Убитый манекен : сборник

Минутой позже мсье Венс забирал свою одежду в гардеробе.

— Вы ошиблись, Фрамбуаз! — заметил он вежливо. — Это пальто и эта шляпа не мои…

Фрамбуаз покраснел от смущения:

— Сожалею, мсье Венс! Искренне сожалею!.. Вероятно, я напутал и отдал ваши клиенту, который только что вышел. А именно: мсье Фредди!..

Мсье Венс относился к Фрамбуазу с симпатией.

— В таком случае, я их забираю… Я отдам эти вещи Фредди при первой же возможности…

Фрамбуаз относился к мсье Венсу с симпатией.

— Вы классный парень! — воскликнул он.

— Чепуха, — сказал мсье Венс. — От этого обмена я только выигрываю…

Все произошло очень быстро.

Первым подозрительным звуком, который насторожил мсье Венса, когда он находился всего за две улицы от своего дома, был приглушенный шелест шин катившегося вдоль тротуара с потушенными фарами автомобиля… Вторым — скрип открывающейся дверцы… Третьим — стремительный топот у него за спиной.

Он обернулся.

Нападающих было двое. У первого был перебитый нос и повадки бывшего боксера. Другой восполнял в ширину то, чего недобрал в высоту. У обоих в руках были дубинки.

Мсье Венс сделал шаг назад, чтобы занять более устойчивую позицию, и остановил первого хуком в челюсть. Второй замахнулся дубинкой. Мсье Венс ударил его по шее ребром ладони.

— Эмиль! — простонал, словно во сне, второй, оседая на тротуар.

При этом окрике шофер оставил баранку и бросился на подмогу с разводным ключом в руке, но мсье Венс уже укрылся в дверном проеме, расстегнул пальто Фредди, свой собственный пиджак…

Разводной ключ, брошенный со всего размаху, сбил с его головы шляпу и отскочил к ногам.

— Довольно, руки вверх! — произнес он обыденным тоном, вынимая автоматический пистолет. — Не вздумайте пошевелиться — я продырявлю вас, как щенков!

Троица тут же отказалась от всяких воинственных намерений.

— Простите, комиссар! — взмолился человек с перебитым носом. — Мы вас приняли за другого.

— Другого!.. Кого же?..

Субъект формата три на четыре толкнул локтем замявшегося человека с перебитым носом и произнес:

— Скажи ему! Так будет лучше.

— Ладно… Мы приняли вас за Фредди Доло, понимаете! — объяснил экс-боксер. — Тут нет ничего удивительного! — добавил он, словно его осенило. — Вы ведь разгуливаете в этих шмутках!

Весомый аргумент. Мсье Венс усвоил его, не моргнув глазом:

— Кто направил вас по моему следу?

— Никто! — живо отозвался человек с перебитым носом. — Мы видели, как вы выходили из «Вулкана»…

Покинув свое укрытие, мсье Венс сделал шаг вперед:

— Неправда… тогда вы разглядели бы меня при ярком свете и не ошиблись!

Он совершил над собой усилие. Он всегда совершал над собой усилие, когда переходил на жаргон:

— Говорите!.. Кто посадил вас мне на хвост?

Троица уже притомилась стоять с поднятыми вверх руками.

— Тридцатка! — признался экс-боксер. — Он сказал нам, что упустил Фредди, на которого затаил злобу, и что он не очень огорчится, если его отметелят! Каков иуда!.. Ничего не подозревая, мы попались на этот крючок…

Мсье Венс начинал понимать:

— Значит, это Анжо поручил вам наподдать Фредди?

— Ну да! — согласился экс-боксер. — Патрон никогда не жаловал игроков, которые уходят вместе с кассой! Отсюда, кстати, отключение тока… Но было уже поздно: Фредди смотался…

Тип, который был поперек себя шире и понемногу приходил в чувство, также имел, что сказать:

— Не вызывает сомнений, что Фредди вряд ли перепутал бы пальто просто так, от рассеянности… Должно быть, он догадывался о том, что за ним пойдут, и хотел сбить нас с толку!

Сбить с толку… Действительно, у мсье Венса создалось впечатление, что его действия направляли с того момента, когда пунцовый от неподдельного смущения Фрамбуаз подал ему чужое пальто.

— А нельзя ли предположить, что вы ему так или иначе мешали и что Фредди, воспользовавшись удобным случаем, рассчитывал на то, что вас пришьют вместо него? — продолжил мысль человек с перебитым носом. — В противном случае и по зрелому размышлению Тридцатка никогда бы не заделался стукачом! За Фредди он готов убить и свою старуху!..

Мсье Венс убрал пистолет в карман. Он почувствовал К Фредди симпатию с самой первой их встречи и думал, что тот, хотя и находится по ту сторону барьера, тоже относится к нему с любовью…

— Ладно, мотайте отсюда! — глухо приказал он. — Вы мне надоели!

Троица не верила своим ушам.

— Благодарю, вы так великодушны! — сказал человек с перебитым носом. — Сразу видно — благородных кровей!

Мсье Венс спал в эту ночь мало и плохо.

Фредди, рассчитывавший руками своих врагов отделаться от нежелательного друга, в самом деле заманил его в ловушку. Смертельную ловушку.

Мсье Венс ворочался в постели, и в голове у него все время крутилась фраза из притчи, которую он читал в юности: «Дурной плод падает с древа Божьего».

XII

Мартен Доло слегка отвел телефонную трубку от уха и сказал:

— Не надо так кричать, я не глухой!.. Минутку!.. Этот мсье Венс, человек, чьей дружбой мы можем гордиться, не стал бы подозревать тебя в убийстве Жоржа д’Ау, если бы ты не дал ему оснований! Другой бы на его месте давно упрятал тебя за решетку… Что?.. Я не ору!.. — Мартен машинально поправил покосившуюся репродукцию картины, которая висела над ночным столиком и на которой была изображена атака кирасиров в Рейхсхоффене. — А?.. Опять!.. Почтовым переводом?.. — Он задохнулся от негодования. — Можешь не просить, ты не получишь от меня больше ни гроша, если будешь и впредь предаваться разврату… Как?.. Тем лучше!.. Никто не посмеет сказать, что ты убил Жоржа д’Ау из корыстных побуждений!.. Угомонись, начни новую жизнь и… Алло, ал-ло!..

Мартен как бы нехотя положил трубку, задумался, а затем медленно вытащил бумажник из кармана и начал пересчитывать банкноты.

— Добрый день, Мартен! — сказал мсье Венс, который вошел в комнату на цыпочках какое-то время назад. — Примите мои извинения, так как я услышал конец вашего телефонного разговора с Фредди… Что вы там делаете?

Мартен смущенно показал на телефон и ответил:

— Раз уж вы все слышали!.. Он утверждает, что остался без денег, ^и просит переслать ему несколько тысяч… почтовым переводом! — добавил он поспешно, словно считал это для себя оправданием. — Садитесь… Хотите чего-нибудь выпить?

Мсье Венс отрицательно покачал головой:

— Спасибо, нет, Мартен! Я ненадолго, и в том, что я должен вам сообщить, нет ничего отрадного.

— А, нет? — переспросил Мартен задумчиво с видом человека, который только что попал под грузовик и теперь заметил несущегося на него велосипедиста.

Мсье Венс, произведя взглядом опись банальной обстановки гостиничного номера, не смог скрыть огорчения:

— Вы знаете, как я любил Фредди? — Он невольно выразился в прошедшем времени. — Я всегда считал его славным шалопаем, беспутным, но добрым малым, неспособным на подлость… Но сегодня…

Мартен сгорал от нетерпения:

— Что произошло?

— Вчера вечером Фредди был в «Вулкане» — то, что он рассказывал вам сейчас по телефону, не имеет значения — и выиграл крупную сумму денег, — неторопливо излагал мсье Венс. — Я тоже был там, намереваясь его допросить. Мы поболтали… я хотел сказать — «дружески». Покидая «Вулкан», Фредди, должно быть, смекнул, что Анжо никогда не позволит ему уйти с набитыми карманами. Отключение тока в заведении весьма кстати замедлило его уход, и ему ничего не оставалось, как придумать какую-нибудь уловку… И что же, по-вашему, он придумал?.. Он нарочно забрал из раздевалки мои пальто и шляпу, оставив мне взамен свои… Это еще не все: его дружок Тридцатка, ужасный лицемер, поступил как предатель, напустив на меня громил, которым было поручено вернуть уплывающие деньги… Очень мило, не так ли?

Мартен в отчаянии обхватил свою голову руками:

— Это… это невозможно! Фредди никогда бы этого не сделал!

— Увы, Мартен, это так, несмотря на наши дружеские отношения! — Мсье Венс говорил со все более возрастающей горечью. — И трудно было обойтись со мной еще подлее!

— Да! — согласился Мартен.

Направляясь к двери, мсье Венс заметил:

— Итак, Мартен, я сообщил вам об этом для того, чтобы вы при случае повторили ему мои слова… Мы теперь с ним враги, я оставляю у себя его пальто.

XIII

Часы пробили полночь, и Катрин, закрыв книгу, собиралась уже потушить свет, как вдруг сердце у нее учащенно забилось, и она привстала, опершись на локоть.

Катрин отчетливо услышала звук открывшейся и закрывшейся двери.

На какое-то мгновение она замерла в неподвижности, протянув руку к ночнику, затем медленно выдвинула ящик ночного столика, достала оттуда миниатюрный браунинг и взвела курок.

На нижнем этаже кто-то ходил и — странная вещь! — теперь, когда она была уверена в том, что не ошиблась и ей предстоит столкнуться с реальной опасностью, страх улетучился.

Она опустила босые ноги на белую медвежью шкуру, служившую ковриком, сдерживая дыхание, надела домашние туфли, натянула на себя легкий халат с воланами, который делал ее удивительно похожей на ее третий портрет, что висел над кроватью (на нем она была изображена в летнем платье), и, осторожно ступая, направилась к двери…

Лестничная клетка была погружена в непроницаемую темноту.

Катрин, похожая на бело-сиреневый призрак, нащупала ногой первые ступеньки лестницы, словно купальщица, входящая в воду, затем начала бесшумно спускаться вниз, касаясь стены и сжимая в правой руке браунинг, а в левой — электрический фонарик.

Дверь в курительную медленно открылась, щелкнул выключатель.

— Руки вверх, — сказала Катрин, стоя на пороге. — Малейшее движение — и я стреляю!

Какой-то мужчина рылся в выдвижных ящиках. Он не спеша повернулся к ней.

— Батюшки, это вы?! — воскликнула она, смягчившись. — Как я сразу не догадалась? Профессиональный грабитель не наделал бы столько шума…

Мужчина улыбнулся, послушно подняв руки вверх, и сказал:

— Что до меня, то я вынужден заметить: сурок сурку рознь!

Катрин в свою очередь улыбнулась, но с легким оттенком презрения:

— Вы меня разочаровали, мсье Венс!.. Вы, которого все считают таким ловким!.. Я ведь могла пристрелить вас, как зайца!

Мсье Венс медленно опустил руки и сказал:

— Не думаю. Обернитесь.

Катрин повиновалась.

Внушительный мужчина с круглым, желтым, как лимон, лицом, весь одетый в черное, стоял у нее за спиной с пистолетом в руке, держа ее на прицеле.

Катрин ощутила страх. Уже задним числом. Но она не показала виду.

— Кто этот улыбчивый будда?

— Чу-Чи, мой приятель-китаец, — объяснил мсье Венс. — Он без ума от хорошеньких женщин. Тем не менее одного моего слова было бы достаточно, чтобы он застрелил вас без всяких угрызений совести.

Чу-Чи подтвердил эти слова. С его аккуратно завязанным галстуком, пухлым животиком и котелком на голове он был вылитый китайский болванчик и, точь-в-точь как китайский болванчик, Чу-Чи несколько раз покачал головой, улыбаясь до ушей, и сказал с сильным акцентом:

— Чу-Чи никогда углызенья!

Через десять минут Катрин и мсье Венс дружески беседовали у камина, мелкими глотками отпивая бренди.

— Вы довольны обыском? — поинтересовалась она, взглядом указывая на выдвинутый ящик.

— Вполне, — сказал мсье Венс.

— Нашли то, что искали?

— Нет… Но именно поэтому я доволен.

С минуту они помолчали, пристально вглядываясь друг в друга.

— Может быть, вам следовало нанести мне второй визит вежливости, а не строить из себя Раффлза? — спросила она.