Счастливчик Ген

— Как на чем? — не понял Маркус. — На обычаях и традициях. На военной силе, наконец.

— Вы меня неправильно поняли. Я имел в виду совершенно другое. Откуда, из каких источников складывается богатство дворянства? Крестьянин выращивает хлеб и скотину. На каком основании он делится своим трудом с феодалом? У вас есть рабство?

— Я понял, что ты хотел узнать, — кивнул головой Маркус. — Это общеизвестно, поэтому в книгах и не встречается. Крестьяне у нас лично свободны и вольны идти на все четыре стороны. Но все более или менее пригодные для обработки земли давно распределены между дворянами. Поэтому крестьяне волей-неволей вынуждены их у дворян арендовать, выплачивая заранее согласованную арендную плату. Большинство мастеров работают в городах и платят налоги в магистрат. Все благородные, а так же магистраты городов отчисляют процент от своих доходов в казну короля. Рабство в той или иной форме существует во всех королевствах. Но рабы невыгодны, и их очень мало. Используются они в основном в качестве слуг, иногда — личной охраны. Попадают в рабы или пленные, за которых вовремя не внесли выкуп, или должники. У тебя все?

— Еще было бы интересно узнать новости с шахматного фронта.

— Последняя новость заключается в том, что его величество всерьез увлекся твоей игрой и, по слухам, желает облагодетельствовать ее создателя.

— А вот этого, пожалуйста, не надо! Пусть он лучше вас облагодетельствует. А я и на книжках неплохо заработаю.

— С девушкой что решил?

— А что здесь можно решить?

— Ты только не придуривайся, ладно? Я же вижу, что она тебе нравится. И она тебя любит.

— Что вы все навалились на ребенка? — постарался отшутиться я. — Мне это еще рано, а ее интересую не я, а мои браслеты. Откуда вы взяли, что она меня любит?

— Я маг, — ответил мне Маркус. — И такие вещи могу чувствовать. Может так и было, как ты говоришь, но сейчас все не так. А тебе надо учиться разбираться в людях. На одной силе далеко не уедешь. А насчет мальчика, ты давно в последний раз смотрелся в зеркало? Посмотрись, увидишь много интересного.

Мы еще немного поговорили, потом Маркус принес свои шахматы, и я показал ему несколько шахматных задач, которые вспомнил из сборника. Идею он понял моментально, а задачи записал на листе бумаги. Я присмотрелся к доске, оба ряда клеток были пронумерованы местными цифрами и буквами. Посидев еще немного, я решил отправиться домой и немного покачать мышцы. Клары дома не было, а Алина в последнее время выходила из своей комнаты только по необходимости. Я решил воспользоваться моментом и посмотреть на свое отражение. Качество бронзового зеркала Клары было неважное, зато размеры позволяли рассмотреть себя в полный рост. Я зашел к ней в комнату и, чтобы было лучше видно, снял рубашку. Майку я уже давно не носил из-за летней жары, так что в золотистом диске отразился голый по пояс парень с моим лицом и впечатляющими мускулами. Неужели я набрал такое всего за один месяц? За спиной послышался тихий вскрик. Я обернулся и увидел Алину, которая стояла в дверях и круглыми глазами смотрела на меня с удивлением и восхищением. Вид спереди ее окончательно добил, но, к моему изумлению, она вдруг закрыла лицо руками и выбежала из комнаты. Быстро натянув рубашку, я выскочил следом. Дверь в комнату девушки была приоткрыта, и оттуда доносились приглушенные рыдания. Я слегка постучал пальцами о косяк, но не услышал никакой реакции и зашел.

Алина лежала на кровати и ревела в подушку. Я тихонько подошел и сел рядом.

— Я тебя чем-нибудь обидел?

Ответом был новый взрыв рыданий. Я наклонился и обнял вздрагивающие плечи девушки, за которые развернул ее к себе. На красивом девичьем лице была написана такая тоска и безнадежность, что мне стало страшно.

— Не надо так плакать, ладно? Ну что мне сделать, чтобы ты успокоилась?

— Ничего не надо! — замотала она головой, разбрызгивая слезы. — Вы меня не захотели любить, когда пришли сюда бедным и слабым. А сейчас вы сильны и красивы, а вскоре будете и богаты. Зачем вам какая-то купеческая дочь? Поначалу я хотела вас привязать к себе, чтобы получить дворянство. Мы с Ласом друг друга не любили, просто уважали, и нам было хорошо вдвоем. Родители настояли на помолвке, потому что мне уже шестнадцать, а Ласу в дом нужна хозяйка. Наши семьи давно дружили, поэтому родители решили, что Лас для меня будет хорошей партией. Так бы, наверное, и было, если бы не появились вы. Я не знаю, когда злость на вас за пренебрежение и желание возвыситься ушли, а вместо этого появилась симпатия и искреннее влечение. А сейчас моя жизнь кончилась. Клара наверняка выставит меня вон. Мне неважна работа, неважны деньги, мне важно, что я не смогу видеть вас каждый день! Это как наваждение, вы отняли у меня радость жизни! Уже давно ничего не доставляет удовольствие, на душе так тяжело, что хочется забраться на крышу нашего магистрата и броситься на камни вниз головой!

Не надо было быть магом или обладать большим жизненным опытом, чтобы понять, что девушка совершенно искренне говорит то, что думает. Меня захлестнула волна нежности к этой малышке. В нашем мире, если судить по росту, я бы ей дал не больше двенадцати лет.

— Успокойся, — сказал я, приглаживая гриву ее волос. — Все не так плохо, как ты думаешь.

От моей ласки она на мгновение застыла, а потом схватила своими руками мои и зашептала горячо и сбивчиво:

— Ты не бросай меня, ладно? Не надо на мне жениться. Я понимаю, ты не можешь, у тебя свои планы. Но ведь капельку тепла ты мне можешь подарить? Я ведь не прошу многого. Только быть рядом с тобой и хоть иногда получать твои ласки! Разве я так уж некрасива?

— Я никогда не встречал такой красивой девушки, — сказал я совершенную правду. — И клянусь чем угодно, что ты мне не безразлична!

Я начал целовать соленое от слез лицо, вспыхнувшие радостью глаза, приоткрытые губы. Потом я подхватил ее на руки и понес в свою комнату. Что было дальше — никого не касается, это было только наше. Могу лишь сказать, что мне еще никогда не было так хорошо, и я совершенно уверен, что могу сказать то же самое и о моей любимой.

Утром я проснулся из-за того, что Алина громко сопела носом мне в ухо. Девушка обхватила меня руками, видимо, чтобы не убежал, а для страховки еще забросила сверху ногу. Так я и лежал, боясь шевельнуться, чтобы не разбудить это маленькое чудо, пока к нам в комнату не заглянула Клара.

— Вот ты где! — сказала она проснувшейся от хлопка двери девушке. — Я, конечно, за вас рада, давно надо было так, но Гену сейчас на занятия, а завтрака нет. А это, помимо всего остального, тоже одна из обязанностей жены.

Алина, как была голая, вскочила с кровати, ничуть не стесняясь Клары, быстро натянула платье и помчалась на кухню.

— И как это понимать? — спросила Клара. — Просто решили поразвлечься, или это нечто большее?

— Второе, — ответил я. — Мы любим друг друга. Вы можете поговорить с родителями Алины по поводу разрыва помолвки с Ласом, и о нашей свадьбе?

— А куда я денусь? — пожала плечами Клара. — А еще раз услышу «вы», получишь подзатыльник.

«Вот так и рушатся грандиозные планы, — думал я, идя на занятие. — Что бы ни случилось, я ее тут одну не оставлю. А если мне не пойдут навстречу и не позволят ее забрать с собой, то пусть катятся ко всем чертям! Тоже здесь останусь!»

Сегодня у мастера появился новый ученик. Вообще-то, у него занималось двенадцать человек, причем, все дворяне. Поначалу реакцией на мое появление были недоумение и насмешки. Потом, когда учитель стал гонять меня, как каторжника, насмешки сменились безразличием. Я словно перестал для них существовать. Все были крепкими мужчинами в возрасте от семнадцати до двадцати пяти лет, и их реакция на задохлика была понятна. Но время шло, я усердно занимался и потихоньку различия в нашем внешнем виде стали сглаживаться. Сначала я начал удостаиваться от некоторых учеников приветствия по утрам, а в день, когда учитель дал мне в руки меч, ко мне подошли сразу двое познакомиться. Сейчас я уже знал их всех, как и они меня. Новенький, в отличие от всех нас, был мальчишкой. Его в виде исключения всем представили на первом же занятии. Новый ученик оказался племянником королевского наместника Ником Сажем, двенадцатилетним сыном графа Сажа. Судя по списку, попавшему в мои руки от Маркуса, это был древний и влиятельный род. В один из коротких перерывов, которые в течение занятия устраивал учитель, Ник подошел ко мне, наверное, как к самому младшему из всех.

— Привет! — сказал он. — Меня вам представили, а как зовут тебя?

Мне очень не хотелось знакомиться с родственником наместника и заявлять о себе раньше времени, но он не оставил мне выбора.

— Меня зовут Ген Делафер, сын барона.

— Я такого рода не помню, — сказал мальчишка. — Да и небольшой акцент еще чувствуется. Ты иностранец?

— А ты что, все их запоминал? — удивился я. — Я, когда читал список, запоминать баронов даже не пытался, уж очень их много.

— Такой я запомнил бы только из-за необычности.

— Ты прав, я сам из Коларии.

— Издалека, — удивился Ник. — К нам от вас редко когда приезжают. А каким ветром принесло тебя, если не секрет?

— Какой там секрет, — махнул я рукой. — Соседи сговорились и втроем напали на отца. Я хотел вместе со всеми стоять на стенах, но отец сунул мне за пазуху кошель с золотом и выпихнул в подземный ход, закрыв дверь на засов.

— Значит, теперь ты барон?

— Толку от титула, который никто не может подтвердить. Да и имения нет. Замок разрушен, земли захвачены. Хорошо еще, что один из ваших магов знал отца и определил, что я не вру.

— Погоди, как ты сказал? Делафер? А книгу со сказками не ты написал?

— Я, а что, понравилась?

— Еще бы! Я вообще ничего лучше не читал! Мне ее дядя подарил совсем недавно. Сказал, что ее написал, должно быть, мудрец. Вот он удивится, когда узнает, что ее писатель учится махать мечом у старого Лонара!

— Какой же я идиот! — дошла до меня мысль о том, что я наделал. — Рано или поздно, мои книги попадут в другие королевства, и по надписи на обложке любой из посланников сразу установит мое имя. Негров сюда присылать не будут, а кто из европейцев или жителей Штатов не читал той же Золушки? Желание заработать сыграло со мной дурную шутку. Если среди заброшенных ребят отыщется кто-то не слишком разборчивый в средствах, вывести меня из игры ему будет несложно. Стрела или арбалетный болт, или просто удар ножом в бок в переулке от случайного прохожего. Эти мысли выбили меня из колеи, из-за чего я получил от учителя несколько довольно болезненных ударов деревянным мечом по пальцам.

— Ген, — окликнул он меня. — Не спи. Завтра начнешь тренироваться с другими в учебных поединках. А еще дней через шесть-семь возьмешь в руки настоящий меч.

Познакомившись с настоящим писателем, да еще написавшим такую замечательную во всех отношениях книгу, Ник прилип ко мне, как банный лист. Его, в отличие от меня, не изматывали развивающими тело упражнениями, для своего возраста и роста он и так был неплохо развит.

Он быстро вытянул из меня адрес Клары, а когда узнал, что я накоротке знаком с магом Маркусом, пришел в совершенный восторг.

— Это же самый сильный игрок в Игру королей! — восторженно кричал он, размахивая руками. — Слушай, познакомь меня с ним. Ну чего тебе стоит?

— Граф, — с показной издевкой сказал я. — Где ваши манеры? Разве можно себя так вести?

— Да ну, тебя! — рассмеялся мальчишка. — Ты сейчас слово в слово повторяешь то, что я постоянно слышал от статс-дамы Ольмы Кошт, когда последний год болтался в королевском дворце в Арлане.

— Принцессу видел?

— Конечно. Лана получала этих замечаний еще больше меня. Мы с ней там такое вытворяли! А сейчас меня выперли к дяде, а на нее опять навалились учителя. Жаль ее, веселая и очень красивая девушка, а в компании этих вяленых рыб совсем зачахнет.

— А почему до сих пор не замужем?

— Это ты меня спрашиваешь? — удивился Ник. — Я тебе не король Игнар, откуда мне знать? Когда это принцессы сами решали свою судьбу? Так познакомишь с магом?

— Давай, я сначала сам у него спрошу насчет тебя, — ушел я от прямого ответа.

С трудом дождавшись окончания занятий, я почти бегом припустил к Маркусу. На этот раз у мага был клиент, и пришлось немного подождать, пока он освободится.

— Что-то случилось? — спросил встревоженный Маркус, распрощавшись с довольным посетителем. — Ты еще никогда не появлялся у меня прямо с занятий, да еще с таким хмурым лицом.

— Я вам еще ни разу не говорил, что я идиот? — начал я.

— Еще вроде нет, а что, есть основания, чтобы сделать такой вывод?

— Еще какие. Прежде всего, я влюбился.

— Это пройдет, — успокоил он меня. — Когда-нибудь, со временем.

— Вам бы все шутить. Это Алина, в ближайшее время я хочу на ней жениться.

— Добилась все-таки своего. Так я и думал. Но особых причин для беспокойства не вижу, она хорошая девушка, и не доставит тебе много хлопот.

— Есть причины, — заверил я его. — Прежде всего, моя взрослость, скажем так, не совсем полноценная, иначе я не допустил бы столько глупых ошибок, свойственных мальчишке.

— И что же это за ошибки?

— Прежде всего, это то, что я от своего имени выпустил книгу, а скоро их будет вообще несколько. Мало того, что я этим привлек к себе внимание в королевстве, что вообще-то может быть и полезно, я тем самым дал знать всем моим противникам из числа участников игры, кто я такой, и где меня искать.

— Да, действительно, — согласился Маркус. — Здесь ты не додумал. Но, если это и случится, то еще очень нескоро. К тому же этим ты можешь заработать немалые деньги, что тоже немаловажно.

— А так же арбалетный болт в спину, — язвительно добавил я. — Или еще чего-нибудь подобное.

— У вас так делают? — удивленно поднял брови маг. — Это же бесчестно.

— Иногда у меня возникают сомнения в том, кто из нас ребенок, — вздохнул я. — Ладно, слушайте дальше. У Лонара сегодня появился новый ученик, племянник нашего графа. По моему роду он понял, что это я являюсь автором сказок и пришел в восторг. Вот еще признак мальчишества. Взрослый человек выбрал бы себе более неприметное название рода чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Теперь то, что обо мне узнает наместник — только вопрос времени. И, по-моему, не слишком большого.

— Он о тебе и так бы узнал, — пожал плечами маг. Если бы ты не хотел так выделяться, проще было бы сказаться купцом. Но тогда и твои возможности были бы не в пример меньше.

— Это еще не все, слушайте дальше. Если графу придет в голову мысль проверить мои слова по части происхождения, я горю синим пламенем.

— Почему горишь? — не понял Маркус.

— Не обращайте внимания. Это такое выражение из моего мира, означающее то, что человек попал по-крупному. Я сказал, что родом из Коларии, а сам о ней почти ничего не знаю. Там хоть на этом языке разговаривают?

— Язык-то тот, — ответил Маркус, лицо которого приняло озабоченное выражение. — А вот говор у них совсем другой. Как-то я об этом не подумал.

— Зато о своей легенде должен был подумать я. Я о таком столько книг прочитал, а отнесся как к чему-то второстепенному.

— Ну не надо на себя слишком наговаривать, — возразил маг. — У тебя, если помнишь, и других забот хватало. Кто мог подумать, что молодого Сажа принесет в Расвел, да еще именно в школу Лонара?

— Вы его знаете?

— Лично не знаю, но достаточно наслышан. Личность довольно примечательная. Очень умный, но шкодливый мальчишка. Вечно попадает во всякие передряги. А если неприятностей почему-то долго нет, он их организует сам. Об их похождениях с дочерью короля много болтали. Если интересно, по свободе могу просветить. А сейчас я, кажется, знаю, что делать. Выходцев из Коларии у нас очень мало, но я знаю одного такого человека. Он живет совсем недалеко, за городом лигах в десяти отсюда и занимается разводом лошадей. У него, кстати, можно будет купить для тебя хорошего коня.

— А зачем мне конь, я их видел только в кино, да на картинках? Еще у одного деда есть, он ее запрягает в повозку.

— А вот это действительно плохо! Где ты видел дворян, которые не могли бы ездить на лошади? Это у нас в городе их используют мало, так как магистрат ввел налог на уборку навоза. И не маленький. От него освобождаются только крестьяне, которые по утрам завозят в город продукты. Всем остальным, кто хочет передвигаться на четырех ногах, приходится платить. Оттого в городе так мало лошадей. А вот за городом без них вообще никуда. Значит, сделаем так. Сейчас ты идешь домой, а я схожу к Лонару и договорюсь о том, что завтра ты на занятия не приходишь. А с утра берем экипаж и едем к моему знакомому. Там я тебе поставлю этот говор, а ты попытаешь Герхарда об особенностях его родины. Он человек умный и сам поймет, что тебе нужно знать. Заодно я дам тебе необходимые знания для того, чтобы ездить на лошади и вообще уметь с ней управляться. Рано ты расслабился! Это только знания, навыки тебе придется нарабатывать самостоятельно. Герхард даст тебе несколько уроков, но этого мало. У тебя деньги на покупку коня есть?

— А сколько нужно?

— Хороший конь может потянуть и на десяток золотых. Добавь еще пяток серебряных за сбрую.

— Это для меня теперь не деньги.

— А говорил, не надо было писать книг. У меня ведь золото тоже во дворе не растет, так что все ты делал правильно. Иди сейчас домой к своей невесте и постарайся доставить девушке удовольствие. В ближайшем обозримом будущем у тебя это вряд ли получится. Боль в ногах и синяки на заднице я тебе гарантирую. Если к этому добавить то, что ты ежедневно получаешь у Лонара, поверь, у тебя будет только одна мысль — отлежаться. Причем, желательно, одному.

Первым, кто меня встретил, была Алина. Она бросилась мне на шею, а я обхватил руками ее плечики, зарылся лицом в гриву волос и на какое-то время выпал из реальности. Потом были торопливые жаркие поцелуи и пробежка в мою комнату, где я постарался выполнить пожелание Маркуса, подарив моему чуду всю свою любовь и нежность без остатка. Отдышавшись, Алина сообщила мне радостную новость: Клара была у ее родителей, и они не против расторжения помолвки с Ласом и нашей свадьбы. Естественно, они хотели бы со мной встретиться.

— Обязательно к ним сходим, — пообещал я. — Причем прямо сегодня. Скоро должен прийти писец от Лангрена, а потом и сходим. Это будет не поздно? Дело в том, что я должен буду завтра уехать с Маркусом по делам на весь день, а потом буду не в лучшей форме.

— Что-то случилось? — встревожилась она.

— Пока ничего. И не случится, если мы с ним сделаем все, что нужно. Ты на лошади хорошо ездишь?

— Конечно, а как же иначе? — удивилась Алина. — Ведь это единственный способ передвижения купеческих караванов.

— А вот я не очень, а, скорее, вообще никак. Там, где я жил, большинство передвигалось иначе. Я сам из очень далекой страны, но об этом, кроме тебя и моих друзей, никому другому знать не следует. Даже твоим родителям. Для всех остальных я приехал из Коларии, где от набега соседей погибла вся моя семья.

— А на самом деле? — требовательно спросила девушка. — Извини, но я хочу знать о тебе все. И можешь не опасаться, у меня смогут отнять жизнь, но не твои тайны.

— Я им отниму! — пообещал я неизвестным злоумышленникам. — На самом деле меня сюда перенес из другого мира один неизвестный тебе бог. Чтобы вернуться назад я должен играть по его правилам с другими такими же, как я, которые теперь проживают в других странах. А моя семья жива и здорова, но осталась там.

— Ты уйдешь к себе, а как же я? — в ее взгляде был даже не страх, ужас.

— Неужели ты могла подумать, что я тебя оставлю, — покрывая ее лицо поцелуями, прошептал я. — Уйдем вместе, а, если не получится, я останусь здесь с тобой.

Поцелуи плавно переросли в нечто большее, после чего я опустошенный, но счастливый остался валяться на кровати, а любимая умчалась на кухню готовить для меня еду. Так как я сегодня задержался у Маркуса, они с Кларой успели пообедать без меня.

Едва я успел умять свое мясо, как заявился писец, которому пришлось уделить больше трех часов. Хорошо еще, что этот писал гораздо быстрее того, что был в первый раз, и мне удалось надиктовать ему все четыре сказки, которые я приготовил для второй книги.

Потом я выпросил у Клары часть золота на завтрашнюю поездку и для других целей и сбегал в находящуюся недалеко от нас ювелирную лавку. Там я подобрал понравившийся мне золотой кулон для матери Алины. Камней на нем не было, но очень тонкая работа радовала глаз. Дома я нацепил меч, который на моем поясе уже не был только признаком статуса, Алина как-то по-особому расчесала мои немного отросшие волосы, и мы направились к ее родителям. Идти было довольно далеко, и мы прибыли на место, когда уже начало смеркаться. Дом родителей Алины оказался двухэтажным и по размеру гораздо большим, чем дом Клары, из чего автоматом следовал вывод, что мне попалась богатая невеста. По дороге девушка успела рассказать мне о своей семье. Семья была большой. Помимо родителей у нее были еще два брата и сестра.