Помоги проекту - поделись книгой:
Магистр ордена Земли опустился на одно колено и закрыл глаза своему хранителю.
— Тело сжечь, а пепел развеять — такой была воля Вейры в случае смерти, — голос Альберта едва заметно дрогнул.
— Нет, сначала ее родители должны проститься с дочерью, иначе они никогда не смогут смириться с мыслью, что ее больше нет. Будут годами верить, что она жива, хотя ее плоть давным-давно источили черви.
— Да, ты прав, Вариор. Кому, как не тебе, знать лучше, — прошептал Альберт и, повернувшись к своему целителю, добавил: — Лавджой, телепортируй Вейру в школу.
Рыжеволосый маг кивнул и, подхватив тело девушки на руки, шагнул в открытый магистром светящийся проход.
— Вариор, Альберт, я не могу вынуть ключи! — испуганно закричал следопыт ордена Огня.
Магистры быстро приблизились к Марку. Некоторое время они разглядывали застывшие в замочных скважинах серебряные артефакты. Затем Вариор протянул вперед руку — и с кончиков пальцев сорвался молочный туман, жемчужно засиявший в лучах утреннего солнца. Чары плотным колпаком упали на ключи.
Несколько долгих секунд маги ждали результата. Ничего. Туман медленно истаял. Магистры растеряно переглянулись и бросились к остальным членам Дюжины под сень дубов.
— Сиелла, возвращайся, ты нам нужна, — Вариор склонился к неподвижной магессе, все еще пытающейся вытянуть из транса Петера. — Возвращайся, Си, мы все в опасности.
Ресницы магессы дрогнули, но глаза остались закрыты.
— Мы не можем вынуть ключи, погибла хранитель ордена Огня… что-то происходит страшное, Сиелла. Ну же, приди в себя!
Лицо магессы оставалось неподвижным, как и у Петера. Магистр Огня говорил что-то еще, пытаясь достучаться до их сознания.
— Безнадежно, Вариор, оставь их, — с сожалением проговорил Альберт. — Похоже, мы потеряли их обоих.
— Нет, — упрямо возразил маг и продолжил уговаривать Сиеллу.
— Пойдем, Вариор, пока не поздно, нужно восстановить силы хранителей. Я возьму себе тех, кто ни разу не получал силу от чужого магистра — Шелли и Сиеллиных магов.
Маги, на удивление, быстро восстановили свои силы и вернулись к застрявшим ключам все, кроме Вариора. Он возвратился к магам, находящимся в трансе.
— Сиелла, я знаю, ты меня слышишь, — прошептал магистр Огня. — Поэтому послушай старого друга твоего учителя: возвращайся. Мы заберем Петера с собой, и снова попытаемся. Но сейчас ты ничем ему не поможешь. Хариус не одобрил бы твое рискованное поведение.
Веки магессы вздрогнули. Ярко-синие глаза осуждающе уставились на Вариора.
— Ты всегда вспоминаешь Хариуса, как последний аргумент.
Магистр помог Сиелле подняться, переложив неподвижного Петера на холодную землю.
— Тебе не удалось его зацепить? — понял маг.
Сиелла вздохнула и пожала плечами:
— Мне не удалось даже найти его. Чужое сознание потемки, сам знаешь…
Магесса не договорила. Вспышка света и волна силы. Не сговариваясь, маги побежали в сторону Врат.
Бывшие там члены Дюжины как пьяные, шатаясь и падая, пытались твердо встать на ноги. Но никто серьезно не пострадал.
А у самих Врат безбоязненно находился человек в черном плаще. Он с легкость вынимал из замочных скважин ключи и нанизывал на полоску металла.
Вариор недоверчиво помотал головой, прогоняя видение. События казались абсурдным кошмарным сном, хоть и происходили в реальности.
Надев восьмой, последний ключ, человек сомкнул полоску в кольцо и бросил полученную связку в широкий карман плаща.
— С пробуждением. Долго пришлось вас ждать, — шипяще проговорил человек в черном плаще.
— Попрошу вернуть артефакты, собственность Дюжины. И вообще, что здесь происходит? Кто ты? Как посмел находиться здесь во время подпитки Грани? — зло спросил Альберт, приближаясь к незнакомцу.
Человек поднял руку — волна силы отшвырнула магистра Земли, избавляя хозяина от назойливого мага.
— Сидеть! — прошипел незнакомец и откинул капюшон своего плаща. Под ним скрывалась белая, плотно облегающая череп, маска с темными провалами на месте глаз и нарисованной кривой улыбкой. Похожие ритуальные маски надевали черные колдуны во время своих кровавых обрядов.
Вариор подобрался, наполняя ладони «Живым огнем», стоит плеснуть им на противника — и ничто не остановит его горение.
— Кто ты? — спросил магистр ордена Огня. — Это ты вызвал «Пламя зари»?
Маг в черном хрипло засмеялся и легонько дунул в сторону огневика. «Живой огонь», слегка пролившись на землю, потух как фитилек свечи.
— Вы как дети малые — наивные и любопытные. Вначале противника обезвреживают, а потом задают вопросы. Ладно, начнем со знакомства. Я тот, кого вы ждали столько столетий. Тот, о ком говорит предсказание нашей незабвенной Микаэль.
— Эвгуст! Согласно предсказанию, проклятый маг пришел в наш мир на рассвете, — произнес на одном дыхании Вариор.
— Я стану новым хозяином Межграничья. И вы принесете мне присягу.
— С какой радости?! — разъярился Альберт, пытаясь подняться с земли — волна силы снова ударила по нему, возвращая на указанное место.
Маг уровня фиолетового луча, магистр ордена и Верховный повелитель Дюжины беспомощен против неизвестной силы. И, похоже, черному магу это нравится.
— Вы присягнете мне — и я верну ключи от Врат. Если будете бороться со мной, через девяносто три дня вы не сможете закрыть следующие, Восточные врата. Тогда граница рухнет, и тьма заполонит ваш мир, — шипящий голос проклятого колдуна глушила безобразная маска. — Время пошло, чародеи.
— Тебе не справиться со всеми, Эвгуст. Ты один, а нас сотни. Микаэль и Антар предупредили мир о твоем приходе, — Вариор удивительно спокоен. — Межграничье готово к тому разрушению и хаосу, что придут вместе с тобой.
— Разрушению? Кто говорит о хаосе? Я настроен на созидание. Пока на созидание, а там все зависит от того, какой прием окажут мне император и остальные правители Межграничья. Кстати, об императоре. Я думаю, он не прочь породниться с новым хозяином мира. Тем более Микаэль, основательница его рода, была моей невестой. Так пусть хоть пра-какая-то ее внучка пойдет со мной под венец. Согласитесь, это справедливо.
Эвгуст, не обращая внимания на застывших магов, создал портал. Вариор наблюдал за его действиями и не мог избавиться от ощущения нереальности происходящего, ощущения нарочитой игры, словно он попал на представление посредственных актеров провинциального театра.
Дойдя до черты, проклятый маг остановился и предупредил:
— Грань истончилась. Будьте готовы, что, открывая портал, вы можете «пригласить» в свой, хм, мой мир недружелюбно настроенную нечисть. Пора поработать ножками, риэллы. Поэтому не повторяйте за мной.
Хрипло загоготав, он шагнул в телепорт.
В кронах деревьев гулял ветер. В темно-синем небе кружилось воронье. Лежать на промерзшей земле приятного мало, и Петер попробовал подняться. Боль пронзила все тело. Определив сосредоточие боли, маг расслабился и призвал силу. Вначале остановилась кровь, затем точно невидимая игла с ниткой прошлась над раной, стягивая края. В последнюю очередь исчезла краснота. О недавнем ранении напоминали следы крови на коже.
Магистр ордена Воздуха огляделся вокруг. Дубрава тихо шепталась с ветром. Ни одного мага вокруг. Со стороны Врат доносились крики, звон мечей, рычание — и Петер поспешил на звук.
Горгоры! Крылатые создания тьмы, покрытые серой чешуей, с мощными когтистыми лапами и шипастым хвостом. По величине, как годовалые телята, они быстры, как юркие ящерицы.
Петер ускорил свой бег, на ходу вытаскивая из воздуха меч. Сиелла, которую три твари теснили к краю рощи, первая увидела подкрепление.
— Ты жив, — обрадовалась магесса и вдруг гневно завопила: — Я думала, ты никогда не вернешься! И уже оплакала тебя как дура!
Маг вклинился между магессой и двумя горгорами, оставив ей лишь одного противника. Серия быстрых ударов заставила тварей отступать к Вратам.
— Извини, там, где я был, время течет иначе, — Петер извлек из воздуха небольшой щит и отшвырнул им ринувшегося в атаку горгора.
Сиелла хлестала противника своим любимым оружием — полупрозрачной плетью, создавала синие кристаллы льда и бросала в раскрытую пасть визжащей твари. Но лед соскальзывал по гладкой плоской голове, оставляя кровавые следы, которые сразу затягивались.
— Мазила! — рассмеялся Петер и ловко вонзил меч в пасть атакующего горгора. Монстр повалился набок, задергался в конвульсиях, выдирая когтями траву. — А я говорил тебе — тренируйся на меткость!
Оскорбленная магесса стала быстрее орудовать плетью. Бронированная шкура надежно защищала от смертельных ударов, но горгор сделал несколько отступающих прыжков назад. Шипя и плюясь ядовитой слюной, тварь распахнула кожистые крылья и взлетела. Серебристая плеть с шипеньем разорвала левое крыло, сбивая горгора на землю. Крылья и пасть — единственные, пожалуй, уязвимые места твари. Остальные части тела от магии и стали защищала чешуя.
— Я многое пропустил? — маг повернулся к Сиелле и едва не схлопотал по ноге шипованным хвостом.
— Не очень, всего лишь пришествие Эвгуста, — Сиелла задыхалась — тяжело одновременно говорить и уворачиваться от ударов горгора. — И потерю ключей от Врат.
Магесса, напряженно следившая за тварью, наконец, дождалась своего звездного часа. Злобно шипя, горгор распахнул клыкастую пасть — и синий кристалл воткнулся ему в глотку. Утробно заурчав, тварь проглотила досадную помеху и взлетела, чтобы начать атаку сверху. Где-то внутри нее раздался хлопок — ошметки плоти кровавым дождем упали на головы магов.
— Фу, Сиелла, так нельзя, — скривился Петер, вытирая рукавом лицо.
— Извини, мечом я владею плохо, — нисколько не смутившись, магесса сложила руки и с интересом следила за боем Петера. — Может, возьмешься за мое обучение? А то ведь, если Эвгуст и дальше будет спускать на нас подобных тварей, мне придется туго.
Горгор Петера зашипел и выплюнул струю яда. Магистр махнул рукой — тварь, оказавшись под замедляющим заклятием, заторможено закрывала пасть. Рисуясь, Петер отвел меч назад и вверх, затем эффектно воткнул его в почти сомкнувшуюся пасть.
— Фу, позер! — притворно возмутилась магесса и бросилась в объятие мага. — Как я рада тебя видеть!
Несколько секунд они, замерев, стояли обнявшись. Затем Сиелла нехотя высвободилась из кольца его рук и предложила посмотреть, как там справляются другие.
— Думаешь, без нас не справятся?
— Давно мечтаю, чтобы какая-нибудь тварь откусила Альберту голову. Но в свете последних событий без него Дюжине не обойтись, — вздохнула Сиелла, — придется пойти и спасти его задницу.
— Не будь грубой, Си. Самое ценное в Альберте — его мудрая голова, ее-то мы и спасем. А все остальное — как получится…
Глава 2. Совершеннолетие принцессы
Огромный букет скрывал Лилиану до половины. Девушка тяжело дышала, но без посторонней помощи втащила в покои корзину с пурпурными цветами. Упрямица.
Кира и Далия оставили в покое мою бедную талию и склонились над цветами.
— Хм, а записочки то нет, — возмутилась Кира, зарываясь носом в лилии. — Видать, воздыхатель из тайных. Как вы думаете, кто он, Ваше Высочество?
Я равнодушно пожала плечами. С тайными и явными поклонниками вскоре предстоит разбираться другой. Если я кого и нечаянно влюбила в себя, мне уже все равно. И та, другая, получив обожателей в наследство, может еще и спасибо скажет. А не скажет, тоже ничего — мне слов благодарности не надо, если, конечно, они не выбиты на слитке золота.
Далия вернулась к своему черному делу — затягиванию корсета. Цветы от таинственного воздыхателя ее так вдохновили, что у меня появилось «дивное» ощущение: еще чуть-чуть и глаза украсят лоб. Видя, что я теряю сознание, Лилиана бросилась меня спасать и задумчиво произнесла:
— Странно, принцесса не могла так сильно поправиться. Во время последней примерки платье сидело идеально и без корсета.
Я могла бы поделиться догадками с фрейлинами, но зачем? Мучиться мне оставалось всего несколько часов, в крайнем случае, дней.
— Девочки, давайте передохнем, — взмолилась я и в не зашнурованном корсете и одном нижнем белье выскользнула на балкон.
Свежий воздух привел в чувство. Сад, раскинувшийся внизу, радовал глаза палитрой оттенков. Величие золота, спокойствие коричневого, страстность красного и благородство желтого — столько красок смешала природа! Обожаю осень.
А с талией все-таки нужно что-то делать. Наверное, Ириэн посчитала, что испорченное платье — достойная месть принцессе в день ее рождения. Как низко! Как просто! Не то, что мой розыгрыш, после которого она на время перестала быть папочкиной фавориткой. Жаль, что только на время.
Вдох и глубокий выдох. Мои ребра медленно, болезненно сдвинулись внутрь. Все, талия стала уже, а мне ощутимо поплохело. Да, смещать кости — не то, что убрать надоевший прыщ, отрастить волосы за пару минут или изменить цвет глаз. Это жутко больно! Но красота, действительно, требует жертв. Желательно, от других.
Я обернулась к почему-то притихшим девчонкам и обомлела. Все три мои фрейлины лежали на полу. Бледные. Бездыханные. С закатившимися глазами. Сквозь открытую дверь из комнаты просачивался сладковатый аромат. Лилии отравлены. Ох, если бы я не вышла на балкон!
Зажимая нос, я выскочила в коридор. Охрана у двери несколько секунд тупо смотрела на меня, пытаясь понять, чего хочет от них полуголая визжащая принцесса.
— Идиоты! Вытащите их! Они умирают! — в бешенстве я даже, кажется, надавала страже оплеух. — Быстрее!
Охранники невидящими глазами смотрели куда-то вдаль, как замороженные заклятием. Как замороженные! Точно! Оставив попытки растормошить их, я побежала назад, в покои.
Лилиана, лежащая ближе всех к двери, несмотря на худобу, оказалась ужасно тяжелой. Подхватив ее под мышки и стараясь не дышать, я потянула ее к выходу.
Меня резко оторвали от безжизненного тела. Приподняли над полом и сильно встряхнули.
— Ты что здесь делаешь? — голос телохранителя давно не переполняло столько гнева.
Вытолкав меня в коридор, Грэм резко сорвал с себя плащ и швырнул прямо в лицо.
— Одевайся, позорище! — рыкнул телохранитель, метнулся в покои — и вынес Лилиану.
— Ты подвергла всех риску, — Грэм аккуратно положил на пол Далию и побежал за третьей фрейлиной.
— Ты должна звать на помощь, а не геройствовать, — зло шипел телохранитель, возвращаясь с Кирой на руках. — Ты дура, сапфироглазая!
На спасение фрейлин и мою выволочку у него ушло не больше минуты. А как иначе? Ведь он сатуриец — представитель расы воинов, которые делают все гораздо лучше и быстрее, чем обычные люди.
Продолжая нравоучительную беседу, в которой мне не позволялось вставить и слова, Грэм осмотрел девушек и заявил, что опасности нет, они не успели надышаться отравленным воздухом. По чистой случайности, я снова пережила покушение на свою жизнь.
— Какой нужно быть глупой, чтобы принять подарки, не проверив дарителя? — телохранитель успокоился, и в голос вернулась привычная язвительность. Но я-то знаю: он чувствует свою вину, ведь когда произошло покушение, его не было рядом.
Закутавшись в плащ телохранителя до самих глаз, я сердито смотрела себе под босые ноги и молчала. Грэм проследил за моим взглядом и, снова рассердившись, подхватил на руки и куда-то потащил. Сквозь тонкую ткань я чувствовала жар его тела и то, как напряглись мускулы рук и торса. Мм-м-м… так приятно и волнующе, что на некоторое время я забыла о своей неприязни к нему. А вот мой телохранитель о своей помнил всегда.
— Некоторые ради божественной внешности готовы простить своей избраннице отсутствие мозгов. Красота есть, ума не надо. Что ж, сочувствую тому несчастному, который свяжет свою жизнь с такой красавицей.
Я не прерывала обидный монолог Грэма, ведь сама ввела его в заблуждение. Он предложил помощь, которую я бестактно отвергла.
Поделиться книгой: