Джек Потрошитель. Расследование XXI века

Коронер. Вам знаком этот платок?

Донован. Его носила погибшая. Она купила платок у одного жильца и была в нем, когда покинула ночлежный дом. Она обматывала его вокруг шеи, а под ним носила черный шерстяной шарф. Платок был завязан спереди на один узел.

Старшина присяжных. Вы бы узнали Теда Стэнли, пенсионера?

Присяжный заседатель. Стэнли не пенсионер.

Коронер (обращаясь к Доновану). Вам известно имя Стэнли?

Донован. Нет.

Старшина присяжных. О нем уже упоминалось, а также он известен как Гарри-разносчик.

Донован. Я знаю Гарри-разносчика.

Коронер (сверившись с показаниями). Это может быть только предположением, у нас нет фактов, указывающих на то, что пенсионера звали Тед Стэнли.

Старшина присяжных сказал, что имел в виду человека, который регулярно приходил к потерпевшей.

Коронер (обращаясь к Доновану). Вы бы смогли опознать пенсионера?

Донован. Да.

Коронер. Когда вы видели его в последний раз?

Донован. В субботу.

Коронер. Почему вы тогда не отправили его в полицию?

Донован. Потому что он не остановился бы.

Старшина присяжных. Как он выглядел?

Донован. Он напоминал солдата. Но порой он одевался по-другому: например, иногда он выглядел как джентльмен.

Присяжный заседатель. Это не Тед Стэнли.

Джордж Бегстер Филлипс (полицейский врач, отдел «Н»). В прошлую субботу меня вызвали на Ханбери-стрит, 29, в 6:20; я прибыл в половине седьмого. Я увидел, что тело лежит на спине во дворе, слева от ступенек, которые ведут к коридору. Голова находилась на расстоянии около 12 см от нижней ступеньки, и ноги были вытянуты в сторону сарая в конце двора. Левая рука лежала на левой стороне груди, ноги были вытянуты, ступни прижаты к земле, а колени раздвинуты. Опухшее лицо было повернуто на правую сторону, язык торчал между передними зубами, но не за губами, и был довольно распухшим. Тонкий кишечник и некоторые другие внутренности лежали на земле над правым плечом, но они не были полностью отделены. Выше левого плеча, где находилась часть желудка, было много крови. Я обыскал двор и нашел маленький кусочек грубого муслина, небольшой частый гребень и карманную расческу в бумажной обертке около перил. Видимо, они были аккуратно сложены там. Я также обнаружил ряд других предметов, которые передал полиции. Тело было холодным, за исключением области под внутренними органами. Трупное окоченение еще только начиналось. Я отметил, что края глубокой раны, которая проходила через всю шею, были неровными. На задней стене дома, между ступенями и перилами, на левой стороне, на расстоянии около 45 смот земли, были обнаружены шесть пятен крови разного размера, самое большое примерно с шестипенсовик. Следы крови также нашли на деревянном заборе. Они соответствовали положению головы покойной и находились чуть выше того места, где из шеи в основном вытекала кровь, которая к этому времени уже свернулась. В субботу около двух часов дня я получил указание отправиться в работный двор союза Уайтчепела для дальнейшего изучения трупа и проведения посмертной экспертизы. Я был удивлен, обнаружив, что тело уже раздето и лежит на столе, готовое к осмотру. Несмотря на это, я обследовал его. Я не раз сталкивался с подобными трудностями. И снова, как и раньше, выражаю свое недовольство тем, что мне приходится исполнять свои обязанности в таких условиях.

Кто-то успел позаботиться о теле после того, как его привезли в морг. Не исключено, что убитую даже частично вымыли. Я заметил синяк на правом виске. Еще один синяк был под ключицей. Кроме того, на передней части груди были два явных кровоподтека, каждый размером с большой палец человека. Окоченение конечностей было уже хорошо заметно. Пальцы опухли. Слева от лобной кости я обнаружил старый шрам. Ригидность с левой стороны тела была более заметной, особенно в полусогнутых пальцах. На изгибе первого сустава безымянного пальца имелась ссадина, а также там был четкий след от кольца или нескольких колец (последнее более вероятно). На пальцах небольшие ранки. Вскрытие черепа показало, что оболочки мозга были непрозрачными, а вены наполнены кровью темного цвета. Между мозговым веществом и оболочками имелось большое количество жидкости. Сам мозг был необыкновенно твердым, а в его полостях скопилось много жидкости. Горло было разорвано. Основываясь на характере разреза, можно утверждать, что он начинался с левой стороны шеи от угла челюсти, проходил по передней части шеи и заканчивался справа примерно посередине между челюстью и грудиной. Были еще два хорошо заметных параллельных ровных надреза на левой стороне позвоночника. Они находились на расстоянии примерно 1 см друг от друга. Мышечные структуры между позвонками имели такой вид, будто преступник пытался отделить их от шеи. На теле обнаружились и другие увечья, но, по моему мнению, они были нанесены уже после гибели женщины. [Филлипс сделал паузу.] Все зависит от вас, сэр, но разве необходимо, чтобы я описывал прочие повреждения? Я могу констатировать причину смерти на основании уже сказанного.

Коронер. Объектом расследования является определение не только причины убийства, но и то, как оно совершалось. По любому увечью, которое было нанесено после смерти, можно сделать предположения о характере человека, который это сделал.

Доктор Филлипс. И все-таки я считаю, что подробности здесь будут лишними. Причина смерти ясна из описанных мною травм.

Коронер. Вы сохранили запись о них?

Доктор Филлипс. Да, она у меня есть.

Коронер. Предположим, что кого-то обвинят в совершении данного преступления и эти записи нужно будет предъявить в суде. Тогда придется разбираться, почему те же самые показания не были предоставлены во время следствия.

Доктор Филлипс. Я полностью в вашей власти.

Коронер. Временно отложим этот вопрос. Вы можете поделиться своим мнением относительно того, что привело к летальному исходу?

Доктор Филлипс. Принимая во внимание все признаки, полагаю, что смерть наступила в результате удушья или остановки сердца из-за большой потери крови, вызванной повреждением горла.

Коронер. Надрезы на горле и животе были сделаны с помощью одного и того же орудия?

Доктор Филлипс. Вполне вероятно. Должно быть, это очень острый нож, вероятно, с тонким и узким лезвием длиной не менее 15 см (или больше).

Коронер. Возможно ли, что орудием убийства был такой предмет, который используют военные, например штык?

Доктор Филлипс. Нет, это определенно не штык.

Коронер. Тогда, возможно, это был инструмент, который медики используют для вскрытия?

Доктор Филлипс. В наборе для обычной посмертной экспертизы, скорее всего, такого инструмента нет.

Коронер. Возможно ли, что травмы были нанесены инструментом, используемым мясниками?

Доктор Филлипс. Да, вполне возможно.

Коронер. А мог бы это быть нож сапожника либо другого человека, работающего в этой сфере?

Доктор Филлипс. Я думаю, у используемых ими ножей недостаточно длинное лезвие.

Коронер. Указывает ли что-либо на наличие у убийцы анатомических познаний?

Доктор Филлипс. Я думаю, да. У нас есть определенные основания для таких выводов. Признаки того, что преступник обладает познаниями в анатомии, были слабо выражены из-за спешки. Этот человек явно торопился, и это помешало ему провести более тщательное вскрытие.

Коронер. На месте преступления было обнаружено все тело?

Доктор Филлипс. Нет, часть брюшной полости отсутствовала.

Коронер. Для удаления пропавших органов требуется знание анатомии?

Доктор Филлипс. То, как они были извлечены, доказывает наличие у убийцы некоторых познаний в области анатомии.

Коронер. Вы не думаете, что эти части могли быть случайно потеряны при транспортировке тела в морг?

Доктор Филлипс. Я не присутствовал при перевозке тела в морг. Я аккуратно застегнул одежду женщины. Некоторые органы были отсечены.

Коронер. Как долго потерпевшая была мертва на момент осмотра?

Доктор Филлипс. Я думаю, часа два, может быть, чуть больше. Но следует заметить, что утро было довольно холодным. Кроме того, из-за большой кровопотери тело остывает быстрее.

Коронер. Были обнаружены какие-либо свидетельства борьбы?

Доктор Филлипс. Нет, на теле женщине таких следов не было. Но не следует забывать про кровь на заборе.

Коронер. Вы думаете, женщина сама вошла во двор?

Доктор Филлипс. Я уверен в этом. Я тщательно исследовал коридор и не заметил следов крови, которые должны были остаться, если ее по нему тащили.

Коронер. Вам показали фартук?

Доктор Филлипс. Я сам видел его. Крови на нем не было. Мне показалось, что в последнее время его не разворачивали.

Коронер. Вам показали пятна на стене дома № 25 на Ханбери-стрит?

Доктор Филлипс. Да, это было вчера утром. Несомненно, неспециалист может подумать, что это кровь. К сожалению, я не успел толком исследовать эти пятна. Но я почти уверен, что никакой крови там не было.

Коронер. У нас нет результатов вашего исследования внутренних органов. Была ли пострадавшая чем-то больна?

Доктор Филлипс. Да. Но к причине смерти это не имеет никакого отношения. У нее было застарелое заболевание легких, еще я нашел заболевание оболочек мозга. В желудке было обнаружено небольшое количество пищи.

Коронер. Есть ли признаки того, что накануне потерпевшая употребляла много алкоголя?

Доктор Филлипс. Нет. Но могу с уверенностью утверждать, что питалась она мало и нерегулярно. Я убежден, что она не употребляла каких-либо крепких алкогольных напитков в течение нескольких часов до смерти.

Коронер. Могла ли она сама нанести себе какие-либо из перечисленных вами повреждений?

Доктор Филлипс. Те, что стали причиной смерти, определенно были нанесены другим человеком.

Коронер. Синяки, о которых вы упомянули, появились недавно?

Доктор Филлипс. Да, кровоподтеки на лице, особенно на подбородке и челюсти, совсем свежие. Синякам на виске и передней части грудной клетки уже несколько дней. Я придерживаюсь мнения, что убийца схватил жертву за подбородок, а затем сделал надрез слева направо.

Коронер. Мог ли он сделать это так быстро, что женщина не успела закричать?

Доктор Филлипс. Если он сдавил ей горло, это вполне возможно.

Старшина присяжных. Вероятно, он задушил ее.

Коронер. Утолщение языка является одним из признаков удушья?

Доктор Филлипс. Да. У меня сложилось впечатление, что она была частично задушена. (Свидетель добавил, что платок, обнаруженный среди одежды убитой, был пропитан кровью. Когда он увидел жертву маньяка ранним утром на Ханбери-стрит, платок был у нее на шее.)

Коронер. Вам не показалось, что платок был завязан уже позже?

Доктор Филлипс. Нет. Сара Симондс, медсестра из больницы Уайтчепела, заявила, что в субботу она пошла в морг вместе со старшей медсестрой. Они увидели тело потерпевшей в карете «Скорой помощи» во дворе. Затем его перенесли в морг и положили на стол. Инспектор Чендлер попросил раздеть тело, и медсестра сложила одежду в углу. Симондс оставила платок на шее. В этом она уверена. Они смыли пятна крови с тела. Казалось, будто она текла из горла. Медсестра заметила, что к запястью привязан мешочек. Шнурки не были порваны. А сама одежда не была разорвана или разрезана.

Инспектор Чендлер. Я не приказывал медсестрам раздевать тело и мыть его.

День четвертый: среда, 19 сентября 1888 года

Элиза Купер. Я работаю разъездным торговцем и снимаю комнату на Дорсет-стрит в Спиталфилдсе. Я живу там последние пять месяцев. Я знала потерпевшую, а во вторник, накануне ее убийства, мы поссорились. Вот как это произошло. В прошлую субботу она привела мистера Стэнли в дом на Дорсет-стрит, где я живу, зашла на кухню и попросила дать ей немного мыла. Ей сказали, чтобы она спросила у Лиз, то есть у меня. Она пришла ко мне, я открыла шкафчик и дала ей мыло. Она отдала его Стэнли, и тот ушел в уборную, чтобы умыться. Когда она вернулась, я попросила вернуть мыло, но она только сказала: «Увидимся позже. Пока». Мистер Стэнли дал ей два шиллинга и оплатил ее место за две ночи. В тот вечер я больше ее не видела. В следующий вторник я встретила ее на кухне в ночлежном доме. Я сказала: «Не хотите вернуть мне мыло?» Она бросила полпенни на стол и ответила: «Иди и купи сама». Мы поссорились из-за этого куска мыла, потом пошли в пивную «Рингерс» и продолжили ругаться там. Она влепила мне пощечину и сказала: «Считайте, вам повезло, что я больше ничего не сделала». Я двинула ей в глаз, кажется левый, а затем в грудь. Позже я видела, что от моего удара у нее на лице появился синяк.

Коронер. Когда вы в последний раз видели ее в живых?

Купер. В четверг вечером, в «Рингерс».

Коронер. У нее на руках тогда были кольца?

Купер. Да, на среднем пальце левой руки у нее было три кольца. Все из латуни.

Коронер. Вы не знаете, носила ли она когда-нибудь золотое обручальное кольцо?

Купер. Нет, по крайней мере, на моей памяти она ничего такого не носила. Мы знакомы приблизительно пятнадцать месяцев. Мне известно, что у нее была связь со Стэнли, Гарри-разносчиком и несколькими другими мужчинами.

Старшина присяжных. Из ее знакомых кто-нибудь пропал?

Купер. Я не могу этого сказать.

Присяжный заседатель. Была ли она с ними в тех же отношениях, как и со Стэнли?

Купер. Нет, сэр. Иногда она приводила их в ночлежный дом, но не более того.

Коронер. Независимо от вашего мнения необходимо, чтобы все доказательства, выявленные при вскрытии, были представлены суду по ряду различных причин, которые я не стану перечислять. Как бы неприятно вам ни было, это необходимо сделать в интересах правосудия.

Доктор Филлипс. Меня об этом не предупреждали. Я был бы только рад, если бы заранее получил уведомление и успел подготовиться к даче показаний. Однако я сделаю все возможное.

Коронер. Вы бы хотели перенести заседание?

Доктор Филлипс. О, нет, в этом нет необходимости. Но я все-таки думаю, что не стоит представлять общественности такие подробности. Я, конечно, подчинюсь вашему решению, но замечу, что в свете определенных обстоятельств было бы разумно придерживаться прежней линии поведения. И не могу не выразить свое сожаление по поводу того, что вы пришли к иному выводу. В последний раз, перед тем как покинуть здание суда, я говорил, что у нас есть все основания полагать, что человек, перерезавший горло пострадавшей, схватил ее за подбородок. Об этом свидетельствуют три царапины чуть ниже мочки левого уха и синяк на правой щеке. Еще раз повторю, что считаю крайне неразумным опубликовывать результаты обследования нижней части тела. Эти детали стоит услышать только вам, сэр, и присяжным, но делать их достоянием общественности просто отвратительно.

Коронер. Мы находимся здесь в интересах правосудия и должны иметь все улики. Я вижу, однако, среди присутствующих несколько дам и юношей, которым, думаю, следует удалиться. (Две дамы и несколько мальчишек_ газетчиков покинули зал суда.)

Доктор Филлипс (выражая возражение против публикации показаний). Я полагаю, что, обнародовав эти данные, вы помешаете правосудию.

Коронер. Мы должны получить все доказательства, а публиковать их или нет — решать газетам.

Старшина присяжных. Мы все придерживаемся мнения, что необходимо выслушать показания доктора касательно последнего дела, которые он желает скрыть. (Некоторые из присяжных: «Точно! Правильно!»)

Коронер. Я внимательно изучил вопрос; никогда прежде не слышал о том, чтобы просили скрыть какие-либо доказательства.

Доктор Филлипс. Я все-таки считаю, что то, о чем я собираюсь рассказать, произошло после смерти и не могло послужить ее причиной.

Коронер. Это только ваше мнение, оно может быть опровергнуто другим медицинским заключением.

Доктор Филлипс. Ну хорошо. Я предоставлю вам результаты проведенной мною посмертной экспертизы.

После этого свидетель подробно описал страшные раны, которые были нанесены женщине, и рассказал о том, какие части тела убийца унес с собой. Он добавил: «По моему мнению, лезвие оружия, которым были нанесены разрезы, имело не менее 15 смв длину, а может, и больше, оно было очень острым. То, как были сделано надрезы, говорит о том, что человек обладает некоторыми познаниями в области анатомии».

Коронер. Может быть, у вас есть какие-либо идеи по поводу того, сколько времени потребовалось убийце для нанесения ран, обнаруженных на теле?

Доктор Филлипс. Я могу с уверенностью утверждать, что сам не мог бы выполнить все надрезы, которые я видел на теле пострадавшей, и получить тот же результат — даже при отсутствии сопротивления — менее чем за четверть часа. Если бы я действовал размеренно, как это должен делать хирург, это отняло бы у меня около часа. Вся операция была выполнена для того, чтобы убийца смог забрать органы жертвы.