Помоги проекту - поделись книгой:
Конечно же, Маша с Сашей были рады возвращению старшего брата. Но вот Елена после утреннего разговора порядком встревожилась. Почему Рома жил по фальшивому паспорту? Почему назвался богатым, а у самого даже чемодана с собой не было? Все это выглядело очень подозрительно и попахивало криминалом. Хорошо еще, если он просто вернулся к ним от безденежья, а если у него планы похуже?
Именно это Вадим с Еленой обсуждали на кухне, когда дети ушли на занятия, а Рома лег отдыхать и, как они думали, ничего не слышал.
– Давай просто радоваться, что сын снова с нами, – в конце концов сказал Вадим. – Мы ведь так долго этого ждали!
Не успела жена ничего ответить, как Рома возник в дверном проеме:
– Пойду погуляю.
– Давай, сынок, – Вадим потянулся за бумажником. – Деньги нужны?
– Ну папа! – обиделся Рома и ушел.
На самом деле деньги ему были нужны, и даже очень. Он не мог бесконечно обманывать родителей, добрые чувства к которым вспыхнули теперь с новой силой. Да и сидеть у них на шее ему тоже претило. Поэтому он нашел телефонный номер старого друга Федора, с которым вместе играли в «Утопии» и которому Рома когда-то отдал на хранение свою гитару. Гитара была дорогой и навороченной, поэтому денег от ее продажи хватило бы на какое-то время.
Федор без особого энтузиазма согласился с ним встретиться в кафе. Отправляясь на эту встречу, Роман нацепил фиксатор для шеи, которым после падения с лошади первое время пользовался Сашка.
Как оказалось, старый друг теперь работал в аптеке, принадлежавшей его отцу, и зарабатывал, по его словам, немного.
– Хотел спросить: а где моя гитара? – заговорил Рома. – Мне сейчас срочно нужны деньги… на поддержание здоровья. – Он дотронулся до фиксатора на шее.
Федор несколько наигранно удивился:
– Друг… Я не думал, что ты вернешься… Признаюсь, я продал ее.
Рома был поражен. Он мало кому из своих былых коллег доверял, но в Федоре до сих пор был уверен.
– И? – он повысил тон. – Посмотри на меня. Мне нужны деньги, брат.
У Федора забегали глаза:
– Я выручил за нее совсем немного…
Под грозным взглядом Ромы он стушевался, вынул из кармана тысячную купюру и положил на стол.
– И это все?!
– Прости, но ты же знаешь… – развел руками Федор.
Не дослушав, Рома вскочил и пошел к выходу, не забыв забрать со стола купюру. Вот он, единственный друг, на которого можно было надеяться…
Парень вышел на улицу и стал снимать фиксатор с шеи.
– Ну ты и слабак! – перед ним неожиданно возникла Кира. Рома вздрогнул. Ему теперь казалось, что эта демоническая особа преследует его всегда и везде, видит каждое его движение. Он не мог ей противиться, ибо знал, что за этим последует. И теперь боялся – боялся ее новых приказов.
– Зачем ты пришла? – настороженно спросил он.
– Посмотреть, как ты убегаешь. Видимо, зря я потратила на тебя столько денег. – Кира притянула Рому к себе, заглянула в глаза гипнотическим взглядом. – Ты будешь плохим мальчиком для меня?
…Решительно, не думая ни о чем, Рома вошел в аптеку. Да, это та самая – за прилавком стоял Федор.
– Что, друг, за виагрой пришел?
– За сколько ты продал мою гитару? Я пришел за остальными деньгами.
– Я же говорил, у меня нет денег. Могу отдать долг анальгином!
– Кончай шутить, – взгляд Ромы не предвещал ничего хорошего. – Ты отдашь мне деньги сейчас.
– А то что? – подбоченился Федор.
– Узнаешь.
Федор вынул из-под прилавка биту, вышел из-за прилавка и велел Роме убираться вон.
– О’кей, я уйду, – разочарованно ответил тот, а в следующий миг выхватил у бывшего друга биту и ударил его по животу. Федор, скуля, скорчился на полу, а Рома прошел к кассе и выгреб оттуда все деньги.
– Только скажи кому-нибудь, и я тебя прикончу!
В тот день Рома вернулся домой с дорогими подарками для всей семьи. Сказал, что чемодан в аэропорту все же нашли. Только на душе было очень тяжело. Как избавиться от Киры, чего она еще от него потребует? А ведь потребует, это однозначно.После уроков Гоша привычно завернул в кафе к Кате. Проблема, о которой он безостановочно думал в последние дни, решилась сама собой. Выбор между Зоей и Катей сделала сама судьба. Гоша случайно поцеловал Катю, Зоя это случайно увидела… И все поняла правильно. А сейчас Гоша попросил у нее за все прощения и с чистым сердцем вернулся к Кате.
– Ты поговорил с Зоей? – спросила она Гошу, возясь у стойки.
– Если это можно назвать разговором. Она видела, как мы целовались.
– Вот блин! – смутилась Катя и стала беспокойно смотреть по сторонам.
– В чем дело? – не понял Гоша.
– Дело в твоем брате, – девушка понизила голос. – Он который день приходит, садится за столик и так пялится на меня, что мне не по себе. Поговори с ним, Гоша.
Гоша оглянулся. Антон сидел за ближайшим к ним столиком. Он был бледным, с темными кругами под глазами, а в руках держал деревянный крестик от четок. Увидев, что на него смотрят, он быстренько опустил глаза.
– Ладно, поговорю, – весело ответил Гоша. – Мой параноидальный друг.
Он сел за столик к Антону.
– Привет!
Брат молчал, только крепче сжимая в руках крест. Теперь он снова смотрел на Катю каким-то странным взглядом.
– Ты так рад видеть Катю, что не можешь от нее глаз отвести? – продолжал Гоша. – По ходу, Катя говорит, что ты торчишь тут целыми днями.
Антон нервно повысил голос:
– Не преувеличивай!
– М-да, я бы тоже боялся такого маньяка, как ты, – Гоша недовольно встал, собираясь уйти, но брат схватил его за рукав:
– Гоша, Катя в опасности! Передай ей, чтобы не верила никому… Даже мне… Особенно мне! – Голос Антона дрожал, как у ненормального, он бормотал: – Я сделал слишком много плохого. С этим надо покончить… Я знаю, что делать… Всем станет лучше!
– Да что с тобой?! – уставился на него Гоша.
– Береги Катю! – Взгляд Антона стал почти безумным. – Меня уже не спасти. Но я знаю, что делать…
Он вдруг вскочил с места и бросился к выходу. Гоша попытался его остановить, но тот вырвал руку и выбежал из кафе.
– Что он сказал? – спросила Катя, когда Гоша вернулся.
– Хотел бы я сам это понять… Ладно, позвони мне, как закончишь.
Гоша ушел, а Катя осталась в полном недоумении.
На следующее утро Маша проснулась в тревоге. Вечером она никак не могла дозвониться до Дэна. Девушка ужасно за него волновалась, но и слова Лизы не давали ей покоя. А вдруг это правда? Или это в самом деле не Лиза, а какая-нибудь переодетая Кира была? Кроме всего прочего, сегодня Дэн приснился ей в кошмаре: он сидел у нее на кровати, говорил ей что-то с улыбкой, а потом у него почернели глаза, как у падших.
А может, это и не сон был?
Поднявшись, Маша взялась за Книгу. В прошлый раз там, помнится, были какие-то непонятные крестики…
Раскрыв Книгу, Маша вздрогнула. На странице был нарисован крест и четки, которые быстро наливались кровью.
Маша уже знала, что это значит. Что гибель грозит кому-то сейчас и немедленно. Вот только кому? Подсказок в Книге больше не было, и Маша, как это уже вошло у нее в привычку, положилась на интуицию. Крест, четки… кафе… Что-то такое вертелось в голове, но так и не сформировалось пока в конкретную мысль.
И Маша побежала в кафе. День был выходным, в гимназию идти не требовалось, и Катя уже с утра заступила на работу. Верный Гоша, конечно же, тоже крутился рядом.
Когда запыхавшаяся, встревоженная Маша подбежала к ним, Гоша весело спросил:
– Ты от китайской границы бежала?
– Да погоди ты, – одернула его Катя. – Не видишь – здесь что-то серьезное. Что случилось?
– Ребята, вы крестики не теряли? – выпалила Маша. – В церковь не ходили? Молитвы не читали?
И осеклась, видя, как смешно прозвучал ее вопрос. Катя скрыла улыбку, а Гоша задумчиво сказал:
– А мой брат, оказывается, заразный.
– Кто твой брат? – тут же ухватилась за ниточку Маша.
– Дяденька, который носит платье и живет среди мужчин.
Катя посмотрела на Гошу с укором и перевела:
– Его брат – послушник в монастыре. А что?
– Где он может быть сейчас? – Маша подскочила на месте.
– Зачем тебе, маньячка?
– Где?!!
Получив наконец ответ, Маша убежала, не прощаясь.
Антон сидел за столом у себя в келье. Перед ним лежала раскрытая Библия, валялись четки, а в руках он держал лезвие. Всю ночь он пытался читать молитвы, но это плохо получалось – проклятый голос в голове не умолкал, приказывал, требовал. Спасения от него не было.
И он решился. Закатал рукав, взял лезвие поудобнее, примерился…
Стук в дверь оказался очень некстати.
– Антон! Откройте, пожалуйста, мне нужно с вами поговорить! – отчаянно орала Маша с той стороны.
Послушник вздрогнул. Сознание, затуманенное дьявольским наваждением, немного прояснилось, и теперь он в шоке смотрел на лезвие в своих руках и оголенное запястье. Неужели он хотел совершить один из страшнейших грехов?!
Стук и крики снаружи не умолкали, и Антон, бросив лезвие на стол, открыл дверь.
– Слава богу! – облегченно выдохнула Маша. – Вы не успели!
Ошеломленный, он посторонился, пропуская девушку внутрь.
– Вы не должны этого делать, – сказала Маша, строго глядя ему в глаза.
– Кто ты?..
– Я подруга Гоши и Кати, и я знаю, что вы хотите сделать непоправимое. Я пришла вам помочь.
Антон в смятенных чувствах сполз по стенке на пол и закрыл руками голову:
– Я совсем запутался… Не могу найти выход.
Маша села рядом, обняла его за плечи. И теплый свет озарил их обоих, отчего у Антона сразу на душе стало легко и спокойно, а дьявольский голос в голове наконец-то умолк.
– Я знаю… Ты – Ангел.
Распрощавшись с Антоном и оставив ему на всякий случай свой номер телефона, Маша решила, что нужно, в конце концов, поговорить и разобраться с Дэном. Она боялась услышать подтверждение слов Лизы, но неизвестность была еще хуже.
Мобильник Дэна снова не отвечал, и Маша поехала к нему домой. Долго звонила в дверь, но в ответ не услышала из квартиры ни звука.
Дэн в это время молча сидел в гостиной. Окна были наглухо зашторены и не пропускали солнечный свет. На столе царил беспорядок, валялись стаканы и упаковки от чипсов. Он слышал, как Маша звонила на мобильник, а затем и в дверь, как требовала ее впустить и злилась. Но парень не отвечал. Он знал, зачем она пришла. Чтобы поговорить начистоту, прояснить, кто есть кто. Это Дэн еще вчера понял, когда она назвала себя Ангелом, а он неумело отшутился. Но если Маша спросит его напрямую, то он не сможет больше ни соврать, ни придумать очередную отговорку.А когда Маша узнает правду, то сама его отвергнет. Бессмертный… Больше всего Дэн сейчас чувствовал себя живым мертвецом.
А Антон вышел из монастыря в самом приподнятом настроении. По-весеннему светило солнышко, в парке под деревьями на месте прежних сугробов белели крошечные островки последнего снега, весело щебетали птицы. Антон шел по парку и счастливо улыбался. Побывав на пороге смерти, он теперь радовался жизни сильнее, чем когда-либо.
Вдруг прямо над головой у Антона с деревьев разом слетела огромная стая ворон. С тревожными криками птицы понеслись в разные стороны. Антон остановился в неприятном предчувствии.
– Ты забыл завершить одно дельце, прежде чем убить себя, – раздался за спиной до жути знакомый голос. – Нашептывания этой малолетки не спасут тебя.
Тяжело дыша от страха, Антон в панике озирался по сторонам. Вокруг не было ни души, но этот голос, проклятый голос Марго, – продолжал звучать.
– Я очистился! Тебя больше нет!
– Что значит – нет? – прозвучало за спиной. – Ты мне подчиняешься, а значит – я есть. Встань на колени!
– Нет!
Какая-то невероятная сила надавила на плечи Антона так, что он не удержался на ногах и грохнулся на колени.
– Строптивость тебе не к лицу. Ты выполнишь все, что я тебе скажу. Ты убьешь Катю.
Вечером Маша сидела в кафе и болтала с Катей. Подружки перемывали косточки Стасу с Викой, которые устроились за дальним столиком. Неожиданно Маша увидела стоявшего у стены Яна.
Маша встала, пошла к нему навстречу, но по пути у нее зазвонил телефон. Сердце Маши дрогнуло – звонил Дэн. Наконец-то он объявился!
– Дэн? – она взяла трубку, остановившись на полпути. – Я приходила к тебе, ты почему не открывал?
Последовало молчание, а затем Дэн тихо произнес:
– Потому что я не тот, кого ты хотела бы видеть.
– О чем ты? – не поняла Маша.
– Сколько раз ты была близка к правде…
– Дэн, я сейчас приеду! Открой мне дверь, пожалуйста.
– Нам лучше не видеться, – в голосе Дэна звучали слезы.
– Но почему?
– Я знаю, что перед тем, как стать Ангелом, ты убила своих родителей, – прозвучал ответ.
Маша вздрогнула:
– Кто ты?
– Я – твой худший враг. Тот, с кем ты борешься каждый день.
И из трубки донеслись короткие гудки. Вытирая слезы, Маша подбежала к Яну.
– Так, значит, Лиза говорила правду?! Дэн… демон?
Ян молчал, но его сочувственный взгляд не оставил Маше сомнений. Рыдая, она бросилась ему на шею, он погладил ее по волосам и закрыл глаза. Вокруг них поднялся уже знакомый Маше вихрь. А в следующий момент она увидела себя стоящей во дворе какого-то незнакомого дома.
Поделиться книгой: