Кольцо викинга

Опасливо озираясь на пролетающие мимо авто, он приблизился к плотной группе покровителей автовладелицы.

Мрачно выслушав намеки виртуозно исполняющих свои партии бандитов, оглядел стоящих перед ним.

— Кто заводила? — коротко поинтересовался викинг. — Ты? — интуитивно угадал он старшего бригады. Тот уставился на нового персонажа, пытаясь уяснить, с кем имеет дело?

Не произнеся больше ни слова, приземистый пассажир "буханки коротко ткнул выбранную жертву в живот и добавил кулаком согнувшемуся пополам разбойнику в услужливо подставленный затылок. Лидер всхлипнул и распластался на грязном асфальте.

Короткий шаг к искореженной иномарке, рывок двери, и всего через пару секунд в проеме показалась дико взвывшая от боли девица. Ухватив девицу за платиновую стрижку Варяг, поволок прочь от машины.

— Ты вела повозку? — задал Ингвард простой и, в принципе, не требующий ответа вопрос.

— Говори, пока жива. Был злой умысел? Подумай, прежде чем отвечать. Богами клясться не заставлю, так успокою. Жить тебе всего ничего.

В руке у него возник нож.

— Твой хозяин ничего не услышит, — кивнул он на лежащего в пыли главаря.

"Разводные" замерли. Ситуация развивалась нестандартно. Девица всхлипнула и с готовностью озвучила требуемое признание.

— Выходит, задумано было? — жестко усмехнулся Вовка. — Так о чем рядить? Вина на вас, — он обвел взглядом разбитую машину. — А за навет положено с вас виру взять. А то и живота лишить.

Он поднял голову, внимательно глядя на онемевших от подобной наглости пособников главаря. Нажим упертого в шею девицы клинка усилился. Появились капельки крови.

Сбитые с толку жестокостью отпора, дорожные разбойники растерялись.

— Серебро сюда, — продолжил нагнетать, умело пользуясь их замешательством, варяг. — На землю все сыпь.

— Кому голову рабскую подарить? — властно повел бровью безжалостный судья. Вскрикнула зажатая в его могучих руках жертва.

Соратники переглянулись и, опасливо косясь на замершего возле "буханки" Абрека, принялись торопливо вынимать из карманов свое имущество.

А еще через несколько секунд, растерявшие гонор прохиндеи уже отступали к своим железным коням.

Варяг оглянулся на своего спутника и, повинуясь укоризненному взгляду, с крайней неохотой отпустил заложницу.

— Ступай и трижды думай, выполняя приказ господина, — он вновь вздохнул, проводив взглядом стройную фигурку, словно сожалея о потерянных возможностях, и принялся собирать лежащие на асфальте бумажники и золотые побрякушки.

Закончив, вернулся к Абреку: — Ценность этих квадратных коробок для меня не ясна, однако, выбросить никогда не поздно, — он свалил на капот несколько навороченных телефонов.

— Слушай, что это у тебя? — заметил, наконец, воин зажатые в руках у помощника прозрачные пакеты, в которые Игорь, предусмотрительно стерев отпечатки, упаковал стволы.

Увидев, что бойцы, придя в себя, собираются дать отпор, Абрек вынул конфискат и, неловко взведя курки, наставил оружие на головорезов. Понимающая в "огнестреле" куда больше викинга, братва осознала тему на раз. Отморозки, разъезжающие на убитых колымагах, с парочкой упакованных в целлофан стволов, и начинающие деловой разговор с угрозы перехватить глотку, на роль их клиентуры подходили мало.

"Развести таких — удастся вряд ли, а вот устроить в ответ пару-тройку пулевых дыр в организме — ребята вполне в состоянии", — сообразили неудачливые махинаторы. А подумав, сочли за лучшее не испытывать судьбу в играх с непонятными отморозками.

— Послушай, — огорченно произнес Абрек, пряча оружие. — У нас так нельзя. Из-за твоей самодеятельности на мне висят уже минимум три неслабые статьи. Ну, нарушения закона.

Деловито упаковывающий хабар воин пропустил выговор мимо ушей: — Я впервые вижу столь глупых воинов. Они променяли столько золота на жизнь паршивой рабыни. Глупцы.

— А я, правда, немного испугался, — признался варяг, закончив складывать добычу в салон. — Когда разглядел у нее на шее тавро. Ну кто станет ее жалеть?

— И уже было хотел ее прикончить, чтобы не путалась под ногами, когда они кинутся в бой. Но эти безмозглые сами отдали все. Странно.

Объяснять, в чем была истинная причина покладистости дорожных пиратов, Абрек не стал. Довольно и того, что воин успел раздобыть нож. Не дай господь, если в руки к несдержанному викингу попадет полуавтоматический пистолет системы "Глок". Отобранный у одного из убитых возле раскопа ствол мирно лежал в объемном пластиковом мешке, который рачительный мародер приспособил для сбора трофеев. А как забрать его без последствий, Абрек пока не придумал.

Остаток пути прошел без особых событий. Правда, попав в город, спутник вконец растерялся и, воспользовавшись советом водителя, улегся на дерматин сидения. Закрыв глаза, он лишь вздрагивал от скрежета трамваев.

Въехав во двор, Игорь подогнал машину к подъезду и быстро провел сомлевшего от обилия впечатлений путешественника в подъезд. Загаженная кошками и малолетними вандалами лестница новых впечатлений, способных расшатать и без того дрогнувшую психику гостя, не принесла.

В полупустой квартире тот, молча, осмотрелся. Задержал внимание на темном экране старенького телевизора и уселся в угол. Старый стул скрипнул, но, видимо, принес варягу некоторое успокоение.

Он помолчал и, наконец, выдохнул: — Я долго жил, но принять все сразу тяжело. Скажу больше, мне трудно. И дух мой в смятении. Чужое тело — пустяк после того, что я видел. Позволь немного отдохнуть.

Игорь раздумчиво глянул на Вовку. Временами он просто забывал про случившееся и смотрел на приятеля, ассоциируя его с прежним Кубиком.

— Давай так: — Прими лекарство и ложись спать, — решил Абрек, выходя на кухню. Достал из холодильника полбутылки водки, оставшейся с какого-то праздника, и налил в стакан: "Парень здоровый, ему двести грамм, как слону дробина".

Гость смотрел на него без эмоций.

— Пей залпом, задержи дыхание, после, вот, съешь огурец, и ложись спать, — распорядился лекарь.

Сомнение, возникшее в процессе приготовления микстуры, погасил: "Ничего. Веками проверено, переживет".

Похоже, сработала память тела. Пациент "снял" стакан без малейшей заминки. Выдохнул, поставил на столик, скривился, и внимательно прислушался к себе.

Не имевший практики в употреблении спиртного, организм спортсмена среагировал адекватно. Вовка осоловевшим взглядом посмотрел на Абрека, закрыл один глаз, пытаясь совместить расползающиеся фигуры, и слабо махнул рукой. — Берсерково зелье? — он, продолжая говорить, начал плавно заваливаться на бок. — Великий… Тор, я иду… — голос перешел в хрип, и закончил варяг фразу заливистым храпом.

Семидесятиградусный самогон сработал без осечки.

"Ничего, проспится, будет как новый", — Игорь поднялся и, накрыв спящего старым пледом, вышел из дома.

Отогнать машину в гараж, спрятать клад, оружие покойных братьев и отобранное у разбойников барахло успели быстро.

"Сейчас главное, сообразить, какими неприятностями может все это обернуться", — рассуждал Игорь, сидя на скамье возле дома.

"Первое, что мне угрожает, это появление друзей и соратников гражданина Лазаря. Конечно, в том случае, если он счел нужным поделиться с ними своим интересом. Знать этого, мне не дано".

И тут он припомнил, что, в бытность свою опером, зацепил на хиленький крючок одну из шестерок в обильном сообществе покойного: "Восстановить контакт не трудно, другой вопрос, нужно ли?

Интерес его может быть понят превратно. А ну, как человечек решит поделиться своими мыслями со старшими товарищами? Нет. Будем исходить из простого факта. Если придут с вопросами, всегда можно отговориться незнанием: — Да, был, интересовался, ушел, куда делся, не знаю. Срастить отставного мента с исчезновением четырех человек, пожалуй, у них фантазии не хватит. По крайней мере, сразу. Сначала кинутся пробивать тему по конкурентам. А это дело не простое. Так что, небольшая фора у меня, пожалуй, есть".

Игорь задумчиво пожевал сорванный стебелек: "А почему бы им не помочь? Как говорит уголовное право? Ищи, кому выгодно. Вот и следует присмотреться к тем из контрагентов Лазаря, кто выиграет от его исчезновения больше всех. И помочь. Точно", — он замер, просчитывая возможные варианты. — "План, не план, некоторое подобие сложилось. Хорошо, с Лазарем понятно. Теперь отморозки с трассы, — Игорь тяжело вздохнул. — Номер колымаги они пробьют уже завтра и, верное дело, нанесут визит бывшему копателю. Вряд ли тот станет скрывать имя Абрека. С какой стати? Следовательно, визит рассерженных его выходкой разбойничков — дело ближайшего времени. Выяснив, что за Вовкой не стоит никакой силы, отыграются сполна.

И тут уже ствол не поможет. Упакуют, как сыр в нарезку. Стоп".

"Все срослось, — он даже хлопнул по шершавой доске скамейки. — Теперь дело за конкретикой". Сосредоточенно прикидывая за и против, не заметил, как пролетел еще час.

"Теперь осталось самое последнее — новый знакомый в старой упаковке", — неловко схохмил Абрек.

Он поднялся и быстро прошел к расположенному за углом ларьку, торгующему дисками. Отыскать сборник исторической серии, производства Британского телевидения, торговец сумел не сразу. Радостно улыбаясь, вытянул из коробки запыленные диски: — Со скидкой, — он протянул три коробочки. — Вот. История, от средних веков до наших дней. Эволюция цивилизации".

Ларечник, несколько удивленный сменой вкусов не замеченного ранее в склонности к историческим сюжетам клиента, незаметно пожал плечами.

"Да мало ли? Может, боевики надоели?" — не стал забивать себе голову довольный реализацией неходового товара продавец.

Глава 8

Абрек застал варяжского гостя мирно спящим там, где его срубил коварный стакан.

Продукт отечественного самогоноварения оказался высшего качества. Поэтому Игорь решил использовать свободное время для самообразования. Короткая экскурсия по просторам Интернета выдала целую гору информации. Однако из всего прочитанного им вырисовывалась довольно мрачная картина.

Викинги, они же варяги, норманны, отличались необузданным нравом, полнейшим пренебрежением к чужой жизни, и на протяжении нескольких веков были сущим наказанием для остальной части Европы, да и Азии. Информация подкреплялась красноречивыми примерами абсолютного попрания права частной собственности всех остальных народов и стран.

Ребята в меховых безрукавках, вооруженные топорами и прочим колюще режущим оружием, наводили ужас на всех, до кого могли дотянуться. А могли они многое. Как оказалось, бригады этих средневековых рэкетиров и отморозков шастали по всей территории Европы и, задолго до испанских мореходов, посетили Америку. Впрочем, там, судя по всему, долго не задержались, предпочитая снимать дань с находящихся куда ближе соседей. Досталось от них и племенам, живущим на нынешней территории России.

Читая о суровых нравах варваров, Игорь с опаской покосился на тихо сопящего во сне соседа.

Однако, исходя из прочитанного, можно считать, что дорожные ребята еще легко отделались. Особенно умилило Абрека описание моральных норм викингов. Примером послужило сообщение хроникера. Изложенное в Абрековском понимании оно выглядело примерно так:

"Один Викинг, которого приютил на ночлег некий гражданин, с дорогой душой обнес хату благодетеля и ушел во тьму, естественно, позабыв простится со спящими хозяевами. Однако, не успел он отойти, как его охватило раскаяние. Воин вернулся, разбудил хозяина, принес извинения, а после спокойно прикончил его и вынес все имущество, но уже с чистой, незапятнанной совестью".

История дала обильную пищу для размышления.

— Непросто все, — заключил исследователь. — С таким характером и на свободе — это чудо. Игорь выключил компьютер и, махнув рукой на все опасения, улегся спать.

"В моей ситуации никакой разницы. Прирежет постоялец, либо обозленные бандиты. Итог один. Будь, что будет", — решил он, гася свет.

Проснулся от звучащего в пустой комнате, словно рокот небольшого водопада, храпа спящего на тахте соседа. Абрек встал, потянулся и отправился в ванную комнату, приводить себя в порядок. День, судя по всему, предстоял долгий и насыщенный.

Тем временем, постоялец подал признаки жизни.

— Ох, ты, — поднял голову варяг и закончил точь-в-точь, как обычный российский гражданин, перебравший накануне: — Где я? — он оглянулся, — Что это было?

Непонимающе уставился на Абрека. Понемногу вспомнил и заморгал, приходя в себя: — Так, значит, все правда? Не сон?

Обошел небогатую Абрековскую квартирку, молча заглянул в места общего пользования, где выслушал краткую инструкцию пользованием бытовыми приборами, и вернулся назад. Похоже, с утренним недомоганием печень штангиста справилась, по крайней мере, выглядел он вполне нормально.

Завтрак на маленькой кухоньке тоже прошел без особых разговоров. Однако, закончив есть, поднял незамутненный взгляд Вовкиных глаз и спросил: — Что делать думаешь, хозяин?

Игоря, который всю ночь смотрел кошмары с участием своего нового-старого знакомого, несколько покоробило последнее слово. И он напрямик задал интересующий вопрос, пересказав вычитанный отрывок летописи. Могло ли такое быть в действительности, и как он относится к этакому проявлению благодарности?

Выслушав короткую историю, варяг согласно кивнул: — Могло. Такое… запросто.

Странно только, что этакая безделица, и сохранялась в вековой памяти, — вот и все, что понял Игорь из невнятного комментария.

Викинг, почувствовав некоторую напряженность, замолчал. Помедлил и, наконец, ответил по существу.

— Хозяин трижды глупец. И сам виноват, — сказал он. — Во-первых, впуская в дом столь тревожного постояльца. Или он не знал, кто к нему пришел? Не видел шлема и доспехов? Меча? Тогда почему положил спать без присмотра и позволил тому спокойно отыскать и вынести все ценности?

— Даже почитаемый Византийцами пророк сказал: "Да не введи меня во искушение".

— А хозяин нарушил основу своей веры, если он был христьянин. За что и поплатился, — сформулировал норманн позицию.

— И еще, — викинг, пытаясь подобрать слова, кивнул за окно. — Те, которые твой клад хотели забрать, они вовсе не моего рода, а разве поступили иначе? Так в чем тут отличие? Они считали себя в праве, вот и все. Так чем они лучше того воина?

— И, наконец, последнее, — Варяг уперся взглядом в глаза собеседника. — Он, тот викинг, все-таки вернулся. И дал возможность судьбе решить, кто достоин владеть добром. У хозяина были все шансы победить в честном бою. Почему кто-то должен щадить его? Будь селянин сильнее, он разве не забрал бы мою жизнь, и добро? В чем тут грех?

— Ты понимаешь, — Игорь озадаченно щелкнул пальцами. — Мораль изменилась. Все стало по другому.

Варяг недоверчиво покосился на него: — Да? Тогда какой вопрос. Если вы пытаетесь судить поступок человека другой эпохи по своей мерке. И кстати, а мне вот кажется, ничуть не изменилась, эта ваша мораль. В пути нас едва не обобрали разбойники, в лесу тоже. И здесь мы сидим в коробке, за крепкими засовами. Если мораль стала иной, от кого ты запираешь дверь?

Чувствуя, что проигрывает спор, Абрек оскорбился.

— Я тут достал для тебя кино, — он показал на темный экран "Фуная".

— Телевизор. Как тебе объяснить? В этой коробке будет видно все, что произошло со времени твоего века. Думаю, тебе будет полезно.

Викинг глянул на экран: — Это как мухоморы? Мы тоже иногда варили зелье а после видели, что было и будет с нами, и не только… Правда, голова после… Раз вы научились делать это без последствий, тогда конечно, почему не испробовать.

Не став далее проводить параллели, Игорь включил проигрыватель и поставил первый диск.

Воин настороженно взглянул на мелькающую рекламу, поднялся, обошел электроприбор, вновь опустился перед телевизором и всмотрелся в начавшееся действо.

"Средние века. Время великих походов и завоеваний, полководцев, гениев и негодяев. Инквизиции и эпохи ренессанса", — зазвучал за кадром голос диктора.

— Ну, смотри, а я пока съезжу к знакомым, — сообщил Игорь, вставая.

— Меч дашь? — не отрываясь от экрана, спросил викинг. — Мне будет спокойнее.

Игорь остановился: — Так нет у меня. Сейчас они только в музеях.

— А чем вы воюете? — резонно поинтересовался варяг.

— Это долго объяснять. Тем более, его и в доме хранить нельзя. Закон. Оружие носят лишь стражи порядка.

— А как же разбойники? — все так же непроницаемо задал вопрос гость из прошлого.

— Ну, да, еще бандиты, — вынужденно признал Абрек. — Но их за это наказывают. Сажают в тюрьму.

— Хм, а тех, кого убивают разбойники и стражники, вы научились воскрешать? — наивно поинтересовался норманн.

Игорь отрицательно покачал головой.

— В таком случае какая разница с того, накажут тех, кто вырежет тебя и твой род, или нет? Не понимаю. Убитых это не воскресит, — Варяг вновь поднялся и отправился в кухню. Вернулся, держа в руках топорик и точильный камень, которые уже полгода валялись забытые под раковиной.

— Что же ты так лезвие запустил? — укоризненно произнес гость. — Металл добрый. А вот рукоять — дрянь, — он провел по лезвию. — Позволь, у меня побудет?