Тюремному шулеру проще всего оттачивать свое мастерство в играх с костями и картами. Между тем карты в тюрьмах находятся под строжайшим запретом, и если охрана застанет кого-нибудь за компрометирующей игрой, провинившихся строго наказывают. Но это ничуть не вразумляет остальных, да и сам провинившийся очень скоро принимается за старое.

Запрет на карточные игры введен, скорее всего, из-за обилия различных шулерских приемов или же просто из идейных соображений.

Поскольку карты в тюрьме под запретом и получить их легальным путем в посылке невозможно, заключенные делают их самостоятельно. Эта технология очень проста, хотя на изготовление одной колоды карт у человека может уйти много времени. Карты клеятся хлебным клейстером из газет, долгое время выравниваются и шлифуются, раскрашиваются и метятся.

Если вы не являетесь опытным шулером, ни в коем случае не играйте с заключенными на интерес в карты, ведь карточные игры тем и интересны, что они подразумевают солидный выигрыш. А если нет потенциальной выгоды, играть в карты никто не будет – это напрасный риск. Да и непрофессионал-картежник, опасаясь обыска, никогда не станет держать карты при себе, стало быть, если вам кто-то предложил перекинуться картишками – или вам предстоит сражаться с опытным кидалой, или охранники решили провести «чистку».

Разрешенными считаются такие игры, как домино, шашки, шахматы, морской бой и нарды. Разумеется, и в них можно играть на интерес.

Честными, исключающими всякое шулерство играми, безусловно, считаются шашки и шахматы, ведь там практически невозможно смухлевать, разумеется, если противники знают правила. Игры, в которых принимают участие несколько человек, например домино, опаснее, поскольку существует возможность общения посредством тайных знаков.

Еще одно важное правило. Если вы сами не играе-те, а всего лишь присутствуете и наблюдаете, ни в коем случае не подсказывайте, не комментируйте и не обсуждайте ход игры с другими зрителями и игроками, особенно если игра идет на интерес. Проигравший может объявить, что в его неудаче виноват непрошеный комментатор, и тогда проигрыш придется выплачивать именно вам.

Игры, в которых используются кости, например нарды, особенно опасны. Начать следует с того, что известно множество способов манипулирования фишками, и опытный кидала может при необходимости выкинуть требуемое число. Чтобы уменьшить вероятность обмана, рекомендуется использовать пластиковый стаканчик или разные методики метания костей, например ударом о некую преграду, то есть рикошетом, или из под стола.

Прически

Прически в тюрьме следует носить по понятиям. Тема отращивания или удаления волос в тюрьме стоит достаточно остро, ведь многие мужчины до ареста носят усы и бороду, длинную шевелюру. Да и женщины на воле привыкают к длинным волосам и очень не желают их лишаться в неволе.

Прически в тюрьме, как мужчинам, так и женщинам, можно носить любые, тут все зависит от личных предпочтений и реакции на них администрации тюрьмы. Конечно, слишком выделяться не стоит, но ничего страшного, если вы решите выстричь себе нестандартную челку. Единственное, что по тюремному этикету неприемлемо, – это прически в стиле панк и женские прически на головах мужчин, в последнем случае таких мужчин быстро зачисляют в категорию «девочек».

Однако, если подойти к проблеме причесок с практической точки зрения, длинные волосы в тюрьме – не признак роскоши или символ свободы, а серьезная проблема. В камере жара, грязь: могут завестись вши. Исстрадавшиеся заключенные в конце концов не выдерживают и стригутся налысо или просто очень коротко. Подмышки и интимные места по возможности подбриваются.

Брить голову не рекомендуется только в одном случае: если предстоит суд, так как судьи при виде лысых голов заключенных почему-то испытывают весьма негативные эмоции и могут отреагировать более чем неадекватно и накинуть годик к определенному сроку заключения.

Усы и бороды охранники заставляют осужденных сбривать.

Причина этого не совсем ясна. Может быть, они делают это по инструкции, а возможно, и просто из принципа.

В женских тюрьмах жестких ограничений в плане причесок нет. Однако, как показала практика, многие женщины также из практических соображений регулярно сбривают волосы как на голове, так и на теле.

Клички по понятиям

Клички в тюрьме можно получить, а можно и придумать себе самостоятельно, как, например, придумывают ники в мировой сети Интернет.

Раньше в тюрьмах свято соблюдался ритуал, в соответствии с которым новичок, который желал войти в число блатных, вставал у решетки камеры и кричал: «Тюрьма-старуха, дай кликуху».

Остальные заключенные с радостью включались в игру и начинали предлагать клички, сначала шуточные и довольно оскорбительные, например Вантуз, но затем входили во вкус и со смехом и препирательством подбирали все более основательнее. Разумеется, у человека, который запросил себе кличку, должно хватить ума на то, чтобы отказаться от самых смешных и издевательских, прокричав: «Не катит!».

На сегодняшний день этот ритуал соблюдается редко, в основном с его помощью издеваются над новичками, которые мечтают быстрее войти в тюремную «элиту».

Чифирь

Тюремная жизнь полна особых ритуалов, в том числе там существует и ритуал чаепития. Даже если в камере есть еда, но нет чая, считается, что ее обитатели живут «на голяк».

В тюрьме чай называется чифирем. За долгие годы, когда заключенные пьют его очень часто, они очень привыкают к этому напитку и, выйдя на свободу, продолжают пить его. Резкое прекращение приема чифиря для бывшего заключенного оборачивается жестокой ломкой, схожей с наркотической.

Общение в тюрьме в основном происходит в процессе чаепития. Общая кружка идет по кругу, а заключенные тем временем обсуждают наболевшие проблемы или отдыхают. Арестанты, сидящие на корточках кругом и попивающие чифирь, – типичная картина тюремной жизни.

Чтобы приготовить чифирь, особого умения не нужно. Технология очень проста, но имеет свои секреты.

Чтобы получился первоклассный чифирь, требуется хорошая крепкая заварка. Если она все же недостаточно крепка, чифирь «не попрет», даже при его неумеренном потреблении. Если же заварка чрезмерно крепка, получается не чифирь, а «смола», которая дает совсем другой эффект. «Прет» от «смолы» чрезмерно. Заключенный, выпивший этого зелья, может быстро почувствовать недомогание и спазмы в желудке. Да и вкус «смолы» чрезвычайно неприятный.

Верная дозировка заварки устанавливается в каждой камере опытным путем и, если используются различные сорта чая, бывает разной.

Доза на одного человека («заметка») составляет примерно полтора спичечного коробка сухого чая, если чай мелколистовой. Крупнолистовой следует сначала измельчить, и только потом заваривать. Его понадобится немного больше – примерно два спичечных коробка без верха.

Чтобы заварить хороший чифирь, нужен черный чай, но бывает, используется и зеленый, которого требуется немного больше. Классическим считается чай, завезенный из восточных и южных стран, ближнего зарубежья, например из Грузии. Он до-статочно крепкий и недорогой, что с учетом его потребления очень важно для заключенных.

Если чай хороший и крепкий, его, как знак наивысшей похвалы, называют ядом. К сожалению, многие современные сорта чая, несмотря на свою дороговизну, этим условиям не отвечают.

Из дорогих сортов чая чифирь готовят крайне редко, только когда отсутствует более подходящий. Многие современные смеси очень ароматны, а ведь чифирь и так пить нелегко из-за непомерной крепости. Избыток яркого аромата усложняет его употребление. Поэтому для заваривания чифиря не используют и чай с ароматическими отдушками.

Чтобы заварить чай, следует вскипятить воду в емкости и сверху засыпать заваркой. Очень важно, чтобы заварка полностью закрывала поверхность воды. Емкость закрывается крышкой, и чай начинает настаиваться. Перемешивать его ни в коем случае нельзя, ведь чай должен выпариться.

Заваривается чифирь примерно 10 минут, пока заварка не опустится на дно. Затем чай фильтруется с помощью сита и распивается. Ситечко для чая – редкость для заключенных, но если оно имеется, с ним обращаются очень бережно.

Чифирь можно «подорвать» еще раз. После первого настаивания его греют на огне, но не доводят до кипения, в ходе этого процесса заварка на дне поднимается вверх. Кипятильником сделать это невозможно, потому что чай при этом теряет свой вкус.

«Подорванный» чифирь, по мнению заключенных, – самый лучший, однако в связи с редкой возможностью воспользоваться огнем делают его редко.

Пить чифирь необходимо сразу, как только он будет готов. Его, немного горячим, сливают в общую кружку, садятся в круг и пускают ее по рукам. Когда чифирь в кружке остывает, его разбавляют оставшимся в заварнике.

Если круг заключенных очень велик, чифирь разливают в две, а то и в три кружки. Редко случается так, что кому-то одному чифирь наливают в маленькую отдельную кружку. Это происходит в том случае, если человек чем-то болен или не может принять участие в общем распитии по какой-то причине. В отдельную посуду также принято отливать «чертям» и «обиженным». Остальные распивают чифирь в общем кругу.

Каждый человек, принявший участие в церемонии распития чифиря, согласно нормам этикета и тюремным ритуалам, может отпить только по два глотка драгоценного напитка. Над новичками, которые по незнанию позволили себе отхлебнуть три глотка, иногда подшучивают, говоря, что больше двух глотков делают только «петухи» («девочки»).

Строгое регламентирование количества глотков очень важно, чтобы пресекать возможные споры. Старые заключенные также шутят, что в том, что чифирь пьется горячим, есть величайший философский смысл, дескать, это необходимо для того, чтобы какой-нибудь удалец не исхитрился и не отпил чифиря больше, чем положено, обделив кого-то из сотоварищей.

Пьется чифирь только на голодный желудок. Любая еда сильно снижает эффект от распития чифиря, поэтому опытные чифиристы, всей душой преданные идее «чайного прихода», никогда не пьют чифирь во время или после еды. Именно так арестанты отличают «правильных» чифиристов от прочих «приблудных», которых многие заключенные любят ругать чифирастами.

Чтобы эффект от чифиря был полным, принимать пищу можно только через полчаса после кругового чаепития, а лучше – через 40–50 минут. Если это правило не соблюдать, можно серьезно повредить здоровью, например долгое время мучиться от запоров.

Сладкий чифирь, по словам опытных зэков, – извращение и отрава. Если сахар смешать с чифирем, он в значительной мере усилит действие активных веществ чая. Давление человека повысится, пульс участится, появятся головная боль и спазмы сосудов.

В этом случае приход, конечно, наступает быстро, но в такой форме, что его можно и не заметить на фоне общего плохого самочувствия и страхов перед тахикардией и сердечным приступом. Таким образом, сластят чифирь только заключенные с ярко выраженными суицидальными и мазохистскими наклонностями, ведь покончить с собой с помощью сладкого чифиря можно, только если сердце заведомо слабое или имеется гипертоническая болезнь, да и то только от чрезмерной дозы такого чифиря, и лишь за несколько раз, что более чем мучительно.

Согласно правилам, чифирь нужно пить без всего. Тогда его горьковатый насыщенный вкус позволит употребляющего его в полной мере прочувствовать прелесть свежезаваренных чайных листьев.

Впрочем, классический чифирь предпочитают пить старые, много повидавшие заключенные, знающие в этом толк, остальные могут себе позволить сопровождать распитие чифиря поеданием конфет, как правило, леденцов, которые держат во рту на всем протяжении распития напитка. Конфеты сильно смягчают горький вкус чифиря, делая его вкус более приемлемым для неопытных людей. Поскольку в тюрьме конфеты все же роскошь, бывает и так, что одну конфету делят между собой сразу несколько человек. Настоящие ценители позволяют себе взять одну конфетку только после завершения чаепития.

«Приход» от чифиря наступает почти одновременно с окончанием чаепития, достигает своего пика через 10–15 минут и держится часами.

Чифирь вызывает резкое сокращение гладкой мускулатуры, а потому сразу после окончания церемонии в направлении унитаза выстраивается целая очередь из страждущих заключенных. Такое явление арестанты называют «приход чифириста».

Далее наступает настоящий «приход», который сопровождается резким изменением психического состояния человека. Этот процесс протекает очень индивидуально, но обычно сопровождается сильным возбуждением, быстро растущей активностью и другими симптомами, сильно схожими с теми, которые присутствуют при употреблении алкоголя или марихуаны.

Когда действие чифиря заканчивается, заключенный начинает испытывать сонливость и подавленность, становится раздражительным и необщительным, но новая порция напитка возвращает ему хорошее самочувствие и радужное мировосприятие.

Длительное потребление чифиря провоцирует развитие зависимости, схожей с наркотической. При длительном перерыве в приеме чифиря человек начинает страдать от депрессии и сильных головных болей.

Однако даже небольшая доза чифиря может быстро вернуть заключенного в обычное состояние. За неимением чифиря его функции могут выполнить таблетки цитрамона, так как в их состав входит кофеин. Поэтому заядлые чифиристы при любой возможности стараются достать цитрамон и старательно припрятывают его на черный день.

Если по какой-то причине нет возможности приготовить нормальный чифирь, заключенные, которые чувствуют сильную зависимость от него, могут жевать сухой чай. «Приход», полученный от этого, конечно, не сравнится с «приходом» от потребления полноценного чифиря, но на некоторое время все же может отодвинуть ломку.

В тюрьмах обычно чифирят два раза в день, крайне редко – три раза, но это считается непомерной роскошью, к тому же при слишком частом потреблении чифиря легко получить передозировку, а в итоге головную боль, спазмы кишечника, рвоту, перевозбуждение или апатию.

Однако не стоит считать, что потребление чифиря наносит только вред здоровью людей. В тюрьме редко появляются свежие продукты, поэтому чайные листья обычно являются основным источником витаминов для ослабленных организмов зэков, ведь чай изготовляется по технологии, которая позволяет сохранить в листьях множество полезных веществ. Кроме того, чай оказывает заметное стимулирующее воздействие, поэтому, если не злоупотреблять им, при регулярном использовании чай может оказаться очень полезен.

После приготовления чифиря остается заварка. Ее называют «вторяком» (нифелем или нитфелем). Этот продукт считается в какой-то степени благородным, его не считают зазорным употреблять даже очень крутые заключенные, однако он не дает «прихода». Из «вторяков» готовят чай, если возникает угроза того, что в ближайшем будущем возникнут проблемы со свежей заваркой. Такой чай можно пить с сахаром, точно так же, как на воле.

Чем-то средним между чифирем и «вторяком» является «купец». Это достаточно крепкий чай, который также не дает «прихода», но сильно стимулирует. Его обычно пьют, чтобы поддержать или усилить эффект, полученный от распития чифиря. Многие пьют «купца», чтобы отдохнуть от частого распития «яда» или просто посидеть в тесном кругу, вспомнив волю, поделив на всех одну конфетку или шоколадку и запив ее крепким чаем.

Если заключенные готовили «подорванный» чифирь, оставшиеся от него «вторяки» считаются «третьяками» и ценятся очень мало. Их обычно отдают зэкам из низших каст для вываривания.

Нередко «вторяками» расплачиваются со шнырем, который готовит чифирь «авторитету» – заваривает его, процеживает и подносит заказчикам уже готовым, оставляя себе «вторяки» в качестве оплаты. Честность шныря в таком деле ценится очень высоко, а обман карается сурово. Так, один из заключенных описал случай, когда один пронырливый шнырь приноровился делать на заказ чифирь из недостаточно горячей воды и сухого чая. При этом все нужные вещества в чифирь, естественно, не попадали, а оставались в пользовании сообразительного мошенника. В конечном итоге шныря разоблачили и заставили съесть огромное количество «вторяков», специально собранных по соседям.

Если «вторяков» и «третьяков» очень много, их сушат, а «смолой» – очень крепким чаем, по своей консистенции напоминающим кисель, – пропитывают одежду, перед тем как отправиться в карцер.

В очень больших камерах есть такая должность, как чаевар. Кроме него, никто не имеет права заваривать чифирь. Делается это для того, чтобы избежать неразберихи и конфликтов. Чаевары получают за свою работу сигареты и «вторяки».

«Третьяки» и «четверяки» почти полностью пус-тые, но некоторые ловкачи ухитряются и из них вытащить немного активных веществ. Для этого их вываривают вместе с содой. Этот метод больше смахивает на самоубийство, но тем не менее используется. Его нередко используют в тюремных столовых, чтобы сбыть чай на сторону и получить от этого прибыль. Зэков при этом поят отходами, вываренными в соде.

Шмон

Шмоном на языке заключенных называется тщательный обыск, проводимый работниками тюрьмы. Это позволяет им находить и конфисковать у заключенных контрабандные продукты, оружие и наркотические вещества.

Шмоны бывают общетюремными, когда обыскивают всех заключенных, предварительно разведя их по камерам, камерными, когда обыскиваются только обитатели конкретной камеры, или личными. В последнем случае внимание тюремной администрации привлекает только один заключенный, которого обыскивают с повышенной бдительностью.

Причин для шмона может быть множество. Тюремные работники могут заподозрить контрабанду или планирование побега. Суицидальные намерения осужденных также являются причиной тщательного обыска, чтобы лишить его возможности свести счеты с жизнью с помощью подручных предметов. В некоторых случаях причинами частых шмонов служат напряженные отношения между арестантами и тюремными охранниками, которые таким образом срывают на подопечных свое зло или же просто развлекаются.

Во время шмона заключенного раздевают, заставляют присесть на корточки и раздвинуть ягодицы, а затем тщательно проверяют анус и прямую кишку, а у женщин – влагалище и матку на наличие посторонних предметов – таких, как наркотики, оружие или любая другая контрабанда.

«Выгнать хату к лепиле для взятия проб из области заднего прохода удалось лишь после вызова резерва. Красные повязки и дубинки, готовые поплясать по головам, вразумили самых стойких приверженцев понятия, что по кишке мусора могут пройти только по беспределу» (Алексей Павлов).

Одежда обыскиваемого внимательно осматривается. При поступлении осужденного в тюрьму из его обуви извлекаются супинаторы, которые представляют собой металлические пластины, которые заключенные могут заточить и использовать для изготовления оружия – заточек.

Несмотря на регулярные шмоны, заключенные каким-то образом ухитряются проносить в камеры деньги и другие запрещенные предметы.

Согласно тюремному этикету, заключенные ни в коем случае не могут доносить охранникам о наличии нелегальных предметов у соседей. Даже если это делается в строжайшем секрете, в тюрьме, где «даже у стен имеются уши», все быстро становится известным, и доносчика жестоко карают. Дело может дойти и до убийства.

Поэтому, если вы заметили, что ваши сокамерники прячут запрещенные предметы, делайте вид, что ничего не замечаете, и ни в коем случае не обсуждайте с окружающими этот факт.

Исключение из данного правила можно сделать только в том случае, когда у вашего недруга появилось контрабандное оружие и есть вероятность, что оно может быть использовано против вас. Тогда донос может стать единственным средством спасения, но даже в этом случае он может встретить неодобрение других заключенных.

Во время шмона следует выполнять все требования охранников-инспекторов, ни в коем случае не показывая своего раздражения и гнева.

«Возвращение в хату мучительно. Мимо охранников с собаками, почти бегом, руки за спину, отставать нельзя, по внутренней лестнице на продол – в вонючую дыру раскоцанных тормозов. А там бедлам, все перевернуто, валяется в куче, где чьи вещи, не разберешь: был шмон» (Алексей Павлов).

В общем-то, главной целью постоянно проводимых в тюрьмах шмонов является предотвращение убийств и самоубийств. В своих «Записках диссидента» А. А. Амальрик, говоря о шмонах, написал так: «После подъема разносили черный хлеб и туалетную бумагу – на вес золота, никакие ссылки на понос не действовали, вместе с бумагой возвращали очки, которые на ночь отбирали – вероятно, когда-то кто-то стеклами очков порезал себе вены, днем в глазок заглядывали каждые пять минут».

Известно, что в разных странах разные порядки. Говорят, что чем выше уровень жизни заключенных в тюрьме, тем более процветающая страна. Однако даже в Америке, которая славится высоким уровнем жизни и соблюдением правовых основ, в тюрьмах время от времени допускаются нарушения гражданских прав человека.

Так, например, совсем недавно на служащих тюрьмы острова Райкес была подана жалоба. В ней говорилось, что заключенные этого исправительного учреждения подвергались унизительным процедурам, в частности обыску. При этом женщин не только заставляли раздеваться, но и подвергали гинекологическому осмотру. Мужчин вынуждали полностью обнажаться для обыска на глазах других заключенных.

В конце концов люди, возмущенные издевательствами тюремщиков, объединились и подали на них групповой иск. Он был удовлетворен, но многие люди, прошедшие тюрьму острова Райкес, еще долгое время не могли прийти в себя и забыть об испытанном унижении. Одним из них является Марсель Сафрати, который, отбывая срок заключения в Бруклинской тюрьме, также был подвергнут унизительному обыску: «Я не мог понять, почему надо мной так издеваются, я умолял их прекратить», – писал он. Судья так же не смог понять, чем вызваны такие жестокие действия служителей тюрьмы, и резко осудил их, ссылаясь на статью № 3 Декларации о защите всех лиц от пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, в которой говорится: «Каждое государство должно, в соответствии с положениями данной Декларации, принимать эффективные меры для того, чтобы не допускать пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания в сфере его юрисдикции».

«Никакое государство не может разрешать или терпимо относиться к пыткам и другим жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство видам обращения и наказания. Исключительные обстоятельства – такие, как состояние войны или угроза войны, внутренняя политическая нестабильность или любое другое чрезвычайное положение, не могут служить оправданием для пыток или других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания» (Декларация о защите всех лиц от пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания. Статья 4).

Действия тюремщиков, обыскивающих Сафрати, тем более непонятны, поскольку финансиста арестовали у него дома по обвинению его бывшей подруги в том, что он якобы пытался незаконно увезти из школы их общих детей. Когда выяснилось, что обвинение было полностью сфабриковано и в указанное женщиной время Сафрати на самом деле улаживал дела в автоинспекции, финансиста с извинениями отпустили. Однако инцидент уже произошел. Сафрати раздели и подвергли обыску. Вспоминая об этом ужасном для него происшествии, американец рассказывал: «Одного за другим нас выводили из камеры и заставляли раздеваться. После того как я выполнил требование, полицейские – мужчины и женщины – заставили меня согнуться и внимательно разглядывали. Что они искали? Пулемет? А в это время находившиеся в камере со смехом обсуждали меня...».

Марселя Сафрати обыскивали дважды, и оба раза с особенной тщательностью. При этом мужчина чувствовал себя униженным и крайне беспомощным. Согласно решению суда, за испытанный моральный ущерб Марселю Сафрати выплатили 25 000 долларов.

В той же тюрьме через процедуру унизительного обыска прошел Д. Ценс, который и дал ход иску. Этот небогатый житель Статен-Айленда был арестован за небольшое нарушение и препровожден в бруклинскую тюрьму, где с ним обращались как с закоренелым преступником. Оказавшись на свободе и не помня себя от возмущения, он рассказывал: «Они заставляли меня принимать при обыске всевозможные позы. Вынудили раздвигать руками ягодицы на глазах у всех».

Вырвавшись из рук тюремщиков, Ценс немедленно обратился за помощью к Ричарду Кардинале – своему адвокату, которому и рассказал всю историю. Тот немедленно занялся поиском других освобожденных людей, побывавших в подобной ситуации.

Ричард Кардинале утверждает, что практика обысков с раздеванием очень распространена в тюрьмах, однако если нет правонарушений, имеющих отношение к наркотикам и оружию, подобные обыски считаются противозаконными.

«Каждое государство должно систематически рассматривать методы и практику ведения допроса и условия содержания под стражей и обращения с лицами, лишенными свободы, на его территории, с тем чтобы не допускать каких-либо случаев пыток или других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания» (Декларация о защите всех лиц от пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания. Статья 6).

При подготовке документов для подачи группового иска адвокат выяснил, что унизительному обыску в тюрьме было подвергнуто более 40 000 человек. Пораженный этим обстоятельством, Департамент исправительных заведений немедленно издал приказ, запрещающий подобную практику. В конечном итоге иск был удовлетворен, и город согласился осуществить выплату пострадавшим от незаконных обысков весьма значительную сумму в качестве компенсации.

Впрочем, иногда шмоны проводятся и заканчиваются далеко не так унизительно. В грузинских тюрьмах совсем недавно во время обыска тюремщики обнаружили и конфисковали у заключенных огромное количество сотовых телефонов.

5

Татуировки и символы

В данной главе дается объяснение значений татуировок, которые используются в преступном мире России, а следовательно, и в российских тюрьмах. Сразу следует упомянуть о том факте, что нанесение определенных татуировок в соответствии только со своими желаниями, то есть самовольно, среди зэков считается серьезным промахом и карается жестоко и быстро.

В данной главе не будут затронуты современные виды татуировок, распространенные среди прогрессивной современной молодежи. Речь также не будет идти о татуировках, пропагандирующих антисемитизм и фашизм. Хотя во многих тату присутствуют подобные тематики, они являются частью истории преступного мира, а потому будут рассматриваться только с точки зрения тюремного и блатного этикета.

Появление татуировок в тюрьме

Очень долгое время татуировки использовались в основном с целью идентификации людей. Так, например, в советские времена с этой целью правительство ввело программу обязательной регистрации татуировок у людей, преступивших закон, что значительно облегчало процесс их опознания в дальнейшем.

Татуировки, по сути, символичны и содержат огромное количество разнообразной информации. Их смысловое значение отражает личность преступника, его специализацию, а также указывает на то, по какому именно уголовному делу его осудили, где он отбывал наказание, и какое, собственно, место в уголовной иерархической лестнице он занимает.

Человек, понимающий язык татуировки, глядя на маленький, часто незамысловатый рисунок на теле, может многое узнать о носителе татуировки, его вкусах и биографических данных. Нередко асоциальные личности подвергались арестам именно из-за татуировок, однако это ни в коей мере не научило их осторожности. Страсть к самовыражению посредством татуировок у преступников, можно сказать, в крови и душе.

Желание порисоваться, превознести свои достоинства и внушить уважение и страх, как правило, и приводит людей к мастеру тату.

В тюрьме татуировка – очень важная часть опознавательно-иерархической системы. Татуировка рассказывает окружающим людям о характере и жизни носителя, подчеркивая его достоинства и способности. Пожалуй, в данном случае татуировки можно назвать знаками отличия, наподобие погон в армии или цветных лент на костюмах дипломатов.

В зависимости от татуировки, которая указывает на место, которое человек занимает в преступном мире, к нему и относятся соответственно, с уважением или без. И татуировка в данном случае диктует правила поведения, то есть тюремного этикета.

Итак, что же представляет собой татуировка в сугубо практическом, то есть телесном плане? Не углубляясь в медицину, можно выразиться следующим образом: татуировка – это искусственное нарушение целостности кожного покрова человека с помощью колющих (режущих) инструментов и последующее введение в кожу красящих веществ для получения стойких рисунков или иных изображений.