Кольцо викинга

— Не знаю… — приятель вновь стих и, уже с нешуточной тревогой, повторил: — Он… здесь, во мне. Викинг…

— Вова, ты чего городишь? — попытался успокоить Абрек перепуганного товарища, но его уже захлестнуло понимание: "Было, все было. И ночной разговор у костра с седым воином, и смерть Михаила, ставшая предупреждением". Вспомнился и зажатый в кулаке оберег.

— Снимай кольцо, — рявкнул он, пытаясь дотянуться до ладони друга.

Но Кубик, уже не слыша ничего вокруг, едва шевеля губами, просипел: — Он читает мои мысли, не знаю как… и выдавливает их… Игорь… Не хочу… — приятель замолчал, сузил глаза и чуть склонил голову, разглядывая Игоря, словно увидел его впервые.

— Ты меня обманул, — голос был все тот же, но что-то новое прозвучало в нем. Вовсе не свойственное его приятелю спокойствие и еще что-то, чему с ходу и не отыскать названия. Уверенность? Знание?

— Где он? — судорожно сжимая пистолет, спросил Игорь.

— Не знаю, — ответ дал не Вовка. Звучали те, знакомые уже по ночной беседе, интонации: — Я сам ничего не понимаю. Что со мной? Где я?

— Судя по всему, ты и есть викинг, который похоронен в этом кургане, — указал Игорь на бугорок.

— Это я уже понял, — голос чуть потеплел и приобрел оттенок. — Образы в моей голове никак нельзя назвать моими воспоминаниями, да и слова… Твой язык похож, чуть-чуть похож, на язык диких жителей этого лесного края, но в тоже время понятен мне.

— Так ты можешь вернуть моего друга обратно? — сумел переломить себя Абрек. — Володю.

— Как? — коротко спросил собеседник.

— Наверное, нужно снять кольцо, — сообразил Игорь.

— Кольцо? — Владимир посмотрел на пальцы. — Какое?

— О, черт, — кольца не было. Игорь стер со лба капли холодного пота: — Хорошо. Еще раз и спокойно: — Вовка, может, ты придуриваешься?

— Как это? — поинтересовался крепыш, оглядывая окрестность. — Ага, вот он, — радостно усмехнулся он и ткнул пальцем в лежащего без сознания Слоненка: — Мой раб. Я не стал его убивать. За него дадут много серебра.

— Кха, — Абрек сжал зубы и попытался проанализировать ситуацию: "Ну, предположим. Я схватил кольцо, когда машинально сунул руки в карманы. Предположим. Проснулся этот… Кончил Лазаря и шестерок. Потом колечко вновь выпало. А теперь, когда Вовка, на свою беду, одел его на палец, сработало в полную силу.

Ненаучно, дико, но хоть какое-то объяснение. Тогда кое-что становится понятно. Только как теперь быть?"

Он потер виски и резко выдохнул: — Хорошо. Пусть. Давай познакомимся что ли, раз все так вышло. Меня звать Игорь.

— Я Ингвард, — отозвался приятель.

"Дикость", — выдохнул про себя Абрек. И протянул ладонь: — Тезки, выходит?

Собеседник помедлил и повторил его движение. Сжал ладонь медвежьей хваткой штангиста.

— Твой друг был хороший воин? Сильный, — уважительно констатировал он. — Но совсем необученный. А что тебя так напугало? — внезапно спросил новый знакомый.

— Я чувствую по твоей руке. Она сырая и холодная. Неужели, то, что мой дух вселился в тело твоего соратника? Это было угодно Одину. Что в том странного?

— Действительно… — сумел выдавить смешок Игорь. — Нормальный ход.

— Понимаешь, в наше время это как-то не принято. Никаких духов и прочего.

— Такого не может быть, — рассудительно ответил варяг. — Или ваша вера изменила мир. Но это вряд ли. Извини, я повторю вопрос: — Кто ты?

Игорь вздрогнул, впервые подумав, что перестает ассоциировать говорящего со старым приятелем. Столь разительно изменились его речь и повадки.

Он стоял вроде совершенно расслабленно и в то же время контролировал все вокруг.

Зрачки постоянно перемещались, оглядывая окрестности.

— Я бывший… э, стражник, — попытался объяснить он. — А этот- главарь бандитов. У него все в городе куплено. Он хотел отобрать у меня подаренный тобой клад. А когда я отказался, решил убить. Но, так случилось, что тут возник ты, и вот…

— Так в чем дело? — удивился собеседник. — Ты прав, он нет, его рабы — твои рабы. Все честно.

— Понимаешь, за прошедшие века все очень изменилось. Совсем. И законы можно повернуть, как угодно. Вполне может выйти так, что я останусь виноват. И проведу остаток дней в тюрьме.

— Да, я понимаю, — удивил Ингвард ответом. — В Византии точь-в-точь такая же мерзость. Там невозможно добиться правды, — он подумал. — Выходит, вы приняли Византийскую веру? Печально, — варяг почесал затылок. — Кое-что из вашей жизни я вижу в воспоминаниях твоего друга. Смутно. Но мне это вовсе не нравится… Слушай, выходит, я — это теперь он? Вольдемар? Он богат? Князь?

— Увы. Ни князь, ни купец. Он спортсмен. Олимпиец, — отыскал сравнение Абрек. — Устал, и теперь его выгнали…

— Он ничего не получил от хозяина цирка за то, что столько лет развлекал почтенную публику? Тогда хозяин — вор. Его нужно укоротить на голову, — на удивление четко сформулировал суть викинг.

— И это тоже наша реальность, — уже совсем иначе усмехнулся Игорь. — Сейчас правит тот, кто силен и богат.

— Ну а как же иначе? — не понял воин. — Разве рабы могут быть ровней конунгам. Но вождь обязан заботиться обо всех своих соплеменниках, а не только о прихлебателях.

— Такие князья не правят долго, — добавил норманн.

— А у нас еще как. Живут, и вовсе неплохо, — отозвался Игорь. — Здесь все сложно. А ну их, эти разговоры. Меня сейчас куда сильнее беспокоит, что будет со мной. Да и с тобой.

— Не могу понять, в чем сложность? — опустился варяг возле Слоненка.

— Вот он и есть сложность, — выдохнул Игорь. — Свидетель. Он знает о кладе, знает о том, что случилось здесь. Как бы там ни было, выходит, что убил их я.

— Разве может раб свидетельствовать против свободных людей? — слышать этакий пассаж из уст Кубика было диковато.

Однако Абрек сдержался и развел руками: — У нас нет рабов. По крайней мере, по закону. И все считаются равными.

— Глупость, — варяг поднялся, вздохнул, обдумывая сказанное. — Значит, я не смогу его продать?

— Естественно, — отозвался Игорь.

— Жаль, — не меняя выражения лица, Кубик взмахнул лопаткой. Голова жертвы дернулась. Хлынула кровь.

— Надеюсь, теперь никто не сможет его расспросить? Или вы уже умеете говорить с мертвыми? — невозмутимо поинтересовался он.

"Показалось? Или в голосе прозвучала ирония?"

"Крепкие ребята были эти викинги, — отвернувшись в сторону, поразился Игорь спокойствию воина. — Несмотря на всю трагичность момента, он до последнего сомневался в истинной сути говорящего с ним. А вот последний поступок развеял все сомнения. Вовка, как и все очень сильные люди, был до безобразия добрый. И убить просто так не мог по определению".

— Теперь нужно отправить их души на встречу к предкам, — рассудительно продолжил викинг. — Я ничего не знаю о вашем мире, поправь меня, если ошибаюсь. Но рассуждаю так. Ты защищался и победил. Довольно того, что боги приняли жертву. Поэтому, давай похороним этих несчастных и будем жить дальше, — Кубик глянул на небо. — Скоро ночь, нам нужно решить, где укрыться на ночлег.

"Оригинальная трактовка, — хмыкнул Игорь. — Хотя, в чем-то, пожалуй, он прав".

Осторожно поднял брошенную в траву лопатку и двинулся в заросли.

— Снова копать, как же мне это надоело, — пробормотал уже на ходу.

Глава 7

Абрек пораженно замер, наблюдая за тем, как его напарник обыскивает тела убитых, отбирая все мало-мальски ценное. Сноровке варяга мог позавидовать бывалый мародер.

Однако вмешался Игорь, только, когда тот принялся стягивать кроссовки одного из Слонов.

— А, чего? — вскинулся оживленный викинг. Выслушал просьбу, и угрюмо отозвался: — Я победитель. Моя добыча.

— Вещи в наше время снимать не принято, — попытался объяснить Абрек принципы ведения современной войны варвару.

— Ну и зря, — нехотя отозвался варяг, с сожалением разглядывая добротную обувь. — Хотя, вам виднее. Если цена им невелика, смысла и впрямь нет.

Затягивать пребывание на месте трагедии Игорь не стал. К его удивлению, объяснить назначение автомобиля прагматичному воину оказалось на удивление просто. Его вовсе не заинтересовал принцип действия.

— Мы для этого, правда, используем рабов, — отозвался он, едва услышал о лошадиных силах. — Но так даже проще. Смотри-ка, — обошел древний воин блестящий лаком джип. — Но броня тонковата. Стрела прошибет. И в драккар не взять.

Игорь вновь усмехнулся: "С таким подходом, подготовить психику человека раннего средневековья к тому, что его ждет, может оказаться куда проще".

Однако загадывать не стал, лишь осторожно намекнул на небывалое развитие прогресса.

— Я долго жил, — с несвойственной Кубику рассудительностью отозвался собеседник. — Постараюсь принять все, как должно, — он еще раз покосился на сваленные в яму тела. — Что ж, не мое дело судить ваши нравы, но оставлять гнить такую крепкую одежду? Не понимаю, — он отвернулся, — но пусть будет так.

Дождался, когда Абрек забросает могилу землей. И вопросительно уставился на запыхавшегося спутника: — А как поступить с их железным конем? Жаль бросать. Я смотрю, твой куда хуже и старее.

— Ясное дело, — согласился Игорь. — Равнять не стоит. Одна беда. Эту машину многие знают, как собственность этих людей. Ни продать ее не удастся.

— Ага, — На мгновение задумался Викинг. — Тогда нужно отвезти его в дальний край. Там никто не сможет доказать, что это не твое…

— Идея хорошая. Но я не хочу этого, — Абрек пожал плечами. — Ну, как тебе объяснить: принципы…

— Хм, — Норманн чуть дрогнул лицом. — Видимо, все очень сильно изменилось, — он сделал паузу. — Мне будет сложно. Иметь принципы в мое время мог позволить себе только очень сильный человек. А ты, прости, не похож на конунга или ярла. Странно?.. — он не стал продолжать.

— И все же. Позволь совет, — неожиданно остановился он. — Оставь их коня здесь. Место глухое. Глядишь, что-то изменится.

— Да я и не собирался возвращать его наследникам, — усмехнувшись, парировал Игорь. — Сейчас для меня лучше забыть обо всем. И постараться избежать подозрений.

Забраться в "уазик", воин сумел не сразу. Подергал дверь, разглядывая замок. Провел рукой по отделке салона и вновь вздохнул, констатируя сказанное раньше.

Предварив последующее коротким рассказом о принципах двигателя внутреннего сгорания, Игорь завел машину и тихонько двинул авто на выезд из леса.

Глянув в зеркало заднего вида, решил подбодрить оробевшего от чудес цивилизации варяга. Однако с удивлением заметил, что тот спокойно, даже чуть скучая, глядит в окно.

"Однако, — крякнул Игорь. — Я бы так не смог". И обратился к пассажиру: — Приляг, пока едем, а то укачает.

— За меня не беспокойся, — парировал воин. — Я привык крепко сидеть в седле.

Пока ехали по лесу, спутник сидел молча. Впрочем, выезд на трассу особых возгласов не вызвал. Лишь спросил, что за материал используют рабы при постройке дорог.

— Асфальт? Не слышал. В Александрии видел дороги из кирпича. Строили их рабы римлян. И они гораздо ровнее, — снисходительно добавил он, когда машину ощутимо тряхнуло на выбоине. — Может, и вам стоило попробовать поручить им?..

Абрек хрюкнул, представив, как могло выглядеть, а главное, сколько стоить изготовление таких дорог.

— Тогда было бы еще хуже, — пояснил он свою реакцию.

— Почему? — удивился варяг.

— Ну, кирпич воровать легче, — наконец сформулировал суть Игорь. — Из асфальта дом не построишь, это и спасает.

— А чего проще? — вновь не понял собеседник. — Поставь хорошего надсмотрщика. Будет плохо следить, повесить на осине, или на кол. Можно и в две березы, очень помогает. Вою, правда, много, но после ни один камень не пропадет, — он пожал плечами и принялся крутить головой, разглядывая пролетающие мимо авто.

— А вот коней, смотрю, вовсе нет, — он вздохнул. — Голодно?

Абрек хмыкнул, соображая, что бы значил последний вопрос? Поняв, усмехнулся: — Ну, не сказать, чтоб очень… Просто, этак удобнее и быстрее.

— Вот, что мне вовсе не понятно, почему ты допускаешь, чтобы тебя обгоняли всякие… — он помялся, — даже простоволосые женщины, на маленьких… — не найдя сравнения ткнул пальцем в нахально шмыгнувший в опасной близости от капота Абрековой "буханки" автомобильчик.

Навороченный Ауди, совершенно невероятной, сиреневой раскраски, управляемый столь же вызывающе упакованной девицей, подрезал их колымагу и сердито вякнул клаксоном, выражая недовольство неизвестно чем. Возможно водительницу, заработавшую на свой кабриолет тяжким постельным трудом, возмутило соседство с таким аппаратом.

Кто знает, что померещилось автовладелице, но она, не ограничившись этим, опустила тонированное стекло и выставила в проем палец с ярким, сиреневым же, маникюром. Жест, малопонятный викингу, но доходчиво объясняющий Абреку его социальный статус в дорожной иерархии.

Привычный к выходкам золотой молодежи, водитель философски пожал плечами.

— Это не лечится, — он обернулся к спутнику. — Понимаешь…

Удар, не сильный, но вполне ощутимый, заставил втопить педаль тормоза.

Решив пугнуть лоха девица чуть прижала тормоз. Однако отвлекшийся Абрек среагировать на провокацию не успел и в результате слегка ткнулся ржавым, но надежным, бампером в пижонскую корму иномарки. Картонный металл багажника, перемешанный с осколками хрустальных фонарей, некрасиво сложился в гармошку.

Предвидя неслабые расходы Игорь расстроено сплюнул. Была ли выходка девчонки импровизацией, или это мероприятие явилось результатом запланированной подставы, непонятно. Однако, вместо хозяйки отчаянного авто, к его "УАЗу" приблизился колоритный пассажир легковушки. Следом за ним к месту ДТП тут же подтянулись еще несколько упакованных в кожаную сбрую парней. Они вылезли из подлетевшей следом "пятерки" "БМВ" и с неподдельным интересом уставились на допустившего непростительный промах владельца антикварного "самовара".

Начало общения, построенное на искреннем сочувствии к попавшему в неприятность клиенту, сменилось ненавязчивым интересом к его жилищным условиям.

Впрочем, ситуация, обусловленная реальными повреждениями рабочего аппарата бригады, вышла за рамки развода.

Вина "догнавшего" была очевидна. Предвкушая навар, хлопцы окружили виновника ДТП и приступили к исполнению обязательной программы.

Игорь, который тоже понял, что свалить на автоподставу не удастся, загрустил.

По закону все верно. Дистанция нарушена, причина экстренного торможения никого не интересует, а результат, как говорится, на корме. Озадаченно поскреб в затылке, прикидывая реальную сумму потерь.

Конечно, ни о каком отъеме жилья речь идти не могла, но минимум пять-шесть тысяч зеленых денег насчитать ангажированные оценщики могли без труда.

Хлопнула дверка УАЗа, это нарушив все запреты Абрека, из машины выбрался его спутник.