Очарованная вдова

Ему и его подопечным угрожали сразу несколько опасностей. С одной стороны, если ехать слишком медленно, микроавтобус очень быстро нагнал бы джип. Тогда могло произойти все, что угодно, от стрельбы до тарана. С другой стороны, если постоянно набирать скорость, то в один не самый прекрасный момент можно было не справиться с управлением и выскочить в кювет или столкнуться с транспортом, идущим впереди.

Карбалевич делал все возможное и невозможное, чтобы ни один из вероятных сценариев развития событий не воплотился в жизнь. Это требовало от него не только элементарной смелости, но и воистину титанических усилий, связанных с концентрацией внимания. В данной ситуации каждая секунда могла принести немалые потери или же, наоборот, приобретения. Впрочем, последнее выглядело не столь очевидным.

Однако места для чувства безысходности у водителя джипа попросту не находилось. Он верил — нет, не был уверен, а именно верил! — в то, что сумеет преодолеть все трудности и уведет джип подальше от этих обнаглевших засланцев. Именно так он называл бандитов, преследовавших джип. Несмотря на сложившиеся обстоятельства, ни присутствие духа, ни чувство юмора не оставляли его.

Джип стремительно несся вперед. Он обгонял машины на своей полосе, распугивал транспорт, ехавший по встречной, и имел явное преимущество в скорости. Микроавтобус так гнать не мог, сколько бы ни тужился и ни старался его водитель.

Правда, несмотря на это, расстояние между машинами постоянно колебалось в промежутке от семи сотен метров до километра. Микроавтобус преследователей, по сути дела, висел на хвосте у джипа. Любое замедление его движения было чреватым, так как расширяло простор для действий засланцев. Этого никак нельзя было допустить.

Если джип обладал преимуществом в скорости, то у микроавтобуса имелся плюс иного рода. Получалось так, что джип как бы расчищал дорогу перед собой, теряя при этом некоторое количество времени. А микроавтобус следовал за ним словно через специально подготовленную просеку. Поэтому расстояние между ними практически всегда оставалось одинаковым.

Поток машин впереди стал гуще. Многие автомобили присоединялись к нему, выезжая на трассу со смежных дорог.

— Да откуда в такое время суток здесь столько машин? — воскликнула Тверская, не удержавшись от выражения эмоций.

— Да мало ли откуда, — спокойно отреагировал на это Карбалевич. — Может, какая-нибудь другая дорога из-за ремонта перекрыта, вот все и хлынули сюда. Или еще что-нибудь приключилось. Чего уж теперь гадать.

— Но мы теряем из-за этого скорость! — полным волнения голосом проговорила Аня, оглядываясь назад.

— Не переживай. Мы справимся с этим, — уверенно заявлял водитель, успокаивая и вдову, и ее родителей, которые молчали, но волновались едва ли не больше, чем их дочь.

— Да я бы хотела не переживать, — продолжала вдова. — Но как-то не получается. Волнение приходит как-то само собой. Тем более что между нами и ними сейчас метров триста или четыреста. Это же не шутки. Мало ли что у них на уме. Может, у этих негодяев есть приказ идти на крайние действия. Что будет, если мы вдруг замешкаемся, а они нас настигнут? Начнут стрелять по колесам?

— Извини, мысли я читать не умею, — бросил ей в ответ личный водитель, самим тоном намекая, что тема для разговора была выбрана совершенно неподходящая. — Никто из них мне лично не сообщил, какой приказ им отдали, отправляя в Подольск. Мы не знаем, кто они такие, кем является человек, давший им это задание. Хорошо все-таки, что троих я нейтрализовал еще там, в Подольске. Эх, знать бы мне тогда, что в микроавтобусе еще кто-то есть, я бы обязательно попытался разобраться и с ними. Но ничего. Бог не выдаст — свинья не съест.

Анины родители находились на заднем сиденье. Они держались за руки, втянули головы в плечи. Дочь пыталась их успокоить, стала объяснять, что джип бронированный.

— Стрельба из пистолетов и автоматов для нас не так уж и страшна. Только бы по колесам не палили, — заверила она и добавила невольно дрогнувшим голосом: — Володя когда-то побеспокоился об этом.

— Держи себя в руках и не вздумай расплакаться, — заявил ей Денис. — Сейчас для этого не время.

— Погодите, а что это за труба там высунулась? — вклинилась с вопросом Анина мама, указывая рукой в сторону микроавтобуса.

— Что? Какая еще труба? — недоуменно переспросила дочь, оглядываясь назад.

— Вот ведь черт! — возбужденно воскликнул Короб, посмотрев в зеркало заднего вида.

Он тут же надавил на газ, пытаясь выжать максимальную скорость, возможную в этих дорожных условиях. Поступить так его заставило вот что. Из люка, проделанного в крыше микроавтобуса, выткнулся громила, и в самом деле держащий в руках нечто наподобие трубы. Он немного повозился с ней и направил ее на джип. Только несведущие люди могли принять этот предмет за тубус или телескоп.

— У него же гранатомет! — пронзила Тверскую запоздалая догадка.

От шока, охватившего ее, она не могла закрыть рот и вскоре стала биться в истерике. Слезы сами так и сыпались из глаз молодой женщины. Карбалевич же был хладнокровен. Он маневрировал, пытаясь уйти с линии прицеливания.

Громила долго готовился к выстрелу и наконец все-таки отправил гранату в сторону джипа. Дымовая полоса, стелющаяся за ней, была вполне отчетливо видна в свете автомобильных фар. Водители и пассажиры, ставшие невольными свидетелями всего этого, просто сходили с ума от страха.

Короб опять прибавил скорость. Джип рванулся вперед. Граната угодила как раз в то место, где он находился буквально пару секунд назад. Раздался взрыв.

Дорожное покрытие было раскурочено. Разновеликие куски асфальта вперемешку со щебнем и песком разлетелись в разные стороны. Они ударялись о машины, проезжающие неподалеку. Взрывная волна задела несколько автомобилей, резко сотрясла их и чуть не отбросила. Водители некоторых из них не успевали адекватно отреагировать на ситуацию и теряли управление. Им не удавалось избежать столкновения с другими автомобилями. Дорожная ситуация в районе взрыва резко усложнилась.

Микроавтобус стремительно промчался мимо того места, куда угодила граната. Его водитель старался не упустить из вида джип, вырвавшийся вперед.

Денис пошел на маленькую хитрость. Он заметил перед собой две фуры, идущие друг за другом. Между ними имелся такой промежуток, что там запросто мог поместиться джип. Денис завернул туда. Он надеялся на то, что преследователи потеряют джип из виду и наконец-то отвяжутся от них.

Однако микроавтобус продолжал движение. Вскоре он поравнялся со второй фурой и пошел на ее обгон. Получилось так, что через пару секунд микроавтобус и джип стали идти параллельно.

Карбалевич недолго думая резко взял влево. Внедорожник боком ударил по микроавтобусу, оттесняя его на встречную полосу. Бандитскому водителю пришлось быстро реагировать на произошедшее. По встречной полосе шел немалый поток машин. Чтобы не столкнуться с первой из них, он спешно подал влево и прижался к обочине. Катастрофы чудом удалось избежать.

Автомобильный поток, продолжавший движение, отрезал микроавтобус от джипа. Денис не преминул воспользоваться ситуацией. Он обогнал фуру и прибавил скорость, делал все возможное, чтобы уйти в отрыв. Однако стремление преследователей догнать джип было настолько велико, что даже в сложившейся ситуации они не стали от него отказываться.

Микроавтобус сначала ехал по левому краю встречной полосы, постепенно набирая скорость. Как только в потоке встречных машин нашелся подходящий пробел, водитель микроавтобуса сразу же вырулил туда и вернулся на свою полосу. Джип едва маячил далеко впереди в рассеивающемся свете фар.

Карбалевич засек новое появление преследователей и снова прибавил скорость. Однако впереди стояла небольшая колонна, состоявшая из пяти-шести автомобилей. Слышался предупреждающий звон семафора, установленного на железнодорожном переезде. Вскоре Денис увидел опущенный шлагбаум. Поезд находился менее чем в километре отсюда.

Микроавтобус преследователей неумолимо приближался. Нужно было решаться на весьма рискованный шаг. Денис так и сделал. Он объехал автоколонну, стоявшую у переезда, и нажал на газ. Двигатель джипа взревел. Машина рванула вперед и протаранила перекладину шлагбаума буквально за считаные секунды до прохода поезда.

Рискованный шаг увенчался успехом. Джип удачно пересек железнодорожное полотно, и сразу же по рельсам понесся длиннющий товарный состав.

Водителю и пассажирам микроавтобуса, который как раз подъехал к переезду, пришлось лишь недовольно материться и наблюдать бесконечный ряд цистерн, вагонов и платформ. Ожидание изрядно затягивалось, но поделать с этим громилы ничего не могли. У них имелся самый обычный микроавтобус, а не автомобиль Бэтмена. Поэтому им оставалось лишь сотрясать воздух жуткой бранью и ждать, когда состав наконец-то пройдет.

Тем временем джип, помятый после всех передряг, связанных с погоней, успел заметно уйти в отрыв. За время следования товарняка Карбалевич сумел увести машину километров на двадцать от железнодорожного переезда.

Как раз на этом расстоянии от «железки» находился небольшой городок. Там можно было бы спрятаться хотя бы на некоторое время. Естественно, речь шла о Денисе и Анне. Ее родители должны были отправиться в аэропорт, чтобы своевременно улететь на Кипр, как и было запланировано ранее.

Карбалевич перебросился несколькими фразами со своими пассажирами и принял решение. Ехать в аэропорт на джипе было бы небезопасно. Поэтому Денис посоветовал старикам взять частника, который доставил бы их с багажом в Шереметьево. По всем прикидкам выходило, что они должны были успеть добраться сюда как раз к регистрации рейса на Ларнаку.

Извозчика удалось найти без особого труда. Денис сразу же накинул ему некоторую сумму денег сверх предполагаемой за срочность доставки. Он перенес багаж, а Аня тем временем стала прощаться с родителями.

— Вы только не волнуйтесь за меня, — говорила она, стараясь сдержать слезы. — Если бы я одна была, то, может быть, и пропала бы. Но я ведь не одна. С таким смелым и опытным мужчиной я буду чувствовать себя в безопасности.

— Да-а, — протянула мама. — Мы с отцом заметили, что для личного водителя он слишком хорош. И стрелять умеет, и от погони уходить. Кто это, дочка?

— Он очень хороший человек, — с улыбкой ответила Тверская. — Сейчас я не могу сказать большего. Но когда-нибудь наступит время, и вы все узнаете.

— Береги себя, милая, — сказал отец.

Аня обняла родителей на прощание. Они с Денисом дождались того момента, когда те сели в машину частника, и помахали им вслед. Автомобиль покатил в направлении трассы, ведущей в аэропорт.

Карбалевич и Тверская остались вдвоем. Казалось, что недавняя опасность миновала. Однако ехать в Москву они не торопились.

— Что будет дальше? — спросила женщина.

— Если ты имеешь в виду ближайшие часы и дни, то нам стоит залечь на дно, — ответил Денис. — Эти уроды явно упустили наш след. У нас есть возможность укрыться в каком-нибудь ближайшем мотеле и переждать там какое-то время.

— Просто переждать и ничего больше? Типа все само рассосется? — недоверчиво поинтересовалась вдова.

— Так просто ничего не решится, — возразил бывший военный. — Мы, конечно, затаимся, но я не буду сидеть сложа руки. Только вот как нам сейчас подыскать мотель, не привлекая излишнего внимания? Нам оно уж точно ни к чему. Ведь если наши преследователи или их подельники бросятся нас искать, то не исключено, что они будут опрашивать здешних жителей. Поэтому…

— Я поняла. — Аня утвердительно кивнула и потянулась за телефоном. — Это не проблема. У меня же на смартфоне есть специальное приложение.

Она несколько десятков секунд повозилась со смартфоном, выписывая им в воздухе восьмерки, чтобы откалибровать виртуальный компас. Когда это было сделано, на экране появился список искомых заведений. Оставалось лишь выбрать что-то конкретное, опираясь на описание и комментарии, оставленные посетителями.

Долго они с этим не заморачивались — выбрали и поехали. Вдова, пережившая очередной шок, связанный с погоней, оставалась взволнованной, но находилась в несколько приподнятом настроении. Его даже можно было назвать эйфорией.

Анна восхищенно смотрела на Дениса, была очень благодарна ему за участие в ее судьбе. Она радовалась, что среди друзей покойного мужа отыскался именно такой решительный и смелый мужчина. Все-таки не зря дочь просила родителей не беспокоиться за нее.

Вместе с тем Анна не оставляла надежд на помощь других людей. Ведь друзья покойного мужа выражали готовность в случае чего помочь вдове! Конечно, она не стала вспоминать буквально всех. Кто-то наверняка обещал поддержку чисто из вежливости и сейчас нашел бы сотни отговорок. Поэтому Тверская решила обратиться к одному из тех, кто уж точно не откажет. Пока Денис вел джип в направлении мотеля, она позвонила генералу Кущенкову.

Несмотря на довольно поздний час, тот очень быстро принял вызов и с немалым беспокойством справился у женщины, не случилось ли чего. Та без лишних подробностей подтвердила его опасения, сказала, что у нее снова возникли неприятности.

— Скорее всего, я не смогу обойтись без вашей помощи, — вкрадчиво проговорила Тверская. — При вашем положении и возможностях вы сумели бы обеспечить мою безопасность.

— Конечно-конечно, Аня, — с готовностью воскликнул генерал. — Я сделаю все, что вы попросите. Только скажите мне, пожалуйста, где вы сейчас находитесь? Может, мне следует прислать людей, чтобы они вас охраняли, или еще чем-то подсобить? Вы только скажите. Не стесняйтесь.

— Пока не нужно, спасибо, — вежливо отреагировала на его готовность вдова. — Я остановлюсь на пару дней в мотеле под Москвой. Пережду вероятную бурю. Если вдруг что-то пойдет не так, то я, конечно же, с вами свяжусь, а потом обязательно заеду к вам. Да, сразу же после возвращения в столицу.

— Переждать бурю? Если честно, то мне такая идея не очень нравится, — признался высокий полицейский чин. — Если произошло что-то серьезное и вашей жизни угрожает опасность, то стоит все-таки принять меры прямо сейчас. Однако если вы уверены в том, что все это пока ни к чему, то я настаивать не буду. Ведь ваша воля для меня закон. К тому же вам на месте виднее, что лучше всего предпринять. Только прошу вас об одном: сразу же звоните мне в случае опасности. Где бы ни был, я обязательно отвечу на ваш вызов.

— Я же сказала, что свяжусь с вами. Спасибо большое вам за понимание.

— Да не за что пока. У нас тут тоже черт знает что творится, — посетовал Валерий Максимилианович.

— В каком смысле? — удивленно уточнила Анна.

— Да с Бренером что-то не то, — стал пояснять генерал. — Ведет он себя странно, настораживающее. Следователь интересуется им, а тот почему-то уклоняется от встречи, не отвечает на звонки. Никто дозвониться до него не может. Мы даже толком не знаем, где он сейчас находится. Может, он вам что-нибудь говорил или полунамеками давал понять, что куда-то собирается? Может, еще что-нибудь? Важна любая зацепка.

Тверская была вынуждена разочаровать генерала. С продюсером своего покойного мужа она не общалась с того самого момента, когда тот выдвинул свои притязания на часть наследства.

— Ну, если он все-таки выйдет на связь, то обязательно дайте мне знать. С ним явно что-то не слава богу, — участливо заметил Кущенков.

— Да, обязательно! — поспешила заверить его женщина.

Карбалевич долго и терпеливо слушал, как Тверская беседовала по мобильному телефону. Все, что она говорила, вызывало в нем крайнюю настороженность. В конце концов он не стерпел и спросил, с кем все-таки откровенничала вдова.

— С Валерием Максимилиановичем, — простодушно ответила та, не видя в этом никакого подвоха.

— С кем?! — неожиданно громко воскликнул ее спутник, и в голосе его проскочили нотки злости.

— Да это мой друг. Генерал Кущенков… — пыталась объяснить женщина, однако не успела договорить.

Денис бесцеремонно вырвал телефон из ее рук, торопливо извлек из него сим-карту и только после этого вернул аппарат недоумевающей вдове.

— Я не понимаю. Что происходит? Зачем?.. — лепетала она в неподдельном изумлении, никак не ожидая подобного поведения от своего спутника.

— Нет времени объяснять, — оборвал ее Карбалевич, разворачивая джип. — Мотель отменяется. Нам нужно срочно отсюда уматывать. Пока не началось!

Тверскую так и подмывало спросить, что именно не началось, при чем здесь ее звонок генералу Кущенкову? Однако она сдержалась, полагаясь на мнение этого отважного и мудрого мужчины. Вместе с тем ей было непонятно, почему Денис так отреагировал на ее звонок генералу. Тот ведь тоже был другом Володи Тверского и активно помогал Анне после его гибели.

Впрочем, думая подобным образом, она не осмелилась перечить Денису. Тот на ходу корректировал маршрут, пытаясь спешно покинуть пределы подмосковного райцентра. Все его действия говорили о том, что дело обстояло крайне серьезно. Но Аня боялась даже на мгновение помыслить о реальных причинах всего этого. Хотя до них не нужно было докапываться, так как они лежали буквально на поверхности.

Женщине не хотелось снова разрушать свой и без того хрупкий мир скороспелыми, ничем не подтвержденными выводами. Проще было думать, что ее спутник просто решил лишний раз перестраховаться.

17

Лучи утреннего солнца осветили новостройки, стоявшие на одной из московских окраин. Здесь царило непривычное оживление. Помимо строителей, которые прибыли туда для продолжения необходимых работ, во дворе появилось несколько машин с полицейскими, сотрудниками МЧС и врачами.

Их внимание всецело было поглощено здешним котлованом. Из него, словно колючки огромного фантастического дикобраза, торчали штыри арматуры. В свете восходящего солнца ряды металлических прутьев выглядели как сюрреалистический лес. Такой инсталляции наверняка мог бы позавидовать не один современный авангардист. Но все это было отнюдь не вдохновенным творением какого-нибудь непризнанного художника, а результатом вполне рутинной работы простых мужиков из строительно-монтажного управления.

Ясно, что стечение представителей разных служб здесь было не случайным. Все прибыли сюда вовсе не для того, чтобы созерцать странные красоты тутошних ландшафтов. Дело заключалась в другом.

Еще до наступления рассвета здешний сторож прошелся по двору недостроенного жилого комплекса. Это был обычный обход, который производился сторожами каждый день приблизительно в одно и то же время. Его целью было проверить, все ли на вверенной территории в порядке. И вот, двигаясь вдоль котлована, сторож вдруг заметил, что внизу лежит нечто.

Что именно это было, он сообразил не сразу. Поскольку свое открытие сторож сделал в предрассветных сумерках, то сначала он даже подумал, что это ему просто показалось, налицо лишь игра теней. Тогда этот человек выбрал иную точку, куда более удобную для осмотра. При этом он был весьма осторожным, боясь свалиться вниз.

И вот с новой точки сторож однозначно убедился в том, что ему ничего не почудилось. На дне котлована действительно что-то лежало. С ужасом для себя он понял, что это был мужчина, пронзенный несколькими штырями арматуры. Можно было смело говорить даже не «мужчина», а «труп мужчины». Ведь после таких ранений вряд ли кто-то сумел бы выжить.

Справившись с первым шоком, сторож поторопился оповестить о своей находке полицию. Так все и завертелось. Утро во дворе, окруженном новостройками, утратило свою обычность.

Сотрудники МЧС были предельно внимательны и осторожны. Они прикинули возможные варианты и приняли решение о том, как им следовало действовать. Несколько человек по лестницам спустились в котлован, к месту нахождения трупа. Туда же забрались медики и полицейские.

После непродолжительного осмотра стражи правопорядка зафиксировали все, что и должны были. Такие требования к ним предъявляла их профессия.

Когда же они с этим справились, за работу принялись бойцы МЧС. Им пришлось изрядно укоротить штыри специальным резаком. В противном случае тело погибшего было бы слишком трудно извлечь. Срезав прутья арматуры до возможного минимума, они подняли труп, положили на носилки и понесли к самому краю котлована. Наверху уже была установлена лебедка. Ее тросы опустили в котлован, закрепили на них носилки и не слишком быстро подняли их наверх.

Труп мужчины, учитывая обстоятельства гибели, был порядком обезображен. Но не настолько сильно, чтобы нельзя было узнать бренных останков шоумена, регулярно мелькавшего в программах разных телеканалов.

Представители разных служб, присутствовавшие здесь, не без некоторого удивления увидели тело музыкального продюсера Артема Бренера. На него уже имелась негласная ориентировка. Она исходила лично от генерала Кущенкова.

Полицейские были в курсе странного поведения продюсера в течение нескольких последних дней перед гибелью. Однако они полагали, что тот по какой-то причине скрывается, а не лежит на дне котлована с дырками в теле. Полицейские первым делом оповестили Кущенкова о страшной находке. Они знали, что тот взял это дело под свой личный контроль.

Валерий Максимилианович воспринял новость с негодованием.

— Не было печали, черти накачали! — заметил он полицейскому, позвонившему ему, и пообещал приехать на место трагедии в самое ближайшее время.

В полиции многие знали о том, что Кущенков был знаком с Бренером. Но сотрудник, звонивший ему, ничуть не удивился подобной реакции генерала на сообщение о гибели продюсера. Валерий Максимилианович всегда разграничивал служебное и частное. Об этом тоже были наслышаны многие работники правоохранительных органов.

Генерал не заставил себя долго ждать. Он прибыл на место трагедии довольно быстро, несмотря на утренние пробки и отдаленность района новостроек. Полицейские встречали его, вытягиваясь по стойке «смирно». Сотрудники же МЧС делали вид, будто высокий чин МВД их совершенно не касается и принцип субординации можно не соблюдать.

Кущенкова это задело, однако он не стал поднимать шум по такому поводу. Генерал решил все свое внимание обратить на изучение обстоятельств гибели Бренера. Старший из оперов, прибывших на место происшествия, вкратце изложил ему обстоятельства обнаружения трупа известного продюсера.

Когда же они вместе подошли к котловану, уже оказались готовыми результаты предварительной экспертизы. Теперь рассказ опера подкреплялся конкретными фактами.

Высокий полицейский чин попросил повременить с изложением деталей экспертного заключения. Первым делом ему хотелось взглянуть на тело погибшего. То ли сказалось их давнее знакомства, то ли Кущенков желал на всякий случай лично убедиться в том, не произошло ли ошибки. Принцип «доверяй, но проверяй» для Валерия Максимилиановича был основополагающим. В противном случае он не сделал бы себе карьеру и до сих пор ходил бы в майорских погонах. Это еще в лучшем случае.

Санитар поднял простыню, которой было укрыто тело погибшего. Ошибки не было. Под тонкой тканью мертвее мертвого лежал Артем Бренер. Генерал внимательно смотрел на закоченевший труп, отмечая для себя знакомые черты. Ему казалось, что суетливость, присущая Бренеру при жизни, никуда не исчезла. Она застыла после смерти вместе с ним.

Санитар равнодушно смотрел куда-то в сторону, ожидая окончания этой процедуры. Опер же поглядывал на начальника и пытался понять, изменилось ли как-то лицо генерала при виде погибшего знакомого. Однако ничего такого особенного он для себя не отметил. На физиономии Кущенкова не дрогнул ни один мускул. Напротив, она являла собой образец спокойствия и самообладания.

Лишь под конец осмотра он сморщил лоб и как бы невзначай проронил: