Свет далекой Земли

— Скви, мы, как всегда, просто жаждем услышать твое мнение, — отозвался Уокер, с трудом подавив вздох.

Немного смягчившись, к'эрему взобралась на второй ярус столешницы:

— Оставив в стороне этические вопросы и сосредоточившись на военных проблемах, вы слишком увлеклись способностями, которыми обладают или не обладают эти иолфы — не слишком развитый вид, в чем я нисколько не сомневаюсь. Я хочу особо отметить, что вне зависимости от неизвестных, о которых говорила Берред-имр, мы уже имеем перед иолфами одно неоспоримое преимущество.

— И что же это за преимущество? — полюбопытствовала Берред-имр.

— Мы знаем о них намного больше, чем они о нас, — сухо констатировала к'эрему. — Даже если они обнаружили наше присутствие, они не знают, уступает ли их техника нашей или нет. Они не знают, являются ли эти три корабля военными или гражданскими. Неопределенность их сведений о нас превосходит неопределенность наших сведений о них.

— Они очень скоро наверстают это упущение, — заметил Джордж с противоположного конца стола. — Хюффийцы им все расскажут после нашего отлета.

— Это лишь одна из возможностей. — Скви продолжала размахивать своими щупальцами, очевидно уверенная в том, что эти движения гипнотизируют присутствующих. — Другая возможность заключается в том, что мы останемся и окажем помощь нашим гостеприимным хозяевам.

Джордж удивленно вскинул голову. Уокер не смог скрыть изумления. Браук с высоты своего роста направил из-под потолка на стол свои глазные стебли.

— Как это не похоже на Скви, — прогудел он. — Как приятно услышать от нее такое неожиданное заявление. Оказывается, она не всегда бывает законченной эгоисткой.

К'эрему метнула на гиганта быстрый взгляд серебристо-серых глаз:

— Согласна с тобой, Браук. Но у меня есть на это веские причины. Возможно, одна из них заключается в том, что я не спешу побывать на твоей родной планете, которая, как я поняла из опыта общения с тобой, страшно загрязнена ничего не значащими звуками. — Опершись на щупальца, она резко повернулась лицом к Герлла-хину и Берред-имр. — Мой народ охотно смиряется с чужим интеллектуальным превосходством — индивидуальным или коллективным, — и такое смирение считается признаком высокого развития интеллекта. Хюффийцы сразу и безоговорочно признали мое превосходство над ними, и я считаю просто неприличным наше поспешное бегство в момент, когда им угрожает серьезнейшая опасность.

По лицу Уокера расползлась счастливая улыбка.

— Скви, так ты, оказывается, полюбила Хюфф!

— Я их не полюбила, — холодно поправила его Скви. — Я просто им признательна. Они продемонстрировали вежливость и уважение — качества весьма редкие среди низших видов. — Ее взгляд не оставил у оптового торговца ни малейших сомнений в том, какой именно вид она подразумевает.

Но это нисколько его не задело. Невероятным усилием воли он подавил глупую улыбку, в которой был уже готов расплыться.

— Можешь определять это как тебе угодно. — Сказав это, Уокер обратился к нийувам: — У них пять кораблей, у нас — три. Мы знаем о них мало, они о нас не знают ничего.

— Это звучит как совет поскорее ретироваться, — с надеждой произнес резко помрачневший Джордж. Он отлично понял, что переменившийся ветер наполняет не его паруса.

Капитан и его первый помощник принялись совещаться. Когда их разговор закончился, Герлла-хин посмотрел на своих гостей. Его хвосты не двигались. Это плохой знак, решил Уокер.

— Да, нам поручено оказывать вам все возможное содействие в попытках найти ваши родные планеты, — заговорил капитан. — Но, кроме того, я отвечаю за жизнь и безопасность моего экипажа. При прочих равных, а эти «прочие» нам совершенно неизвестны, три против пяти — это неблагоприятное для нас соотношение сил. Кроме того, нам неизвестны и «равные». В отсутствие дополнительной информации о иолфах, я вынужден высказаться против нашего вмешательства в конфликт на стороне этой дружелюбной и приятной планеты, с которой мы, помимо всего прочего, не связаны союзническими обязательствами.

— Истина глаголет устами инопланетянина, — выдохнул Джордж и облегченно уронил голову на передние лапы.

— Это может быть воспринято как оскорбление, — раздраженно возразила Скви.

— Я прошу правильно меня понять, друг мой Скви, — сказал капитан. — В боевой обстановке индивидуальный интеллект не заменяет отсутствия сведений о возможном противнике. Мы не можем позволить себе ввязаться в схватку вслепую. Во всяком случае, не при соотношении три против пяти. — Проявив уважение к уму и проницательности к'эрему, капитан тем не менее не поддался их чарам. Он взмахнул в ее направлении всеми своими четырьмя хвостами. — Если мы не сможем изменить эту ситуацию в нашу пользу, я буду вынужден отдать приказ об отлете из этой солнечной системы.

— Хюффийцы пережили в прошлом вторжения иолфов, переживут и на этот раз, — добавила Берред-имр.

— Но переживет ли это вторжение астроном Юссакк? — повысив голос, спросил Уокер. — Переживут ли его лингвист Мардалм и историк Иоракк? Переживут ли его те, с кем мы познакомились и подружились, те, кто помогал нам, не дожидаясь униженных просьб? — Неловко повернувшись в узком кресле, он обратился к Брауку: — Можем ли мы бросить в беде тех, кто указал направление к Туукалии?

Великан зашевелился, и на мгновение всем показалось, что капитан и его первый помощник испытывают сильную неловкость. Но Браук мог повлиять на них только словом.

— Мы разделились во мнениях относительно этого спорного вопроса. В такой ситуации лучше всего обратиться к третейскому судье. Надо отдать решение тем, кто сможет взвесить шансы и оценить реальную опасность. Они, я уверен, будут настаивать на том, чтобы мы остались.

Герлла-хин плотно сжал губы. Кончики хвостов нервно подрагивали. Уокер нахмурил брови, а Скви не скрывала нетерпения. Заинтригован был даже давно принявший решение Джордж.

— И кто же эти «те»? — отрывисто спросил пес.

Глаза размером с футбольный мяч повернулись на своих стеблях и уставились на Джорджа.

— Нийувские журналисты, — напомнил ему Браук, не прибегая на этот раз к стихам.

* * *

Ки-ру-вад сложил с себя полномочия председательствующего и перешел к опросу членов Правления. У иолфов не было ни капитанов, ни командиров. Все решения принимались сообща и утверждались прямым открытым голосованием.

— Мы получили новую информацию о трех чужих кораблях, обнаруженных на орбите Хюффа после нашего вхождения в местную солнечную систему.

— Покажите нам эти данные, — потребовали операторы, сидевшие за своими мониторами, расставленными вдоль стен круглого зала.

Ки-ру-вад послушно активировал голографический монитор и принялся настраивать его крошечными ручками, сидя на своих мощных нижних конечностях. Время от времени он подстраивал прибор гибкими пальцами босых ног, а тонкую настройку производил маленькими пальчиками верхних конечностей. Понятно, что в стульях иолфы не нуждались, и поэтому в палате Правления их не было.

Перед каждым оператором повисли сменявшие друг друга изображения — те же, что и перед Ки-ру-вадом, и поэтому все члены экипажа могли сами оценить полученные данные.

На мониторах появилось изображение трех кораблей, обращающихся по орбите вокруг Хюффа. Точнее, обращавшихся, так как все данные указывали на то, что корабли намереваются покинуть солнечную систему Хюффа, уходя из нее строем настолько тесным, насколько позволяли защитные поля. Было неизвестно, откуда эти корабли, и, вероятно, их происхождение так и останется загадкой. Естественно, это были не хюффийские корабли, так как хюффийцы не летали в космос и кораблей у них не было.

Все присутствовавшие в палате Правления имели возможность следить за чужими кораблями до скачка. Как только погасли индикаторы, указывавшие местоположение трех кораблей, что говорило о совершении скачка, среди иолфов началось обсуждение вопроса о том, откуда эти корабли могли взяться.

— Хюффийцы могли купить эти корабли, — предположил один из операторов.

— Никто не покупает космический корабль у инопланетян и не начинает тут же им пользоваться, — возразил другой оператор. — Надо долго учиться и тренироваться, чтобы овладеть его управлением и текущим техническим обслуживанием. Кроме того, для начала никогда не покупают сразу три корабля.

— Это не имеет значения, — сказал Ки-ру-вад, который уже успел выбросить из головы невесть откуда взявшиеся корабли. — Если это хюффийские корабли, то они все равно улетели, как с удовольствием улетели бы все хюффийцы при нашем появлении. Не важно, что они успели увезти, вся планета теперь будет в нашем распоряжении. Приятная планета, там мы отдохнем и развлечемся — как всегда. — В полумраке палаты блеснули мелкие зубы, окаймлявшие нижнюю губу безобразно широкого рта.

— Мне все же кажется, что это какие-то залетные купцы или ученые, — самоуверенно произнесла женщина-оператор, нажимая клавиши своего монитора. В узких темных глазах отражалась подсветка прибора. — Возможно, им просто было пора улетать, и вполне вероятно, что их отлет никак не связан с нашим появлением, — это, наверное, простое совпадение. Может, конечно, хюффийцы предупредили их о возможной опасности, и их гости решили с нами не связываться. — По мнению дамы, это было мудрое решение со стороны улетевших, так как иолфы всегда были не прочь захватить попавшийся им под руку чужой космический корабль вместе с его содержимым.

— Теперь это не имеет никакого значения, — отозвался Ки-ру-вад. — Кто бы они ни были и каковы бы ни были их цели, они улетели. — Откинувшись назад, он ногой подрегулировал монитор, окрасившийся в невыносимо яркий зеленый цвет. — Нас ждут любезные и обходительные хюффийцы. Эти милые аборигены ждут нас, хотя и не с распростертыми объятиями.

По палате раскатился тихий мелодичный шелест, служивший у иолфов эквивалентом радостного смеха. Теперь заговорил Да-ни-вол:

— Есть предложение. Так как мы уже давно не посещали Хюфф, мне кажется, что на этот раз должны дольше пробыть на этой планете. Не можем же мы допустить, чтобы хюффийцы окончательно нас забыли.

— Вот это едва ли, — отозвался другой оператор без тени иронии. — Несмотря на то что прошло довольно много времени, наши неоднократные визиты наверняка прочно запечатлелись в их памяти. — Крошечные, размером с большой палец, прижатые с обеих сторон к круглому безволосому черепу ушки вздрогнули от предвкушения удовольствия.

С этим согласился и Ки-ру-вад:

— Мы должны стремиться к тому, чтобы не уронить честь наших предшественников и продолжить их Дело. Я лично хотел бы даже превзойти в этом наших достославных предков.

По палате пронесся одобрительный ропот. Начались приготовления к высадке. Все пять кораблей перешли на орбиту вокруг Хюффа. Были приведены в боевую готовность все системы современного вооружения. К высадке приготовились десантные команды.

Эти вояки первыми вступят в контакт с властями, с так называемым Большим Правительством, и предъявят ему список требований. После того как Правительство изъявит свою покорность, на планету высадятся другие команды и начнут заниматься Делом. Любое сопротивление будет подавлено — и подавлено безжалостно и жестоко.

Ки-ру-вад — хотя и старался не выказывать этого — испытывал какое-то садистское удовольствие, представляя себе дальнейшее развитие событий. Подобно другим иолфам, летевшим в остальных кораблях, Ки-ру-вад был опытным грабителем и убийцей. Хюфф находился на окраине ареала разбойничьих рейдов иолфов. Покончив здесь с делами, они смогут с чистой совестью вернуться домой. Они не были на Иолле уже два года и очень хотели домой, хотя никто не роптал. Даже иолфы понимали, что Дело требует времени.

Иолфы редко сталкивались с активным сопротивлением во время своих грабительских набегов. Устрашающей репутации вполне хватало для того, чтобы сбить спесь с миролюбивых малочисленных и слабых видов, которые затем не мешали иолфам вершить их Дело. Правда, самому Ки-ру-ваду нравились исключения. Дело выглядело более важным, когда давалось ценой подавления серьезного сопротивления, а не сопровождалось ритуальной бойней, которую иолфы устраивали как для устрашения местного населения, так и для собственного развлечения. Но надо смирить страсть. Ки-ру-вад несколько раз медленно вдохнул и выдохнул воздух. От хюффийцев было бессмысленно ожидать сопротивления. Они были абсолютно не воинственным племенем. Во всей их скучной истории не было ни одной войны. Так что здесь придется удовольствоваться одним ритуалом.

Правда, если им повезет, то найдется парочка нетипичных хюффийцев, недовольных начавшимся грабежом. Ну что ж, это будет предлогом для настоящей кровавой бани!

Самые хорошие предчувствия, охватившие его с момента вхождения в солнечную систему Хюффа, подтвердились, когда он оказался среди тех, кого отобрали в первую десантную команду. Несмотря на то что никакого активного сопротивления иолфы не ожидали, если не считать словесных протестов, члены команды были вооружены до зубов извлеченным из арсеналов личным оружием. История учила, что время от времени на чужих планетах находились индивиды, а иногда и целые группы дерзких аборигенов, бросавших вызов пришельцам с Иолля. Поэтому надо было подготовиться к любым неожиданностям.

Когда все приготовления были закончены, со всех пяти кораблей одновременно стартовали челноки, устремившиеся к манящей планете. Каждый спускаемый аппарат летел к одному из пяти крупных хюффийских городов. Хюффийцы, как следовало из исторических хроник, всегда выказывали радушие и гостеприимство. Не все планеты, на которых высаживались иолфы, были такими же приятными. Так же как и все его товарищи, Ки-ру-вад перед высадкой надел маску, которая должна была отфильтровать вредные газы и примеси, а также уменьшить содержание кислорода во вдыхаемом воздухе. В атмосфере Иолля содержались шестнадцать процентов кислорода, а в атмосфере Хюффа — двадцать три процента. При долгом пребывании на Хюффе у иолфов могло развиться кислородное отравление. То, что дарует жизнь, может ее и отнять, размышлял Ки-ру-вад, когда спускаемый аппарат вошел в атмосферу Хюффа. Что ж, его племя тоже в этом отношении похоже на кислород.

Естественно, сам Ки-ру-вад никогда не бывал на Хюффе. Последний набег иолфов на эту мирную планету состоялся задолго до его рождения. В соответствии с философией иолфов, планетам — жертвам их налетов надо было давать время на то, чтобы они оправились от пережитого разорения. Завышенные требования, к тому же слишком часто предъявляемые, могут привести к гневу, отказу от сотрудничества и даже к напрасному сопротивлению населения. Поэтому каждое посещение было отделено от следующего периодом жизни одного, а то и двух поколений. При таком подходе каждый набег был таким же успешным, как и предыдущий.

Радостное предчувствие овладело всеми участниками налета — солдатами и техниками, — как будто им всем одновременно сделали инъекцию мощных гормонов удовольствия. Эта боевая группа уже показала себя в двух набегах на две отдаленные планеты. Оба нападения оказались успешными. Хюфф же находился на самой окраине иолльской сферы влияния. Покончив с делом здесь, они повернут назад, заглянув по пути еще на пару планет, прежде чем с триумфом вернуться на родину. Потом для пяти несчастных жертв наступит долгий период реабилитации и восстановления, а иолфы начнут готовиться к новым экспедициям.

Через коммуникатор, имплантированный в его мозг, Ки-ру-вад получил оповещение о том, что спускаемый аппарат приближается к поверхности планеты. Вскоре все ощутили толчок от посадки. Никто не спешил покидать корабль. Ки-ру-вад и его товарищи построились и начали, не торопясь, выходить к трапу.

Как это было чудесно — покинуть душную атмосферу корабля и вдохнуть чистый воздух, пусть даже его приходилось пропускать через фильтрующую маску. Согласно сообщениям с орбиты, аэропорт был пуст, все воздушные суда были переведены в другие места. Таковы были условия. И дело было не в опасности того, что какой-нибудь безумный хюффийский пилот попытается на своем примитивном воздушном судне протаранить спускаемый аппарат или обрушиться на высадившуюся команду. Во-первых, такая попытка просто по определению не могла увенчаться успехом. Системы огня корабля испепелили бы любое воздушное судно, оказавшееся на недопустимо близком расстоянии от него. Во-вторых, даже если бы каким-то чудом пилоту удалось бы протаранить спускаемый аппарат, это повлекло бы за собой жестокие репрессии в отношении гражданского населения. Зная это, едва ли нашелся бы безумец, решившийся на такой подвиг.

Согласно исторически сложившемуся протоколу, в аэропорту пришельцев ждала небольшая делегация местных чиновников, которой предстояло принимать — хотя и не приветствовать — первый челнок с космического корабля иолфов. Сейчас начнется обмен притворными любезностями, после чего прибывших гостей доставят в роскошные апартаменты, где иолфы будут жить до конца экспедиции. В их распоряжение будет предоставлено все самое лучше, что есть на Хюффе. Кара ждала хюффийцев за любую ошибку, а тем более за сознательный недосмотр. Во время двух предыдущих экспедиций хюффийцы допускали такие ошибки. Для того чтобы продемонстрировать свое неудовольствие, иолфы тогда стерли с лица планеты прибрежное селение и уничтожили проживавшие там несколько тысяч душ. После этого инцидента хюффийцы стали предельно внимательно относиться к требованиям иолфов.

Как положено, хюффийская делегация явилась в аэропорт с автоматическими переводчиками. Эти переводчики — Ки-ру-вад был вынужден признать, что они были образцом технического совершенства, — и имплантированные в мозг иолфов чипы были подстроены друг под друга, обеспечивая полное взаимопонимание.

— Мы от души приветствуем наших иолльских гостей на Хюффе, — не выказывая никаких эмоций, произнес глава хюффийской делегации. Так как ни один хюффиец не мог искренне радоваться прибытию иолфов, никакая фальшивая радость не допускалась. Это нисколько не волновало космических разбойников. Они прибыли сюда не для того, чтобы искать дружбы, и не ожидали, что хозяева будут радостно улыбаться, когда их начнут убивать и грабить.

Внезапный выстрел расколол тишину. Несколько хюффийцев и иолфов оглянулись, чтобы посмотреть, что произошло. На взлетной полосе лежал какой-то нарядно одетый хюффиец. Он лежал лицом вниз, и в его мохнатом черепе было видно аккуратное пулевое отверстие. Возле мертвого тела стояли два иолфа и смотрели на труп. Один из иолфов держал в руке дымящийся пистолет, поставив ногу на голову убитого врага. Огромная ступня почти целиком покрыла неподвижную голову жертвы.

Ки-ру-вад знал, что какая-то небольшая оплошность повлекла за собой демонстративное показательное убийство. Может быть, этот хюффиец случайно переступил ограничительную линию. Может быть, он просто злобно посмотрел на иолфа или сделал какой-то неподобающий жест. Какая, собственно, разница, ведь это всего-навсего убитый хюффиец!

Это был неплохой ответ на приветствие делегации.

Иолфов сопроводили к зданию аэропорта. Там их ждали транспортеры, на которых гостей доставят в заранее приготовленные апартаменты. Как только взлетно-посадочная полоса будет очищена, челнок взлетит, чтобы вернуться на материнский корабль и взять на борт следующую группу солдат и техников, которые займутся вывозом понравившегося им имущества. Такие же сцены сейчас происходят во всех пяти местах высадки иолфов.

Они уже приблизились к зданию аэропорта, когда за их спинами раздался грохот стартовых двигателей челнока. Ки-ру-вад по чистой случайности в этот момент оглянулся и увидел, что из облаков вынырнули шесть хюффийских самолетов и с бешеной скоростью понеслись к земле. Расширенными от изумления глазами он смотрел, как челнок оторвался от летного поля вместе со всем своим оборонительным оружием. Все иолфы как завороженные следили за происходящим, недоумевая, что будет дальше. Все сердца вскипели злобой и негодованием.

Один из хюффийских самолетов был сбит и падал на землю, оставляя за собой шлейф огня и дыма. Второй был испепелен и распался на микроскопические частицы, исчезнув без следа. Третий тоже попал в прицел и был расколот на несколько частей. Но остальные три…

С остальных трех самолетов были выпущены снаряды. Оставляя за собой светлый след, эти снаряды понеслись к взлетавшему челноку. По этим снарядам был немедленно открыт огонь, но снаряды, изменив траекторию, избежали попаданий.

Происходило что-то невероятное!

Ки-ру-вад не верил своим глазам. В исторических текстах было ясно сказано: хюффийцы не могут противостоять современной военной технике. Даже развитые биологические виды редко обладают способностью создавать такие совершенные оборонительные системы. Для того чтобы защититься от огня ракетных и артиллерийских систем иолльского челнока, надо, во-первых, понимать, как они работают. Как могли хюффийцы, никогда не имевшие доступа к такой военной технике, разработать эффективные меры противодействия?

Один из снарядов ударил по обшивке спускаемого аппарата. Раздался оглушительный взрыв. Взрывная волна прокатилась по аэропорту и потрясла иолфов — и не только физически. По кораблю ударил второй снаряд, потом третий. Корабль вздрогнул, его взлет прекратился. Потом двигатели несколько раз чихнули, и космическое судно, накренившись, начало, набирая скорость, падать. Когда внушительных размеров изуродованный корабль рухнул на взлетную полосу, от взрыва на ней образовалась глубокая воронка.

Хюффийцы могли торжествовать.

Но где же они? Ки-ру-вад задал себе этот недоуменный вопрос, отвернувшись от ревущего пламени и клубов дыма, поднимавшихся от места падения челнока. Официальная делегация куда-то испарилась, очевидно укрывшись внутри здания аэропорта. В небе зловеще кружили три уцелевших хюффийских самолета.

— Вперед, в здание! Убивайте их, убивайте всех, ни один не должен уйти отсюда живым! — Приказы транслировались через имплантированные чипы. Скрипя зубами от ярости, Ки-ру-вад крепко обхватил ружье, снял его с предохранителя и бросился к зданию аэропорта вместе с другими охваченными яростью иолфами.

Они ворвались в здание — свора убийц, алчущих крови. Ни один коварный хюффиец не должен уцелеть. Ки-ру-вад понимал, что, как только они расправятся с членами делегации, они отправятся в город и продолжат там свою кровавую вакханалию. Педват дорого заплатит за уничтоженный корабль, и заплатит так, что хюффийцы отныне даже думать не посмеют о таких злодействах.

— Вон они! — крикнул кто-то, протянув вперед маленькую руку. В дальнем конце полутемного зала было видно какое-то движение. В ту сторону были немедленно нацелены десятки стволов. Двое солдат, вооруженных тяжелыми винтовками, сняли их с плеч и принялись тщательно прицеливаться. По коридору прокатилась волна огня. И второй раз за это утро произошло нечто немыслимое.

Хюффийцы ответили на огонь иолфов.

Глава 7

Это было невозможно, невероятно, немыслимо! В руководствах, составленных на опыте прежних набегов на Хюфф, было четко сказано, что, хотя на Хюффе есть полицейские силы, оснащения которых вполне достаточно для подавления внутренних волнений и беспорядков, на планете тем не менее отсутствует регулярная армия. Армии на Хюффе не было никогда — во всяком случае, в новой и новейшей истории, не было даже намерений ее создавать. Огонь, под который попали сейчас Ки-ру-вад и его спутники, оказался не только губительным, он говорил о знании тактики, что было огорчительно не меньше, чем сам смертоносный огонь.

Где мирные и безобидные хюффийцы взяли оружие? Естественно, не может быть и речи о мгновенном озарении и внезапно вспыхнувшем желании создавать армию и системы вооружений. Кое-как укрывшись от огня за стенами аэропорта, иолфы поняли, что столкнулись с солдатами, умеющими не только разгонять мятежные толпы. Где и у кого эти низкорослые мохнатые обитатели приветливой, открытой и дружелюбной планеты научились военной тактике?

Надо было отступать к челноку, но от корабля осталась лишь груда искореженного металла. Хюффийцы хорошо спланировали операцию, проявив большую предусмотрительность. Мысли его метались, хотя он старался целиться и стрелять. Почему они не сбили корабль, когда он снижался? Для того чтобы усыпить бдительность и с гарантией заманить в ловушку?

Над головой пронесся какой-то снаряд, обдав Ки-ру-вада волной ионизированного воздуха. Спустя долю секунды за спиной иолфа в стене образовалось большое отверстие. Орудие, из которого стена была пробита насквозь, явно предназначалось не для разгона беснующейся толпы, и едва ли его можно было разработать, усовершенствовав образцы полицейского оружия. Вокруг один за другим гибли иолльские солдаты. Они оказались в ловушке. Больше того, они были биты. Их превзошли в оружии, в тактике, их замыслы сумели разгадать и предупредить. И все это местные аборигены сделали без применения тяжелого оружия. Наверное, хотели сохранить здание Педватского аэропорта. Или решили взять в плен высадившихся иолфов. Ки-ру-вад и сам не знал, что делать — поддаться страху или гневу.

В конце, который наступил быстро и незаметно, он сдался.

На лицах иолфов был написан ужас, когда они — поодиночке и группами — стали складывать оружие на красивый мозаичный пол аэропорта. Только после того, как иолфы сложили последнюю винтовку и последний пистолет, противники стали выходить из укрытий и показались в коридоре терминала. Это было до невозможности унизительно — видеть, как слабые и, казалось бы, ни на что не годные хюффийцы вышагивают по коридору, чтобы взять в плен остатки высадившейся команды. Гнев в какой-то степени сменился безмерным удивлением, когда Ки-ру-вад увидел оружие хюффийцев. Оружие было подогнано под малые размеры их рук и не было похоже ни на одно оружие, виденное иолфом лично или в учебниках.

Потом он увидел неведомых существ.

Высокие и тонкие, эти существа, судя по всему, были прирожденными воинами. Тела их были защищены панцирями, точно подогнанными по мускулистым стройным фигурам. В руках, оканчивавшихся кистями с двумя пальцами, они держали оружие, такое же необычное, как они сами. Большие глаза были прикрыты огромными боевыми защитными линзами. В наспинных ранцах находилось оборудование неизвестного назначения. Несколько гибких гигантов взяли под охрану гору сложенного иолфами оружия, и Ки-ру-вад во все глаза смотрел, как хюффийцы (вооруженные хюффийцы!) разговаривают с ними. Это был очень важный факт — он говорил о том, что каким-то образом непонятно где хюффийцы обзавелись союзниками, явными инопланетянами, которые по непонятным причинам были готовы отдавать жизни за мохнатых коротышек Хюффа. Наверное, профессиональные наемники. Ему стало их даже жалко. Они сами не понимают, во что ввязались, но скоро, очень скоро они прозреют.

К пленнику в сопровождении пожилого хюффийца подошла женщина. Инстинкт и вполне осознанное желание подсказывали Ки-ру-ваду, что он должен подпрыгнуть, обхватить мощными ногами женщину за шею и сломать ей позвоночник. Он не сделал этого только потому, что к двум хюффийцам присоединились два высоких инопланетянина. Эти вояки очень внимательно следили за действиями Ки-ру-вада и его соплеменников. За красноватыми линзами были видны внимательные, живые, все подмечавшие глаза. Кто бы ни были эти вмешавшиеся в конфликт чужаки, в войне они знали толк.

Мало того, они сумели каким-то образом обучить тактике сражений невинных и безобидных хюффийцев. Плохо, что они потерпели поражение от высоких воинственных существ, но пленение вооруженными хюффийцами было невыносимым унижением. Ки-ру-вад чувствовал, что скорее умрет от стыда, чем от смертоносного луча или снаряда.

Стоявшая перед ним женщина подстроила висевший у нее на шее автоматический переводчик. Сняв защитные очки, женщина пристально посмотрела на пленника. Он едва устоял перед искушением выбить сквозь затылок ее мелкие плоские зубы.

— По знакам различия я вижу, что вы офицер высокого ранга, поэтому и обращаюсь к вам. Я — распорядитель Джулабб, двенадцатый администратор Педвата. — Она повернулась к сопровождавшему ее старику. — Это историк Иоракк. Он присутствует здесь в качестве наблюдателя, исполняя свои прямые профессиональные обязанности.

Пленный иолф промычал в ответ нечто невразумительное.

— Постарайтесь проявить цивилизованность, — укоризненно сказала ему Джулабб. — Вы потерпели поражение. Мы, хюффийцы, не мстительный народ, но среди нас еще живы те, кто слышал от своих родственников рассказы о зверствах иолфов во время их прошлого набега. Нам не потребуется много усилий, чтобы убедить людей отбросить дипломатический этикет и всех вас убить.

Ее слова запечатлелись в мозгу Ки-ру-вада словно выжженные транслятором, имплантированным в черепную коробку. Он с такой силой сжал челюсти, что несколько острых зубов раскололись на части. Эта потеря ничего не значила, ибо сломанные зубы у иолфов отрастали заново.

— Таким злопамятным следовало бы помнить и последствия непокорности, — прорычал иолф сквозь маску. — Ты права только в одном: скоро на этой планете будет много убийств. Как только о случившемся здесь станет известно на пяти наших кораблях, начнется такая бойня, что по сравнению с ней все предыдущие наши набеги покажутся вам детским утренником.

Один из высоких инопланетян что-то сказал распорядительнице. Транслятор Ки-ру-вада не был настроен на язык этого существа, и он не понял содержание короткого разговора. Но хюффийка услужливо перевела его иолфу:

— Джану-кун просит разрешения убить вас. Ему не нравится ваше поведение.

Охватившее Ки-ру-вада любопытство было сильнее страха.

— Это существо понимает, что я говорю?