Помоги проекту - поделись книгой:
– Где мы? – спросила Маша у Яна, который стоял рядом.
– Это дом Дэна.
– Дэн живет в другом месте!
– Два года назад он жил именно здесь.
И тут Маша обратила внимание, что вокруг не ранняя весна, а лето.
– Мы в прошлом! – догадалась она.
– Тогда его мать была еще жива…
Прямо навстречу Маше шел Дэн – моложе своих лет, совсем еще мальчишка. Маша отпрянула, но Ян пояснил:
– Он не может нас видеть.
Дэн подошел к подъезду, и Маша увидела, что там его ждала Марго.
– А она нас не видит?
– Марго ничего не может сделать. Ее нет в этом мире.
– Я не буду тебя слушать! – воскликнул Дэн, обращаясь к Марго. – Эти игры затянулись!
– Твоя мать сейчас собирает вещи, – ответила та. – Она собирается оставить вас.
– Ты лжешь!
– Я еще никогда не была такой искренней, – возразила Марго. – Твоя мать хочет разрушить твою жизнь, жизнь твоего отца и сестры.
– А если я не хочу быть таким, как вы?!
Марго говорила что-то еще, но Дэн отстранил ее и вошел в подъезд.
Маша бросилась к Яну, спросила жалобно:
– Что будет с Дэном?
– Ты увидишь это своими глазами.
В следующий момент они уже оказались в квартире, и Маша поняла – Марго не врала. Мать Дэна, ухоженная стройная женщина, стояла у окна с сигаретой, а посреди комнаты громоздились собранные чемоданы.
– Ты уезжаешь? – жалобно спросил Дэн. – Оставляешь меня одного?
Мать ответила лишь после того, как сделала затяжку:
– Одного? Ты остаешься с отцом и сестрой.
– Мы были семьей, – горько сказал Дэн.
Женщина взяла со стола какие-то бумаги, ответила зло:
– У меня язык не поворачивается назвать это семьей.
– Ты не можешь так поступить…
– А кто мне помешает? Твой отец? Что-то я здесь его не вижу.
Она решительно обошла сына, уложила бумаги в сумочку. Дэн схватил ее за руку:
– Не поступай так с нами, мама!
– Тебя моя жизнь не касается, – повысила голос женщина, грубо сбросив его руки. – Не вмешивайся! Я уже все решила.
Она положила недокуренную сигарету в пепельницу и вышла в коридор. С болью Дэн проводил ее взглядом, а Маша вообще готова была заплакать. И тут тлеющая сигарета сама собой выпрыгнула из пепельницы и упала в мусорное ведро, наполненное бумагами. Они мигом вспыхнули, от них задымилась занавеска…
– Она же сказала – не вмешивайся в ее жизнь! – перед Дэном возникла Марго. – Или плохой мальчик не послушает мамочку?
И Дэн вместе с демонессой покинул квартиру, которую быстро охватывал огонь.
Маша рванулась было на помощь женщине, но Ян удержал ее.
– В прошлом ты уже ничего не изменишь.Уже оказавшись дома, Маша предалась слезам.
– Дэн с самого начала знал, что я Ангел, и пришел, чтобы меня контролировать!
– Чтобы ослепить тебя, – добавил Ян. – Чтобы помешать стать Ангелом.
– Какой же дурой я была…
А Дэн в это время сидел один в своей квартире с Машиной фотографией в руках, и по его щекам текли слезы.
– Прости, Маша… Прости.Тем же поздним вечером Рома возвращался домой. Этот день для него был насыщен событиями. Во-первых, к нему явились из полиции. Нет, по счастью, Федор заявления не подавал, но в полиции раскопали сведения о прошлых похождениях Ромы с поддельными документами и о том, что он лежал в больнице с огнестрельным ранением. Когда же полицейские ушли, состоялся крутой разговорчик с матерью. Она и прежде полагала, что с его биографией не все чисто, а теперь и вовсе заявила, что ни единому его слову не верит. Тогда он ей припомнил, что из-за ее непонимания и нетерпимости и ушел когда-то из дома, и разговор закончился ссорой.
А сейчас в темном дворе ему снова встретилась Кира. Грозная и властная, она требовала, ни много ни мало, чтобы он убил своих родителей.
– Это они виноваты в твоих неудачах, – внушала она. – Если бы они были к тебе внимательнее, ты бы не попал в эту передрягу.
С трудом отвязавшись от нее, Рома вернулся домой. Там уже все спали. Вадим так и заснул на кухне за столом, положив голову на руки. Тихо, чтобы не разбудить, Рома подкрался к холодильнику и взял бутылку воды. Внезапно тонкая белая рука в перстнях мелькнула перед его лицом, погладила по щеке, по волосам. Сознание Ромы затуманилось, мысли исчезли…
– Убей его, пока он спит, так он ничего не почувствует, – словно собственные мысли, прозвучал в голове голос Киры. – И не забудь о матери.
Будто по чьему-то злому умыслу, на кухонном столе снова стоял надрезанный пирог на блюде, и рядом лежал длинный острый нож. Находясь в дьявольском трансе, Рома взял его в руки…
– Ты что здесь делаешь? – В дверном проеме кухни возникла Маша в пижаме.
– Н-ничего. – К Роме моментально вернулся здравый рассудок, и он положил нож на место, сделав вид, что хотел полакомиться пирогом, да передумал.
Потом брат и сестра еще долго сидели на полу в Машиной спальне и говорили по душам. Обоим было грустно.
– Я неудачник…
– Спорим, я неудачливее?
– Мне не нужно было возвращаться. И о чем я только думал!
– Не говори так. Мы все тебя ждали.
– Я не тот, кого вы ждали.
– Но я рада, что ты рядом. Мне сейчас, как никогда, нужна поддержка.
Брат обнял сестру и поцеловал в макушку.Утром семья Авериных завтракала молча. Каждый думал о своем, а родители еще не совсем отошли от вчерашней ссоры с Романом, который кидал теперь на них виноватые взгляды. Последним к столу пришел Сашка. Увидев мрачные лица, он выдал:
– Вот так утречко! По ходу, мама узнала, что я разбил ее любимую вазу?
– Что?! – мама грозно подняла голову от тарелки.
– Упс…
Но тут раздался звонок в дверь, и Сашка помчался открывать. За порогом стоял Дэн.
– Привет! – раздался из прихожей его голос. – Триста лет тебя не видел, проходи!
– Можно мне поговорить с Машей? – несмело спросил тот.
Услышав знакомый голос, Маша вскочила и побежала в прихожую. Теперь она не ждала от Дэна ничего хорошего.
– Давай проходи, – махнул рукой Сашка.
– Его никто не приглашал, – ледяным тоном отрезала Маша.
– Маша, пожалуйста, выслушай меня! – в голосе Дэна читалась мольба.
– Ты уже все сказал. Больше нам не о чем разговаривать.
Маша вытолкнула его за порог и попыталась закрыть дверь.
– Я не сделаю тебе ничего плохого, – Дэн придержал дверь. – Просто хочу поговорить.
– Отпусти дверь!
– Маша, прошу!
Из кухни вышел Рома:
– Маш, у тебя все в порядке?
– Да. Дэн уже уходит.
– Уходишь? – грозно вопросил старший брат.
– Ухожу, – с вызовом ответил Дэн.
Маша захлопнула дверь, и он еще долго стоял, прислонившись лбом к стене, погружаясь в черную пучину безысходности.
Теперь он – демон. Перед ним – долгая жизнь, похожая на смерть, бесконечная и бесполезная. Он приходил сегодня к Агнессе, молил о смерти. Отказала.
Тогда он ушел, заявив, что ни за что на свете не станет помогать им. Агнесса же только усмехнулась и ответила, что скоро он к ним сам вернется.
Ну да чего ждать от Агнессы! Но Маша!.. Неужели можно вот так взять и отбросить их любовь, как ненужную тряпку, даже не выслушав? Есть ли у нее сердце вообще?
Нет, похоже, Агнесса была права.Катя машинально протирала стаканы, а сама все поглядывала на Зою, сидевшую с друзьями за ближайшим столиком. Нехорошо все же с ней получилось, надо бы извиниться. Наконец Катя решилась, отозвала Зою в сторону и попросила прощения.
– Зачем мне твои извинения? – бесстрастно ответила Зоя. – Я на вас с Гошей не злюсь, мне все равно.
– Мы могли бы помириться… и стать подругами?
– А это зачем? Мне и так хорошо живется.
С этими словами Зоя вернулась к друзьям, а Катя продолжила свою работу.
– Катя, здравствуй!
Девушка от неожиданности резко выпрямилась, едва не разбив очередной стакан. Рядом стоял Антон, и видно было, что он сильно встревожен.
– Привет! Ты чего такой взбудораженный? Случилось что?
– Да. У Гоши проблемы. Можешь пойти со мной?
– Что с ним?!
– По дороге расскажу.
И Катя, конечно же, пошла. Правда, по дороге Антон молчал, не отвечая ни на какие вопросы, и Катя с этим смирилась, подумав, что узнает все на месте. Они пришли на территорию каких-то заброшенных складов. Катя еще обратила внимание на ржавую табличку у входа: «Склад машзавода № 10, 1980».
– Ты уверен, что мы идем правильно? – спросила девушка, которой было не по себе при виде этого безлюдного места.
Антон молчал, но, судя по его уверенной походке, он не сомневался в правильности маршрута. Они подошли к заброшенному зданию, и Антон шагнул к двери.
– Ты держишь здесь Гошу? Он опасен для общества? – Катя попыталась разрядить обстановку шуткой.
Но Антон даже не улыбнулся. Они вошли внутрь. Большие складские помещения были завалены всяким хламом, тут и там стояли картонные коробки и большие мусорные пакеты.
– Только не говори, что Гоша в этих пакетах, – нервно сострила Катя, которой вся эта затея уже совсем не нравилась, и она подумывала, все ли в порядке у Гошиного брата с головой.
Через узкую металлическую дверь они вошли в другое помещение, поменьше, и тут Антон вдруг остановился и запер дверь изнутри на ключ.
– Что происходит?! – Катя в страхе обернулась и поняла, что никакого Гоши здесь нет и других выходов отсюда тоже. Между тем Антон подошел к ней вплотную, тяжело дыша.
– Я хочу уйти, Антон, – в ужасе пролепетала Катя. – Отойди… пожалуйста.
Она сделала шаг к двери, но Антон схватил ее за горло и крепко сжал.
– Я не хочу делать тебе больно… Но
Катя упала на пол и поползла к двери, но тут Антон снова перехватил ее:
– Ты должна убить меня. Если я останусь в живых, ты пострадаешь. Твоя жизнь – в твоих руках!
У Кати в глазах померкло от страха.
Между тем Маша снова получила сигнал от Книги. В этот раз одна из страниц была разрисована разнокалиберными крестиками, зато вторая полностью исписана именем «Катя» в разных цветах и размерах.
– Катя в опасности! – сообразила Маша.
На звонок подруга не ответила, и девушка бегом помчалась в кафе. Но ни бармен, ни сидевший за столиком Гоша не знали, куда она подевалась.
– Я сам ее жду, – заявил Гоша. – А что за паника?
Маша от досады грохнула кулаком по барной стойке и стала осматривать зал.
– Я ее видела, – заявила Зоя из-за соседнего столика. – Она ушла с каким-то мужчиной. Любвеобильная, да, Гоша?
– А как он выглядел? – подскочила к ней Маша.
– Высокий такой… взгляд кроткий…
– Застенчивый дылда – это точно мой брат, – сделал вывод Гоша. – Но зачем она ушла с Антоном?
Ему сразу вспомнились подозрения Кати, странное поведение Антона… Может быть, он не все знает о своем брате, ведь знакомы они всего ничего!
А Маша прижала к себе Книгу, сосредоточилась – и перед глазами замелькали картинки. Заброшенная территория, здание складов, табличка с надписью… очень четкой надписью.
– Склады машзавода номер десять, – вслух произнесла Маша, глядя в упор на оторопевшего Гошу. – Знаешь, где это?
– Знаю… Мы там мелкими в войнушку играли.
– Скорее туда! Катя там!
Гоша, конечно, поразился чудесам женской интуиции, но все-таки побежал вместе с Машей.
– Кажется, это здесь, – пробормотал Гоша, когда они добежали до ворот со знакомой табличкой. – Теперь включай свою мегаинтуицию – куда дальше?
Маша шла по складскому двору и внимательно смотрела по сторонам. Заметив такую же дверь, как была в видении, свернула к ней.
– Маша!
Оглянувшись, девушка увидела, что к ней бежит Дэн.
– Я хочу поговорить с тобой.
– О том, как обманывал меня? – холодно переспросила Маша. – Или как смеялся надо мной?
– Нет, я не хотел обманывать тебя…
– Я не верю тебе, Дэн. Ни одному слову.
Дэн подошел ближе, развернул ее к себе:
– Должна поверить, Маша. Я люблю тебя.
– Как свою мать? – смерила Маша его ледяным взглядом. – Я видела, как ты позволил умереть родной матери. Ты мой враг, Дэн.
– Мы можем все изменить! – пылко сказал он. – Наша любовь преодолеет все препятствия, и мы будем вместе.
Он нежно положил ладонь на Машину щеку, губы потянулись к губам:
– Остальное не имеет значения.
– Подожди-ка! – прищурилась Маша. – Ты знаешь, что Катя в опасности, и хочешь отвлечь меня! Да! Ты обманывал меня раньше, хочешь обмануть и теперь!
Она оттолкнула Дэна, он снова схватил ее за руку, и тогда Маша с невероятной силой отшвырнула его от себя. Пролетев по дуге, Дэн приземлился в нескольких метрах.
– Нифигассе у тебя рука тяжелая! – восхитился Гоша.
– Дэн – хороший актер. И каскадер… Пошли.
Маша первой вошла в помещение склада и направилась к запертой двери, за которой, судя по звукам, что-то происходило.– Отпусти меня! – в слезах просила Катя, примотанная скотчем к стулу.
– Нет. Ты должна сделать это.
Антон, в который уже раз, вложил ей в связанные руки пистолет и опустился рядом на колени.
– Стреляй!
Катя плакала, роняла пистолет, он вкладывал его обратно, нацеливал и в конце концов ударил Катю по щеке:
– Да стреляй же! Извини, я не хотел делать тебе больно, только сделай то, о чем я прошу.
Катя снова заплакала и снова уронила пистолет.Услышав из-за двери звук пощечины, Маша бросилась к ней и забарабанила:
– Они там. Катя, Антон! Вы здесь? Откройте!
– Что за сектантские замашки! – возмутился Гоша. – Открой дверь!
Услышав знакомые голоса, Катя принялась звать на помощь и схлопотала от Антона новую оплеуху.
– Прости… Выстрели в меня, Катя! Стреляй!
Поняв, что разговором толку не добьешься, Гоша сказал Маше:
– Я сейчас выбью дверь. Отойди, чтоб тебя не задело.
Маша отошла, парень с размаху саданул ногой по двери и взвыл от боли. Дверь даже не шелохнулась.
– Вот кто теперь завхозу парты будет таскать? – причитал Гоша, прыгая на одной ноге. А Маша глубоко вдохнула, сконцентрировалась, сделала короткий разбег и… выбила дверь целиком. Прихрамывая и окончательно обалдев, Гоша вслед за ней вошел в помещение.
Увидев связанную Катю и Антона с пистолетом, парень рассвирепел:
– Брат, ты чего! Быстро девушку мою отпустил!
Антон поднял пистолет и направил на них с Машей.
– Антон, отпусти Катю, – попросила Маша.
Не опуская оружия, тот взмолился:
– А если я это сделаю, ты убьешь меня? Вижу, что нет. Тогда уходи отсюда.
С трудом Маше удалось убедить Антона отдать пистолет. Он бросил оружие, сел на пол и заплакал. Маша села рядом и обняла его. Вокруг них засиял теплый свет, но Гоша ничего не заметил – он развязывал и утешал Катю.
Спустя долгое время Антон, потерянный и разбитый, сидел на том самом стуле. Маша и Катя стояли в двери, собираясь уходить, но Гоша напоследок подошел к брату.
– Маша уверена, что это больше не повторится, поэтому Катя не заявит на тебя в полицию. Но если я еще раз увижу тебя рядом с ней – пеняй на себя. И ты мне больше не брат.Тем же вечером Рома проснулся в постели с Кирой.
– Где я? – изумленно огляделся он по сторонам. В этой шикарной квартире ему прежде не приходилось бывать. А помнил он лишь то, что днем вышел в бар выпить, увидел Киру и… дальше полный провал памяти.
– Ты не помнишь нашу волшебную ночь? – удивилась Кира. – Я хочу, чтоб ты закончил начатое.
– Да почему ты хочешь, чтоб мои родители умерли?!
Взгляд Киры стал гипнотическим:
– Они презирают тебя, потому что знают, что ты лучше их!
Рома завороженно внимал этим словам. Глаза Киры стали черными.
– Иди и убей их. Не сопротивляйся.
Наскоро одевшись, Роман отправился домой. Теперь для него существовала только одна цель…
Войдя в квартиру, он первым делом посмотрел на себя в зеркало в прихожей, потом прошел на кухню. И пирог, и нож по странному стечению обстоятельств находились на том же месте. Роман прислушался – было тихо, только из родительской спальни мягко бубнил телевизор. Елена с Вадимом отдыхали у себя, а Маша еще не вернулась домой.
Роман взял нож поудобнее, решительно переступил порог кухни. И… нос к носу столкнулся с Дэном.
– Брось нож! – приказал тот.
Рома устремил на Дэна затуманенный, дикий взгляд – и с размаху всадил ему нож в живот. Нож вошел по самую рукоятку, потекла кровь, но Дэн не упал. Он стоял и с улыбкой смотрел, как к Роме медленно возвращается рассудок. А потом выдернул из своего живота окровавленный нож и продемонстрировал ошалевшему Роме.
– Ты кто? – прошептал незадачливый убийца.
– Зло, – коротко ответил Дэн и отбросил нож в сторону. После чего молниеносным движением взял Рому за грудки и поднял перед собой, прижав к стене. – Ты сегодня уйдешь из этого дома и больше никогда не вернешься. Ты понял?
– Но мне некуда идти… – растерялся Рома. – И
Когда Маша вернулась домой, то увидела расстроенных родителей сидящими на кухне. Насколько она помнила, мама с Ромкой еще днем помирились. Что же случилось, неужели опять поссорились?
– Мам, пап, в чем дело?
Мама протянула Маше письмо.
– Рома… Он снова ушел.
– Но почему?!
– Если бы мы знали, – вздохнул отец. – Написал, что все обдумал… Чтоб мы не волновались…
Маша молча вышла в коридор. Настороженно посмотрела на стены, подошла к зеркалу. Что здесь произошло?
И тут ее озарило видение. Рома с Дэном дерутся… Дэн показывает Роме окровавленный нож… берет его за грудки и поднимает над полом.
«Так вот оно в чем дело», – в ярости подумала Маша.– Ты опять все испортила!
Кира каталась по полу у ног Агнессы, корчась от боли. Агнесса крепче сжала кулак, и несчастная Кира взвыла, схватившись за голову.
– Во всем виноват Дэн! – завизжала она. – Это он мне помешал, он спугнул Рому…
Наконец Агнесса разжала кулак, и Кира села, тяжело дыша.
– И это все? – разочарованно протянул Феликс. – Не говори, что все, давай еще ее помучаем!
– Маша узнала, что Дэн – демон, – улыбнулась ему Агнесса. – Он обманул ее, предал. А что может быть приятнее, чем убить предателя, которого ты раньше любил?
Она щелкнула пальцами и приготовилась ждать.
Дэн лежал на диване в гостиной и устало смотрел перед собой.
– Ты поступил правильно, Дэн. – Ян, как всегда неожиданно, появился рядом. – Но любовь не может спасти тебя. Ты выбрал свой путь и теперь принадлежишь злу.
– Замолчи! – Дэн с болью закрыл глаза и уткнулся лицом в подушку. Но Ян присел рядом и терпеливо продолжал:
– Дэн, выслушай меня. Если ты любишь Машу, не мучай ее. Покажи свою истинную натуру. Пусть она научится ненавидеть тебя. Сделай это для себя, сделай это для Маши.
Дэн внимательно слушал. В глазах его стояли слезы, но он понимал – Ян прав. Любовь между Ангелом и демоном не доведет до добра ни того, ни другого, так что лучше… лучше пусть Маша его ненавидит.
Ко всему прочему примешалась обида. Если его лишают права не только на любовь, но и вообще на доброе дело… Что ж, силы света, вы сами захотели этого. Раз так – он будет злодеем.
Раздался звонок в дверь, и Ян исчез. Дэн открыл – на пороге стояла разъяренная Маша.
– Где мой брат, Дэн? Я знаю, что ты был у меня дома. Что ты сделал с Ромкой?!
Дэн отвел глаза. Ему было тяжело выслушивать упреки там, где он их не заслужил, да еще и от Маши, которая благодаря ему сегодня не сделалась сиротой. А сказать правду – все равно ведь не поверит…
– Он ушел из-за тебя! Зачем ты это сделал? – не унималась Маша.
И тогда Дэн гаденько ухмыльнулся и цинично ответил:
– Какая же ты глупая. Чтобы сделать тебе больно! И брат твой такой же придурок!
Маша в ярости толкнула его в грудь, и оба они упали на дно заброшенного песчаного карьера.
– Ты обманывал меня все это время! – Маша вскочила на ноги.
– Ты только сейчас это поняла? – захохотал Дэн. Жестокие, циничные фразы вылетали одна за другой, он даже не предполагал, что это получится так легко. – Ты думала, я люблю тебя? Да ты нужна мне была только для того, чтобы получить бессмертие!
– Мне противно тебя слушать!
– А уж как мне было противно! – подхватил Дэн. – Особенно там, в лесном домике…
Этого уже Маша не стерпела. Между ними завязалась драка, правда, била только Маша, Дэн же все больше пытался защититься. Когда с неба упал огненный меч, девушка схватила его и взмахнула над головой Дэна. Но он не отскочил, не отпрянул – он просто посмотрел на нее с вызовом:
– Давай, убей меня. Я этого заслуживаю.
Маша стояла с занесенным мечом, глядела угрожающе – ей действительно хотелось его убить. Дэн переводил напряженный взгляд с Маши на меч, но не сходил с места, давая понять, что его слова – далеко не шутка:
– Чего ты ждешь? Если ты не сделаешь этого, я буду продолжать мучить тебя и твою семью! Давай! Или ты будешь ненавидеть меня!
Маша смотрела с болью. Она неуверенно размахнулась – и опустила меч. Нет, не могла она этого сделать…
– Ошибаешься, – процедила девушка. – Ты больше ничего не значишь для меня.
Оружие исчезло из ее рук. Маша устало обошла Дэна и, не оглядываясь, побрела по дну карьера.
Дэн, напряженно глядевший ей вслед, увидел, как на спине девушки появились огромные белые крылья.
– Нет! – Агнесса резко села на кровати, и ее лицо исказилось гневом. – Нет!!!
Поделиться книгой: