Помоги проекту - поделись книгой:
В этом мифе поражает дикая жестокость Тантала. Он убивает своего сына лишь для того, чтобы испытать, всеведущи ли олимпийские боги. В этом поступке Тантала ясно сказывается пережиток того времени, когда у греков существовали еще человеческие жертвоприношения.
У горы Сипила находился богатый город, называвшийся по имени горы Сипилом. В нем правил любимец богов, сын Зевса Тантал. Всем в изобилии наградили его боги. Не было на земле никого, кто был бы богаче и счастливее царя Сипила, Тантала. Неисчислимые богатства давали ему богатейшие золотые рудники на горе Сипиле. Ни у кого не было таких плодородных полей, никому не приносили таких прекрасных плодов сады и виноградники. На лугах Тантала паслись громадные стада тонкорунных овец, круторогих быков, коров и табуны быстрых, как ветер, коней. Он мог бы жить в счастье и довольстве до глубокой старости, но погубила его чрезмерная гордость.
Боги смотрели на своего любимца Тантала, как на равного себе. Олимпийцы часто приходили в сияющие золотом чертоги Тантала и весело пировали с ним. Даже на светлый Олимп, куда не всходит ни один смертный, не раз являлся по зову богов Тантал. Там он принимал участие в совете богов и пировал за одним столом с ними во дворце своего отца, громовержца Зевса. От такого великого счастья Тантал возгордился. Он стал считать себя равным даже самому Зевсу. Часто, возвращаясь с Олимпа, Тантал брал с собой пищу богов — амброзию и нектар — и давал их своим смертным друзьям, пируя с ними у себя во дворце. Даже те решения, которые принимали боги, совещаясь на светлом Олимпе о судьбе мира, Тантал сообщал людям; он не хранил тайн, которые поверял ему отец его Зевс.
Однажды во время пира на Олимпе великий сын Кроноса обратился к Танталу и сказал ему:
— Сын мой, я исполню все, что ты пожелаешь, проси у меня все, что хочешь. Из любви к тебе я исполню любую твою просьбу.
Но Тантал, забыв, что он только смертный, гордо ответил отцу своему, Зевсу:
— Я не нуждаюсь в твоих милостях. Мне ничего не нужно. Жребий, выпавший мне на долю, прекрасней жребия бессмертных богов.
Громовержец ничего не ответил сыну. Он нахмурил грозно брови, но сдержал свой гнев. Он еще любил своего сына, несмотря на его высокомерие.
На Крите, родине громовержца, была золотая собака. Некогда она охраняла новорожденного Зевса и питавшую его чудесную козу Амалфею. Когда же Зевс вырос и отнял у Кроноса власть над миром, он оставил эту собаку на Крите охранять свое святилище. Царь Эфеса Пандарей, прельщенный красотой и силой этой собаки, тайно приехал на Крит и увез ее на своем корабле. Но где же скрыть чудесное животное? Долго думал об этом Пандарей во время пути по морю и, наконец, решил отдать золотую собаку на хранение Танталу. Разгневался Зевс. Призвал он сына своего, вестника богов Гермеса, и послал его к Танталу потребовать у него возвращения золотой собаки.
— Не видал я золотой собаки, — ответил Тантал. — Боги ошибаются, нет ее у меня.
Страшной клятвой поклялся Тантал в том, что говорит правду. Этой клятвой еще больше разгневал он Зевса. Таково было первое оскорбление, нанесенное Танталом богам. Но и теперь не наказал его громовержец.
Кару богов навлек на себя Тантал следующим, вторым оскорблением богов и страшным злодеянием. Когда олимпийцы собрались на пир во дворце Тантала, то он задумал испытать их всеведение. Тантал приготовил богам ужасную трапезу. Он убил своего сына Пелопа и его мясо под видом прекрасного блюда подал богам во время пира. Боги тотчас постигли злой умысел Тантала, никто из них не коснулся ужасного блюда. Лишь богиня Деметра, полная скорби по похищенной у нее дочери Персефоне, думая только о ней и в своем горе ничего не замечая вокруг, съела плечо юного Пелопа. Боги взяли ужасное блюдо, положили все мясо и кости Пелопа в котел и поставили его на ярко пылавший огонь. Гермес же своими чарами опять оживил мальчика. Предстал он перед богами еще прекраснее, чем был раньше, не хватало лишь у него того плеча, которое съела Деметра. По повелению Зевса великий Гефест тотчас изготовил Пелопу плечо из блестящей слоновой кости. С тех пор у всех потомков Пелопа белое пятно на правом плече.
Преступление же Тантала переполнило чашу терпения великого Зевса. Громовержец низверг Тантала в мрачное царство брата своего Аида; там он и несет ужасное наказание. Мучимый жаждой и голодом, стоит он в прозрачной воде. Она доходит ему до самого подбородка. Ему лишь стоит наклониться, чтобы утолить свою мучительную жажду. Но едва наклоняется Тантал, как исчезает вода, и под ногами его лишь сухая черная земля.
Над головой Тантала склоняются ветви плодородных деревьев: сочные фиги, груши и оливы висят низко над его головой; почти касаются его волос тяжелые, спелые грозди винограда. Изнуренный голодом, Тантал протягивает руки за прекрасными плодами, но налетает сильный ветер и уносит плодоносные ветви. Не только голод и жажда терзают Тантала, вечный страх сжимает его сердце.
Над его головой нависла скала, едва держится она, грозит ежеминутно упасть и раздавить своей тяжестью Тантала. Так мучается царь Сипила, сын Зевса Тантал в царстве ужасного Аида вечным страхом, голодом и жаждой.
АРГОССКИЕ СКАЗАНИЯ
Великий Зевс полюбил прекрасную Ио и, чтобы скрыть ее от жены своей Геры, превратил Ио в телку. Но этим громовержец не спас возлюбленную. Гера увидел белоснежную телку Ио и потребовала у Зевса, чтобы он подарил ее ей. Зевс не мог отказать. Гера же, завладев Ио, отдала ее под охрану стоокому Аргусу. Ио не могла скрыться от не знающего сна Аргуса. Тогда Зевс призвал своего сына Гермеса и велел ему похитить Ио.
Ио
Гермес усыпил своими речами Аргуса. Лишь только сомкнулись его сто очей, как выхватил Гермес свой изогнутый меч и одним ударом отрубил Аргусу голову. Ио была освобождена.
Но и этим Зевс не спас Ио от гнева Геры. Она послала чудовищного овода. Своим жалом овод гнал из страны в страну обезумевшую от мучений несчастную Ио. Нигде не находила она себе покоя. Наконец, после долгих скитаний, достигла она в стране скифов, на крайнем севере, скалы, к которой прикован был титан Прометей. Он предсказал несчастной, что только в Египте избавится она от своих мучений. Много опасностей пережила Ио, прежде чем достигла Египта. Там, на берегах благодатного Нила Зевс вернул любимой ее прежний образ, и родился у нее сын Эпаф. Он был первым царем Египта и родоначальником великого поколения героев, к которому принадлежал и величайший герой Греции Геракл.
Египтяне впоследствии почитали Ио под именем Изиды.
Греки считали, что Ионическое море получило свое название в честь Ио, переплывшей его, когда спасалась от Геры.
Бог Пан являлся одним из древнейших богов Греции. Пан изображался как получеловек-полукозел (пережиток тотемизма), что указывает на древность этого бога. Первоначально Пан — бог леса, бог пастухов, охранитель стад. В Аргосе Пана особенно чтили… Постепенно бог Пан утратил свой первоначальный характер и стал богом-покровителем всей природы.
В свите Диониса часто можно было видеть Пана. Когда родился великий Пан, то мать его нимфа Дриопа, взглянув на сына, в ужасе обратилась в бегство. Он родился с козлиными ногами и рогами и с длинной бородой. Но отец его, Гермес, обрадовался рождению сына, он взял его на руки и отнес на светлый Олимп к богам. Все боги громко радовались рождению Пана и смеялись, глядя на него.
Бог Пан не остался жить с богами на Олимпе. Он ушел в тенистые леса, в горы. Там пас он стада, играя на звучной свирели. Лишь только слышали нимфы чудные звуки свирели Пана, так толпами устремлялись они к нему, и вскоре веселый хоровод кружил по зеленой уединенной долине под звуки музыки Пана. Пан и сам любил принимать участие в танцах нимф. Когда Пан развеселится, тогда радостный шум поднимается в лесах по склонам гор. Беззаботно резвятся нимфы и сатиры вместе с шумливым козлоногим Паном. Когда же наступает жаркий полдень, Пан удаляется в густую чащу леса или в прохладный грот и там отдыхает. Опасно беспокоить тогда Пана; он вспыльчив, может в гневе послать тяжелый давящий сон или, неожиданно появившись, испугать потревожившего его путника. Наконец, может он наслать и панический страх, такой ужас, что человек опрометью бросается бежать, не разбирая дороги, через леса, через горы, по краю пропасти, не замечая, что бегство ежеминутно грозит ему гибелью.
Случалось, что Пан целому войску внушал подобный страх, и оно обращалось в неудержимое бегство. Не следует раздражать Пана — когда вспылит, он грозен. Но если Пан не гневается, то милостив он и добродушен. Много благ посылает он пастухам.
Бережет и холит стада великий Пан, веселый участник плясок, частый спутник бога вина Диониса.
И великого Пана не миновали стрелы златокрылого Эрота. Полюбил он прекрасную нимфу Сирингу. Горда была нимфа и отвергала любовь всех. Как и для великой Артемиды, так и для Сиринги охота была любимым занятием.
Пан увидал однажды Сирингу и хотел подойти к ней. Взглянула на Пана нимфа и в страхе обратилась в бегство. Едва поспевал за ней Пан, стремясь догнать ее. Но вот путь пресекла река. Куда бежать нимфе? Простерла Сиринга руки к реке и стала молить бога реки спасти ее. Бог реки внял мольбам нимфы и превратил ее в тростник. Подбежавший Пан хотел уже обнять Сирингу, но обнял лишь гибкий, тихо шелестевший тростник. Стоит Пан, печально вздыхая, и слышится ему в нежном шелесте тростника прощальный привет прекрасной Сиринги. Срезал несколько тростинок Пан и сделал из них сладкозвучную свирель.
Назвал Пан в память нимфы свирель сирингой. С тех пор великий Пан любит играть на свирели в уединении под сенью лесов.
Широкое распространение получило выражение «умер Великий Пан». В царствование Тиберия (I в. н. э.) кормчий корабля, плывшего из Пелопоннеса в Италию, услышал возглас: «Умер Великий Пан!» По приказу императора это событие было обнародовано и породило многочисленные толкования. Христианские богословы истолковали рассказ Плутарха как сообщение о кончине Иисуса Христа, знаменующее смену язычества христианством.
Агамемнон, отправляясь в поход на Трою, обещал жене своей Клитеместре дать ей немедленно знать, когда падет Троя и будет окончена кровопролитная война. Посланные им слуги должны были разводить костры на вершинах гор. Такой сигнал, передаваемый с одной горной вершины на другую, мог быстро достигнуть его дворца, и Клитеместра раньше других узнала бы о падении великой Трои.
Девять лет длилась осада Трои. Настал последний, десятый год, в который, как было предсказано, она должна была пасть. Клитеместра могла теперь в любой день получить известие о падении Трои и о том, что возвращается муж ее Агамемнон. Чтобы не застало ее врасплох возвращение мужа, Клитеместра каждую ночь посылала раба на крышу высокого дворца.
Она забыла мужа ради Эгисфа и замышляла убийство царя Агамемнона в тот день, когда вернется он на родину победителем.
Была темная ночь. Вдруг увидел раб яркий огонь на далекой вершине горы. Это был долгожданный сигнал.
Собрались жители города у дворца Агамемнона. Быстро дошла и до них весть, что пала, наконец, великая Троя.
И вот показался вдали на колеснице и сам Агамемнон во главе своего победоносного войска. Украшенные цветами и зеленью, шли воины, а за ними везли бесчисленную добычу и множество пленниц. Рядом с царем на колеснице сидела печальная дочь Приама, вещая Кассандра.
Громкими криками встретил народ царя. Вышла ему навстречу и Клитеместра. Она повелела устелить весь путь ко дворцу пурпурными тканями. Словно бога встречала она Агамемнона. Молча толпились граждане у дворца. Тяжелое предчувствие великой беды угнетало их, и они не расходились.
Вдруг из дворца послышался ужасный предсмертный крик Агамемнона. Клитеместра убила его, когда он выходил из ванны. Она набросила на царя широкое длинное покрывало, в котором он запутался, словно в сети, и не мог защищаться. Тремя ударами секиры Клитеместра убила мужа.
Вышел из дворца Эгисф. Он уже облекся в царские одежды и взял жезл царя в руку. Эгисф торжествовал, что захватил власть, совершив великое злодеяние.
Прошло много лет со дня гибели Агамемнона. Однажды к его могиле, находившейся у самого дворца, подошли двое юношей в одеждах странников. Младший из них подошел к могиле, срезал прядь волос с головы и положил на могилу. Это был сын Агамемнона Орест, спасенный в день гибели Агамемнона своей няней и воспитанный вдали от родины царем Фокиды Строфием. С ним был его друг, Пилад.
Только что Орест принес свою жертву отцу, как в дверях дворца показались рабыни в черных одеждах. Они шли к могиле Агамемнона. Среди них была и дочь убитого царя Электра — сестра Ореста. Она была одета, как и все рабыни, в черную одежду, волосы были обрезаны, и ничем не отличалась дочь царя от остальных рабынь.
Вместо того, чтобы молить тень Агамемнона смилостивиться, Электра стала призывать мщение богов на главу Клитеместры. Ненавидела Электра свою мать-убийцу.
К сестре тихо приблизился Орест и окликнул ее. Электра не сразу узнала Ореста, ведь она видела его только ребенком. Но Орест показал сестре одежду, вытканную ею для него. Орест рассказал ей, что пришел сюда по воле бога Аполлона, который в Дельфах приказал ему отомстить матери и Эгисфу за смерть отца. Того же желала и Электра.
Электра удалилась во дворец, а через некоторое время постучали в ворота Орест с Пиладом. Они сказали вышедшему к ним слуге, что им нужно видеть Клитеместру, чтобы сообщить ей важное известие. Слуга вызвал ее из дворца, и Орест сказал царице, что царь Фокиды просил передать ей, что умер Орест, и царь не знает, как быть с телом. Обрадовалась этому известию Клитеместра: теперь умер тот, кто мог мстить ей за убийство мужа.
Лишь только вступил Орест во дворец, как пал, пронзенный его мечом воин из охраны Клитеместры. В ужасе бросился к Клитеместре один из рабов. Поняла царица, что ждет ее жестокая расплата.
Упав к ногам Ореста, Клитеместра стала молить пощадить ее — ведь она его мать. Не было жалости в душе Ореста. Отомстил он за отца, убив свою мать.
Но вдруг перед Орестом появились неумолимые богини мщения эринии. Вокруг их голов извивались ядовитые змеи… Покинул Орест со своим другом Пиладом дворец и, гонимый эриниями, пошел к святилищу Аполлона в Дельфах, надеясь, что защитят их бог Аполлон и Афина Паллада. Они действительно спасли Ореста и Пилада от преследования эриний.
Согласно мифологии, Орест умер в Аркадии, останки его были перенесены в Спарту.
Миф об Оресте отразил процесс преодоления архаического закона о кровной мести. Эринии, преследовавшие Ореста за убийство матери, безразличны к преступлению самой Клитеместры, так как она не находилась со своим мужем в кровном родстве. По закону кровной мести убийство Орестом матери должно было повлечь за собой гибель самого Ореста, но он не несет наказания, так как за него вступается государство в лице ареопага (в Древних Афинах орган власти, осуществлявший суд и состоявший из членов родовой аристократии).
АТТИЧЕСКИЕ СКАЗАНИЯ
Тесей — величайший герой Афин, имеющий много общего с Гераклом. Античная традиция приписывает Тесею объединение всех жителей Аттики в единый народ и создание единого государства Афины, учреждение праздников панафиней и синойкий, первое социальное деление населения на три класса: «эвпатридов», или благородных, «геоморов», или земледельцев, и «демиургов», или ремесленников, и предоставление исключительного права на замещение должностей одним благородным. Характерен и следующий факт: рассказывали, что во время Марафонской битвы (490 г. до н. э.), в которой греки одержали победу над персами, многие афиняне якобы видели Тесея в шлеме с копьем и щитом, идущего впереди боевого строя афинян.
Этими рассказами воспользовались аристократы. Их представитель Кимон перевез в Афины с острова Скироса останки Тесея, в действительности, конечно, не существовавшие» ведь и Тесей никогда не существовал.
Но мифы о Тесее до сих пор вдохновляют скульпторов, музыкантов, художников и поэтов.
…Сын Пандиона (афинский царь), Эгей, правил в Афинах после того как вместе со своими братьями изгнал из Аттики своих родственников, сыновей Метиона, захвативших не по праву власть.
Эгей правил долго. Печалило его только одно: не было у него детей. Наконец, отправился Эгей к оракулу Аполлона в Дельфы и там вопросил светозарного бога, почему боги не посылают ему детей.
Оракул дал Эгею неясный ответ. Долго думал он, стараясь разгадать сокровенный смысл услышанного. Наконец, решил Эгей отправиться к мудрому царю Арголиды Питфею, чтобы тот разгадал тайну. Сразу понял Питфей смысл ответа: у Эгея должен родиться сын, который будет величайшим героем Афин, и именно потомкам Эгея будет принадлежать власть в Афинах. Напоив гостя вином, Питфей уложил его спать вместе со своей дочерью Эфрой. В ту же ночь с Эфрой сблизился Посейдон. Таким образом, сын, рожденный Эфрой, имел двух отцов: земного Эгея и божественного Посейдона.
Новорожденному дали имя Тесей.
Вскоре после рождения Тесея царь Эгей должен был покинуть Трезен и вернуться в Афины. Уходя, взял Эгей свой меч и сандалии, положил их под скалу в горах у Трезена и сказал Эфре:
— Когда сын мой Тесей будет в силах сдвинуть эту скалу и достать мой меч и сандалии, тогда пришли его с ними ко мне в Афины. Я узнаю его по ним.
До шестнадцати лет воспитывался Тесей в доме своего деда Питфея. Мудрый Питфей заботился о внуке и Радовался, видя, что внук его превосходит во всем своих сверстников. Но вот исполнилось Тесею шестнадцать лет; Уже тогда никто не мог сравняться с ним ни в силе, ни в ловкости, ни в умении владеть оружием. Прекрасен был Тесей: высокий, стройный, с ясным взглядом прекрасных глаз, темными кудрями, которые пышными локонами спадали до плеч; спереди же, на лбу, кудри были обрезаны, так как посвятил он их Аполлону, тем самым как бы вручил богу самого себя, заключая с богом союз.
Когда Эфра увидала, что сын ее превосходит силой всех своих сверстников, она привела его к скале, под которой лежали меч и сандалии Эгея, и сказала:
— Сын мой, здесь, под этой скалой лежат меч и сандалии твоего отца, повелителя Афин, Эгея. Сдвинь скалу, возьми их, они будут тем знаком, по которому узнает тебя твой отец.
Толкнул Тесей скалу и легко сдвинул ее с места. Взял он меч и сандалии, простился с матерью и отправился в далекий путь, в Афины. Тесей не внял просьбам матери избрать более безопасный морской путь; он решил идти в Афины по суше, через Истм.
Уже на границе Трезена и Эпидавра герой встретил великана Перифета, сына бога Гефеста. Как и сам Гефест, сын его, Перифет, был хром, но могучи были его руки и огромно тело. Грозен был Перифет. Ни один странник не проходил через те горы, в которых жил Перифет, всех их убивал великан своей железной палицей, но Тесей легко победил Перифета. Это был первый подвиг героя, и как знак своей победы он взял железную палицу убитого им Перифета.
Дальше до самого Истма Тесей шел, не подвергаясь опасностям. На Истме встретил Тесей сгибателя сосен Синиса. Это был свирепый разбойник. Он предавал страшной смерти всех путников. Согнув две сосны так, что они касались верхушками, Синие привязывал несчастного путника к деревьям и отпускал их. Со страшной силой выпрямлялись сосны и разрывали тело несчастного. Тесей отомстил за всех, кого погубил Синие. Он связал разбойника, согнул своими могучими руками две громадные сосны, привязал к ним Синиса и отпустил деревья. Свирепый разбойник погиб той самой смертью, которой он губил ни в чем не повинных путников.
Кромионская свинья
Позднее, в память своей победы Тесей учредил на том месте, где он победил Синиса, истмийские игры (общегреческое празднество, проводившееся каждые два года на Коринфском перешейке — Истме. Во время игр, продолжавшихся несколько дней, происходили состязания в борьбе, беге, кулачном бою, бросании диска и копья, а также состязания на колесницах.)
Дальнейший путь Тесея проходил через Кромион (город на Истме, недалеко от Коринфа). Вся местность вокруг была опустошена громадной дикой свиньей, порожденной Тифоном и Ехидной. Жители Кромиона молили юного героя об избавлении от этого чудовища. Тесей настиг свинью и поразил ее своим мечом.
Отправился Тесей дальше. В самом опасном месте Истма, у границ Мегары (область на севере Истма, граничащая на востоке с Аттикой), там, где высоко к небу поднимались отвесные скалы, у подножия которых грозно шумели пенистые морские валы, Тесей встретил новую опасность.
На самом краю скалы жил разбойник Скирон. Он заставлял всех, кто проходил мимо, мыть ему ноги. Лишь только склонялся путник, чтобы вымыть ноги Скирону, как жестокий разбойник сильным толчком ноги сбрасывал несчастного со скалы в бурные волны моря, где он разбивался насмерть о торчащие из воды острые камни, а тело его пожирала чудовищная черепаха. Тесей, когда Скирон хотел столкнуть и его, схватил разбойника за ногу и сбросил его самого в море.
Недалеко от Элевсина Тесею пришлось вступить в борьбу с Керкионом, подобно тому, как и Гераклу пришлось бороться с Антеем. Могучий Керкион многих погубил, но Тесей, обхватив Керкиона руками, сжал его, как в железных тисках, и убил. Освободил этим Тесей и дочь Керкиона, Алопу, власть же над страной Керкиона Тесей отдал сыну Алопы и Посейдона, Гиппотоонту.
Миновав Элевсин и приближаясь уже к долине реки Кефис в Аттике, Тесей пришел к разбойнику Дамасту, которого называли еще и Прокрустом (вытягивателем).
Разбойник этот придумал особо мучительное истязание для всех, кто приходил к нему. У Прокруста было ложе, на него заставлял он ложиться тех, кто попадал ему в руки.
Если ложе было слишком длинно, Прокруст вытягивал несчастного до тех пор, пока ноги жертвы не касались края ложа. Если же ложе было коротко, то Прокруст обрубал несчастному ноги. Тесей повалил Прокруста самого на ложе, но ложе, конечно, оказалось слишком коротким для великана Прокруста, и Тесей убил его так, как убивал злодей путников.
В подвигах Тесея символично то, что герой подвергал злодеев тем самым мучениям, которым они подвергали других. Это соответствует древнейшему закону возмездия по принципу — «око за око, зуб за зуб».
В длинной ионийской одежде, блистая красотой, шел Тесей по улицам Афин; пышные кудри спадали ему на плечи. Юный герой в своей длинной одежде был скорее похож на девушку, чем на героя, совершившего столько великих подвигов. Тесею пришлось проходить мимо строящегося храма Аполлона, на котором рабочие возводили уже крышу.
Рабочие увидали героя, приняли его за девушку и стали издеваться над ним. Смеясь, кричали рабочие:
— Посмотрите, вон бродит по городу одна, без провожатых, какая-то девушка! Смотрите, как распустила она напоказ свои волосы, а длинной своей одеждой она подметает уличную пыль.
Рассерженный насмешками рабочих, Тесей подбежал к повозке, запряженной волами, выпряг волов, схватил повозку и бросил ее так высоко, что она перелетела через головы рабочих, стоявших на крыше храма. В ужас пришли рабочие, издевавшиеся над Тесеем. Они ждали, что жестоко отомстит им герой за их насмешки, но Тесей спокойно продолжал свой путь.
Наконец, Тесей пришел во дворец Эгея. Он не открылся сразу престарелому отцу, кто он, а сказал, что чужеземец, ищущий защиты. Эгей не узнал своего сына, но зато узнала его волшебница Медея. Она, бежав из Коринфа в Афины, — стала женой Эгея. Хитрая Медея, дав обещание Эгею вернуть ему колдовством молодость, властвовала в доме царя Афин, и сам Эгей во всем подчинялся ей. Сразу поняла властолюбивая Медея, какая грозит ей опасность, если узнает Эгей, кто тот прекрасный чужеземец, которого принял он в своем дворце.
Чтобы не лишиться власти, Медея задумала погубить героя. Она уговорила Эгея отравить Тесея, уверив старого царя, что юноша — лазутчик, подосланный врагами. Дряхлый, слабый Эгей, боявшийся, чтобы кто-нибудь не лишил его власти, согласился на это злодеяние.
Во время пира Медея поставила перед Тесеем кубок с отравленным вином. Как раз в этот момент Тесей вынул зачем-то свой меч. Эгей сразу узнал тот меч, который он сам шестнадцать лет назад положил под скалу у Трисена.
Он взглянул на ноги Тесея и увидал на них свои сандалии. Теперь понял царь, кто этот чужеземец. Опрокинув кубок с отравленным вином, Эгей обнял Тесея — своего сына. Медея была изгнана из Афин и бежала с сыном Медоном в Мидию.
Поделиться книгой: