Zero

Затем мы, петляя по узким улочкам, выехали из города. Мы, с Дмитрием, во все глаза смотрели в окна. Еще бы, другая страна, другая культура. Я стал вспоминать, что о ней знаю и оказалось, что основное помню. В основном сельскохозяйственная страна, где жили испанцы, итальянцы и немцы. Тихая, страна для пенсионеров. На что она существовала, если как я помнил в ней много пенсионеров и чиновников. Рай видимо для тех, кто уже все имеет. Я машинально запоминал местность, дорогу по которой мы ехали, а она все дальше уходила от берега. Минут через тридцать мы свернули с асфальтовой дороги на проселочную, которая не была даже выложена щебнем, и вскоре уперлась в ворота, затянутые металлической сеткой. От ворот в обе стороны уходил сетчатый забор. Никого не было видно. На воротах висела табличка «Не заходить. Частная собственность. Охраняется системой наблюдения». А ниже от руки было приписано «не создавайте себе проблем». Мигель вышел из машины открыл замок на воротах, распахнул створы и вернулся. Когда мы въехали, то повторил всю процедуру в обратном порядке, даже замок запер, просунув руки с ключом сквозь сетку.

Дорога прошла сквозь деревья, и мы подъехали к одноэтажному кирпичному зданию. Выйдя из машины, я заметил:

— Пусто как то. Никого нет.

— А тебе зрители нужны?

— Обойдемся, а вот так все просто и охраняется.

— Нет, надпись, чтобы отпугнуть.

— Были попытки?

— Были, но у меня здесь свои секреты, так что войти можно, но кто приходил, понимал, что ошибся.

— В чем это проявляется?

— Удар электрическим током. Где отключать знаю только я. Подождите у машины, — и он отправился за дом. Мы с Дмитрием рассматривали окружающее пространство.

— А хорошо он придумал, в стороне от дороги, а кто сунется своя система защиты.

— Я думаю не все так просто.

Из-за угла появился Мигель и, достав ключи, открыл дверь здания. Мы вошли следом за ним в темный коридор, он повернул тумблер, включил свет, уверенно прошел по коридору, из которого выходили две двери. Мигель открыл первую справа, и мы вошли в небольшую кухню. Пара полок, стол со стульями, газовая плита с баллоном и маленький холодильник. Было темно, металлические ставни закрывали окна.

— Проходите, я сейчас, — он подошел к одному из шкафов, открыл, что-то нажал и ставни открылись. Затем положил в холодильник пакет с продуктами, — все пошли.

В конце коридора он открыл дверь слева, и я увидел ступеньки ведущие вниз.

— Начнем тренировки в подвале.

— А что ты делал в шкафу? Блокировку снимал? — спросил Дмитрий.

Мигель, не отвечая на вопрос, спустился вниз, я следом, за мной Дмитрий. Уже внизу Мигель ответил:

— Я не прятал от вас своих действий, но и вопросов, не относящихся к делу, не надо, — и пошел вдоль стены.

Пройдя метра два, мы вошли в тир, на полу которого лежали маты.

— Начнем здесь. Стрелять придется много, и когда научитесь, тогда выйдем на улицу, чтобы не привлекать внимание стрельбой, а здесь отрабатываем практику. Давайте посмотрим, на что вы способны.

Он подал нам пистолеты, лежащие на полке. Включил освещение мишени, метрах в пятнадцати.

— Наушники не нужны, здесь стены обработаны для гашения звука.

— Давай ты, — обратился он к Дмитрию.

Тот встал и, вытянув руку, сделал пять выстрелов. Затем я повторил.

Мигель подтянул мишень, — не плохо для положения неподвижной мишени. А теперь мишени будут двигаться.

Он нажал кнопку и сверху спустился экран. Мигель подал мне другой пистолет:

— Это лучевой. Стреляй в появившуюся мишень на экране. Все будет фиксироваться, потом проведем разбор.

Я встал и внимательно стал вглядываться в экран. На нем появились кадры улицы, и вдруг из-за угла дома появился вооруженный мужчина и нацелился на меня, я выстрелил, красная точка наведения попала в лоб, он упал. Потом стали появляться новые фигуры, появились прохожие, женщины с детьми и между ними мог появиться враг, это могла быть и женщина, даже с коляской. Задача усложнялась. Минут через десять все закончилось, мы стали просматривать мои попадания, которые снимал Мигель. Пару раз я убил гражданских, пару раз ранил, иногда мимо.

— В целом не плохо, — подвел итог наш инструктор.

Те же действия провел Дмитрий.

— Ну что, — подвел итог Мигель, — для новичков не плохо, но ужасно для профессионалов. Значит, работаем на износ. Времени у нас мало. Стрелять вы должны уметь и в падении, к тому же должны освоить технику стрельбы flash (флэш) — вспышка, как молния. Эта техника заключается в следующем.

Он поставил меня перед собой.

— Отойди шагов на десять, — велел он Дмитрию, — теперь представь, что ты должен его убить, — указал он на меня, — доставай пистолет.

Дмитрий уже держал в руке пистолет, из которого предварительно были вынуты патроны. Неожиданно он вскинул руку, нажимая на курок. Что произошло, я понял потом. Еще когда только Дмитрий поднимал пистолет, а делал он это быстро, Мигель оттолкнул меня и, вскинув свой пистолет, который был у него на поясе, выстрелил в Дмитрия. Щелчок его пистолета опередил звук от щелка нажатия курка пистолета Дмитрием.

— Вот это и есть стрельба флэш.

— Сколько времени у тебя ушло? — поднимаясь, поинтересовался я.

— Одна, от силы полторы секунды. А ты убит, — сказал Мигель Дмитрию, — и вот за это время, я должен оттолкнуть охраняемого с линии огня, достать пистолет и выстрелить первым. Как видите, удалось.

— И мы должны так уметь?

— Как способности. На это нужны тренировки. Ну что, начнем.

6

Времени на поездку у нас была всего неделя, не считая день прилета и отлета. Мы выкладывались по полной, Мигель нас не щадил. Занимались с утра до вечера с перерывом на обед, который Мигель всегда захватывал с собой. Вечерами возвращались в гостиницу, иначе было нельзя, а то приехали и исчезли.

Не знаю, как Дмитрий, но мне казалось, что научиться быстрой технике стрельбы не возможно, за столь короткий период. Я ошибался. Все возможно, если часами делать одно и то же. Он учил нас не думать, а чтобы срабатывали навыки, на врага, на человека с оружием, направленного на меня. Первые три дня мы работали исключительно в подвале, и стало получаться. Я уже умел выделить врага в толпе, попадать, куда было необходимо, а главное умел попадать в падении, пистолет был, как продолжение руки. Особенно уделяли внимание стрельбе — флэш, но достичь результата, как у Мигеля, не получалось. Я затрачивал на это около трех-четырех секунд, но даже в эти мгновения охватывал азарт и я становился диким зверем, который должен опередить, чтобы выжить.

На четвертый день нашего пребывания, тренировки начались на улице. Падать было больно, но привыкали. Мы учились стрелять против солнца, когда оно слепит глаза. Были и ночные занятия, при полной луне, чтобы не стоять как мишень в ее свете. В общем, возвращались мы в гостиницу, когда уже было темно и от усталости заваливались на кровати без желания идти в город, чтобы посмотреть его. Силы между желанием и усталостью были не равны и усталость побеждала.

За сутки до нашего отъезда Мигель сообщил:

— Все. Завтра работаем до обеда, а потом я вас поведу в город на экскурсию. Надо сувениры купить, а то их отсутствие на таможне вызывает излишнее любопытство. Вы же впервые здесь.

На другой день были последние практические занятия. Он облачил нас в поношенную одежду, выдал пистолеты, заряженные резиновыми шариками, и жилетами, чтобы не было больно. На голову надели каски с небьющимся стеклом. Мы снова стреляли в падении по мишеням, которые, то появлялись, то исчезали. К полудню, Мигель объявил:

— Все. Занятия окончены, идите, умывайтесь, переодевайтесь и поехали.

После обеда он водил нас по городу, и как ни странно, оказался не плохим гидом. Город Монтевидео соткан из маленьких улочек. Центр с высокими домами и стоящими по бокам платами. Время здесь остановилось. К полудню жизнь в городе почти замирала, все спят или сидят в тени, потягивая матэ. Мигель пояснил, что Уругвай спокойная страна, где проживают в основном испанцы, итальянцы, немцы.

Еще в первый день, Мигель угостил нас матэ, излюбленным напитком жителей, который являлся неотъемлемой частью быта, своего рода привычкой. Его пьют везде. Матэ здесь был стиль жизни, что ты не один, а со всеми. Пить матэ надо через трубочку и готовился напиток из измельченных листьев поддуба. Ударение надо делать на первом слоге в названии напитка, а не как европейцы на последнем, потому как на испанском будет звучать сродни «я убил». И мы ходили по городу, потягивая этот напиток, выбирая сувениры. В старых кварталах был дух авантюризма.

— А можно на океан? — попросил я.

— Конечно.

Когда мы поехали к океану, я еще раз обратил внимание, что улицы по большей части не многолюдны.

На пляже мы провели около двух часов. Набережная была очень длинной, но не очень обустроенная, пляжи здесь дикие и тянулись вдоль спального района. Удивление вызвало то, что вода в заливе была пресной. Мы зашли в воду. Волны накатывались на нас. Мигель предупредил, чтобы не увлекались и волны не отнесли нас в океан. Подальше от берега я ощутил мощь океана по полной программе. Океан не хотел отпускать, и при выходе из воды сначала толкал волнами в спину, а затем, откатываясь, пытался утащить назад. Но ощущение было не забываемое, когда понимаешь, всю его величину и силу.

Затем Мигель отвез нас в гостиницу и мы, приняв душ, переоделись к вечерней прогулке: шорты сменили на брюки, так попросил Мигель, не объясняя причины. Солнце клонилось к закату, когда вошли кафе ужинать и Мигель заказал на это раз блюда национальной кухни — «асадо а ля паррилла» (assado a la parrilla) — говядина, жаренная на углях и приправленная соусом «Сальмуэра». В Уругвае был культ мяса, рыбных ресторанов, не смотря на близость океана, не было. К мясу подали вино марки «Tannat». Как пояснил наш гид, этот сорт винограда растет только в Уругвае и на юго-востоке Франции. Вино называлось «Таннат виехо Станьяри».

— А почему ты выбрал эту страну для жизни? Ты же не здесь родился, — спросил Дмитрий.

— Транкилло, — ответил Мигель и пояснил, — спокойствие и расслабленность. Вы, наверное, обратили внимание, что здесь жизнь идет медленно. Никто никуда не торопиться. Вечером город оживает, но в целом эта страна для отдыха. Трантилло, одним словом.

— А как с местными властями. Не беспокоят?

— Я же никого не убиваю. А иметь частное владение не запрещено. Могу иметь тир для собственного удовольствия, вот и имею.

Поглощая пищу, Дмитрий продолжил вопросы:

— А почему ты согласился нас учить?

— Заплатили, — буднично ответил Мигель, не прерывая трапезу.

— А тебе приходилось работать с русскими?

— Вы первые, но мне все равно, кто какой национальности.

— Это твой профессиональный бизнес для властей?

— Ты что? — удивился он, — официально вы приехали на переговоры по поставкам вина, а я ваш местный гид.

— И кто ты, если так мастерски владеешь оружием?

— Террорист, — снова буднично ответил он, — так и будете помнить, что стрельбе флэш, вас обучал террорист Мигель.

— Да такое не забудешь.

— И не сумеешь, только форму надо поддерживать.

Ужин подходил к концу и тут Мигель улыбнулся, своей загадочной улыбкой и заявил:

— А теперь пойдем в первоклассный бордель.

— Куда! — почти одновременно спросили мы.

— В бордель. Вы что не знаете, что это такое?

— Вот потому что знаем, потому и спрашиваем, — ответил я за обоих.

— Это достойное заведение. Вам надо отдохнуть с женщиной после таких напряженных дней.

— Мигель, ты может, что-то недопонимаешь. Во-первых, у нас нет на это денег, а во-вторых, если об этом узнают в организации, будут неприятности. Мы за чужой счет идем к женщинам, — пояснил я.

— Мне твое, во-первых, нравиться больше. Значит не все еще потерянно. Я у вас денег не спрашиваю. Все оплачено. Я когда называл сумму, включил и эту статью. Мы договоров не подписывали и, следовательно, данная статья уже включена в общую сумму, которую я получил. Что касается, во-вторых, я на словах объяснил тому, кто со мной вел переговоры по данному вопросу. Мне ответили, что на ваше усмотрение. Общая сумма их устроила, значит, они согласны. Конечно, я мог и не предлагать вам, а оставить все себе, но у меня есть свое понятие чести по отношению к денежным вопросам, поэтому и предложил, а решать вам. Не согласитесь, деньги останутся у меня, но парни, у вас, как и у меня, очень опасная жизнь, и не известно, где она оборвется, так зачем отказываться от того, что дано человеку природой — удовольствия. Вы не обязаны отчитываться, где были, вас и не спросят, это не гласный закон. Мы все люди. А вот если бы я вас плохо учил, вот за это спросят. Так что ваше руководство по умолчанию, предоставило решение вам. Так что?

Мы с Дмитрием переглянулись. Мы были обычными молодыми мужчинами, и женщины нас интересовали. Редкие выходы в общество позволяли встречаться с женщинами, но основную часть времени мы проводили на учебе. А здесь сам климат подталкивал к любви, к женскому телу. Мы видели местных женщин, смуглых, при минимуме одежды, что было естественно в такую погоду. Наши фантазии дорисовывали сами то, что не видели глаза.

Мы оба по глазам поняли друг друга и, посмотрев на Мигеля, согласились.

— Вот это другой разговор. Вы женаты?

— Нет, — ответили мы.

— Тогда вам некому изменять, вы свободны, и понятия морали по отношению к другой женщине у вас отсутствуют.

Он рассчитался, и мы вышли из кафе. По дороге Мигель нас просветил, что официально этого заведения нет, здесь не Голландия, но полиция закрывает глаза, получая долю. Это массажный кабинет. Камер там нет, потому что никому проблемы не нужны. Там и массаж могут сделать, так как девушки обучены этому. Минут через десять мы подъехали к одному из обычных, не примечательных домов. Вдоль стены в ряд были деревянные двери, кое — где облезлые. Вообще это часть местного колорита — несколько вплотную расположенных дверей.

Мигель потянул одну из них, и она без скрипа открылась.

— Остальные не работают, так муляж, — сообщил он, имея в виду двери, и мы вошли в небольшой холл метров двадцати. Из-за стойки вышла мулатка лет двадцати пяти. Стройные ноги предстали моему взору. Юбка была достаточно коротка, да и назвать это юбкой было сложно. Глубокое декольте блузки приоткрывало грудь.

— Добрый вечер, — произнесла она, — проходите, пожалуйста, — и показала на двери, которых в холле было несколько.

— Каждый в отдельную комнату, это чтобы клиенты не сталкивались. Там все узнаете. Сейчас восемь, — посмотрел на часы Мигель, — встречаемся в полночь. Вас проводят, где мы встретимся. Все пока.

Я вошел в одну из дверей. Комната была метров пятнадцать. Мягкие светлые обои, свет из ночников, развешанных по стенам. Вдоль одной стены стоял диван, напротив два кресла, со стеклянным столиком между ними. Пол устилал ковер, который заглушал мои шаги.

Я прошел и сел в кресло. Через пару минут в комнату из другой двери вошла девушка. Одета она была тоже в юбку и блузку, но юбка была выше края черных чулок.

— Добрый вечер. Меня зовут Айра. Посмотрите, — и подала мне альбом, — здесь фотографии девушек. Кого вы выберете, ту и приглашу. Чай или кофе?

— Не надо.

Я взял альбом и стал просматривать. Девушки были, черные, белые, мулатки. Их вид захватывал. На каждой странице несколько фотографий каждой девушки в разных ракурсах. Пара страниц была заложена бумагой.

— Эти девушки заняты, — пояснила Айра.

Среди фотографий были и фотографии Айры. Тут у меня мелькнула мысль.

— А где фото девушки, что нас встретила?

— Памеллы? Она не работает, она администратор. Таких просьб еще не было. Подождите, — и она вышла в дверь, через которую я вошел.

Я ждал минуты три, не более, когда дверь открылась и вошла Памелла.

— Ты хочешь отдохнуть со мной? Это даже интересно и странно. Я не работаю как другие девушки. Ты не наш человек. Откуда ты?

— Из Европы, — решил я не говорить конкретно откуда.