Помоги проекту - поделись книгой:
— А что я могу дать тебе взамен?
— Ночлег, еду.
— Немного ты требуешь. — Верроккьо задумался. — Что ж, поможешь мне завершить мою картину «Крещение Господа», я не успеваю сделать ее в срок. А потом я помогу тебе открыть свою мастерскую. Будешь творить сам.
На том и порешили. Леониду выделили небольшую келью. Вечером перед сном он перебирал свои вещи и обнаружил золотой флорин. Тут внезапная мысль пронзила его подобно удару молнии. После этого всю ночь он не спал, а перед глазами стояла прощальная улыбка жены.
Нобелевскую премию по физике единогласно присудили российским ученым Александру Шейну и Елизавете Чинаровой. Значимость этого прорыва трудно было оценить: была доказана возможность путешествий во времени, доселе считавшихся нереальными. А трагическая судьба первопроходца, мужа Елизаветы Чинаровой, не могла оставить никого равнодушным. В расчеты вкралась ошибка, и где теперь находится бесстрашный испытатель, было непонятно. В любом случае
Через год Елизавета стала Шейной. Утром, после первой брачной ночи, молодая жена спросила своего нового мужа:
— Саша, что тебя гложет? Ты сам не свой уже больше года. Последний раз я тебя видела нормальным во время нашей поездки в Париж.
— Да, незабываемое было время, — кивнул Шейн. — Первая наша ночь. Ты ведь изменила ему, когда он был еще здесь.
— Саша, давай не будем.
— Давай, — вздохнул Александр. — Смелый ведь был человек… Интересно, куда его выкинуло? И откуда взялась эта ошибка в расчетах? Все ведь было тысячу раз проверено.
— Знаешь, есть поговорка: все, что ни делается, все к лучшему. Так бы пришлось разводиться, нервотрепка. Да и у меня совесть была бы не чиста, он своими художествами не смог бы и на кусок хлеба себе заработать.
— А сейчас у тебя совесть чиста, да?
— Сейчас да.
— Ты так говоришь, как будто знаешь, куда его выкинуло.
Елизавета помолчала.
— Знаю, — после некоторой паузы ответила она. — Его забросило в конец пятнадцатого столетия, в Италию.
— Но как? — чуть не задохнулся Шейн. — Откуда ты это знаешь?
— Не было никакой ошибки. Я немного увеличила знаменатель в формуле, рассчитала все до мельчайших подробностей. Леонид попал в Италию. Ему там будет… было лучше.
— Ты как будто знаешь, что с ним там случилось! Может быть, его там сразу убили? Ты ведь точно не знаешь, да?
— Если бы его убили, то кто бы написал это? — Елизавета показала на репродукцию «Джоконды», купленную по случаю в книжном магазине.
— Как кто? — не понял Шейн. — Наверное, все-таки Леонардо.
Елизавета молча подошла к картине, разгладила длинные волосы и улыбнулась той же самой улыбкой, которой осветила первому мужу путь в прошлое.
Александр схватился за сердце.
— Не может быть, — прохрипел он.
— Может, — покачала головой Елизавета, — когда я в Лувре увидела эту картину, я сразу все поняла. Ты не видел, как он рисует по памяти. Он нарисовал портрет своего отца, тот получился как живой. Я поняла, что Леонид — это и есть Леонардо. И его надо отправить назад в прошлое, иначе история пойдет по другому пути, ведь роль Леонардо в эпохе Возрождения очень велика. Да и здесь он не мог заработать себе кусок хлеба, а там стал величайшим гением. Кстати, ему там и знания физики пригодились.
Шейн ничего не ответил, он не мог оторвать взгляд от загадочной улыбки Моны Лизы.
Анна Денисенко
Мы из прошлого
Призрачный прямоугольник лунного света переполз комнату и теперь неторопливо взбирался на угол кровати.
Алина со вздохом перевернулась на другой бок. Все, теперь точно не уснуть! Измятая подушка не желала становиться удобнее, как ни старалась Алина придать ей хоть какую-то форму.
Мысли стояли в голове, как воздух в душной комнате. Такой жары Алина не помнила еще с ранних школьных времен.
В ногах почувствовалось легкое дуновение ветерка. В последней попытке поспать этой ночью Алина взяла подушку и перевернулась ногами к изголовью. Не помогло — подлый ветерок перемещался как заколдованный и никак не желал дуть у лица.
Полная луна светила прямо в глаза, и под равнодушным взглядом этого холодного белого прожектора Алине стало окончательно не по себе.
Нащупав на тумбочке пачку сигарет, Алина вылезла из неудобной постели и побрела к балкону. Как хорошо, что мать на даче и можно курить, не скрываясь!
Алина чиркнула зажигалкой и облокотилась о прохладный чугун балконной решетки. Как просто и замечательно все казалось всего пару недель назад!
Красный диплом, передовые технологии связи… Перспективная тема, пусть не в самой перспективной стране. Скоро в этой области будут вращаться большие деньги, и старший брат, обладающий фантастическим чутьем на хорошие перспективы, уже устраивает свою карьеру в одной из компаний, продвигающих эти технологии.
Только вот теперь и красный диплом, и все надежды встать на ноги стали для нее такими же далекими, как эта луна.
Кто ж знал, чем обернется этот злополучный пикник в честь окончания второго курса!
Сигарета описала в темноте широкую дугу, а потом некоторое время дотлевала внизу ярко-алой точкой.
Алина знала, каково решение ее проблем, но страшилась произнести это слово даже про себя. А если вслух?
Подобравшись, как диктор перед камерой, Алина взялась обеими руками за перила и произнесла четко и громко:
— Аборт.
Вот и все решение. Как промелькнувшая во тьме и погасшая алая искра.
Что-то шевелилось и тянуло внизу живота, словно неродившееся дитя чувствовало мысли и пыталось беззвучно кричать в собственную защиту.
«Брось, Алинка, что за глупости! — строго сказала она самой себе. — Что там может шевелиться на таком сроке!»
Шевелился страх. Перед появляющейся из ниоткуда жизнью, перед принятым решением, перед предстоящим объяснением с матерью… Перед теткой-гинекологом, которая орала на нее сегодня утром в поликлинике. И откуда только берутся такие грымзы?
Других вариантов просто нет. Родить ребенка сейчас — сесть на шею матери и брату лет еще так на пятнадцать — двадцать, отправить псу под хвост все надежды на собственную учебу и карьеру. Из-за глупого мимолетного эпизода похоронить свою жизнь. Она ведь даже с трудом помнит имя того парня с параллельного потока, а от одной мысли, что тот решит повести себя «порядочно» и предложит жениться, ей становилось нехорошо.
Алина нервно потянулась за следующей сигаретой, злая на себя и свои мысли. Ну что ж так переживать по поводу очевидных вещей! Все решено за нее, просто не оставлено ей выбора. Завтра она едет на дачу и рассказывает обо всем матери.
Огонек зажигалки как-то странно отразился в окне. Алина взглянула внимательнее — и похолодела. Отражалась вовсе не зажигалка.
Что-то пискнуло в глубине комнаты, и мысли об аборте вдруг действительно сделались пустяковыми и незначительными. А ведь фильм ужасов, над которым они недавно потешались с соседом Вовкой, на самом деле не такой уж и бред, а?
На трясущихся нетвердых ногах Алина переступила порог, и тут ей стало действительно страшно: на столике в углу комнаты, натужно жужжа вентилятором и грохоча жестким диском, сам собой загружался выключенный из розетки компьютер.
Свой компьютер Алина не любила никогда. Его подарил отец, и уже этого было достаточно. Впрочем, подарил — не то слово. Просто явился, как обычно, без всяких предупреждений и приволок с собой системный блок. При этом он бормотал что-то невнятное, поскольку говорить в таком состоянии уже не мог. Алина тотчас же хотела спустить подарок с лестницы, на пару с нетрезвым родителем, но мать не дала, со слезами убеждая, что самим им такую дорогую вещь не осилить, а компьютер необходим Алине для учебы. Алина мрачно согласилась и в тот вечер дома не ночевала, дабы избежать привычной сцены опохмелки на кухне. Стоило ли говорить, что компьютер оказался видавшим виды 386-м, а монитор и прочие принадлежности покупать пришлось брату!
И вот сейчас эта железная дрянь стояла и радостно мигала лампочками, а рядом на полу, в десяти сантиметрах от розетки, лежала отключенная вилка.
Может, все-таки стоит выкинуть его в окно?
Тем временем синие панели Norton Commander’a совершенно самостоятельно сменились чернотой терминала.
Осторожно, словно сапер к мине, Алина приблизилась к своему железному недругу. Вероятно, после таких фокусов он него можно ожидать чего угодно. Например, того, что компьютер спрыгнет со стола и, клацая кожухом, попытается цапнуть за ногу…
Алине подумалось, что сойти с ума — это тоже выход из ситуации и даже чем-то более удачный.
Все, приехали. Будущий сосед по палате?
Ну, хоть что-то начинает становиться на свои места! Появление Фредди Крюгера в ванной отменяется? Алина вздохнула с облегчением и спросила:
Электричка неторопливо подтягивалась к изнывающему от жары городу. Алина равнодушно провожала взглядом выгоревшие луга и темные заборы, проплывающие за мутным стеклом.
Она так и не смогла признаться матери в своей беременности. Трусливо соврала про день рождения подруги и сбежала с дачи на следующее же утро.
Ну почему сейчас всего одна, а не четыре тысячи девятьсот девяносто шестой год? Почему нельзя заниматься любимым делом, не выбирая между карьерой и семьей?
Порой она сомневалась в том, а был ли реальностью тот ночной разговор и изобретатель из будущего по имени Май, придумавший способ контролировать во времени электромагнитные поля. Это было совершеннейшей случайностью, что в зоне действия его установки оказался ее компьютер и они смогли общаться. До сих пор результатом многолетних опытов были лишь перехваченные и расшифрованные сигналы радио и телевидения.
Прошлое приводило Мая в восторг. «Наверное, — решила Алина, — что-то похожее мы испытываем, глядя на время замков и рыцарских турниров, которое кажется нам красивой романтикой, несмотря на ворчание знатоков об эпидемиях чумы и вшах, обитающих в прическах прекрасных дам!»
Всю ночь Май с упоением слушал ее рассказы об учебе, преподавателях, сессии, о байдарочном походе в Карелию, о даче, о выпускном вечере в школе — о чем угодно.
Как ему это должно быть диковинно!
Алина попыталась представить на месте пыльных придорожных «пасторалей» дерзкие и красивые города-купола будущего, которые описывал Май.
Замкнутые системы, полностью обеспечивающие себя всем необходимым, эти купола возвышались посреди возродившейся девственной природы, не нанося ей ущерба и не завися от ее капризов. Города соединялись между собой системой телепортов. Нехватка воды, еды, топлива, загрязнение окружающей среды — все эти проблемы остались в прошлом. Всю монотонную примитивную работу выполняли в этих городах машины. Роботы-рабочие, роботы-уборщики, роботы-кулинары… «Наверное, для стирки пеленок там тоже есть специальные роботы!» — подумала Алина с внезапным раздражением.
В квартире было все так же жарко и душно. Алина кинула на диван рюкзачок с вещами и, не переодеваясь, бросилась к компьютеру.
Горка видеокассет, сваленных поверх клавиатуры, служили свидетельством реальности событий позапрошлой ночи. Идея отчасти принадлежала Алине. Когда Май с восторгом поведал об очередном пойманном им фильме из прошлого, она предложила перенести в зону действия установки видеомагнитофон. Май, выслушав о принципах его работы, заявил, что возможно просто считать статические поля магнитной пленки.
Компьютер работал.
Догадка, зародившаяся еще во время прошлого разговора — очень странная и нелепая догадка, — начинала перерастать в уверенность. Быть того не может…
Ответ пришел не сразу — будто бы Май долго раздумывал, стоит его давать или нет.
Поделиться книгой: