело дышали и некоторое время ничего не могли сказать. 

Отдышавшись, Даран с гордостью заметил:

— Круто ты их, господин! А у этого аж башка отвалилась! Ты его в лед превратил! Здорово! Хрясь – и подлюга дохлый! Хрясь! И башка прочь! Хрясь! И рука в сторону! Хрясь!…

— Хватит свои «хряси» – взмолился Илар – меня и так тошнит, а ты напоминаешь! Тьфу!

— Ой, какие нежности! – хихикнул мальчишка – чего такого‑то? Ну и подохли! Туда им и дорога! Ты больно нежный, господин! Прямо как девчонка! Ой! За что подзатыльник, злой, жесткосердный господин?!

— Чтобы не обзывался и не говорил глупостей – внезапно успокоился Илар и добавил еще один подзатыльник – за грубость!

— Злой ты, господин! Но крутой, да! – расплылся в улыбке Даран – а стол как их запиннал! Прям как бешеный осел!

— Почему осел‑то? – ошарашено спросил Илар – ну конь там, или еще чего! Осел почему?

— Маленький потому что – важно кивнул мальчишка – был бы большой, тогда конь. А так осел.

— Тебе виднее – рассеянно ответил Илар, лихорадочно обдумывая, куда деть покойников, и как объяснить людям, каким образом три здоровенных мужика с замотанными мордами оказались у него в комнате, да еще и в виде мертвецов. Да каких мертвецов! Один заморожен в статую, другие раздавлены непонятно чем! А еще — в углу подпрыгивает стол, наводящий на мысли о каких‑то колдунах, оказавшихся вдруг поблизости.

— Вот что, Даран – подумав минуту, приказал Илар – сейчас берем этих негодяев, выволакиваем в коридор. Устраиваем неразбериху – в руки им сунем ножи, вроде как они дрались и побили друг друга. Утром найдут — может не поймут, что случилось. В комнате надо будет прибраться – кровь замыть и все такое прочее. Если что – порезался мол.

— Ага… – скептически хмыкнул мальчишка – они порезали друг друга, а перед тем заморозили своего дружбана. Ты поверил бы в такую тупую хрень?

— Слушай, умник голозадый, придумай что‑то другое, если можешь! – разъярился Илар – я – не могу! Бери башку этого говнюка и тащи ее в коридор! А потом приходи, потащим остальное! И помалкивай, пока я тебе еще подзатыльников не надавал!

— Ты думаешь — я от подзатыльников поумнею? – серьезно спросил Даран – я слышал, что если долго бить по голове, люди делаются дураками. Тебе нужен слуга–дурак? Я буду пускать слюни, обделаюсь, завоняю, тебе придется меня убить – просто из жалости. И тебя опять вырвет! Тебе это надо?

— Тьфу! – фыркнул Илар – чего несешь‑то?! Хватай голову, говорю! Я не могу к ней прикоснуться – противно! Брррр! Тащи!

Минут пятнадцать они перетаскивали покойников, устраивая их в коридоре, оглядываясь и боясь, что кто‑то заметит. Илар сквозь зубы ругался на Дарана, который предложил поставить покойников так, будто они занимались противоестественными делами и в порыве страсти сдавили друг друга до смерти. Илар был против глумления над мертвецами, в отличие от Дарана, который не испытывал ни малейшего уважения к трупам врагов.

— Хрень какая‑то – помотал головой Илар – скоро их найдут, увидят следы крови у нас, и… начнутся расспросы. Расспросы, расспросы – О! А если? Иди затирай кровь, я сейчас…

Илар быстрыми шагами пошел в комнату, подошел к шкафу, у которого стоял прислоненный к стене далир, ощупал его, спрятал внутрь шкафа. Достал Книгу, поднял стоявший на стуле фонарь, принесенный грабителями, и загрузил в голову нужные заклинания. Потом вернулся в коридор, выбрал цель и одно за другим выпустил заклинания, с замиранием в сердце ожидая, что после этого получится.

Разбойник, утонувший в ванне, медленно встал, замер, опустив руки. Его глаза не моргая глядели в пространство, как будто мужчина смотрел туда, куда живым доступ закрыт – в подземный мир. 

Илар отошел на шаг, собрался с силой:

— Ты слышишь меня? Повинуешься?

В груди разбойника заклокотало, из его рта вырвалась струйка пенистой жидкости – воды из ванны – потом раздался глухой голос:

— Слышу. Повинуюсь.

— Откуда ты узнал о «Поющем»?

— От Хессана.

— Он откуда узнал о «Поющем»?

— Из летописей.

— Подробнее расскажи – что за летописи, о чем они, что за инструмент, почему вы за ним охотились и вообще – все, что ты о нем знаешь. Быстрее!

— Не знаю, что за летописи. Хессан сказал, что есть возможность получить очень много денег. Это магический инструмент, который может воздействовать на людей, заставляя их делать то, что задумал хозяин далира. Как – я не знаю. Хессан знал.

— И теперь не расскажет, без головы‑то! – раздался голос Дарана, высунувшегося из комнаты – ты не того заморозил, господин!

— Молчи, Даран! – оборвал Илар – рассказывай дальше. Откуда взялся инструмент? Кто его сделал?

— Не знаю – глухо, как из бочки, прогудел покойник – Хессан знал. Я – профессиональный разбойник, грабитель. А он образованный. Хессан сказал, что инструмент у колдуна по имени Герезард, и что старик уже полоумный, ничего не соображает. Что можно легко у него забрать инструмент и обогатиться на этом деле. Что он знает покупателя на «Поющего», и нам дадут денег столько, что до конца жизни мы не будем знать нужды. Но старик исчез, сбежал куда‑то, не знаю почему. Мы искали его везде, и не нашли. А потом услышали о тебе, и нашли. 

— Как открыли дверь?

— Бирог взломщик, он может открыть все, что угодно. У него есть специальные приспособления. 

— Понятно. Вот что – сейчас возьмешь этих мертвецов и вынесешь из гостиницы, бросишь куда‑нибудь в укромное место. В реку, например. Когда закончишь – пойдешь в лес и будешь идти прямо… бесконечно. Все ясно? Выполняй, не мешкай.

— Ясно, господин! – покойник повернулся, легко, будто тело товарища было соломенным, поднял одного из мертвецов, взвалив его на плечо. Потом поднял голову и руку второго, сунул за пазуху. Левой рукой схватил твердого, не оттаявшего Хессана за шиворот и размеренно шагая, пошел по коридору к лестнице, волоча труп за собой, оставляя длинную кровавую дорожку.

— Здорово! – выдохнул Даран – вот это круто придумано! Трупы сами себя выносят! Хозяин, ты превзошел сам себя! Жалко, что никому рассказать нельзя – все было просто… .!

— Не ругайся! – нахмурился Илар – сколько раз тебе говорил?! Ты мальчик, а мальчику не пристало материться!

— Ладно, хозяин, каюсь! – ухмыльнулся Даран – но все‑таки это было… ..! И даже… ..! И… ..!

Ты неисправим – покачал головой Илар, вздохнул, и пошел в комнату – прибирай тут! Скорее! Скоро уже рассвет. И в коридоре слегка притри, чтобы не было видно — откуда идет дорожка из крови. Интересно, успеет он отойти от реки, прежде чем кончится действие заклинания?

— А тебе не плевать, хозяин? Ну свалится на дороге, и что? Да нам… !

Глава 5

— Ну что вы ржете! Дураки! Ну совсем дураки! – возница едва не подпрыгивал на месте. На его красном носу повисла капля пота, и от него несло конским потом и чем‑то кислым, протухшим, будто мужика вываляли в рыбьих потрохах.

— Да ну тебя… брехун – отсмеялся Биргаз, и вытерев прослезившиеся глаза кивнул на Илара – ну что, музыкант, что думаешь по поводу этой сказки? Только подумать – мертвец прошагал мимо, и тащил двух других мертвецов! Ну надо же придумать?! Как ты определил, что он мертвец? С чего ты решил? Сказочник!

— Болван! У него морда была синяя, в пятнах, и он не смотрел ни на что вокруг, только вперед! А тот, кого тащил за шиворот вообще был без головы! А голова за пазухой у мертвеца торчала! Я помочиться встал, из фургона выглянул и чуть в штаны не напустил! Я не вру!

— Знаешь что – хмыкнул начальник охраны – когда я вижу по утрам возчиков, с их синими мордами пропойц, мне иногда кажется, что я нахожусь среди оживших покойников. Верно, Илар?

— Ага – ухмыльнулся музыкант, подмигнув Дарану – позавчера Жильц так нажрался, я думал – помрет. Синий был, в пятнах весь! Сколько ему говорили – не пей, не пей! Я слышал, как хозяин его матом крыл – а толку? Все равно нажираются. Я насмотрелся на лесорубов – вроде здоровые парни, но как говорят, чем выше дерево, тем громче падает. Как жалованье получат – если жена не отнимет, обязательно пропьют. Не понимаю, как так можно пороть?

— Сам‑то?! – огрызнулся возчик – кого утаскивали без чувств, пьяного в дерьмище?

— Хозяин один раз позволил себе расслабиться! – Даран воинственно выставил подбородок и презрительно скривил губы – а ты каждый раз нажираешься! Вот и видишь мертвецов с головой и оторванной рукой за пазухой!

— А откуда ты знаешь про руку? – неожиданно подозрительно спросил возчик – я про руку ничего не говорил! Что‑то нечисто! Ну‑ка, ну‑ка? Сознавайся!

— Говорил… просто забыл – вывернулся мальчишка – хозяин слыхал! Слышал, господин, как он про руку говорил?

— Да вроде слышал – нерешительно сказал Илар, яростно вытаращивая глаза на виновато улыбающегося Дарана – не помню. Вроде говорил. Я сплю крепко, никаких мертвецов не вижу, и вообще больше вина не пью. Как выяснилось – оно мне вредно.

— Верно! – поддержал Биргаз – вино, это виновник многих бед. Это зло! Если его пить без меры, конечно. А если не умеешь контролировать себя – лучше вообще не пить. Видишь – нажрался человек, и мертвецы мерещатся. А завтра увидит демонов. Или однорога. Эй, Зерхель, ты однорога не видел?

— Пошел ты в… .! – возчик сплюнул и отвернулся, глядя на колышащиеся спины лошадей, тянущих тяжелую повозку.

— Вот видишь, Даран, какой дядька грубый! – нарочито терпеливо вздохнул Биргаз – не будь таким грубым! Будь воспитанным, как твой хозяин! 

— Хе хе хе – хихикнул мальчишка – нельзя быть таким воспитанным… стошнит! Он при мне материться стесняется! А когда забывает – знаешь, как кроет матом?

— Болтун! – нахмурился Илар – учиться тебе надо! Ты грамоту знаешь?

— Откуда? Ты думаешь, господин, в кладовке, где я жил, есть стол для письма и чернила с бумагой? Тогда ты хреново знаешь кладовки. Да и некогда мне было учиться. Работать надо было. И зачем мне грамота? Стирать штаны, помыть пол – для этого грамоты не надо.

— Грамота всегда пригодится – кивнул Илар – приедем в столицу, буду тебя учить.

— Чтобы продать подороже? – грустно ухмыльнулся мальчишка – грамотные рабы дороже стоят.

— Все может измениться – туманно заметил Илар – учиться надо. Биргаз, сколько нам до столицы ехать? По времени?

— Неделю – слегка подумав, ответил охранник – если ничего не случится. Кстати – на удивление спокойное путешествие. И приятное, надо сказать – с тобой ехать веселее. Может будешь с нами постоянно ездить? А что – едешь себе, песни поешь по трактирам, деньги собираешь, мир видишь – чем плохо?

— Вы видели?! Нет – вы видели?! – встрепенулся возчик – однорог сейчас пробежал на опушке! Белый, а рог серебристый, витой!

— Вот видишь, Даранчик, что бывает от вина! – назидательно покивал Биргаз – не пей! Пьяницы всякую демонщину видят! Твой хозяин теперь совсем не пьет, и ты не пей!

— А если он заставляет? Пей говорит, а то подзатыльник дам! Ты должен напиться вхлам, а ты ремнем побью, тогда как?

— Что, так и заставляет? – удивился Биргаз – а зачем?

— Маленькая брехливая гадина – я уже жалею о трех золотых! – проворчал Илар, не глядя на хихикающего мальчишку.

— А я говорил, что пожалеешь! – буркнул возчик – а однорог и правда пробегал. А еще – ты думаешь, я забыл о руке? Вы меня глупым считаете? Неет… Зерхель вас всех умнее!

— А однорог и правда был! – тихо прошептал Даран, наклоняясь к Илару – вон там бежал!

— Ты болван! – так же тихо прошептал Илар – следи за языком! Еще раз так ляпнешь… я не знаю что сделаю!

— Ну прости, хозяин… правда я облажался… как последний… .!

— Не ругайся! Все, не мешай, я почитаю кое‑что.

— Это что, книга заклинаний?

— Нет! Это триста способов как удовлетворить женщину!

— Глупости какие… – фыркнул Даран – дай ей денег побольше, вот она и удовлетворена! Триста! Тьфу!

— Дурачок ты еще какой – хихикнул Илар – умный, а дурачок. Все, отвали, я читать буду!

— Чего он там читать собрался? – переспросил любопытный возчик, до которого ветер донес обрывок разговора.

— Учится, как дергать за струны! – невозмутимо пояснил Даран – чтобы денег больше из людей вышибать!

— А! Хорошее дело – кивнул возчик – деньги, это хорошо. Да чего только ему учиться… он и так – побренчал пару часов, и куча монет в кармане. Книжки хорошему не научат! Вот у меня сосед – читал, читал, а потом пошел, и зарезал старосту Гукора! Спятил! Ему показалось, что у старосты выросли крылья и он стал демоном, ворует с окна резаные фрукты – он их там сушил, сосед‑то. И взял такой здоровый ножик, что…

Илар слушал эту хрень краем уха, и всматривался в строки Книги – строчки заклинаний, пояснения, снова заклинания. Как проверить, что именно каждое значит и может? 

«Заклинание вызова дождя. Пользоваться осторожно – при неумелом использовании может вызвать сильный ливень, могущий смыть насаждения крестьянина. Пользоваться при совершенной необходимости»

«И что? Вот так написано, но как проверить? Глупый вопрос, правда? Надо проверить – проверяй. Загрузить в память, и… Долго как грузилось! Почему? Заклинание высокого уровня – вот почему! Кстати сказать – а других‑то заклинаний нет! Тех, что грузил раньше! Прошло меньше суток – из памяти исчезли. Каков вывод? Держатся несколько часов. Вот так. Давай‑ка будем последовательными – несколько часов держатся у меня. Может у кого‑то еще держатся лучше? Жаль – не знаю. Приеду в столицу, накуплю книг по магии, и… Так, Биргаз, ребята – простите. Придется вам немного помокнуть. Ради науки! Магической науки. Ну, давай!»

Мощное заклинание, способное залить окрестности потоками воды, вырвалось наружу. Илар заранее упаковал Книгу в непроницаемый для воды чехол – мало ли что получится, вдруг ливень будет таким страшным, что промочит даже через полотно фургона! Честно сказать, после ночных событий Илар вдруг уверился в собственной магической мощи – и не зря — человека заморозил в статую? Стол одушевил? Мертвеца поднял? Великий волшебник? Ясен день – великий! Разве слабый смог бы подчинить покойника? И теперь Илар с некоторым замиранием в сердце ждал потопа.

Какое‑то время ничего не происходило. Потом воздух потемнел, будто сгустился, как если бы кто‑то накинул на мир полупрозрачный платок, а затем пронесся звук, гулкий, раскатистый, похожий на гром. А за ним запах. Отвратительный, как если бы его произвели сто тысяч возчиков, перебравших пива и пережравших закуски. Люди в караване вытаращили глаза, схватились за горло, пытаясь вздохнуть, и снова втягивая глоткой отвратительный воздух, пахнущий тухлыми яйцами.

Спас караван ветер – он дунул, разгоняя прохладными лапами отвратительные миазмы, и люди начали судорожно дышать, впитывая чистый, напоенный ароматами леса воздух. Мир снова стал светлым, чистым, как и был до того, как Илар выпустил в него «заклинание дождя».

— Господин, ты нарочно? – тихо, заговорщицки шепнул Даран – это как называется, «Большой Пук»? Мне показалось, что я увидел задницу бога, нависшую над караваном! Ты сумел вызвать бога и он пустил газы в мир! Представляю, если бы он на нас…

— Тссс! – предостерегающе помотал головой Илар, все еще потрясенный произведенным эффектом – не вслух! Найди‑ка мне свинцовый карандаш, мне кое‑что записать нужно.

Даран пошарил в мешке, Илар достал Книгу, взял у слуги карандаш и открыв на нужном месте, мелко приписал «Большой Пук». Потом наклонился к слуге и тихонько, сердито спросил:

— С чего ты решил, что это я?

— Да кто же еще? – заговорщицки подмигнул Даран – ты посмотрел в книгу, потом закатил глаза, будто сейчас грохнешься без чувств, а потом появилась задница бога и завоняло! Уж не придурок Зерхель это устроил, точно!

— Помалкивай – хмыкнул Илар, в очередной раз удивленный стройными логическими выкладками парнишки. И это ведь он еще не обучен, неграмотен! А если парня научить наукам, грамоте – что будет? 

Илар на мгновение почувствовал что‑то вроде зависти – в одиннадцать лет он не был таким умным. Впрочем – зачем ему надо было быть умным? Папа–мама есть, дома все хорошо – к чему тренировать мозг? Вот Дарану – тому приходилось беспрерывно выживать, хитрить — ум и развивался. Правда – как‑то прихотливо, в одну сторону. У мальчишки все время проскакивала некая нотка злости, стремление напакостить, как будто он норовил отомстить если не всему миру, то отдельным его представителям – точно. Но при этом Даран был очень порядочным – по своему понимаю порядочности, конечно.

— Я молчу, хозяин – блеснул глазами мальчишка, и тихо добавил – а давай еще запустим «Задницу бога»? Кстати – а какого бога задница? Может бога войны? Нет – скорее всего это бог сна – мне так спать захотелось, когда вдохнул!

— Ну тебя к демону! – хихикнул Илар – тихо, сюда идут!

— Видали? Илар – видал, что случилось?