Помоги проекту - поделись книгой:
Старший исподлобья зыркнул на Артема.
— Отвык я как-то… — негромко сказал Тарасову Багратион. — Что с ними делать-то? Сдаются вроде…
— Мы тоже не стреляем, пацаны! — после паузы пробасил старший. — Подстреленных скоренько в машину грузим! — бросил он своим.
Братки с явным облегчением занялись ранеными. Старший, соображая, тупо смотрел прямо перед собой.
— Ладно, грузин, раз ты с уважаемыми людьми знаешься… — процедил он сквозь зубы.
— Кончаем этот печальный базар раз и навсегда! — прервал Артем. — Я хоть и не мент, но знаю, откуда долги у честных ростовских бизнесменов берутся. Не прокатит на этот раз, уважаемые пацаны!..
— Да, в общем-то, ты не ошибаешься, командир, — осклабился бугор, потирая ладонью лоб. — Разойдемся красиво на этот раз… — И, круто развернувшись на месте, он зашагал к своим.
— А что ты забыл сказать, а, деловой?! — окликнул Тарасов.
— Господин Чиковани мне ничего не должен, — бросил бугор через плечо.
Стали вспыхивать фары — машины спешно разъезжались с поля боя…
Багратион лихорадочно вырулил на проселок, и «бэха» помчалась в сторону Ростова. Странно, но Сашка выглядел сейчас спокойнее, чем до разборки. Военная закалка. Адреналин. Все в тонусе…
Через три часа они летели над Россией. Багратион поеживался время от времени: ростовская разборка припоминалась. Он закончил текущие дела, объяснив всем, что срочно отправляется в Москву. Шума вокруг пропажи пятерки крутых ростовских бандитов пока не было: в провинции новости расходятся медленно.
Артем негромко инструктировал друга:
— С Ростовом закончили. Козлом, как ты боялся, тебя теперь никто не назовет. Ребята испугались и прочувствовали… В общем, про долги забыли… Теперь слушай. Будем на инструктаже у генерала Ларичева — ты его один хрен не помнишь. В общем, если спросит, не распространяйся насчет того, чем на гражданке занимался. Скажешь только, что хочешь снова послужить России и заработать орден…
— Насчет ордена, Тема, ты не гони, — возразил Багратион. — Думаешь, пока я в Ростове бензином торговал, так дураком стал?! Понятно, что лишних базаров с генералом вести не буду. — Помолчав, Сашка добавил: — Нет, друг, круто ты тех ребят приложил… Одно слово — майор спецназа. Цены тебе, Тема, нету, мать твою…
Генеральский инструктаж был коротким. Как показалось Артему, Ларичев сильно лукавил. Только вот в чем? Спецоперация, которую российские чины хотят провести на чужой территории и, в общем, чужими руками. Что непонятного? Но нет: потаенная мысль читалась в генеральском взгляде. «Померещилось!» — поспешил заверить себя Артем.
— Товарищи, к делу! — поднимаясь, проговорил напоследок хозяин кабинета. — Ваша командировка, майор, оформлена. А вы, прапорщик, необходимые документы оформите с господином Ициксоном. Сумму гонорара уже обговорили? Нет?! Самое время — Борис Евгеньевич ждет вас в соседнем кабинете…
Плешивый встретил своих бойцов с распростертыми объятиями.
— А это тот самый Багратион? — улыбаясь, протянул он руку прапорщику.
— «Багратион» — это для своих, — сухо отозвался Чиковани, но протянутую руку пожал. — Вообще-то я Александр.
— Думаю, вы станете для меня своим, — лучезарно улыбнулся Ициксон. — Я хорошо плачу… А вы, майор? Как настроение?
— Прекрасное, — поджал губы Тарасов. — Вы хотели что-то добавить, Борис?
— Да, чуть не забыл! — хлопнул себя по лбу Ициксон. — Когда начнете работать в Венесуэле, будьте осторожны с нефтью и ее производными.
— Почему это? — насторожился Багратион.
— Они особо горючие, — пояснил с улыбкой Борис Евгеньевич. — Поясняю: все, связанное с нефтью и ее производством, беречь. Не жечь, не взрывать. Ясно?!
Артем кивнул. Багратион пожал плечами.
— Да, и насчет гонорара! — спохватился Ициксон. — Кроме командировочных, которые вам, Артем, заплатит ваше ведомство, получите от «Лак-Ойл» суточные в размере двухсот «зеленых» в сутки. Подойдет?.. Вам, Александр, — учитывая то, что вы с формальной точки зрения гражданское лицо, — я заплачу меньше на двадцать пять процентов… Кроме того, вот вам наличные на мелкие расходы — здесь две тысячи, для удобства двадцатками; Венесуэла — не Москва, там две штуки баксов нормально весят… И последнее… Ознакомьтесь и подпишите, пожалуйста…
Плешивый двинул по столу пухлый конверт и две пластиковые папки с логотипом «Лак-Ойла».
— Компания отказывается от ответственности за наше драгоценное здоровье?! — удивленно поднял глаза Тарасов. — Как это понимать?!
— Очень просто. — Ициксон выдержал взгляд в упор. — Если кто-то из вас получит в джунглях пулю, напорется на ядовитого паука или подцепит острый сифилис, то «Лак-Ойл» не отвечает — ни перед вашим командованием, Артем, ни перед вашими тбилисскими родственниками, Александр…
— Хреновина какая-то! — Тарасов размашисто подписал бумагу и повелительно кивнул Багратиону. — Так всегда ведь было, как ты… вы сказали! Никто ни за что не в ответе… К чему лишняя писанина?
— И такой вопрос, — отодвигая свежеподписанную бумагу, проговорил Чиковани. — Деньги выплатите, конечно, по приезде?
— Разумеется, — ответил Борис Евгеньевич и очень удачно пошутил: — Может, на одном из вас еще сэкономить удастся: Венесуэла — жаркое местечко!..
Встречу друзей — а заодно и поминки по ростовским бандитам — праздновали на квартире у Тарасова. Вдохновляемый обществом Аньки, Багратион так и сыпал остротами. Его горбатый нос от усердия покрылся бисеринками пота.
Водка шла легко под бутерброды с колбасой: заморачиваться с закуской Анечка наотрез отказалась.
— Помнишь ту бабу, что у чичей разведку вела? — спросил довольный всеобщим вниманием Сашка. — Знаешь, она сама ФСБ сдалась! Сама, прикинь! Сказала, что дальнейшая борьба бессмысленна…
— Откуда знаешь-то? — нарезая сервелат большими ломтями, поинтересовался Артем.
— А я вместе с прапором из контрразведки увольнялся, он и сказал…
— Мальчики, давайте о чем-нибудь интересном, — попросила вдруг поскучневшая Анечка.
— К чему это ты? — вяло отмахнувшись от девушки, спросил у приятеля Тарасов.
— Да к тому, что победа, брат! — ликовал подвыпивший Багратион. — Не зря мы там лучших ребят положили! Нет, не зря!.. «День Победы порохом пропах…»
Аня, вильнув тощим задком, скрылась на кухне. Зазвонил мобильник Багратиона. Артем вышел на балкон и с наслаждением выкурил две сигареты подряд. Тепло было, и москвичи прогуливались далеко внизу — кто с собачкой, а кто и так, сам по себе…
Когда Тарасов вернулся в комнату, вид у Анечки был еще кислее, чем прежде, а на раскрасневшейся физиономии Чиковани было написано смущение.
— Ты за Анькой своей приглядывай, — прошептал на ухо Артему Багратион. — Меня вон за штаны хватала!
— А ты что? — поморщился Тарасов.
— Мягко уклонился, — усмехнулся Сашка. — Подруга друга для меня святое!
— Не обращай внимания, — посоветовал Артем. — Это у нее юность играет… сам знаешь где…
Багратион обнял друга за плечи.
— Завтра вылетаем, майор! К самому черту на кулички! — мотнул он чернявой головой. — Не верится, честное слово! Что там будет-то?!
— Вопрос снимается как дурацкий, — оборвал Тарасов. — Пошли, Саня, спать… Эй, Анюта, ты ему на кухне на диванчик плед брось — хватит с него! Пусть вспомнит суровую боевую юность…
Тарасов не слышал, как девка проворчала:
— Сам себе постелет… не маленький… девственник грузинский…
«Газель» с тонированными стеклами стояла перед подъездом. Водитель не глушил мотор. Слегка помятые, но бодрые Тарасов и Багратион спустились со ступенек. Дверь, рокоча, откатилась в сторону.
— Доброе утро! — услышали они голос Ициксона. — Вот поднялся ни свет ни заря, чтобы вас встретить…
Кроме водителя и таинственного Бориса Евгеньевича, в салоне «Газели» не было никого.
Артем и Чиковани, переглянувшись, поудобнее расположились в салоне. Путь предстоял неблизкий — через всю Москву.
— Ну и скажи мне теперь: в чем сила, брат? — пробормотал Багратион на ухо Артему.
— В нефти, в чем же еще! — так же тихо ответил Тарасов.
— Успеете еще нашептаться! — прервал Ициксон дружеский интим. — Самого главного я вам давеча не сказал. Вам будут мешать…
Артем хмыкнул:
— Впервой, что ли?
Борис Евгеньевич заметно приободрился.
— Я рад, что в Венесуэлу вылетает такой опытный специалист! — прошипел он и тут же мило улыбнулся: — Тогда счастливого пути, господа военные!
До счастливого пути было еще много времени. «Газель» рывками двигалась в пробке при выезде на Кольцевую, сигналила нервно — вроде как ругалась.
Приключения продолжаются, — подытожил Артем. Он перебрал в памяти все, что знал о работе российских военных советников, которые не работали разве что в Австралии и Антарктиде. Все ходили под подпиской и поэтому мало что рассказывали. Разве что за седьмой рюмкой водки некоторые раскалывались и повествовали об ангольских партизанах, которые не берут в плен; о пропавшем в Эфиопии экипаже танка Т-80 — их ссохшиеся головы нашли через месяц в храме одного из диких окрестных племен… Рассказывали о методах работы вечных противников — американцев, которые тоже не лаптем щи хлебают. К рассказам примешивалась неизбежная в этом случае ложь — и война без правил, которую доводилось вести опытным россиянам, превращалась в сплошной кошмар. Только послужившие на Кубе офицеры говорили о райских пляжах, доступных девчонках и дешевых сигарах.
— Тема! Спишь, что ли?! — тряхнул Тарасова за плечо Багратион. — Как ты думаешь, отчет по прибытии заставят писать? Особый отдел как в последнее время — свирепствует?
— Не знаю, Саша, — просто ответил Артем. — Ничего не знаю. Ну их на хрен. И на этот раз я не шучу…
— Где уже это чертово Домодедово… — проворчал Багратион, и Тарасову показалось, что у друга стучат от волнения зубы.
Самолет вылетел в 7.15 утра. Каракас через Франкфурт — удовольствие на любителя.
В начале четвертого дня по московскому военные советники прибыли в столичный аэропорт Венесуэлы.
Глава третья. Цельнометаллическая оболочка
— Дышится здесь хреновато! — раздергивая ворот пропотевшей рубашки, сказал Багратион.
— Мы высоко над уровнем моря, — объяснил Артем, которому дышалось ненамного легче. — Вроде как на Эльбрусе…
— Да, все очень похоже на Сухуми, — резюмировал Чиковани. — Вон пальмы тебе, и мужики чернявые…
— Ты тут стопудово за своего прокатишь! — усмехнулся Тарасов. — Только живее глазами стреляй — тут парни бойкие! Вон, смотри, какая идет!
Сквозь аэропортовскую пестро одетую толпу встречающих, колыхая затянутой в китель хаки грудью, топала могучая девушка с гривой иссиня-черных волос. На боку у девушки был пристегнут внушительный пистолет в рыжей кобуре, а на плечах помещались узкие погончики. Юбка не скрывала коленей, изваянных по древнегреческому образцу.
Багратион цокнул языком, вызвав неодобрительный взгляд Артема.
— Какие у девушки ноги! — хрипло шепнул прапорщик.
Ноги и точно были серьезные — с мощными икрами, смуглые, в обуви на невысоком каблуке.
— Красивые у них тут военные девушки, — добавил Чиковани, сглотнув слюну. — Не то что у нас — тощие, белобрысые и с хвостиками…
Артем неопределенно хмыкнул.
Латинская красавица раздвинула интимно обнимающихся над грудой чемоданов худосочных парней в майках-сеточках, чуть расставила свои монументальные ноги и развернула — как раз перед грудью — табличку, на которой русскими буквами значилось: «Таразов, Чикован».
— Это за нами! — бодро сказал Багратион и двинулся вперед, легко забросив за плечо тощий рюкзак. Артем деловито покатил следом свой чемодан на колесиках.
Увидев приближающихся мужчин, девушка дежурно улыбнулась, выждала и проговорила певуче:
— Добро пожаловать, то-ва-ри-щи… Как вы долетели? Я лейтенант Гарсиа. Главное командование сухопутных войск.
— Здравствуй, солнышко! — проворковал Чиковани. — Рады тебя видеть, главное ты наше командование! Как тебя зовут?
Артем отметил, что слово «солнышко» осталось непонятым. Ткнув похотливого Багратиона локтем в бок, он медленно, подбирая слова, проговорил по-испански:
— Добрый день. Рады встрече. Мы долетели хорошо…
Красавица с облегчением вздохнула и ответила на родном языке:
— Пойдемте к машине… Ваш товарищ очень похож на бразильца…
— С бразильцами у него общее только то, что он любит футбол, — оживляя в памяти уроки иностранного языка, отозвался Тарасов.
— Он тоже русский?
— Ну да, конечно, — он грузин…
— О-о… — недоуменно протянула лейтенант Гарсиа и сделала плавный пригласительный жест. — Нас ждет машина.
— Она ж по-русски ни бе ни ме! — возбужденно прошептал Багратион. — Можно ухаживать!
— Смотри, прирежут за бабу, — буркнул Артем. — Как в твоем Сухуми!.. И вообще, после дембеля ты как-то здорово бабами стал интересоваться — раньше книжки, помню, читал… Здесь Латинская Америка — бабы тут только в кино быстро дают. Католическая страна — понял?! Тем более она старше тебя по званию…
— Не учи, майор, вольнонаемного бизнесмена! — усмехнулся прапор. — Что да как — разберемся со временем!..
Волнение Багратиона как рукой сняло. Артем понял, что боялся Чиковани одного: вежливых ростовских ментов у выхода из домодедовского терминала…
Классический армейский джип с трехзначным номером на бампере, похожий на зебру из-за разводов тропического камуфляжа, дожидался их на стоянке. Чернокожий водила в армейском берете покосился на пассажиров и активнее зажевал свою жвачку. Лейтенант величественно уселась на переднее сиденье. Переглянувшись, Артем и Багратион уложили свой багаж и устроились сзади. Рыкнул мотор, и машина тронулась.
Закурив, друзья стали глазеть по сторонам. Влажный воздух, казалось, заливал легкие. Глаза будто намокли. А навстречу неслось солнце, пыль и пятна яркой зелени, которые никак не могли скрыть аляповатые рекламные щиты.
Поделиться книгой: